Рабыня ищет хозяина, любовь не предлагать

Глава 23. Драдрерика

Оказалось, что Кейа и матушка Гудда не спали, ожидая моего возвращения. Меня это удивило и обескуражило, но, кажется, таким образом они выражали свою заботу обо мне. Непонятно, как мне могло помочь то, что они будут караулить всю ночь, но они это делали. Кейа, встретив меня, начала в полголоса ворчать о том, как они волновались и что нельзя так поздно гулять одинокой девушке. Одновременно она вытащила мой матрас и застелила его бельем.

— Ну, слава Богам, все нормально, — высказалась матушка Гудда, ложась спать и тем самым прерывая ворчание Кейи.

Я сходила умылась, с удовольствием смывая с тела пот прохладной водой. Когда я вернулась в комнату, Кейа все же не выдержала и, покосившись на свою маму, тихо спросила:

— А Сиг… он?..

— Домой пошел, наверное, — не поняла я вопроса.

Она промолчала, но уже погасив свет я услышала, как она тихонько шепчет благодарственную молитву местным богам.

На следующий день я отсыпалась, и меня не беспокоили — матушка Гудда и Кейа тихонько шептались, пока она собиралась на работу, зевая из-за того, что она поздно легла вчера. Я проснулась ближе к полудню, потянулась с удовольствием. Чувствовала себя я после вчерашнего прекрасно, но следовало еще сделать несколько важных вещей: в первую очередь, я плотно позавтракала, а потом сходила к управляющему этим домом и разузнала о свободных комнатах. Они имелись, но только не на нашем этаже, а совсем под крышей. Жить там никто не хотел из-за плохой теплоизоляции и из-за того, что тепло от печей, находящихся на первом этаже, сюда практически не доходило. Под крышей снимали комнаты разве что студенты и только на лето, а осенью разъезжались по общежитиям. Ну, или те, у кого денег больше ни на что не хватало, все же хоть какая-то крыша над головой лучше жизни под мостом.

— Рика, милая, лучше поживи еще у нас, — топталась за моей спиной матушка Гудда, когда я рассматривала весьма прохладное крошечное помещение, но я довольно улыбнулась:

— Меня все устраивает. Только давайте без оплаты за несколько месяцев вперед. Все равно тут никто больше жить не хочет, если не я, так у вас эта комната останется пустой.

Управляющий только рукой махнул, а я довольно улыбнулась. Под причитания матушки Гудды перетащила свои вещи, сходила на рынок и купила матрас, а также краску и самый простой палас. Со всем этим добром довольная вернулась в свою личную комнату, где имела право делать все, что мне заблагорассудится. Не думала даже, что после общих казарм в Школе мне так сильно потребуется личное пространство.

Сосредоточившись, я сделала надрез на руке выше запястья, чтобы ранка не мешала двигаться, накапала крови в краску и напитала ее магией, тем самым создав простейший раствор для нанесения руноскриптов. Руны Кано и Соулу — тепло и солнце — ложились на пол круглым рисунком. Потом еще развела кровь с водой и нарисовала на стенах прозрачной «краской» символы защиты: Айваз и Альгиз, которые должны были защитить мой дом от проникновения воров и недругов.

Потом бросила на высохшую краску на полу ковер, а сверху свой матрас. Словно спать на погасшем кострище — тепло и приятно. Если повезет, то защита еще и тепло будет сохранять внутри помещения. Проспала до ужина, чувствуя, как рунная вязь вытягивает из меня силы, напитываясь. Для другого мага это был бы большой риск: так много рун напитать разом, не просчитанных идеально профессиональным рунологом, но для меня это не было проблемой, проблемы мои совсем в другом.

Вечером встала, пошатываясь, приоткрыла маленькое окошко, чтобы проветрить, потому что в комнате было уже душно. Руны напитались и создали довольно четкую защиту, которая вряд ли пропустит в мою комнату даже тех, кого я приглашу. Хм, небольшой перебор, я забыла добавить условия, чтобы пропускать гостей. Да ладно, проблемы будем решать по мере их наступления.

