Патруль 6

Глава 7 Стивен

А среди текста с описанием с экрана ОЗЛ спецсвязи, на меня смотрел мужчина. Сухой, жилистый, судя по всему высокий. Лет шестидесяти, с глубокими морщинами, впалыми щеками, седыми длинными волосами, собранными в короткий хвост. Глаза большие, глубоко посаженные, с темными кругами под ними. На фото он стоял в белом кимоно, с черным поясом, и держал в руках кубок. Типичный тренер на каком-то групповом награждении, если не знать, кто он на самом деле.

Я пролистнул вниз.

Объект: Сергей Юрьевич Сидоров (псевдонимы: Sergio Diaz, Master Serg)

Дата рождения: 15.08.1961

Место рождения: США

Гражданство: СССР, РФ (лишен в 2003), регистрация в США (с 2005), также имеет паспорт Доминиканы.

Последнее известное местонахождение: Майами, Флорида, США

Адрес: BJJ Academy «Lasso choke», 1247 SW 8th Street, Miami, FL 33135 (район Little Havana)

Досье:

Сидоров Сергей Юрьевич — бывший сотрудник Главного разведывательного управления Генштаба ВС СССР/РФ. Мастер спорта международного класса по самбо и дзюдо. Проходил службу в составе ограниченного контингента советских войск в Афганистане, затем в «горячих точках» на территории распадающегося СССР. Специализация — глубокая разведка, диверсионная работа, рукопашный бой.

С 1995 по 2003 год находился в розыске. По оперативным данным, работал инструктором по боевой подготовке в различных странах: Алжир, Сирия, Афганистан (снова, но уже на стороне Северного Альянса), Пакистан. В 2003 году объявился в США, где прошел программу защиты свидетелей, сдав остатки известной ему агентурной сети в обмен на гражданство и свободу. С тех пор живет в Майами под именем Серхио Диас.

Радиопозывной: «Стивен»

Текущая деятельность:

Консультант спецслужб США по ментальности агентов России. Владелец и главный инструктор академии бразильского джиу-джитсу в Майами. Академия пользуется популярностью среди местных жителей и туристов. Сидоров лично проводит тренировки, ведет семинары. Имеет черный пояс по БЖЖ (4-тый дан), а также сохраняет мастерство в бросковой технике самбо и дзюдо.

Особые отметки:

Несмотря на возраст, Сидоров имеет отличную физическую форму. По данным внедренных источников, за последние пять лет он не проиграл ни одной дружеской схватки в зале, включая спарринги с действующими бойцами ММА, которые приходят к нему учиться. Жесток и маниакален. «Вернувшийся». Свободно говорит на русском языке, польском и английском. Во всех своих бедах винит русских.

Уровень опасности: КРИТИЧЕСКИЙ

ПАМЯТКА ОПЕРАТИВНИКУ

Объект: Сидоров С. Ю. (он же Диас Серхио, он же Стивен)

В связи с высоким уровнем подготовки объекта по различным видам единоборств (самбо, дзюдо, джиу-джитсу, рукопашный бой, ножевой бой), а также его огромным боевым опытом, включающим участие в горячих точках, вступать с ним в рукопашную схватку КАТЕГОРИЧЕСКИ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ.

Пояснение:

Сидоров являлся одним из лучших специалистов по рукопашному бою среди всех, когда-либо подготовленных ГРУ. Его техника работы с ножом и безоружного боя против вооруженного противника находится на недостижимом уровне. Объект неоднократно выходил победителем из переделок с численно превосходящим противником. Известны случаи, когда он в одиночку нейтрализовал группы вооруженных людей, используя только подручные средства. Возраст объекта не является фактором, снижающим его боеспособность. Многолетняя тренерская практика позволяет ему сохранять рефлексы на уровне, кратно превышающем показатели молодых бойцов. Особую опасность представляет его способность мгновенно оценивать ситуацию и намерения противника, а также использовать тактические комбинации в условиях высокого стрессовго фактора.

Тактические рекомендации к ликвидации:

— Работа по объекту возможна только с использованием огнестрельного оружия.

— Дистанция поражения — не менее 10 метров.

— При любом подозрении на то, что объект обнаружил слежку или готовится к нападению, — открывать огонь на поражение.

— При случайном контакте избегать диалога.

Получить груз по координатам: Бар «Ball Chain», 1513 SW 8th St, Miami, FL 33135

Спросить у бармена пакет для Брока.

Я отложил телефон и выдохнул.

