Проклятая жена. Хозяйка волшебной пасеки

Глава 2

Приходила в себя я медленно. Тело после полученного удара нещадно болело и, по ощущениям, представляло из себя одну огромную гематому.

Голова гудела. В горле пересохло. Конечности слушались меня плохо. А глаза и вовсе не хотели открываться, словно налитые свинцом.

Я вообще удивлялась тому, как сумела выжить после столкновения с машиной. Но, пожалуй, укол обезболивающего мне бы сейчас точно не повредил.

Попыталась прислушаться к происходящему вокруг.

Сначала была только тишина. Потом раздались шаркающие шаги. За ними громкий топот сразу несколько пар ног. А после я услышала приглушенные голоса.

— Сесиль сказала, что она мертва, — произнес твердый мужской голос.

— Но как? Уже?! — воскликнула удивленно женщина.

— Видимо, предки решили смилостивиться над нами хоть в этот раз, — продолжил все тот же мужской голос, — Нужно быть благодарными за то, что девчонка столь быстро отдала душу богам.

Так, надеюсь, они это говорят не обо мне. Я никакую Сесиль не знаю, и уж точно никаким богам свою душу вот так просто отдавать не собираюсь.

Жизнь у меня, конечно, в последнее время что-то не заладилась. Да и неприятности на меня посыпались как из рога изобилия. Но это ведь совсем не повод умирать!

Тем временем к голосам добавился еще один:

— Нужно вынести тело, нельзя его оставлять в храме.

— А кто займется похоронами? — поинтересовался старческий женский голос.

— Отдадим семье? — предположил другой женский голос помоложе.

— Нет, семье нельзя, — отрезал вдруг мужчина, — Они не в курсе нашего договора.

— А где вообще Эдгар?! — спросил вдруг кто-то возмущенно.

— Он сейчас с невестой, — пояснила все та же женщина, — Моему мальчику тяжелее, чем всем нам. Все же, это первая его жена, которая еще и умерла столь поспешно. Пусть они и были друг другу совершенно чужими людьми.

— Ты воспитала его слишком сострадательным, — проворчал мужчина.

— Так, с телом девчонки что делать-то будем?! — вмешался вдруг еще один голос.

Уж не знаю, что у них тут творится, но речь явно не обо мне.

Я-то никаких Эдгаров не знаю, ни за кого замуж не выходила и уж точно никаких договоров не заключала.

И кого бы вся эта дружная компашка тут ни прибила, ко мне это не имеет совершенно никакого отношения.

А, кстати, где это «тут»?

Попыталась приподнять голову и открыть глаза. Но тело меня слушаться отказывалось. Виски прострелило резкой болью. И, обессиленно застонав, я вновь опустила затылок на холодный камень.

Меня что, даже с асфальта никто поднять не удосужился?! А где скорая? Где врачи? Или подумали, что я тоже уже того? Душу богам отдавать отправилась.

— Храмовник требует, чтобы мы немедленно вынесли тело и не оскверняли трупом священное место.

Погодите-погодите, какой еще храмовник? Откуда вынесли? Разве мы не на дороге?

Что-то и машин вокруг не слышно, и шума никакого постороннего нет…

Может, я все же умерла? Или меня украли какие-то фанатики и притащили в какой-то там храм?

— А кто-нибудь вообще знает, от чего умерла девчонка? — поинтересовался все тот же старческий голос.

— Да кто ж его разберет? — вздохнул кто-то, — Вы ее вообще видели? Тощая, страшная оборванка. У нее, небось, и болезней заразных много было. Умерла и хорошо. Нам только проблем меньше.

Нет. Что-то тут явно не то творится. Надо бы отсюда ноги уносить, пока не поздно.

Вот только бы еще суметь подняться, чтоб эти самые ноги унести…

— Правильно мыслишь, — раздался вдруг прямо над головой незнакомый голос, — И советую приходить в себя поскорее. А то ведь правда решат, что ты умерла. И закопают еще раньше времени.

Стоп! Что?! Не надо меня закапывать! Живая я, живая!