Пасечник

Глава 11

Вроде бы и выходной день. Но какой банк — если, конечно, у руля вменяемый человек — упустит случай заработать? В Селезнёвском отделении Волковского банка начальник был что надо, и двери финучреждения были, как и полагается в ярмарочный день, нараспашку. На всякий случай, у входа скучал охранник: какой идиот сунется грабить в битком набитый народом банк? Да его тут же помножат на ноль бдительные граждане! То же касается и мелких воришек, карманников и прочей шушары.

Иван и Маша сразу от входа двинули в дальний угол операционного зала, где скучал у окошка симпатичный молодой клерк в недорогом костюме и чёрных сатиновых нарукавниках. Увидев клиентов, он оживился:

— Добрый день, сударь, сударыня. Могу ли я вам чем-то помочь?

Маша сразу взяла дело в свои руки:

— Можете. Вот этот господин желает проверить состояние своего счёта и поместить на него некую сумму денег.

Клерк тут же посерьёзнел:

— Могу я увидеть ваше удостоверение личности?

Терентьев добыл из кармана книжицу и подал её в окошко:

— Пожалуйста.

Клерк едва заметно скривился, оценив состояние документа, но вслух ничего не сказал. Даже профессиональная улыбка сохранилась такой же лучезарной. Он тут же сделал несколько пассов, вызвав золотистую голограмму — или магограмму — волчьей головы.

— Ваши документы в порядке, — прокомментировал он свои действия. — Теперь давайте посмотрим картотеку. Возможно, придётся немного подождать: у нас довольно старое и, к тому же, шумное оборудование. Вот в Волчанских отделениях всё работает намного быстрее и тише.

Разговаривая, клерк наколотил на громыхающей клавиатуре данные Терентьева. Где-то внизу, в недрах заокошечного пространства, зажужжало, защёлкало, а через пару минут загрохотало. Да так, будто там, под клерковым столом, кто-то палил из пулемёта длинными очередями. Ивану стоило больших усилий не броситься ничком на пол.

Пулемёт отстрелялся. Молодой человек подал в окошко небольшую картонку, на которой честь по чести было напечатано:

Терентьев Иван Силантьевич

Год рождения 1985

Социальный статус: Помещик

Остаток средств: 32 рубля 38 копеек.

С годом рождения Иван был согласен. С именем и статусом — тоже. А вот с остатком согласиться никак не мог. Он задумчиво поскрёб темечко, после чего вновь нагнулся к окошку, к ожидающему новых вопросов клерку.

— Скажите пожалуйста, а оплата за военную службу, она ведь поступает на счет в княжеском банке?

— У господина Терентьева контузия, — прибавила Маша, и он не всё помнит.

— Конечно! — воскликнул клерк. — Вся сумма жалования, без исключения, зачисляется на счёт, чтобы в случае гибели бойца деньгами могли воспользоваться родственники: родители, к примеру, или супруга.

Терентьев завис: какая ещё супруга? Откуда? Только этого ему не хватало! Пока он переваривал новую информацию, Маша нагнулась к окошку:

— Скажите, а можно получить информацию, скажем, о последних десяти операциях по счёту?

— Можно. Но за сведения о каждой операции придется заплатить по пятьдесят копеек.

Маша глянула на Ивана, всё ещё не отошедшего от известий о гипотетической жене. Решила, что пять рублей у него найдётся. А если нет, она сама заплатит. Невелика плата за спасение жизни. И, как итог всех размышлений, кивнула клерку:

— Делайте.

За окошком, под стойкой, снова загрохотало. На этот раз долбило втрое дольше, и картонка была размерами поболее.

— Извольте видеть, — объяснил клерк, — операции даны в обратном порядке. Вверху самые последние, внизу — самые давние.

Егерь принял картонку и глянул на идеально ровные, словно по линеечке, буквы,

10. Получение наличных. 1000 ₽

09. Получение наличных. 1000 ₽

08. Оплата покупок в магазине дамского платья. 1360 ₽ 69 коп.

07. Получение наличных. 1000 ₽

06. Оплата покупок в магазине дамского платья. 829 ₽ 13 коп.

05. Получение наличных. 1000 ₽

04. Получение наличных. 500 ₽

03. Оплата обучения в княжеской магической академии. 5000 ₽

02. Оплата проезда Селезнёво-Волков. 26 ₽ 50 коп.

