Проклятая жена. Хозяйка волшебной пасеки

Глава 23

— Ты что творишь? — зашипел на меня мужчина, когда к нему вернулся дар речи.

Пчелки, которым не понравился его тон, тут же угрожающе зажужжали и вытянулись роем в его сторону.

— Эй, Гектера не трогать, — ласково обратилась я к пчелкам.

И они, немного поколебавшись, все же отступили. Но окружили меня таким плотным кольцом, что мужчина через него едва проглядывался.

Хмм… А смертоносные пчелки меня теперь, похоже, еще и защищать решили.

— Оливия, — услышала я напряженный голос Гектера, доносившийся до меня сквозь жужжание, — Ты бы лучше отошла от них…

Не знаю, поняли ли пчелки смысл слов Гектера, но его предложение им точно не понравилось. Зато им, судя по всему, понравилась я. Ну, или, по крайней мере, мое пение.

Поэтому, когда я тихонько попросила их вернуться в свои улья, рой зажужжал, раздулся. А после медленно, словно нехотя, но отступил, направившись к своим домикам.

Со мной осталась только одна пчела. Она сидела на рукаве платья и всем своим видом показывала, что никуда улетать не собирается.

Ну и ладно, пусть сидит, если ей так нравится. Все равно ведь не укусит. Если бы они хотели меня ужалить, то сделали бы это еще час назад.

А так, за весь час, что я развлекала грозных пчел своим пением, они держали от меня свои жала подальше. А если и садились на руку или на одежду, то осторожно, будто боясь напугать.

Поднявшись на ноги, отряхнула юбку, поправила венок на голове и после повернулась к Гектеру.

Вид у мужчины был тот еще. А смесь ужаса и изумления на лице была просто непередаваемой.

— Они решили со мной подружиться, — призналась я, выставив вперед руку, на которой сидела пчела, — Слушали, как я пою, и даже не ужалили ни разу.

Гектер поперхнулся воздухом. Потом решил, что ему, видимо, послышалось, и решил переспросить:

— Слушали, как ты поешь?

— И, похоже, оценили мои вокальные навыки, — кивнула я.

А сама подумала, что, похоже, не зря в начальных классах в музыкальную школу ходила и в местном хоре пела. Вот уж не думала, что мне этот талант в жизни пригодится. Да еще и поможет отношения наладить со смертоносными пчелами, которых все вокруг боятся.

— Вот уж никогда бы не подумал, — рассеянно пробормотал смотритель пасеки, утирая рукой лоб, — Что они пение любят, — сдавленно закончил он.

Потом мужчина нахмурился, качнулся с пятки на носок и неожиданно хмыкнул.

— Необычная ты девушка, Оливия. От пчел ведь всем достается. И драконам, и людям с драконьей кровью. Всех жалят без разбора, а тебя не тронули…

Мне это тоже показалось странным, как и то, что на меня их яд не подействовал. Но Гектеру я об этом сообщать не стала. Он уверен, что во мне драконья кровь есть. А дракончик утверждал, что ничего подобного нет. И причина в чем-то другом…

Знать бы еще, в чем именно.

— Я просто нашла к ним подход, — произнесла я, постаравшись улыбнуться как можно беззаботнее.

Хотя в этих словах ведь действительно была доля правды. И подход к пчелкам нашелся абсолютно неожиданным образом. А главное — совершенно случайно.

Позвав Гектера в дом, я заварила ему чай. С успокаивающими травками. Тот же, который мне дракончик вчера подсовывал, когда наш надзиратель сидел с таким видом, будто его пыльным мешком по голове ударили.

И когда чай был выпит, его эффект начал действовать, а Гектер начал приходить в себя, я завела разговор о нашей легенде, над которой сегодня размышляла.

— Да, ты права, — выслушав меня, кивнул мужчина, — Поговорю сегодня с деревенскими, упомяну про племянницу. Лорду Кирану сегодня сообщат о твоей гибели, если уже не сообщили. Племянник его здесь уже был, лично могилу видел, — продолжил Гектер, — Так что, может, и не явятся больше. Но все равно нужно быть готовыми к тому, что лорд Киран лично во всем пожелает убедиться.

Я лишь кивнула в ответ, принимая это к сведению. А про себя усмехнулась.

Странно это все. Женился его племянник, который, между прочим, еще и глава рода. И смерть новоиспеченной жены, казалось бы, тоже личное дело племянника. А дядюшка зачем-то в чужие дела свой нос сует.

Вспомнила о том дне, когда только в этом мире очнулась. Точнее, о тех минутах, проведенных мною в храме. И ведь тогда этот лорд Киран парадом командовал. Указывал, раздавал приказы, еще и лично меня в карету запихнул.

Неужели так о судьбе племянника печется и о продолжении их славного рода? Или же он просто считает себя главным, раз уж он старше, и оттого все эти властные замашки?

Потрясла головой, отгоняя образ мрачного лорда Кирана и все мысли о его мотивах. Мне до этого дела не должно быть никакого. Главное, чтоб он сюда не заявился и меня ни в чем не заподозрил.

А кем он там командует и как часто, меня вообще касаться не должно. Лишь бы подальше от меня. Уж больно он пугающий.