Пепел Бессмертия. Том 1

Глава 5

Хан Ло резко обернулся. Под раскидистым деревом, в тени, сидел парень лет двадцати — худощавый, с коротко остриженными каштановыми волосами, смуглой кожей и живыми, цепкими глазами. Его звали Ли Чжэнь. На щеке у него темнел свежий синяк, а на губах играла лукавая, чуть насмешливая улыбка. Он лениво жевал стебель травы, вытянувшись на земле, и казался совершенно расслабленным, будто все тревоги лагеря его не касались.

— Ну что, Хан Ло, долго ещё думать будешь? — Ли Чжэнь лениво потянулся, бросая на него внимательный взгляд. — Мы тебя уже за своего считаем, а ты всё один ходишь.

— Я привык рассчитывать только на себя, — осторожно ответил Хан Ло.

— А зря, — усмехнулся Ли Чжэнь. — Здесь одиночки долго не живут. В группе хоть кто-то прикроет спину, когда надзиратели взбесятся.

Он махнул рукой в сторону лагеря.

— Старики только и делают, что жалуются на жизнь, — фыркнул он. — А толку? Всё равно работать приходится молодым.

— Может, у них есть опыт? — заметил Хан Ло, стараясь не выдать своих мыслей.

— Опыт тут не спасает, если руки дрожат, — отмахнулся Ли Чжэнь. — Лучше уж с теми, кто может постоять за себя. С нами и выжить проще, и скучно не будет.

— Я понял, — кивнул Хан Ло. — Дам знать, если решу.

— Не тяни, — Ли Чжэнь усмехнулся. — Здесь каждый день может стать последним.

Хан Ло заметил, что Ли Чжэнь, похоже, даже не задумался, откуда он взялся, и, видимо, решил, что тот просто проходил мимо. Парень вдруг прищурился:

— Ты какой-то бледный. Всё нормально?

— Да так, после собрания до сих пор не по себе, — ответил Хан Ло, стараясь скрыть волнение.

— Ну, смотри, — Ли Чжэнь махнул рукой. — Если передумаешь — ищи меня у старого склада.

Хан Ло кивнул, сославшись на дела, и поспешил уйти, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает. Только когда оказался вне поля зрения Ли Чжэня, позволил себе выдохнуть и ускорил шаг, мысленно возвращаясь к плану побега.

Хан Ло быстрым шагом направился к своему убежищу, держась в тени бараков и стараясь не встречаться взглядом ни с кем из рабов. Каждый раз, когда кто-то появлялся на тропинке впереди, он замедлял шаг или делал вид, что ищет что-то в пыли, лишь бы не привлекать внимания.

В голове вновь и вновь прокручивался план побега. Ещё раз провернуть схему с подменой бутылочки во время следующей раздачи «Лунных Слёз» — и все приготовления будут завершены. Останется только дождаться подходящего времени.

«Нужно будет ещё раз пройтись по всему плану, — напомнил себе Хан Ло. — Даже если я уже сотню раз перебирал каждую деталь, лишним это не будет. Любая мелочь может обернуться провалом. Лучше пересмотреть всё ещё раз, чем потом жалеть о промахе».

Так, витая в своих мыслях и избегая случайных встреч, Хан Ло наконец добрался до скрытого лаза в пещеру. Он огляделся по сторонам, убедился, что вокруг никого нет, и быстро скользнул внутрь, растворяясь в прохладной темноте своего убежища.

Положив добытую карту на стол, Хан Ло на мгновение задержал на ней взгляд, отмечая свежие линии и пометки. Он аккуратно разложил свиток, давая ему расправиться, и только после этого достал из-за пояса глиняную бутылочку с ядом.

Удалив смолу, он осторожно наклонил сосуд, отделяя три капли густой, маслянистой жидкости на небольшое глиняное блюдце. Капли медленно растеклись по поверхности, оставляя после себя едва уловимый металлический запах. Не раздумывая, Хан Ло поднёс блюдце к губам и быстро проглотил содержимое, чувствуя, как по горлу прокатилась волна жжения.