Стук в дверь прервал мои мысли об ужине и о том, откуда его взять. Это оказалась Кейа: бледная и растерянная.

— Рика, ты обиделась на меня, да? Я вчера перегнула? Я не должна была говорить тебе, что делать, я не имела право… пожалуйста, вернись к нам в комнату, здесь же невозможно жить!

— Да все нормально, — растерялась я. Впрочем, стояла я на пороге, не пропуская Кейю зайти внутрь, опасаясь, что ненастроенная еще защита может ее пристукнуть случайно.

— Рика, — она заглянула мне через плечо на абсолютно пустую крошечную комнату с единственным матрасом, — здесь же холодно! Особенно зимой! Я же тебе рассказывала про наши морозные зимы!

— Я справлюсь, — отмахнулась я, и тут в животе у меня громко заурчало.

— Рика… позволь хотя бы пригласить тебя на ужин.

— Спасибо, — обрадовалась я, что нашла такое простое решение своей проблемы.

Весь ужин Кейа смотрела на меня с видом побитой собаки и совершенно не реагировала на мои слова о том, что я и так собиралась переезжать, что ценю их гостеприимство, но мне нужно свое пространство, что я справлюсь и деньги у меня есть теперь… Ничего не работало, Кейа вбила себе в голову, что я обиделась, а матушка Гудда только тяжело вздыхала. Как это исправить и что сказать, я просто уже не знала, поэтому сосредоточилась на еде.

А на следующий день мы с Сигом после завтрака встретились, чтобы провести обещанную тренировку. Зала подходящего размера у меня не было, а в комнате слишком мало места, поэтому устроились просто в пустом дворе, в который выходило меньше окон и где не бегали дети из-за того, что здесь не было ни травы, ни деревьев, ни качелей, ни присмотра взрослых.

Я вертела в руках длинную бельевую веревку, одолженную у матушки Гудды — слишком поздно вспомнила об этой необходимости, повезло, что у нее нашлась подходящая.

— Для начал пробежка, — заявила я, раскручивая веревку. — Начнем с десяти кругов.

— Зачем? Ты же меня магии учить собралась, а не бегу! — возмутился Сиг.

Я смерила его мрачным взглядом, а потом резко намотала веревку обратно на кулак, развернулась и, чеканя шаг, отправилась домой.

— Прости-прости! — он догнал меня через пару метров и схватил за локоть. — Ну прости! — взмолился, наткнувшись на мой яростный взгляд. — У нас магии просто так не учат.

— Ты либо слушаешься меня во всем, либо мы на этом заканчиваем. Я учу так, как учили меня, никаких других методов я не знаю. Если тебе нужны учителя, которые учат так, как у вас положено, то к ним и обращайся. Понятно?

— Договорились, — покорно опустил он голову.

Мы постояли несколько минут в молчании, а потом я не выдержала:

— Так чего ты стоишь тут, время теряешь! Десять кругов по двору, живо!

Опомнившись, Сиг побежал выполнять приказ. Я же размотала свою веревку и начала поигрывать ей, как хлыстом, радуясь, что веревка достаточно жесткая, чтобы ею можно было ударить в землю у ног зазевавшегося ученика.

— Выше колени! Держи темп! — прикрикивала я, направляя. — Теперь упал-отжался… что непонятного в приказе: «упал-отжался»?! Живо-живо!

Уже через пару кругов Сиг сбросил пальто на покосившийся забор и подкатал рукава рубашки до локтей. Стало видно, что он не худой, а скорее жилистый, с небольшими сухими мышцами, но совсем без жира, так что все формы четко прорисованы. Жаль, что его нельзя было раздеть до набедренной повязки, как у нас было принято в Школе, чтобы четко видеть правильность движения всех мышц, но и так было нормально для первого раза.

Я заставила его разогреть все мышцы, потом растяжка, снова упражнения, только теперь более целенаправленные. Когда у него уже начали гореть мышцы, вновь кросс, но теперь уже главный смысл был в том, чтобы вымотать его и заставить без участия сознания выполнять все приказы:

— Прыжок влево, бежать, прыжок вправо, бежать-бежать, прыжок на месте! — команды я сопровождала то ударами хлыста по тому месту, где он прежде стоял, то магическими импульсами, если он находился слишком далеко.

