Пироженку? Ваше Снежейшество!

Глава 14 Краткий миг на воле

Моя комната оказалась островком тишины и спокойствия. Я сняла теплые сапожки, в которых ходила тут по дому, и улеглась на кровать, раздумывая, как мне быть. Мирна ничего такого в испорченных продуктах не увидела. Ну, подумаешь, воняют и с насекомыми, зато много. Меня такое не устраивало. Я опасалась, что кого бы я ни послала, качество меня не устроит. Надо выбираться самой. Но как это сделать? Выбраться в окно? Перелезть через забор? А обратно с продуктами как? Прийти и в ворота постучать?

Никуда лазить мне не хотелось. Если только переодеться в одну из служанок и пойти вместе с Тинорой… Но они все гораздо толще меня, ниже, да и лица совсем другие. Если только в платок по самые глаза закутаться и сгорбиться.

Дух внутри сильно толкнулся в грудь, привлекая внимание.

— Что такое, мой хороший? Что случилось?

Глаза запекло, так что я с вскриком их прикрыла, но тут перед внутренним взором возникло видение. Сначала я увидела себя, а потом мое лицо стало лицом Мирны.

Я сразу догадалась, что Солнечный Зайчик предлагает сделать и изумилась:

— Ты и так можешь⁈

Внутри радостно затрепыхались.

— Что же ты тогда не можешь? — задумчиво спросила я. Ответа не ждала, это был риторический вопрос.

Но Зайка мне ответил. Перед глазами снова возникло видение. Это была обожженная рука Тиноры, покрасневшая, с волдырями. После того, как мне была показана эта картинка, от духа пришло ощущение сожаления.

— Понятно. Лечить ты не можешь.

Ощущения, пронесшиеся внутри, были похожи на горестный вздох.

— Ну-ну, не все нам по силам. А вот с иллюзией идея очень интересная. Пойдем-ка найдем Тинору, поговорим с ней.

Женщины после обеда не стали продолжать уборку, решили, что завтра закончат. Я не стала торопить, к чему? Гостей у нас не предвидится, а Эрвила и Ятрана я за гостей не считала — это хозяева.

Женщины нашлись на кухне. Они снова чаёвничали, но в этот раз чай был больше фоном. Мирна что-то шила, Сайя и Лута вязали. А Тинора перебирала крупу. При этом в центре стола стояли большой чайник с кипятком и чайник с заваркой, а сами тетки то и дело прихлебывали из кружек. Я их понимала — кухня — самое уютное и теплое помещение в доме. А теперь здесь, моими стараниями, еще и чисто.

Увидев меня, Тинора всполошилась.

— Пора ужин готовить исса? Уж до чего завтрак с обедом хороши были, давно такой вкусной стряпни не ела.

Остальные служанки продолжали смотреть на нее с некоторым недоумением. То обещала сбить с меня спесь, а то теперь лебезит передо мной.

— А. Нет. Я с тобой поговорить хотела.

— Да-да, исса Диана, сей момент, — она, видимо от переживаний, смела всю еще не перебранную крупу в миску с чистой и вылезла из-за стола.

— Пойдем к тебе в комнату.

В прошлый раз я не обратила внимания на жилище управляющей, как-то не до этого было, а сейчас оценила и дорогой абажур на светильнике, явно унесенный из комнат наверху, и кресло с резными ножками, и занавески из расшитой серебряной нитью ткани. Еще было много других мелочей, включая роскошное покрывало на постели.

Увидев, как мой взгляд перебегает от одной детали к другой, Тинора поджала губы, готовая отстаивать свое право пользоваться хозяйскими благами. Я решила не заострять на этом внимания, не до того сейчас.

— Тинора, я придумала, как мне выйти в город.

— Если в окно вылезти, то обратно так уже не вернуться. А если через ворота возвращаться, то… мэлу Ятрану доложит.

— Подожди! Выслушай меня сначала! Не в окно. Смотри!

И я попросила Солнечного Зайчика превратить меня в Мирну.

Рот у управляющей округлился.

— Ооо! Только все одно узнают. Рост выше и, — она показала жестами, что объемы не дотягивают.

— А я натяну ее одежду, обмотаюсь платком и ссутулюсь. Парп ведь не знает, что я маг.

— Не знает, — Тинора потеребила нижнюю губу пальцами, в раздумьях. — Может и выйти. Но зачем тебе? Денег-то все равно больше нет.

