Проклятая жена. Хозяйка волшебной пасеки

Глава 31

У меня такое заявление Гектера вызвало недоумение. Разумеется, я знаю, что у меда есть свои лечебные свойства. Да и при простуде он очень полезен. Но вот чтобы назвать его прямо целебным…

— У сына жар спал? — осторожно уточнила я.

Мало ли. Вдруг ребенку просто полегчало, организм воспаление поборол, а мед тут и вовсе ни при чем. Так, разве что мог помочь немного.

— Шутишь? — фыркнул в ответ Гектер, — Он утром проснулся полностью здоровый. Ни следа от былой болезни. А мы уж думали, что чернуху подхватил. Жена весь вечер вчера проплакала. Но хвала небесам, обошлось. Помог твой мед.

Я хотела спросить, что это за «чернуха» такая, и почему болезнь с неизвестным названием так напугала жену Гектера. Но в этот момент с громким хлопком в воздухе материализовался дракончик, отвлекая наше внимание от разговора на себя.

И смотритель пасеки решил поделиться еще и с ящером радостными новостями. И заодно открытием о том, что мед пчелок с ядовитым жалом оказался целебным.

— Интересно… Очень интересно… — пробормотал в ответ дракончик, красноречиво покосившись в сторону ульев.

И я, проследив за этим взглядом, вдруг вспомнила наш с ним вчерашний разговор. В частности, ту его часть, которая касалась непосредственно пчел. Необычных пчел даже для этого магического мира, в котором люди умеют превращаться в драконов, напускать черный туман, а маленькие дракончики умеют переносить людей из другого мира, разговаривать и увеличивать жилплощадь.

И вот если в этом мире есть все вышеперечисленное, то почему у необычных пчел не может быть необычного меда. Вдруг Гектер прав, и их мед действительно может излечивать болезни? Такая своеобразная компенсация за то, что их жала способны убивать.

Но надо же как-то это проверить, чтобы в целебных свойствах меда убедиться точно.

Высказать вслух я свои мысли не успела. Меня опередил Гектер.

— Слушай, Оливия, — обратился ко мне смотритель пасеки, — А у тебя еще мед остался? В деревне еще больные детки есть. Да и взрослые тоже. Может, и им мед поможет?

Предложение Гектера мне понравилось. Во-первых, если мед действительно окажется целебным и сумеет вылечить столько людей, то это будет просто чудесно. А даже если нет, то лишним он точно не будет при болезни. Да и, во-вторых, ульев много, пчелки трудятся ежедневно, а мне столько меда точно не нужно. Одной баночки на месяц с головой хватит.

— Две банки только осталось, сейчас принесу, — кивнула я и поспешила добавить, — Но я сегодня еще меда накачаю, и завтра тоже. В общем, будет больше. Думаю, хватит на всю деревню.

Гектер, дождавшись, когда я вернусь с баночками меда, поблагодарил меня и ушел, пообещав, что зайдет завтра и расскажет, помог ли мед необычных пчелок другим больным или нет.

И когда смотритель пасеки ушел, я услышала, как дракончик пробормотал себе под нос:

— Ну надо же, как удачно все складывается. Если бы я только знал заранее… И почему этого раньше никто не заметил?

И казалось мне, что ящер в целебные свойства меда поверил сразу же, в отличие от меня.

А поскольку дракончиком он был, разбирающимся в самых разных областях, я решила у него поинтересоваться, что это за страшная местная болезнь такая.

Дракончик, услышав слово «чернуха» вздохнул, тяжко так. И как-то весь даже поник, а чешуя немного побледнела.

— Это деревенские так драконий мор прозвали, — скривившись, признался он.

Услышав это, я подобралась. Ну просто слово «мор» звучит достаточно устрашающе, и на обычную простуду или грипп мало похоже.

— И что это за болезнь такая? Какие симптомы?

— Да медленно убивает этот драконий мор. На последних стадиях уже постоянный жар, губы чернеют. Если сразу не распознать и к дорогому целителю не обратиться, то все, считай, уже не спасти. А откуда у деревенских жителей деньги на дорогого целителя?

У меня появились кое-какие нехорошие предчувствия.

— А сестра Оливии, случайно, не этим драконьим мором больна? — уточнила я у ящера.

— И она, и Оливия, — кивнул он мрачно, — Лорд Грейс ведь именно из-за этого свой выбор на Оливии остановил. А она именно из-за болезни и согласилась. Они оба понимали, что она уже не жилец. Все равно бы умерла. А так планировала хотя бы сестре помочь. У них-то денег на хорошего целителя не было.

А помогать бедному ребенку, похоже, никто даже не собирался.

— А ты знаешь, из какой деревни Оливия родом? — спросила я у дракончика, — Если они помогать не хотят, тогда мы медом попробуем вылечить, если он правда целебный.

— Не торопись ты так, — шикнул на меня ящер, — Во-первых, нужно дождаться Гектера и убедиться в том, что мед действительно может от драконьего мора излечить. Иначе только напрасно рисковать будешь, показываясь в родной деревне. Там-то тебя могут и узнать. А, во-вторых, ты же не думаешь, что сестра Оливия там одна больная? Если уж ехать собралась и лечить, то помочь стоит всем. А для этого медом запастись нужно.

И, как и всегда, дракончик оказался прав.

Если уж и рисковать выдать себя, то хотя бы точно зная о том, что я иду на этот риск, чтобы людям помочь, у которых на местных докторов просто нет денег. А семейству Грейс, похоже, на людей, которые живут на их землях, плевать абсолютно. Раз они даже не попытались ничего предпринять, чтобы человеческие жизни спасти.

И если Гектер завтра подтвердит, что мед действительно помогает, то трудиться много придется не только пчелкам, но и мне.

Закатав рукава платья, я настраивалась на рабочий лад, приготовившись морально к тому, что одним-единственным ульем я сегодня не ограничусь. Буду откачивать мед до самого вечера, чтобы скорее нужным количеством обзавестись.

Единственное, перед тем как приступить к работе, я поинтересовалась у дракончика:

— А откуда этот драконий мор взялся вообще? И как он с драконами связан?

Но четкого ответа на свой вопрос я так и не получила. Ящер в очередной раз тяжко вздохнул и произнес:

— Долгий это рассказ и неприятный. Давай как-нибудь в другой раз обсудим? Нас с тобой работы ждет много. Лучше сейчас подумать о ней.

И мне пришлось отступить, соглашаясь с ним. Сейчас действительно возможное лекарство от страшной болезни было гораздо важнее причин появления этой болезни.