Проект: "Возмездие" Книга 5.

Глава 11

Я посмотрел вниз, убедился, что до дна осталось всего несколько метров, и только потом спрыгнул. Наконец, после нескольких минут мучительного спуска, попутно поглядывая на нависший сверху заброшенный лифт, мне удалось добраться до подземки. Не знаю, отключили ли его совсем недавно или он провёл какое-то время в таком положении, но сейчас я был попросту рад, что он не свалился мне на голову в процессе.

На карте это место никак не обозначалось, более того, виртуальный путеводитель всячески пытался мне доказать, что под башней нет никаких туннелей. Сталкиваться с дезинформацией приходилось и раньше, поэтому не обратил внимания на постоянные выражения и пополз вниз. Последние сомнения отпали, когда двумя этажами ниже обнаружилась шахта лифта, что тоже не была отмечена на карте.

Я вонзил клинки в узкую щель раздвижных дверей и резким движением открыл их нараспашку. Первое, что ощутил – лёгкий холодок, ударивший в лицо, словно я оказался в промышленном холодильнике, а затем услышал глухое гудение. Оно исходило из множества высоких серверных шкафов, очень сильно напоминавших те, что несколько дней назад встретил в принтере ВР-2.

Единственная разница в том, что вокруг этих сновали парящие дроны, вооруженные огнестрельным оружием. Они явно услышали скрежет металла, и это добавило мне мотивации поскорее выбираться, прежде чем враги похоронят меня в этой тёмной шахте под килограммами свинца. Я выбрался из шахты, быстро добежал до первой серверной стойки и затих.

Противное жужжание приближалось сразу с двух сторон – видимо, мне всё же удалось привлечь внимание местной охраны, а там, где охрана – там всегда и то, что в ней нуждается. Вряд ли они стерегли серверную, хотя содержимое этих шкафов явно представляло для меня живой интерес, оставалось только отыскать консоль, к которой можно подключиться и жадно вцепиться в информацию.

Но всё по очереди. И первым пунктом числилось насилие.

Звук слева становился всё громче, и надоедливый москит вскоре оказался на расстоянии вытянутой руки. Не знаю были ли они автоматизированы или управлялись людьми через камеры, установленные в передней части корпуса, но поле зрения дрона было явно ограничено. Он заметил меня лишь в тот момент, когда кончик моего клинка богомола коснулся корпуса беспилотника. Пока сзади не появился ещё один, я схватил остов парящего механизма за одну из лопастей и спешно развернулся.

Весил дрон без малого килограмм десять и прекрасно послужил в качестве метательного снаряда, который в ту же секунду разбился о направляющийся в мою сторону аппарат. Он попытался подняться выше, но скорость броска оказалась слишком большой. Оба беспилотника грудой мусора упали у одной из серверных стоек, а я широко улыбнулся.

Времени на сбор патронов, к сожалению, уже не оставалось, но этим можно заняться и позже. Остальные дроны отреагировали на хруст железа и сразу перешли в боевой режим. Я это понял по тому, как на них загорелись красные лампочки, по которым стало намного легче их засечь. Лопасти зажужжали чаще и громче, и раздались первые выстрелы. Не знаю, куда они метили, но точно не в меня, так как пускай грохот и получился оглушающим, прозвучал он где-то далеко.

Я перебежал между двумя стойками и вновь замер. Несколько дронов всё ещё летали по округе и пытались меня поймать. С ними не будет никаких проблем до тех пор, пока постоянно меняю свою локацию и бью из укрытия. Однако в разум, который ими управлял, решил, что неплохо бы воспользоваться очевидным преимуществом и оценить поле битвы с высоты.

В этот момент над головой пролетел одинокий беспилотник, ведомый видом открытых дверей в лифтовую шахту в дальнем конце помещения. Я его пропустил, подождал, пока за ним проследует другой, и на согнутых коленях засеменил между стойками. Вроде пока не заметили, однако за очередным поворотом меня ждал сюрприз.

Дрон каким-то образом перешёл в бесшумный режим и завис в воздухе практически без движения. На полной скорости расправиться с ним не составило труда, однако перед бесславной кончиной он успел издать противный писк, а его корпус с грохотом разбился о пол. В этот же момент ощутил, как сбоку ко мне протянула свои длинные костлявые пальцы седая с косой и, резко развернувшись, блокировал выстрел.