— Я хочу продать кое-что. И на эти деньги закупить хорошие продукты. То, что купила Мирна, есть нельзя.

— Да ладно. Масло я перетопила, крупу перебрала. Прокалим и хорошо будет.

— Нет, Тинора. Я сказала нельзя, значит, нельзя. Еще не хватало всем отравиться. Лечение ведь дороже новых продуктов будет.

Помимо покупок, мне хотелось посмотреть на этот мир поближе. Я же ведь и не видела ничего почти. Только храм, дом Эрвила и этот дом. Мне было интересно, как тут живут люди, что есть интересного. А то как узница какая-то. Нет, пока есть возможность, надо пользоваться.

— Когда пойти хочешь? — сдалась управляющая. — С утра бы получше. Сейчас-то и большинство лавок закрылось, и на рынке торговцы разошлись.

— Да, конечно, утром.

Пришлось согласиться, хотя мне не терпелось сегодня пойти прогуляться, но Тинора была права.

Вечером я снова готовила. Как и обещала, наварила сладкой каши на размороженном молоке. Тетки нахваливали.

Сегодня снова приснились счастливые будни Айдиры в моем мире. Она явно нашла свое счастье, сосед в ней души не чаял, даже, кажется, дошло дело до просьбы руки и сердца. Досмотреть я не успела, в дверь постучали.

— Да! — я с трудом выбралась из объятий сна.

— Исса, утро уж. Если хотите на рынок к самым свежим продуктам попасть, вставать пора.

— Да! Встаю!

Села на кровати, потерла лицо руками, потом собралась с духом и встала. Тот дух, который огненный, тоже уже проснулся, был бодр и жаждал новых впечатлений.

Завтрак был уже готов, кажется, Тинора сама расстаралась. Она все же использовала те яйца, которые я ей велела выбросить. Заболтала их с молоком, добавила муки и поджарила пышный омлет. Я такой с детства не ела. Так готовила моя бабушка. Пробовала с опаской, но яйца на вкус оказались нормальными, не тухлыми.

После Тинора велела Мирне принести ее платок, тулуп и валенки. Я попросила еще пару каких-нибудь юбок. Служанка скроила недовольное лицо, но послушалась. Свое платье я не стала снимать, обрядилась поверх него. Это создало дополнительный объем. Вот только сапоги пришлось оставить свои, в Мирниных валенках я просто утонула.

Надев все, я ссутулилась, уперла лицо в воротник.

— Ну… Если сказать, что заболела, то похож будет, — высказалась Тинора.

— Я ж всегда гордо выступаю, плеч не опускаю! — зафыркала служанка.

— Ну мало ли, — пожала плечами управляющая.

Она уже тоже была одета и готова к выходу.

Я заранее взяла с собой немного камешков из узелка. Завязала их в другой платок и спрятала во внутренний карман, туда же сунула серьги.

Вышли мы через черный ход. Зашли за угол, и Тинора меня остановила, оглянулась.

— Никого. Давай, превращайся!

Я дала команду духу.

Управляющая, глядевшая мне в лицо, вздрогнула.

— Ох, сильны вы мэла. Никогда про такое не слыхивала!

— Исса, а не мэла! И на ты! И вообще я сейчас Мирна.

— Да-да, Мирна. Ну пошли, Мирна.

Мы обошли дом и вышли к воротам. Они были заперты. Тинора постучала в калитку.

— Парп, открой!

— Чего тебе? — послышался недовольный голос.

— Постоялица в город послала, за покупками.

— Так Мирка вчера ж бегала.

— Не понравились ей покупки. Вот сама пойду, прослежу.

— Капризная баба какая, — недовольно высказался привратник и открыл калитку. — Чем же ты ей не угодила, Мирушка? — обратился он ко мне.

Я согнулась сильнее, пряча лицо.

— Ударила тебя что ли? — забеспокоился Парп, пытаясь посмотреть на меня.

— Нет! — Тинора вклинилась между нами. — Зуб у нее заболел. Заодно к доктору заглянем.

— А… Погодь! — он сунул мне в руку купюру. — К хорошему доктору иди, пусть лечит, а не дерет.

Я закивала молча. Кажется, у кого-то тут роман. В подтверждение мой зад облапали. Я подпрыгнула. Парп загоготал.