В комнате было тихо, только за стеной продолжал храпеть Маркус. Красный будильник в виде маски Человека-паука светился на тумбочке, показывая половину первого.

Я посмотрел на фото еще раз. Сергей Юрьевич Сидоров. Мастер, предатель, убийца. Живет в Майами уже двадцать лет, тренирует местных ребят джиу-джитсу, пьет, наверное, смузи после тренировок и улыбается своим американским ученикам. А за его плечами десятки погибших разведчиков, проданные документы и сданные агенты. А еще у Джона Уика курильщика руки, которые могут убить быстрее, чем я успею достать окажись я на расстоянии захвата.

Адрес я запомнил сразу: 1247 SW 8th Street, Little Havana. Район кубинцев, их кофе, сигар и стариков, играющих в домино. А еще как выяснилось академии бразильского джиу-джитсу, где тренирует бывший сотрудник ГРУ, к которому нельзя подходить близко.

Я убрал телефон и лег на супергеройскую кровать, глядя в потолок, на котором светились наклейки со звездами и паутиной. Надо будет завтра съездить, посмотреть на это логово. Просто посмотреть.

Я закрыл глаза и попытался уснуть. Получилось не сразу.

А почему, собственно, завтра?

К черту. Я здесь не для того, чтобы отсиживаться в логове Человека-паука.

Я бесшумно встал, надел спортивный костюм, сунул в карман Тиммейт, бумажник и телефон и на цыпочках прошел через гостиную. Маркус лежал на диване всё в той же позе, разбросав руки и ноги, и храпел так, что дребезжала стоящая рядом кружка с недопитым с утра чаем. Телевизор продолжал работать, но Маркусу было уже всё равно — есть определённая прослойка людей, которая засыпает под телевизоры, вот отце Спайдер-мена был как раз из тех.

И я выскользнул в ночную духоту через кухонную дверь и прикрыл её за собой бесшумно, проверив, закрылась ли.

Задний двор упирался в невысокий забор, за которым начиналась улица, выходящая к шоссе. Я перемахнул через ограждение, прошел полквартала и только тогда достал телефон, вызывая Uber.

Через семь минут серебристая Toyota Corolla подобрала меня у круглосуточной заправки. Водитель был полноватый кубинец с седыми усами, он кивнул и спросил куда.

— Ball Chain, — произнёс я.

Кубинец присвистнул, но повёз.

Я попросил таксиста высадить меня за квартал. Расплатился потратив 60$. Вышел из машины и пошёл пешком.

Улица в этот час жила своей жизнью. Невысокие здания с выцветшей краской, кованые решетки на окнах, вывески на испанском. У круглосуточной закусочной курили старики в светлых рубашках, из открытых дверей доносилась музыка, какая-то сальса, джаз и снова сальса. Неподалеку работал магазин сигар, а в переулке стояли старые шевроле. Тут была настоящая Куба, только перенесенная через пролив.

Бар нашелся сразу, выделала его старая неоновая вывеска «Ball Chain» над стеклянной дверью, а изнутри лился приглушенный свет.

Я вошел. Внутри оказалось сумрачно. Как у вампира в логове, красноватый свет исходил от бра на стены, длинная барная стойка из темного дерева, потертые кожаные стулья. Повсюду висели старые фотографии в рамках, афиши концертов пятидесятых с ансамблями каких я не знал да и наверное не мог знать. На маленькой сцене у дальней стены играл джазовый квартет. Контрабас вибрировал где-то в углу, полненькая певица в красном платье, закрыв глаза, выводила грустную мелодию. Несколько пар танцевали в полумраке, остальные просто сидели за столиками и слушали.

Я подошел к стойке.

Бармен оказался полноватым мужчиной лет пятидесяти, с седыми висками и густыми усами. Белая рубашка с закатанными рукавами обтягивала этого кругляша. Он скользнул по мне взглядом без лишнего интереса.

— What’ll it be?

— Мне нужна посылка, — сказал я, положив Тиммейт на стойку. — Для Брока.

Бармен замер ровно на секунду.

— Подожди здесь, — произнёс он.

Он ушел в конец стойки и скрылся за дверью с табличкой «Staff only». Вернулся через пару минут с коричневым бумажным пакетом, перевязанным бечевкой.

— Держи. С тебя десять баксов. За кофе и пончики внутри, — он кивнул на пакет. — Бесплатно не бывает, amigo.

Я положил десять на стойку, забрал пакет.

