Сквозь ткань кармана я чувствовала тепло материнского письма — обычной бумаги, неподвластной чарам исчезновения. Это придавало сил.
Погрузившись в дневник Реймса, на время забыла обо всём.
Несмотря на пробелы в информации, я уже понимала, что попала в переплёт. Кроме опытов Реймса, удалось выяснить ещё кое-что. Меня заинтересовали последние записи руномага.
Сверхфамильяр — редчайший хранитель знаний — сотканный из теней и древней магии.
Посвящённые шёпотом произносили её имя — Лаэлия.
Она не просто сущность, а изгнанная дочь могущественной Лаос, обречённой на вечные скитания в мире тьмы.
«Говорящая с богами», — так трактовали её имя.
В невероятной красоте Лаэлии, когда она принимала человеческий облик, ещё мерцал отголосок божественной сущности. Лишь неестественная гибкость движений и тонкие, светящиеся линии, словно паучьи нити, проступающие на её коже, выдавали истинную суть сверхфамильяра.
В человеческом облике Лаэлия становилась кукловодом, искусно сплетающим невидимые нити иллюзий. Чужие мысли сами собой складывались в нужный узор, подчиняясь её безмолвному велению. Но стоило ей принять облик крошечного паучка, сотканного из тьмы, как она превращалась в хищника. Один укус — и твои воспоминания растворялись, словно дым.
Я перевернула страницу.
Говорили, её паутина острее любого клинка, а чувства, обострённые в мире вечной ночи, способны предугадать каждый шаг врага… А ещё Лаэлия знает путь к подземелью, полному несметных богатств и артефактов.
Но что станет платой за эту информацию?
Сердце ёкнуло.
Вот они — вырванные страницы. Дневник заканчивался на самом интересном месте.
Громко топая, Горм готовил библиотеку к закрытию.
Я вздохнула и стала собираться. Адриан явно не хотел, чтобы кто-то узнал то, что дальше. Действовал ли он по указке Энски или по своей воле — я не знала.
Возможно, он скрыл ритуал призыва Лаэлии, требующий редких ингредиентов. А может, там было что-то ещё?
«Да уж, Энски не станет действовать необдуманно — слишком высока цена. Он будет выжидать подходящий момент для решающего удара». Я поставила дневник на полку и задумалась, как же подобраться к Энски.
Размышления увели меня прочь от библиотеки, но я и не заметила, как ноги сами привели к незнакомой двери.
Не веря своим глазам, я инстинктивно коснулась браслета — защита от иллюзий была на месте. Значит, не мираж?
«И чья же это дверь?» — промелькнуло в голове.
Я огляделась. Судя по всему, башня, но не драконья и не вампира.
Неужели... Элкатара? Проклятая метка! Наверняка её проделки!
Уже развернулась, чтобы уйти, но не успела сделать и шагу, как дверь распахнулась. Холодный голос пронзил тишину:
— Чего мнёшься? Входи.
Элкатар отступил, пропуская меня внутрь.
Щёки вспыхнули, я растерялась, не зная, как объяснить своё появление. К счастью, дроу не спрашивал.
— Хорошо, что ты здесь, Нэтта. Нам нужно договорить, — произнёс Элкатар, и в его голосе послышались непривычно мягкие нотки. — Прости за мою резкость на кафедре. Терпеть не могу проигрывать, особенно Эйдглену.
Элкатар замолчал, провёл рукой по волосам, словно отгоняя ненужные мысли.
Я прошла вглубь комнаты и села на диван, нервно разглаживая юбку.
Дроу молчал, и от этой тишины по моей спине пробегали мурашки.
— Нужна твоя помощь, — произнёс Элкатар, опускаясь в кресло напротив и пристально глядя на меня. — Помню, как ты ловко уговорила истинную дракона отдать мурлокса. Так вот... нужно собрать ещё. Эйдглен не должен получить всех. Большинство мурлоксов разобрали студенты. Угрожать и забирать силой не хочу. Ты же общительная, наверняка найдёшь подход.