Он отложил бутылочку с остатками яда в сторону и подошёл к полкам, уставленным множеством глиняных сосудов, чашек и горшочков разных форм. На каждом сосуде были выцарапаны символы или наклеены цветные метки — только он один знал их истинное значение.

Хан Ло аккуратно снял с полки небольшой горшочек, дно которого было покрыто слоем серого порошка, и взял сосуд с мутной бурой жидкостью. На столе, в пустой сосуд, он вылил остатки яда, добавил немного бурой жидкости и тщательно перемешал деревянной палочкой.

Когда жидкости смешались, по пещере пополз резкий металлический запах, от которого першило в горле. Смесь зашипела, как змея, пойманная в ловушку, и на мгновение окрасилась в багрово-зелёный цвет, прежде чем стать густо-серой. Хан Ло осторожно помешивал состав, наблюдая, как по поверхности пробегают радужные разводы, а в воздухе повисло ощущение опасности — будто сама природа предостерегает от ошибки.

Он медленно перелил получившуюся смесь в горшочек с порошком, наблюдая, как тот начал шипеть и менять цвет, впитывая жидкость. Дождавшись, пока реакция стихнет, Хан Ло аккуратно закрыл горшочек крышкой, протёр его от следов и вернул на прежнее место среди других сосудов.

Всё было сделано быстро и без лишних движений — за годы жизни в пещере он научился работать в полумраке, не теряя ни капли драгоценного содержимого.

Устроившись в полумраке пещеры, Хан Ло на мгновение замер, позволяя себе погрузиться в воспоминания. В прошлой жизни у него было немало судьбоносных моментов, которые меняли его путь, — но тех, что действительно обернулись во благо, можно было пересчитать по пальцам. Самым важным из них стало обнаружение одного запечатанного пространства.

Он до сих пор помнил, как осторожно вскрывал древние печати, чувствуя исходящую от них угрозу. Внутри его ждал мёртвый, застывший мир: гигантское древо, чьи корни пронизывали каменные своды, и десятки тел, лежащих в странной тишине. Ни крови, ни ран — только пустые оболочки, словно души были выжжены дотла.

Изучая следы, Хан Ло пришёл к выводу, что здесь столкнулись две силы. Одна — группа иномирцев, чьи техники и артефакты были ему тогда почти непонятны. Он долго рассматривал их одежду, странные письмена, остатки сломанных артефактов. Сейчас, сидя в своей пещере, Хан Ло даже потянулся было к полке, чтобы найти одну из старых книг и освежить в памяти, кто такие иномирцы и чем отличались их пути культивации. Но тут же остановился: эти знания пригодятся ему ещё не скоро, особенно в нынешних условиях. В верхнем мире они были бы ценны, а здесь — лишь бесполезный груз.

Со временем, анализируя их путь культивации, Хан Ло смог адаптировать для себя одну из техник работы с душой — пусть и в урезанном виде.

Вторая сторона — остатки группы людей из ремесленной секты «Котёл Четырёх Звёзд». Их лагерь был устроен с поразительной тщательностью: рабочие столы, инструменты, полуразрушённые формации, множество талисманов и алхимических сосудов. В одном из тайников он нашёл фрагменты наследия — схемы, чертежи, записи по созданию артефактов и талисманов. Большая часть знаний касалась именно начертания и работы с символами, чуть меньше — алхимии и основ формаций.

Эти умения не раз спасали ему жизнь. Даже сейчас, в самом низу мира, он мог использовать хотя бы часть этих знаний — пусть и в примитивной форме. Хан Ло с горечью подумал, что, возможно, именно это наследие и стало причиной его прежних бед, но и теперь оно оставалось его единственным настоящим богатством.

Хан Ло перевёл взгляд на горшочек, с которым только что работал. Его содержимое было вершиной того, чего он смог добиться в алхимии, не имея возможности культивировать и используя лишь скудные материалы, что удалось собрать за всё время пребывания на острове. Этот горшочек был его ключом к решению проблемы с «Лунными Слёзами».