— Приятного аппетита, — сказал он мне уже в спину.

И я вышел на улицу, завернул за угол и открыл пакет заглянул. Кофе в бумажном стакане, пончик в маслянистой упаковке. А под ними — пластиковая коробка, слишком тяжёлая для пончиков.

Я вытащил и надкусил пончик и, жуя, поймал такси на углу.

— 1247 Southwest 8th Street, — назвал адрес академии BJJ.

Водитель кивнул, и машина тронулась. Влажный воздух бил в открытое окно, в динамиках играло что-то испанское. А я смотрел на проплывающие мимо пальмы и думал о том, что через час начнет светать.

— В такой час, amigo? Там тихо, конечно, но лучше не шататься одному, — начал говорить со мной водитель, а я украдкой открыл посылку.

В пакете лежал ПБ, словно кто-то хотел, чтобы все знали, что по бывшему ГРУшнику стреляли русские. Тонкая маска с изображением лица, я был очень удивлён когда увидел принт Путина и дополнительный магазин к ПБ.

— Я встречусь с другом, — соврал я, ведь я ехал к врагу.

Водитель пожал плечами и тронулся с места.

В темноте пальмы шелестели своими листьями на ветру, а вдалеке была слышна музыка — то ли из баров, то ли из проезжающих машин с открытыми окнами. Мы ехали по пустым улицам, и через двадцать минут въехали в Little Havana.

Нас стали окружать низкие домики, яркие вывески на испанском, несколько круглосуточных магазинчиков с неоновой рекламой пива и сигар. На углу сидели старики и курили, не обращая внимания на время. А пахло тут жареной едой.

Улица 8-я Southwest оказалась широкой, и тихой. Академия «Lasso choke» располагалась на первом этаже двухэтажного здания с выцветшей краской. Большая стеклянная витрина, за которой угадывался зал с матами, и светящаяся вывеска с названием. Рядом парковка на несколько машин, сейчас почти пустая.

Я попросил водителя остановить метрах в пятидесяти от входа, расплатился наличными и вышел. Корола укатила в ночь, а я остался стоять тут, наблюдая.

В зале горел свет. Сквозь тонированное стекло было видно, как внутри тренируются люди. Человек десять, не больше. Они отрабатывали какие-то приемы на матах, двигались парами. А в центре, у стены с зеркалами, стоял ОН.

Серхио Диас. Он же Сергей Юрьевич Сидоров. Он же Стивен.

Вживую он выглядел еще более жёстким, чем на фото. Высокий, сухой, жилистый. Длинные седые волосы собраны в хвост. Он стоял, скрестив руки на груди, наблюдая за учениками, иногда прохаживаясь по ковру. Даже через стекло и расстояние чувствовалась его манера легко и плавно двигаться. Словно хищник в клетке, который делал вид, что он просто тренер.

И тут ОЗЛ спецсвязь пискнула, а в сообщении было написано: «Перед ликвидацией передать привет от спортивного общества „Динамо“».

Ну не-не-не, может, еще селфи с ним сделать? Вы мне зачем расписывали, какой он опасный? Чтобы я с ним говорил? Убью, а потом скажу ему все приветы. Придумали блин, тоже мне — «Дон Карлеоне передаёт вам большой привет!»

В этот момент Сидоров повернул голову и посмотрел прямо в мою сторону.

Расстояние было метров двадцать. Темнота, тень от дерева, тонировка на стеклах зала. Он не мог меня видеть — только силуэт, если вообще мог. Но его взгляд уперся именно сюда. Он встал неподвижно, и даже через стекло я чувствовал, что он что-то почуял.

Я не стал отворачиваться. Если я замечен — то поздно, если нет — то и суетиться не надо.

Секунд через десять он отвернулся и подошел к одному из учеников, поправляя ему захват.

Я посмотрел на камеры. На зале они были. Значит, надо ликвидировать не в зале. Или в маске. Но есть ли камеры сзади? — призадумался я.

Сидоров тем временем что-то сказал ученикам, хлопнул в ладоши и направился вглубь зала. Старший ученик — здоровенный черный парень — вышел в центр и продолжил тренировку.

Я отступил в тень. Тут было мрачно и воняло отходами. Это был глухой переулок, с мусорными баками и парой припаркованных машин. И надев маску которая со стороны и вовсе не была похожа на маску, пошёл обходить.

Задняя стена академии была глухая, на первом этаже дверь и без окон, только пожарная лестница вела наверх, к окнам второго этажа. Жилой этаж, судя по всему.