Я еле заметно улыбнулась. «Я? Общительная?» В памяти тут же всплыл образ Сили, которая угрозами и уговорами вынудила прийти на вечеринку. Впрочем, сейчас не время для воспоминаний.
— Помочь? — переспросила я, не веря своим ушам. — Тебе? После того как ты...
Я запнулась, не зная, как сформулировать мысль. Неужели он забыл нашу стычку на кафедре? Недоверчивость боролась во мне с желанием протянуть руку помощи.
— Ладно, — вздохнула я, — уговорил. Но сначала — несколько вопросов.
— Спрашивай, не стесняйся, — произнёс он, расслабленно откидываясь на спинку кресла.
И следующие двадцать минут я чувствовала себя заправским сыщиком, выуживая информацию об Эйдглене, мурлоксах и, конечно же, о самом Элкатаре.
А ещё через двадцать минут, мы неожиданно поменялись местами, и мне пришлось отвечать на его вопросы. Он затронул и тему леса, когда я подумала, что это был Элкатар.
— Уже поздно. Давай вернёмся к началу разговора. Ты хотел, чтобы я помогла, — прервала я его очередной вопрос. — Что нужно делать?
— Да. — Элкатар поднялся и подошёл к камину, снимая с него сложенный вчетверо лист. Дроу протянул его мне, садясь рядом на диван.
Я развернула бумагу. Список студентов.
Лайон, Брам, Лизель, Элиан... здесь значились и те, кого я знала лично, и те, с кем лишь сталкивалась в Академии.
— Подумаю, что можно сделать, — задумчиво произнесла я, поднимая на него глаза. — Элкатар, скажи... — меня терзал один вопрос, но я стеснялась задать его прямо и решила зайти издалека. — Профессор Ворн говорил, что руна тьмы может вызывать видения, своего рода галлюцинации. Это правда?
Он кивнул.
— Твоему здоровью нужна поддержка. Упадок сил и галлюцинации часто идут рука об руку. Поэтому, истинная, повторяю: ты должна хорошо питаться и высыпаться.
— А... — я замолчала, чувствуя, как мои щёки заливает краска. Неужели все наши встречи и поцелуи были не более чем плодом моего воображения? Бездна! Как я вообще могу такое спросить?
— А? — переспросил он и, уловив замешательство в моих глазах, хмыкнул. В его взгляде мелькнули смешинки. — Хочешь знать, действительно ли я тебя целовал? — его пальцы сжали мой подбородок, но я не чувствовала боли.
«Да! Именно это я и хотела узнать!» — пронеслось в голове.
— Правда, — ответил Элкатар, словно прочитав мои мысли.
Он убрал руку и отвёл взгляд.
— Мне пора! — почти выкрикнула я, вскакивая с дивана. — Рада, что мы все решили.
Ночная прохлада уже пробиралась в комнату, заставляя поёжиться. Или это тьма на меня так действовала?
Элкатар молча проводил меня до двери.
Я коснулась прохладной меди ручки, уже готовая шагнуть за порог...
Мир качнулся, когда руки дроу легли на мои плечи. Не успела и пикнуть, как оказалась в его объятиях. Крепких, почти железных.
Тепло тела Элкатара проникло сквозь тонкую ткань платья, заставляя дрожать.
Лиловые искры в глубине его зрачков горели так ярко, словно хотели выжечь на моей коже своё клеймо.
Запах орхидей и ночного леса, исходивший от одежды Элкатара, кружил голову.
«Что ты делаешь?» — хотела крикнуть я, но слова застряли в горле.
Осталось лишь безумное биение сердца, вторящее его собственному пульсу, который я отчётливо слышала у себя на груди.
Дверь с тихим щелчком закрылась, отрезая путь к отступлению.
Горячее дыхание Элкатара опалило шею, заставляя мурашки танцевать по коже. Его пальцы скользнули по моей щеке, оставляя после себя ожоги, а взгляд, прикованный к моим губам, заставлял забыть, как дышать.
— Останься, — прошептал он. Его голос, обычно такой холодный и властный, сейчас звучал низко. — Побудь со мной, Нэтта.