Пуля врезалась в правый клинок и срикошетила куда-то вправо. До противника было метров двадцать по прямой, и пока доберусь, он успеет сделать ещё несколько выстрелов. Словно этого было мало, оставшиеся твари сбились в одну стаю и поднялись высоко над стойками серверов. Все вместе они представляли из себя смертельную угрозу, ведь, попади я под их совместный залп, шансов выжить у меня бы не осталось.

Такого противникам я позволять не собирался и спрятался за ближайший шкаф, чтобы не превратиться в решето. Тот самый одиночный дрон, судя по звуку, заходил справа, а стая по дуге окружала с другой стороны. Если ничего не буду делать – то противник зажмёт в тиски, и тогда всё, даже моей хвалённой скорости не хватит, чтобы увернуться от целого роя пуль.

Раздался залп, за ним другой, и я принялся считать. Раз, два, раз, два. Хм, чуть меньше двух секунд перед повторным выстрелом, это надо обязательно использовать. Я дождался следующего залпа и побежал вправо, где, по моим прикидкам, должен находиться тот самый одиночный дрон. Надо с ним разделаться как с надоедливым пискуном над ухом и уже потом приниматься за стаю. Он явно пытался зайти мне за спину, пока всё моё внимание было приковано к потолку, но нет, обойдется.

В последний момент укрылся за серверной стойкой, которая получила весь урон от выстрелов. Сложилось такое впечатление, что парящие твари готовы разнести все хранилище, лишь бы добраться до меня. Значит ли это, что они пусты или попросту неактивны? Вроде лампочки горят, а между залпами отчётливо слышен гул машин.

Я дождался очередного выстрела и, пробежав несколько метров, наткнулся на искомого дрона. Он успел пальнуть практически в упор, оставив мне на щеке очередной обидный порез. С каждой битвой их становилось всё больше и больше, и пускай ферменты в пасте и помогали с заживлением, такими темпами моё лицо вскоре превратится в прекрасное свидетельство моего боевого опыта. Или неудачливости. С другой стороны, пройти через все рубежи до самого Города, сохранив при этом смазливое личико, я не планировал. Слишком поздно.

Клинок рассёк воздух вместе с корпусом дрона, и на уровне глаз я увидел два заполненных картриджа. Ловко поймал их, забросил в инвентарь и спрятался за шкаф. Так, с этим разобрались, теперь надо что-то делать с оставшимися. Вечно бегать от них не получится, и рано или поздно придётся сойтись с ними в ближнем бою, но вот как? Можно, конечно, попробовать взять их измором и дождаться, пока закончится боезапас, только проблема в том, что в каждом дроне находилось по шесть запасных картриджей, а в каждом из них по двадцать пуль. Нехитрые математические подсчеты уверяли, что придётся выдержать сто двадцать залпов за вычетом тех, которые уже произошли. Нет, так явно не пойдёт.

По шуму лопастей я с лёгкостью отслеживал перемещение роя, поэтому скрылся за очередным углом и осмотрелся. Бесконечные ряды шкафов, низко стелящийся конденсат, очень похожий на пар от концентрированного сухого льда, и больше ничего. Есть, правда, дверь поблизости, но вот что за ней – оставалось загадкой. Можно попробовать до неё добраться, но что, если там меня будет поджидать новая партия беспилотников? Оказаться зажатым с двух стороны крупными стаями дронов – затея так себе, а значит, будем разбираться с известным противником в первую очередь.

В голову пришла мысль попытаться воспользоваться Нейролинком, однако раньше мне так и не удалось подключиться к ним, поэтому вряд ли что-то изменится в этот раз. Снова короткая перебежка, снова очередной залп – и ещё несколько секунд на размышления.

Автоматизированные или нет, они явно должны соединяться с источником если не для получения новых команд, то хотя бы для ориентирования и обновления. Трев в своё время пробудил во мне спящие воспоминания о принципе работы программного обеспечения, когда мы с ним затянули долгую беседу о моём импланте, поэтому у меня были все основания рассчитывать, что мой план может сработать.

Что, если подключаться не к ним самим, а использовать их в качестве проводника, как ранее сделал с транклом? Обычный кусок железа, который приведёт меня к истинному хозяину, будь то человек или искусственный интеллект. Я совершил очередную пробежку и в ту же секунду активировал Нейролинк. Жадные ладони потянулись к стае, и через мгновение ощутил ментальное холодное прикосновение – корпус дрона.