— Убейте меня! — взмолился он.

— Ничего, поживешь! Направо, лежать… лежать, я сказала! Мне плевать, что там грязно, на землю! Прыжок!

Когда я закончила, он дышал, как загнанная лошадь, хоть и был достаточно тренирован. Наконец, я позволила ему остановиться и встала напротив:

— Ноги на ширине плеч, руки сложить пред собой: ладони вместе, пальцы выпрямлены и стремятся друг от друга, локти параллельно полу. Выше локти, я сказала! Пальцы выгибай! Ладонями давить друг на друга. Дышать глубоко… глубже дышать, животом! Ну!

Он слушался, пытаясь повторить то, что я велела.

Я обошла его, встала сзади, нажала на плечи, разводя их, заставляя встать ровнее:

— Держи спину ровно, плохая осанка мешает движению магии внутри тела. Почувствуй свои мышцы. Что чувствуешь?

— Все болит…

— Еще что?

— …

— Что еще?

— Не знаю…

— А здесь? — я нажала на его солнечное сплетение.

— Горит все.

— Глубже дыши. Еще глубже, вдохни прямо сюда, — продолжала давить на нужное место. — Еще глубже, задержи дыхание, ощути жар внутри… А теперь бей!

— Что?..

— Не думать! Делать! — рыкнула я. — Бей!

Он резко выбросил руки вперед, размыкая ладони… между руками зазмеилась большая электрическая дуга, а потом рожденная из нее молния ударила прямиком в деревянный столб, стоящий посреди двора. Это уже была совсем не маленькая вспышка между пальцами, а настоящая молния, которая даже подожгла старый столб.

— Молодец, — хлопнула его по плечу.

— Я даже не представлял, что так могу…

Я улыбнулась.

— Что ж вы, ироды, делаете! — закричала вдруг какая-то выскочившая из ниоткуда баба. — Люди, смотрите, что же делается! Столб-то! Столб попортили!

Я поспешила накрыть столб воздушной петлей, заставляя едва затлевшее пламя погаснуть, Сиг схватил свое пальто, висящее на заборе, и мы поспешно ретировались с места преступления. Во двор уже высыпало человек пять женщин неопределенного возраста, которым был бесконечно дорог этот столб, к которому крепили веревки для сушки белья.

Только в соседнем дворе мы посмели рассмеяться:

— О, Боги, что за тренировка! Я представить себе не мог! — выдохнул Сиг.

Я пожала плечами. Для меня это было чем-то обычным, нас так тренировали лет с семи, если не раньше.

— Я еще хочу тренироваться! — неожиданно сказал он, а я скептически смерила взглядом его дрожащие руки. — Не сегодня, конечно… но это такая сила! Я раньше магию только в пальцах чувствовал, максимум в ладонях, а тут она будто через все тело прошла…

— Не обижайся, но не думаю, что у меня будет время тебя тренировать. Мне работу надо искать, деньги есть, конечно, но только на первое время, а потом без нового заработка никуда. Да и тебе не помешало бы.

— Я смогу тебе заплатить за уроки!

Я посмотрела на него скептически:

— Воровать пойдешь?

— Да почему сразу воровать-то?! Это по молодости было, я был совсем пацан!

— Ну, а какая тебе теперь работа? Бои закрыли, да и тренировать для боев я бы не стала. Воровать ты не будешь. Тогда что?

— На завод пойду, — буркнул он мрачно.

— Ты ж не хотел?..

— Я не хотел, когда перспектив не было. А, если ты меня научишь с магией обращаться, я смогу со временем и по карьерной лестнице продвинуться, и магию через несколько лет не потеряю, если буду уметь с ней верно обращаться. А, может, другое какое место получше найду. Научи, а?

— Может, тебя еще никто на завод не примет, — уклончиво ответила я, направляясь к своему подъезду.

— Меня-то? Да меня с руками оторвут! — прокричал Сиг мне вслед.