01. Получение наличных. 100 ₽

— Смотри, — ткнула Маша локтем Терентьева. — Точно девка деньги транжирила. Смотри, как размахнулась. Ишь, по лавкам шлялась, тряпки себе покупала.

— А почему девка? — уточнил Иван, у которого слова о возможной супруге до сих пор набатом отдавались в ушах.

— Ну как же — вот, в академию учиться собралась. Стало быть, молодая. Уехала в столицу и загуляла там на все твои деньги.

— Но я ничего не помню, — развёл руками пасечник. — А последняя сумма точно прошла мимо меня. Это, смотри, как раз неделю назад было. Накануне битвы с кабаном.

— Извините, — снова сунулась Повилихина к окошку, — а нельзя ли узнать: не передавалось ли кому-нибудь право управления счётом?

— Сию секунду, сударыня! — с готовностью отозвался клерк.

Последняя пулемётная очередь была сравнительно короткой, а картонка совсем небольшой, с ладонь.

Перепёлкина Ефросинья Гавриловна

Год рождения 1987

Социальный статус: Мещанка

— Не жена, — с облегчением выдохнул Терентьев. — Хоть какая-то хорошая новость.

И тут же сунулся в окошко:

— Уважаемый, а нельзя ли отменить все разрешения на управление счётом? И как только это будет сделано, я депонирую на счёт вот эти деньги.

Он продемонстрировал клерку чек, полученный за лося. Молодой человек в окошке ухватил взглядом сумму и затараторил:

— Сию секунду будет сделано.

Заколотил, загрохотал по клавишам, что-то нажал, куда-то сбегал и, вернувшись, выдал результат коротенькой пулемётной очереди:

Доступ к счёту разрешен только владельцу.

Бережно, двумя руками принял чек и после нескольких относительно быстрых манипуляций протянул егерю очередную картонку:

Терентьев Иван Силантьевич

Год рождения 1985

Социальный статус: Помещик

Остаток средств: 19854 рубля 99 копеек.

— Ну вот, — удовлетворённо улыбнулся Иван, — теперь я вроде как состоятельный человек.

И тут же спохватился:

— Я же наличности себе не оставил!

Кинулся к окошку:

— Молодой человек, мне бы полста рублей мелкими купюрами на текущие расходы. И ещё: мне каждый раз за деньгами в банк бегать?

— Ну зачем, — угодливо улыбнулся клерк, — я могу выдать вам чековую книжку. Эта услуга обойдётся вам в десять рублей. Зато вы в любой лавке или в ресторане можете расплатиться чеком.

Через десять минут Терентьев убрал во внутренний карман нетолстую книжицу и простенькую ручку с логотипом банка — сувенир дорогому клиенту. Все дела здесь были закончены, и он вместе с Машей покинул местечковое кредитное учреждение.

Мобильная связь в империи существовала, и вполне успешно. Каким образом она устроена, Ивана не интересовало. Работает — и этого достаточно. Правда, удовольствие было не из дешевых, да и телефоны стоили немало. А потому, хотя народу в телефонной лавке с пафосной вывеской «Волков-связь» и неизменным портретом агрессивного волка толпилось немало, парень за прилавком явно скучал и, кажется, даже подрёмывал.

— Нам нужно приобрести телефон и подключить его к сети, — сходу заявила Маша.

Парень не сразу врубился, чего хочет от него строгая девушка с мотоциклетными крагами за отворотом кожаной куртки. Сонными глазами окинул он сперва девушку, потом стоящего рядом с ней здоровенного мускулистого парня в камуфляжном костюме с берестяным коробом за спиной. Прикрывая рот рукой, зевнул и тут до него дошли, наконец, слова.

Приказчик на секунду застыл с разинутым ртом, и тут же, на глазах, переменился: выпрямился едва ли не по стойке «Смирно», лицо приобрело осмысленное выражение, рот закрылся, а губы изогнулись в приветливой улыбке.

— Никаких проблем! — радостно воскликнул парень. — Вы уже выбрали модель? Нет? Тогда я сейчас вам всё расскажу. Посмотрите сюда!

Он прытко подскочил к первой по счёту витрине.

— Это для тех, кто бережет каждую копейку. Только разговоры, и больше ничего. Зато в любой момент и из любого места в любое — в пределах княжества, конечно. И абсолютно конфиденциально. Никто не перехватит ваш разговор, никто не подслушает. Это компания гарантирует особо.