Я принялся ощупывать внутренности в этот раз не для того, чтобы забраться внутрь, а в поиске потенциального чипа в качестве проводника. Тяжело сосредоточиться, когда каждые две секунды тебя поливают свинцовым дождём. Каждый раз невольно вжимал шею в плечи, осознавая, что для убийства требуется всего одна хорошо попавшая пуля. Причём не обязательно в сердце или мозг. Хватит и обычной артерии, залатать которую в полевых условиях у меня попросту не выйдет.

Очередная перебежка приблизила меня к двери, оставляя поблизости всё меньше точек для укрытия. Ну же, должен же быть канал, через который вы связываетесь с общим разумом! Почему с транклом получилось так просто? Может, причина в том, что, пускай он выглядел как зомби, однако на самом деле оставался человеком? Всё возможно.

Нейролинк был такой же частью меня и таким же оружием, как клинки-богомолы, и пора использовать его не реже, чем холодняк. Когда волосы на затылке встали дыбом, я ощутил, что стая приблизилась на опасно близкое расстояние, и меня ждёт очередное свидание с целым роем пуль. Секунды издевательски тянулись одна за другой, а я настукивал указательным пальцем по колену, словно пытался морзянкой передать код через Нейролинк.

Удача! Я отыскал подходящий узел, который оказался достаточно широким для передачи информации на другой конец, и подключился. Ощущение такое, словно держал в руке горнолыжный карабин и всё это время слепо размахивал им из стороны в сторону, пока наконец не защёлкнул на стропе и удобно затянул.

Мой разум погрузился в холодный мир, и сердце пропустило удар. Не знаю, то ли это киберпространство, о котором говорил Трев, но оно оказалось чертовски пустым. Я ощущал себя одиноким среди миллиардов мелких цифровых микроорганизмов, которые постоянно курсировали по венам этого мира.

Не знаю, сколько прошло времени, и может, на самом деле я уже валяюсь в луже собственной крови, но окружение для меня замедлилось. Мой разум со скоростью света удалялся куда-то во тьму, пока не достиг финальной точки, где я ощутил чьё-то присутствие. Из бездны тьмы на меня смотрела пара огромных глаз, созданная подобный образом моим сознанием. Я смотрел в ответ и пытался понять, как мне сделать так, чтобы появились пальцы, которыми можно будет выдавить зрачки.

Разум ответил невнятным посылом, который отозвался в затылке лёгким тычком, и тут мне удалось понять, что меня только что попытались атаковать. Видимо, кто бы ни управлял дронами, ранее он не ощущал на себе подключение инородного сознания и не совсем понимал, что ему делать. Однако я, в свою очередь, занимался этим уже не впервые и чувствовал себя намного увереннее.

Вместо, того чтобы проводить встречную атаку, я представил в невидимой руке цифровой меч. Мой пытливый разум пытался хоть как-то обосновать происходящее и создавал яркие и, главное, знакомые мне образы. Можно, конечно, попытаться вонзить его в смотрящие на меня глаза, но думаю, здесь надо действовать не так очевидно.

По этой причине, вместо атаки я высоко поднял клинок и резко рубанул перед собой воздух. Мир перевернулся с ног на голову, а меня затянуло обратно в виртуальный поток и вернуло в собственное тело. Что? У меня получилось? Неужели я только что накосячил и сейчас, стоит мне только очнуться, как грудью встречу свинец?

Моё сознание вернулось обратно в тело, а Нейролинк с чувством выполненного долга перешёл в режим ожидания. Я открыл глаза и увидел, как передо мной парила стая. Первым делом я ощупал грудь, живот, голову и лицо, но лишних отверстий, помимо предусмотренных по умолчанию, не обнаружил. Это была хорошая новость, однако за ней обычно следует плохая. Правда, в этот раз судьба решила меня пощадить и разнообразия ради встать на мою сторону.

Стая дронов повисла в воздухе и пассивно жужжала своими моторчиками и лопастями. Не знаю, как мне удалось обрезать соединение с оператором, но выяснять это буду позже. Я забрался за ближайший серверный шкаф и, когда сразу несколько беспилотников оказались на расстоянии вытянутой руки, размашисто рубанул. Один, другой, следующий. Мне наконец удалось добраться до них, и я спешно уменьшал вражескую численность, даже несмотря на лёгкую головную боль после использования Нейролинка.