Пусть ему и не удалось создать настоящее противоядие, но он всё же смог частично решить задачу. Смесь, что получится после добавления ещё одной порции «Лунных Слёз», тоже будет ядом — с похожими свойствами. Этот яд сможет частично замещать «Лунные Слёзы», которые по своей природе представляют собой сложную смесь нескольких ядов. Как говорится, клин клином вышибают: один яд будет замещать другой.

Разница лишь в том, что к своему яду у Хан Ло было подготовлено противоядие. Второе свойство его смеси — замедление действия «Лунных Слёз». Если он будет ежедневно принимать пилюли из этой смеси, то, теоретически, сможет растянуть безопасный период с пяти дней до месяца. Этого должно хватить, чтобы завершить побег.

К сожалению, вместе с этим замедлится и ослабление яда, но для этого у него были другие приготовления. Всё, что оставалось, — дождаться подходящего момента и не допустить ни одной ошибки.

Он аккуратно проверил крышку горшочка, убедился, что она плотно закрыта, и поставил сосуд в самый дальний угол полки, где его не было видно среди других, менее ценных заготовок. Рядом лежали несколько небольших свёртков с порошками и травами, которые он собирал по ночам, рискуя попасться патрулям.

На столе остались следы недавней работы: пятна бурой жидкости, несколько использованных палочек для перемешивания, кусочек ткани, которым он вытирал руки. Хан Ло тщательно убрал всё лишнее, чтобы не оставить ни малейшего намёка на то, чем он здесь занимается.

Он ещё раз окинул взглядом своё убежище: полки с сосудами, свитки с записями, карта, аккуратно разложенная на столе. Всё было готово. Оставалось только ждать — и быть готовым к тому, что в любой момент придётся действовать быстро и решительно.

В груди у него зашевелилось знакомое чувство тревоги, перемешанное с предвкушением. На этот раз у него был шанс — пусть и призрачный, но всё же шанс вырваться из замкнутого круга.

Хан Ло направился к лазу — узкому выходу из пещеры, скрытому за нагромождением камней и сухих веток. По пути он провёл взглядом по дальнему углу, где стояли восемь корзин с рудой, аккуратно сложенных одна на другую. Он заранее подготовил их для сдачи квот — если всё сложится удачно, больше к этой тяжёлой работе возвращаться не придётся. В каждой корзине лежали куски руды разного размера, тщательно отобранные, чтобы у надзирателей не было причин докопаться до него.

Перед самым выходом Хан Ло задержался на мгновение, прислушиваясь к тишине за пределами пещеры. Всё было спокойно. Он осторожно отодвинул камень, прикрывающий лаз, и вдохнул влажный, прохладный воздух острова.

Сейчас ему предстояло вернуться в лагерь — скоро начнётся раздача еды. Пусть пища была скудной, пресной и не покрывала даже половины потребностей, но это было лучше, чем ничего. Иногда в похлёбке попадались кусочки корней или редкие зёрна, и даже такая еда могла дать немного сил для следующего дня.

Поев, Хан Ло собирался отправиться за дровами. Он всегда выбирал самые укромные тропы, чтобы не сталкиваться с лишними глазами, и по пути внимательно осматривал землю и кусты в поисках полезных материалов. Любая найденная трава, кора или даже необычный камень могли пригодиться для алхимии или маскировки — их наличие никогда не будет лишним.

Перед тем как покинуть убежище, Хан Ло быстро осмотрел себя: нож за поясом, в кармане — небольшой мешочек для находок, в рукаве — кусочек ткани с угольной пылью для экстренной маскировки. Всё необходимое было при нём.

Убедившись, что ничего не забыл, он скользнул в тёмный проход, ведущий наружу, и, затаив дыхание, растворился в тени, готовясь вновь стать частью лагерной суеты.