Иван озадаченно глядел на небольшой кирпичик с узенькой строчкой экрана и цифровыми кнопками чуть пониже. Кирпичик — это соотнесение размеров телефона с размерами стройматериала. Примерно восьмая часть по объёму.

— А что-то посерьёзней?

— Вот, пожалуйста! — лучился радостью продавец уже от следующей витрины. — Часами на руке или в кармане сейчас никого не удивишь. Но часы могут испортиться, могут промокнуть, могут спешить или отставать. В конце концов, их порой забывают завести. А эта модель не только имеет встроенные часы, исключительно точные, неизменно идущие секунда в секунду, но и будильник, который прозвонит ровно в тот момент, какой вы назначите.

Терентьев попытался поймать паренька на явной нестыковке:

— Но ведь телефон тоже можно испортить или утопить.

— Вот уж нет! — торжествующе заявил он. — Телефонный модуль невозможно повредить обычными действиями в быту. Вы можете уронить его на бетонный пол, сесть сверху, кинуть в бочку с водой — ничего не случится. Разве что вы намеренно будете пытаться разбить корпус телефонного аппарата или самостоятельно разобрать, что означает примерно одно и то же.

— Внушает, — вынужден был согласиться егерь. А как насчёт завода?

— И это предусмотрено. Телефон запитан от энергетических кристаллов. Их заряд рассчитывается таким образом, чтобы его хватило ровно на оплаченный срок обслуживания. Если вы придёте в любой из наших магазинов и оплатите продолжение обслуживания, мы восполним заряд кристаллов в точном соответствии с размером оплаты.

— А если я не смогу вовремя появиться в вашей фирме? Например, я какое-то время буду находиться вне княжества.

— Никаких проблем. Вы всегда сможете заплатить вперёд, на срок не более года. К сожалению, дольше года кристаллы не могут сохранять энергию и разрядятся вне зависимости от оплаченного контракта.

Терентьев уважительно кивнул. Громоздкие и неказистые с виду аппаратики на деле оказывались едва ли не аналогом спутниковой связи. А срок работы от одной зарядки и вовсе поражал воображение. Наведаться раз в год в контору нетрудно. А потом — ходи целый год и не парься.

— Я вижу, у вас имеются модели посерьёзнее, — кивнул егерь на следующую витрину.

— Да! — расцвел молодой человек. — Вот это чрезвычайно продвинутый аппарат. Чувствительный к прикосновению экран. Все кнопки, по сути, нарисованы на нём и срабатывают от простого касания. Но главное — то, для чего он сделан. В нём хранится карта всего княжества, причём самый свежий вариант, со всеми изменениями. Стоит какому-то наделу изменить свои очертания, появиться, пропасть, сменить собственника, и всё это тут же отобразится на вашей телефонной карте. Дороги, тропы, их состояние, погодные условия на местности — всё, что захотите. Незаменимый спутник любого путешественника. Разумеется, это помимо возможности собственно совершать звонки. На экране вы можете либо просмотреть карту местности, либо свое положение на этой карте. Кроме того, телефон может сыграть роль путеводного клубка, который, как сейчас достоверно установлено, является лишь сказочным артефактом. Назовите место, куда хотите попасть, и этот аппарат покажет вам кратчайшую дорогу. Вы так же можете использовать для этой цели ранее сохранённый маршрут.

В этом описании Иван не услышал для себя ничего нового. Правда, размер навигатора доходил до четверти кирпича, но с годовой зарядкой это можно было терпеть.

Тем временем продавец уже стоял у последней витрины

— А вот это, — с лицом доброго волшебника произнес он, — наша гордость. Этот аппарат, помимо всего перечисленного ранее, умеет отправлять, получать и хранить письма.

Терентьев не удержался, хмыкнул: для него эта функция была не слишком крутой.

— Да что вы понимаете! — возмутился парень. — Это одна из самых совершенных моделей. И главное в ней имеется не только сама возможность отправлять и получать сообщения, а полнейшая недоступность переписки для посторонних. Экран телефона откликается только на вас, и ни на кого более. А размер хранилища для писем, рассортированных по дате и времени, по имени корреспондента, может поспорить с размером личным архивом иного сутяги.

Продавец сурово взглянул на егеря, словно бы оценивая, насколько тот проникся пламенной речью.

— Кстати сказать, вот эта модель, — он небрежно махнул в сторону предыдущей витрины, — тоже может получать сообщения. Но сохраняет лишь несколько последних.