— Отощала ты, бедная моя, с вашей постоялицей. Скоро вовсе подержаться не за что станет. Загоняла она вас. Стряпня твоя вчера, ох хороша была, чуть пальцы не откусили, такая вкуснота.

Я закивала, благодаря за похвалу, и Тинора потащила меня дальше, пока не опознали.

Когда отошли чуть подальше, завернули за угол, я остановилась и уперлась ладонями в колени. Ноги дрожали, а сердце колотилось, как безумное.

— Что, исса, перетрухнули?

Я молча закивала.

— Я сама чуть не окочурилась, когда он вас щупать стал.

— Тинора. На ты!

— Да помню я, исса. Но все время забываю.

Мы с управляющей вчера не договорились, куда пойдем продавать камни. Я ее озадачила сейчас. Тинора нахмурилась, раздумывая. Я же, немного придя в себя, жадно принялась оглядываться по сторонам.

Было еще рано, солнце еще не взошло, из-за темноты нельзя было рассмотреть подробностей, но мы явно в каком-то богатом районе. Здесь дома стояли свободно, окруженные высокими оградами. Богато украшенные, высотой в два-три этажа, живут в них явно не бедняки.

— Придумала. Пойдемте. Вы только все сразу не показывайте, малую толику.

Я кивнула. Все и не собиралась демонстрировать.

Богатый район мы покинули быстро. Вышли в обычный город, похожий на провинциальный города моего мира. Правда, дороги были хорошо расчищены от снега, он был вывезен, разве что кое-где возле деревьев, изредка встречавшихся на улицах, и фонарей были собраны аккуратные сугробы.

Пройдя по этой тоже довольно респектабельной части, мы завернули куда-то чуть ли не в трущобы. Я задергалась. Сейчас как сдаст меня Тинора каким-нибудь местным бандитам, а те продадут на органы. Хотя, есть ли здесь продажа на органы? Ну в рабство.

Солнечный Зайчик насторожился, обеспокоенный моей тревогой. Он был готов меня защищать и палить все вокруг. С «палить» я его придержала. Никаких «палить» без моей команды.

Там даже вывески не было. Мы вошли внутрь и оказались в небольшой, темной, грязноватой лавке, с претензией на антикварную, хотя товары, выставленные в ней, больше напоминали разный хлам.

— Чего желают прекрасные дамы? — осклабился худой старик с длинными, пегими от седины редкими волосами.

Тинора ткнула меня в бок.

Я сунула руку за пазуху, нащупала узелок, ослабила его и вытащила щепотку разноцветных камешков.

— Вот, продать хотим.

— Это чегой-то? — он вытащил из-под стола какое-то приспособление с маленькой лупой, приставил его к глазу и зажал щекой и верхним веком, потом вытащил оттуда же белую матовую тарелочку, светильник в колпаке и все это выставил на стол. — Клади сюда.

Я высыпала камешки на тарелку. Старик включил светильник, согнулся над камешками, шевеля их щипчиками.

— Так-так. Тут у нас хрусталь, аметист, кварц и топазы. Они все высверлены, явно пришивались куда-то. За эту щепотку дам не больше десятки.

Я покосилась на Тинору, но та стояла с тупым лицом. Непонятно было, нормальная это цена за такое количество камней или нет. Явно ниже обычной, но насколько?

— Не пойдет, — решила я торговаться. — Пятьдесят.

Старик громко расхохотался, задирая голову и широко раскрывая рот. Стало видно, что зубы у него еще все на месте. Кадык подпрыгивал на шее.

— Тебе, красотка, палец в рот не клади. Но за такие деньги, тут надо в три раза больше камней. А с этими даже не сделаешь ничего. В украшения не пустишь, потому что сверленые, а на вышивку — маловато.

Подумав, я достала весь узелок и высыпала все, что там было.

— О! Другое дело. За это могу дать сотню.

Я вспомнила, что вчера мэл Ятран оставил нам две купюры по тридцать и одну в десять единиц, не знаю, как местные деньги называются. Думаю, продукты в этих местах недешевы. А камни — наоборот. Так что согласилась на сотню.

— Ну что, исса, на рынок? — спросила Тинора, когда мы вышли из лавки.

Серьги я там так и не решилась показать. Мне подумалось, что нормальной цены за них не дадут.

— Пойдем.