Через пару секунд методичной резни оставшиеся дроны дёрнулись, и на них вновь загорелась красная иллюминация. Вернул себе контроль, гад, но это уже не имеет значения. Я перепрыгнул на соседний шкаф, попутно превращая в мусор сразу два беспилотника, а последний попытался совершить тактический прием, известный также под названием «драпать изо всех сил». Ему бы это удалось, если бы в моём арсенале были только смертоносные богомолы, но вокруг уже лежало достаточно хлама.

Я схватил очередной остов аппарата и со всей широтой своей души зашвырнул вслед улетающему дрону. Попадание получилось что надо, и вместе они разбились о серверную стойку, тем самым положив конец нашей маленькой битве. А неплохо вышло. Не стану себе врать, в этот момент мне удалось отыскать минутку, чтобы испытать гордость за свои поступки.

Прокачивалось не только моё тело и характеристики. Я начинал всё лучше и лучше использовать Нейролинк, и пускай он даже и работал на одну пятую своих возможностей, у меня закрадывалась мысль, что это лишь часть той силы, которая во мне сидит. Орудовать клинками и крошить врагов в кровавую капусту и фарш – это, конечно, занятно, но способность вытянуть душу, лишь посмотрев тем в глаза, оставляла после себя совершенно другое послевкусие.

На мгновение вспомнился человек из воспоминаний залётного, которого потом видел при падении Третьего рубежа, и то, как он одним усилием мысли попросту отключил его импланты. Неужели в Городе это считается нормой, или подобное редкость даже там? Думаю, учитывая, что он управлял небольшой армией спецуры, ближе всего вариант номер два. Как бы то ни было, мне ещё предстоит многому научится и усилить не только тело, но и разум, прежде чем сумею ступить на улицы Города-Кокона. А в этом сомнений у меня точно не было.

В любом случае, я был рад, что битва закончилась, и настала пора двигаться дальше.

Не успел я подойти к двери, как меня окатило невесть откуда взявшимся чувством тревоги. Такое случается, когда прекрасно понимаешь, что нечто должно обязательно произойти, только бы понять откуда. Нарастающее предчувствие заставляло сердце биться быстрее, а ладони заметно вспотели. Я резко обернулся и скрестил клинки на груди, дабы защитить уязвимые органы.

Атаки так и не последовало, и лишь через некоторое время понял, что на самом деле ощущал не тревогу, а нарастающий волнами азарт. Чувства не подвели и в этот раз. Как только дёрнул за ручку двери, то оказался в совершенно ином месте, нежели секунду назад.

За ней был обычный коридор с множеством ультрафиолетовых ламп на стенах, при свете которых моя кожа казалась покрытой множеством пятен. Я закрыл за собой дверь, сделал шаг вперёд и услышал, как заработал невидимый механизм. Из небольших решетчатых отсеков в полу начал подниматься неизвестный газ, и сначала подумалось, что попал в довольно глупую ловушку. На всякий случай я всё же прикрыл рот и нос ладонью, но это оказалось лишним.

Механический и совершенно безжизненный голос заявил, что началась система очистки ультрафиолетом. Стандартный протокол перед заходом в стерильное помещение. Я ещё раз убедился, что газ не являлся ядовитым, и медленно опустил руки. Вдох, за ним другой – и лишь потом размеренный выдох. На языке остался привкус чего-то сладкого, а затем лампы потухли, и впереди щёлкнул замок двери.

Я вошёл в следующее помещение и наткнулся на массивную дверь, словно ведущую в какой-то бункер. Название «стерильное» помещение никогда бы не пришло на ум, особенно при виде лежащих под ногами скелетов людей и давно брошенных и неработающих ошейников транклов. Видимо, система автоматически проводила очистку, несмотря на то, что та здесь больше и не требовалась.

Я попытался найти на двери ручку, какой-нибудь механизм, дабы попасть внутрь, и заметил, как над нею красной точкой моргнула одинокая камера. Кто бы ни схоронился за нею, он явно не хотел, чтобы я проник внутрь, но почему-то медлил. Где дополнительные системы охраны? Личные армии дронов, ловушки на крайний случай. Где всё это?