Хан Ло довольно быстро добрался до лагеря. Раздача еды уже началась, и он без лишних слов получил свою порцию — жидкую похлёбку с несколькими кусочками корней и ломоть черствого хлеба. Присев под одним из деревьев в сторонке, он принялся за трапезу, отмечая про себя, насколько скудна и безвкусна эта пища. Но даже такая еда была сейчас на вес золота.

Пока ел, Хан Ло внимательно наблюдал за обстановкой. Судя по всему, в лагере не произошло ничего необычного. Исчезновение карты из кабинета старшего, похоже, до сих пор не заметили. А даже если и заметили пропажу, вряд ли кто-то будет поднимать шум. Завтра сменится дежурство, прибудет новый старший со своими документами, в том числе и с новой картой. Старые дела быстро забудутся.

Доев, Хан Ло задумался, стоит ли ему сегодня идти на сходку под Рогатым утёсом. Каждый вечер, в день раздачи «Лунных Слёз», в условленном месте собирались рабы — неофициальное собрание, о котором надзиратели знали, но предпочитали смотреть сквозь пальцы. Здесь происходили обмены: ничего по-настоящему ценного — все участники были такими же рабами, как и он сам.

Менялись в основном тем, что удавалось сделать или добыть собственными руками: тканью, одеждой, лечебными мазями, а также едой — съедобными кореньями, ягодами, мелкой дичью и морепродуктами. Последние особенно ценились: побережье острова считалось запретной зоной и патрулировалось, так что добыть там что-то было непросто.

Обмен происходил либо на другой товар, либо на руду. Самим рабам руда была не нужна, но она означала возможность получить свободное время: имея запас руды, можно было не выходить на добычу и заняться чем-то своим.

Хан Ло взвешивал, стоит ли ему появляться на этом собрании сегодня. С одной стороны, можно было бы обменять что-то из своих запасов на свежие коренья или мази. С другой — лишнее внимание ему сейчас ни к чему. Решение нужно было принять быстро: до вечера оставалось не так много времени.

Немного подумав, Хан Ло решил всё же не идти на сходку. До реализации его плана побега оставалось время — как минимум ещё одна сходка точно будет, и он успеет обменять всё необходимое позже.

Быстро доев еду, Хан Ло почувствовал, как настроение заметно улучшилось. Впереди его ждал важный этап — сбор бамбука с красными прожилками. Угли, полученные из такого бамбука, лучше всего подходили для его запланированного мероприятия.

Он незаметно покинул лагерь, привычно растворяясь в тенях. До склона с бамбуковыми зарослями было не так уж далеко — всего несколько минут хода по знакомой тропе. Там ему повезло: несколько ровных стеблей с характерными красными прожилками легко поддались ножу. Такие стебли были редкостью, но именно они давали угли, которые долго тлели и почти не испускали дыма.

Собрав нужные стебли, Хан Ло задержался на мгновение, прислушиваясь к звукам острова. Всё было спокойно. Он поспешил обратно, чувствуя, как с каждым шагом растёт волнение: теперь всё зависело только от него.

Вернувшись в своё укрытие, Хан Ло аккуратно сложил бамбук у стены. Взгляд скользнул по яме, заполненной мутной водой и обрывками трав. Ещё прошлым вечером он окончательно развеял чуждую духовную энергию, что долгие годы была для него и спасением, и оковами. Она позволила ему выжить, дала шанс на новую жизнь, но одновременно терзала изнутри, не давая покоя ни телу, ни разуму. Процесс избавления оказался мучительным: пришлось погрузиться в воспоминания глубже, чем он мог вынести без последствий. Хан Ло подумал, что к счастью заранее подготовился к этому испытанию, предвидя возможный результат, и сумел быстро восстановиться.

Теперь, когда он окончательно освободился от оков чуждой духовной энергии, в груди разгоралось тихое, но упрямое волнение. Всё было готово.

Перед тем как приступить к культивации, Хан Ло на мгновение задержал взгляд на отблесках воды в яме. В них отражалась его прошлая жизнь — ошибки и победы. Он сжал в руке стебель бамбука, словно принимая решение не повторять старых ошибок.

С этого момента всё будет иначе.