Рынок располагался в более приличном месте. Это были небольшие деревянные торговые ряды. Люди, торговавшие там, походили из-за многослойных теплых одежд на снопы.

Как-то так получилось, что за те же деньги, что я вчера дала Мирне, мне удалось купить и мешочек прекрасной гречки, и три дюжины яиц, ну тут свежесть было не проверить, но продавец утверждал, что яички еще вчера в курочках были, судя по хитрым глазам, врал, и приличный кусок свежайшего сливочного масла, и муки, и немного лука с чесноком, и бутыль подсолнечного масла, и даже крохотный бумажный пакетик заварки. Закрались нехорошие мысли. Или эта зараза меня надурила, или она совсем продукты выбирать не умеет. У меня даже осталась одна купюра достоинством в десять единиц и мять монеток.

Но я все равно была довольна. И мы направились домой. Этих продуктов, конечно, надолго не хватит, но все-таки. И, самое, главное, я в городе побывала. Попросила Тинору провести меня по улицам, показать что-нибудь интересное.

Мы пошли к дому по какой-то довольно крупной улице. Народу здесь было много, по проезжей части ездили безлошадные экипажи. Я наконец-то смогла получше оценить их внешний вид. Самые роскошные походили на кареты. Только впереди была застекленная кабинка для кучера. Экипажи попроще были самым разными. Один из попавшихся вовсе напоминал кое-как сколоченный из досок параллелепипед. Не знаю уж что на нем перевозили.

Рассматривала я не только экипажи, но и прохожих, и дома. Люди походили на те самые экипажи. Такие же разные. Те, что попроще, держались поближе к стенам, а богато одетые гордо шли по центру тротуара. Были здесь и самые разные магазины, судя по вывескам, довольно роскошные.

Та витрина попала на глаза случайно. Там ничего не было выставлено, зато виднелись столики и сидящие за ними люди. «Кондитерская» прочитала я и обернулась к Тиноре.

— Давай зайдем, посмотрим.

— Исса, так там дороговизна страшная! Да и место для благородной публики.

— А мы ничего не будем покупать, только посмотрим, — я уже открывала дверь.

Тинора замешкалась, но все же последовала за мной. Может, побоялась, что я от нее сбегу.

Столиков было не так много, как мне показалось снаружи, всего пять штук, но за каждым сидело по три-четыре дамы, да и кондитерская была совсем крошечная. Внутри витал сладкий запах ванили, сливок, шоколада и кофе. Мне сразу мучительно захотелось выпить кофе. Но я здесь не за этим, да и денег у меня нет. Так что решительно прошагала к витринам.

Посетительницы смотрели на нас с неодобрением, они буквально замерли, не донеся до рта чашечки или вилочки с десертами. Мне было все равно, я здесь не собиралась оставаться надолго.

— Чего вам? — неодобрительно спросила женщина за прилавком, она явно оценила нашу платежеспособность и поняла, что две тетки с корзинами у нее ничего не купят.

Я ничего не ответила.

На те деньги, что мы сегодня потратили на рынке, можно было купить три-пять пирожных. Ассортимент был богатым. Я внимательно шарила глазами, запоминая внешний вид, названия и цены.

Все пахло прекрасно, было, наверняка, идеально натуральным, но каким-то скучным. Из цветов преобладали белый — сливки, коричневый — шоколад, золотистый — тесто. Из украшений: глазурь, орешки, шлепки взбитых сливок. Самые яркие — корзиночки с ягодами в желе.

— Идем, — коротко бросила я Тиноре, пока нас не попросили отсюда.

Если и приходить сюда, то в образе Айдиры, но никак не Мирны.

Мы шли домой, но я больше не обращала ни на что внимания. В голове крутились мысли. Искусственных красителей тут явно нет, но можно и с натуральными что-то натворить. Меня даже потрясывать начало от желания что-то предпринять.

Я даже забыла утыкаться лицом в воротник, когда мы подошли к дому, так что сильно перепугалась и взвизгнула, когда меня вдруг грубо сграбастали и облапали. Парп заржал.

— Что? Вылечили зубки!

— Пусти ее, бесстыдник! — управляющая замахнулась на привратника корзиной.

— Да ладно, что уж и пощупать нельзя⁈

— Мы в приличном доме работаем!

Пока они препирались, я сумела вырваться и рванула домой, прямо через парадный вход.

Внутри остановилась и немного отдышалась. Вот гад! Как напугал!