Я обернулся и понял, что нахожусь в очередном переходном помещении, и обнажил богомолы. Камера ещё раз моргнула и сосредоточилась на мне, а клинки со всей силой вонзились в толстый твёрдый метал. Я медленно провернул их и ощутил, будто я медленно, но верно вскрываю консервную банку.

В груди зародилось знакомое чувство, словно уже когда-то здесь бывал, причём совершенно недавно. Это, конечно же, невозможно, даже если взять в расчёт мои потенциальные копии, но здравый смысл и логика не смогли побороть нарастающее ощущение. Я продолжил вскрывать дверь, пока наконец не добрался до центрального механизма и не перебил крепкий стальной засов.

В тот момент в нос ударил резкий запах машинного масла и свежего пластика. Дверь наконец поддалась, и мне удалось забраться внутрь. Округлое помещение, больше напоминающее восьмиугольник с шестью установленными в стенах ячейками в человеческий рост. В центре небольшая консоль, от которой уходило множество проводов куда-то ниже, и абсолютная тишина.

Я шагнул вперёд, и из ячеек послышалось механические шуршание, словно там завелась колония насекомых. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, где пришлось оказаться. Это принтер! Причём старый, давно заброшенный и почему-то неактивный. Теперь понятно, для чего система очистки, откуда эти серверные шкафы и откуда исходил источник сигнала.

К тому же стало ясно, почему это место никто не сторожил. Даже те принтеры, которые стояли на окраинах рубежей, не защищались ни турелями, ни встроенными ловушками. Вокруг них витала своеобразная аура загадочности и опасности, которая заставляет диких мартышек держаться подальше и ни в коем случае не пытаться выяснить, что же внутри.

Однако моё любопытство привело меня именно сюда, и я уже не смог повернуть назад. Получается, что Чистилище построили на руинах неактивного принтера, или всё это являлось частью общего плана? Тогда почему бы его не реанимировать? И как он вообще способен глушить сигналы Системы? Хотя, может, отсюда и выходили те самые траклы и сразу приступали к работе? Опять вопросы, и думаю, пора получить на них ответы.

— Мы не советуем активировать стоящую перед биологической единицей консоль, — раздался тот самый механический голос, исходящий будто со всех сторон.

Я обернулся, и инстинкты направили меня в сторону металлических саркофагов.

— Крипрократ, — машинально сорвалось с моих губ, и на лице растянулась довольная улыбка.

— Мы считаем нужным предупредить, что данная биологическая единица нарушает закон, установленный Городом-Коконом.

Я демонстративно шагнул вперёд с клинками на изготовку и произнёс:

— Данная биологическая единица хочет знать, зачем вы пытались меня сдать старшему аппаратчику с ВР-1.

Повисла долгая тишина. Ублюдки явно не ожидали, что мне станет известно об их маленьком тайном сеансе связи и соглашении. Я терпеливо выждал паузу и дал время им хорошенько обдумать свои слова, а затем услышал в ответ:

— У данной биологической единицы фальшивая информация касаемо его существования и дел Чистилища. У неё всё ещё есть возможность покорно вернуться на поверхность, где мы и обсудим потенциальную сделку.

Я сделал ещё один шаг.

— Боишься, сука? Что, не получилось проследить? Как мне добраться до Первого рубежа? Как быстро сюда прибудет посланный за мной отряд оперативников?

Вновь молчание, однако в этот раз оно продлилось не так долго, и механический голос горделиво заявил:

— Мы не считаем, что присутствует смысл продолжать этот диалог, пока данная биологическая единица нарушает границы дозволенного и отказывается выполнять приказы криптократа. До тех пор, пока она остаётся здесь, обмен информацией не будет продолжен.

Я добрался до одной из ячеек, от которой ощущалась смесь страха с абсолютной безмятежностью машины. Не знаю, как такое вообще может существовать, и тем более не могу такое объяснить, однако я знал, что существо, сидящее внутри, когда-то было человеком. Может, даже всё ещё им оставалось. Хотя увиденное мною раньше не оставляло места для интерпретации такового, как части моего вида, поэтому я злобно ухмыльнулся, занёс клинки для удара и ядовито прошипел:

— Ничего страшного, сейчас мы с познакомимся с вами поближе.