Я достал из пакета ПБ выбросив пакет в мусорку, а в карман положил дополнительный магазин к нему. Должно хватить восемь патронов в магазине за глаза и за уши.

Я двинулся к лестнице.

И в этот момент на втором этаже погас свет.

Я замер, вжимаясь в стену. Секунда, другая и сверху ударила очередь.

Что-то малокалиберное, бесшумное, я слышал только металлическое стрекотание и свист пуль, врезающихся в асфальт у моих ног. Они взрыли землю в метре от меня, и взметнувшись фонтанчики пыли и асфальтовой крошки бежали ко мне. Я резко отпрянул назад, уходя за угол здания, прижимаясь к холодной стене дома.

Но за стеной бой не выиграешь, я глубоко вдохнул и осторожно выглянул, но ниже на уровне ног. Темный проем окна на втором этаже — оттуда стреляли ждал меня. А Сидоров видать не был дураком и всегда был готов. И морально был готов что к нему придут.

Я сменил позицию, перебегая к мусорным бакам. И снова очередь потревожила асфальт. Но я выглянул на секунду из-за своего нового укрытия и нажал на спуск.

Два выстрела в открытое окно. В темноту основываясь лишь на интуицию и вдруг сверху донесся стон. Неожиданно, но — я попал.

Однако в ответ прилетела новая очередь. Пули застучали по бакам, по стене, одна взвизгнула рикошетом где-то над головой. Я снова ушел за угол.

Восемь патронов. Много и мало одновременно. Много для того чтобы убить бухгалтера какого-нибудь авторитета и жутко мало, чтобы вести перстрелку в подворотнях.

Я рванул вдоль стены, пригибаясь, и рискуя, и через несколько секунд был у задней двери. Деревянная, обитая железом, с обычным замком — дешёвым.

Я предстасвил, где у него язычок и выстрелил в замок в упор. Металл хрустнул, дверь чуть приоткрылась. Я рванул ручку на себя, и петли жалобно скрипнули, отдавая мне дверное полотно, а еще что-то упало под ноги.

Внутри было темно. А был в каком то коридоре, а за стеной, в зале, слышались голоса учеников — они продолжали тренировку, не подозревая, что творится у них под носом. Я двинулся туда куда и хотел — к лестнице, стараясь ступать бесшумно. Хотя цель и правда обладала звериным чутьём, но к счастью, видать с возрастом — плохо стреляла.

Сверху снова зашумели, раздались быстрые шаги. Кто-то бежал наверх, не таясь.

И я рванул за ним, отчётливо понимая кто это от меня убегает.

Лестница вела второй этаж а от туда на крышу. Люк был открыт, и в проеме мелькнула белая пола кимоно.

Я выскочил на крышу через секунду после него, проверив проход люка, не ждёт ли меня хитрый Сидоров.

А крыша была плоская, битумная, с какими-то вентиляционными трубами и кондиционерами. Я увидел его через два пролёта, Сидоров бежал к противоположному краю, держа в руке маленький пистолет-пулемёт, какую-то Узишку с глушителем.

Я выстрелил и промахнулся. Пуля выбила кусок кирпича у парапета под его ногами.

Он развернулся на бегу, выстрелил в ответ не прицельно но я спрятался за укрытие. А мой визави и снова побежал, петляя между трубами.

Я стрелял еще, бегло считая пули, четыре выстрела. Три. Два.

В какой то момент Сидоров вдруг остановился, вскинул руку с пистолетом, и нажал на спуск — и ничего не произошло. Он нажал еще раз. И снова была тишина.

Я тоже вскинул ПБ, прицелился, нажал на спуск.

Щелчок.

Затвор ушел назад и замер в открытом положении.

Просчитался в патронах, позор на мою майорскую инкарнацию.

Тишина повисла над крышей. Только ветер шелестел где-то внизу да доносилась приглушенная музыка из бара через пару кварталов.

Сидоров медленно опустил ПП. Потом отбросил его в сторону словно бесполезный кусок металла звякнул о бетон.

Он улыбался. Широко, открыто, будто мы не пытались только что убить друг друга, а встретились на дружеской вечеринке. На правой стороне его кимоно виднелась кровавая дырка. Так вот почему так плохо стреляем, с левой руки не привык?..

— Чё, русня, — сказал он по-русски. Чисто, без акцента, с той интонацией, с какой говорят бывшие свои, те которые перебежчики. — Патроны кончились?

И шагнул на меня…