Немного переведя дух, отправилась на кухню, относить продукты. Тут никого не было. Посуда так и осталась не прибранной с завтрака и об обеде никто не подумал. Зато со второго этажа доносились звуки уборки. Ну и ладно, сама управлюсь. Раз тетки добросовестно заняты делом.

Я сняла Мирнину одежду, разгрузила корзину, а тут и Тинора подоспела.

— Чуть не прокололись, — управляющая тоже переживала.

— Все обошлось и ладно.

Служанки, услышав шум, спустились вниз, чтобы посмотреть, что тут.

Мирна ревниво осматривала продукты.

— Ну и чего такого? Ну и чем лучше-то?

Я спорить не стала, только достала припрятанную денежку, что дал Парп, и протянула ее служанке.

— Вот.

— Что это?

— Парп дал. Тебе. Мы сказали, что ты к доктору ходила, зубы лечить.

— Зачем ты взяла?

— А как я могла отказать? Голос-то у меня не твой. Сама отдай. Скажи, не можешь принять, или не пригодилось.

Мирна не ответила, но деньги забрала и спрятала за пазуху.

— Обед не готовили? — спросила я.

— Нет. Убираемся.

— Хорошо.

Я вернула Мирне ее одежду и решила сварить на обед борщ, все продукты для него есть, кроме томатов, но, думаю, местные и так оценят. Времени было еще достаточно, все успеет свариться. А на второе можно драники пожарить.

Этим и занялась. Руки делали привычную работу, а в голове варились мысли.

Не знаю, сколько продлится мое пребывание здесь, но раз супруг не думает меня содержать, то надо как-то выкручиваться. Почему бы не попробовать заняться тем, о чем я всегда мечтала? Свое кафе или кондитерскую вот так с кондачка не откроешь, для этого у меня ни времени, ни средств. Но ведь можно печь пирожные и сбывать их в другие кафе и кондитерские. Интересно, здесь есть какие-то санитарные требования или что-то подобное? Я загорелась этой идеей, уже стала планировать, что я могу такого необычного приготовить, чтобы привлечь внимание и поразить потенциальных покупателей. Вариантов было множество. А самое главное, я могла сделать десерты разноцветными и украсить самыми разными способами. Мне бы только продуктов побольше, свободный выход в город и… Я замерла. Ага, много ты наготовишь. Белки для бисквита еще взобьешь руками, а вот те же сливки без миксера…

У моих мыслей был слушатель, который не только подслушивал, но и сильно хотел поучаствовать и помочь. Солнечный Зайчик так запрыгал внутри, что жар подскочил к горлу, я чуть не полоснула себя ножом, которым чистила свеклу, по руке.

— Спокойнее, пожалуйста, — попросила я. — Что ты хочешь?

Тут кожура на свекле, которая была не дочищена, разом исчезла, только взметнулось облачко пыли, тут же развеявшееся в воздухе.

— Здорово! Но как мне это поможет взбить яйца? Будь ты каким-нибудь духом воздуха, я думаю, ты мог бы закрутить какой-нибудь вихрь, который бы мне все взбивал вместо миксера.

Солнечный Зайчик даже обиделся. От моих рук по направлению к столу пошла волна жара, раскатившая еще не чищенную картошку. Разделочная доска и нож на ней заплясали, потом в воздух поднялась ложка, выделывая немыслимые кульбиты. Воздух вокруг нее «плыл», как над раскаленным асфальтом.

— Круто!!! — искренне восхитилась я. — Не знала, что ты так можешь!

Зайка радостно доложил, что он и сам еще недавно этого не знал и только сейчас понял. Я снова им восхищалась и хвалила, только уже мысленно. Дух млел. Как бы он у меня не загордился. Но перестать хвалить его я не могла.

Дальше пробовала готовить по новым технологиям. Особенно здорово было, когда дух мешал суп. Я обычно делала это ложкой на очень длинной ручке, чтобы не обжечься, но здесь такой не было. А Солнечному Зайчику это было и не нужно, от все отлично перемешал и короткой ложкой. Правда, суп при этом слегка перекипел, немного утратив яркий цвет, но мне было все равно.

Мы с духом предчувствовали новые, интересные свершения. Надо только все продумать и спланировать! А насчет того, что у меня получатся самые лучшие десерты, я теперь была уверена. Еще бы, с таким магическим помощником.