Глаза паренька вдруг погрустнели, он печально вздохнул:

— В Волкове можно купить самую последнюю разработку. У нас её не найти. Этот телефон способен просматривать информацию на специально созданных для этого страницах. Пока их не очень много, и доступны они только на территории Волкова.

Парень вновь оживился. В глазах его зажегся свет истинной веры:

— Я знаю, уверен, — пафосно произнёс он, — рано или поздно эти странички, инфоры, станут неотъемлемой частью жизни княжества. И распространятся они повсеместно, и станут доступны для всех и каждого. Достаточно будет лишь купить подходящий аппарат, и перед вами откроется бездна информации.

— Вот с этим я согласен, — уверенно кивнул Терентьев. — Буду в Волкове — погляжу на это чудо. А здесь, в нашей глубинке, такой аппарат работать будет?

— Будет, конечно, — опять вздохнул погрустневший энтузиаст инфоров. — Но информационные странички смотреть вы не сможете. Они здесь просто недоступны.

— Мне, пожалуйста, вот этот, — указал Терентьев на последнюю витрину.

Молодой человек просиял и почти бегом отправился в подсобку. Вернулся через полминуты с приличных размеров коробкой и принялся оформлять полагающиеся бумаги.

— Позвольте ваше удостоверение, — попросил он.

Добыл из-под прилавка телефон, пристёгнутый цепочкой к столешнице, и принялся сосредоточенно тыкать в экран указательным пальцем. Спустя недолгое время удивлённо поднял голову:

— Господин Терентьев, посмотрите! — продавец повернул казённый телефон экраном к егерю. — Оказывается, у вас уже имеется телефон. Только другой, самый простой.

— Уже имеется? — переспросил Иван. — Скорее всего, я его потерял и вряд ли смогу вернуть.

— У господина Терентьева была контузия, — влезла Маша. — Он частично потерял память.

Адепт телефонной связи понимающе кивнул и вновь перешел в режим ожидания.

— Думаю, — решительно заявил егерь, — два телефона мне ни к чему. Можно остановить действие имеющегося контракта, а неизрасходованные средства перенести на новый телефон?

— Разумеется! На какой срок вы будете оплачивать контракт?

— На год.

На лице парнишки расплылась широченная улыбка. Видать, за такие продажи он получит нехилую премию.

Продавец вновь склонился над казённым аппаратиком и после недолгих манипуляций, назвал сумму. Иван выписал чек, обменял его на коробку и, провожаемый призывами заходить ещё, покинул телефонную лавку.

— Ты представляешь, этот негодяй так и сказал: мол, эта фифа…

Голос лучшей подруги оборвался на полуслове. Эсфирь Кэй[1], в миру Ефросинья Перепёлкина, досадливо пробормотала себе под нос неприличное слово. Вот же, на самом интересном месте! Она глянула на телефон: над экранчиком светился красный огонёк, означающий окончание контракта. Но ведь ей оставалось минимум три недели, она это знала наверняка!

Вопрос требовалось решить немедленно. Фрося молниеносно оделась и поспешила в ближайший телефонный салон. Это в Селезнёво лавки. А здесь, в столице, салон. Фрося секундочку полюбовалась на роскошную вывеску «Волков-связь» и решительно распахнула дверь.

— Чего изволите, сударыня? — почтительно склонился перед ней приказчик.

— У меня внезапно закончился контракт.

Фрося протянула телефон с ярко светящимся красным огоньком.

— Позвольте ваш документ, — ещё раз поклонился приказчик.

— Видите ли, — девушка слегка замялась, — этот телефон мне отдал жених, и контракт должен длиться ещё несколько недель. Хотелось бы узнать, что случилось.

Приказчик вынул из-под прилавка пристёгнутый цепочкой казённый телефон. Сверяясь с протянутым Фросей аппаратиком, ловко потыкал пальцами в экран и спустя минуту произнёс:

— Сожалею, но владелец аппарата прекратил контракт.

Эсфирь состроила умоляющую гримаску:

— А, может, я могу сама оплатить контракт на, хотя бы, месяц?

Приказчик профессионально опечалился:

— Увы, это сделать может лишь владелец телефона. Свяжитесь со своим женихом и выясните, из-за чего произошел подобный казус.

— Но как же я с ним свяжусь? Ведь мой аппарат не работает!

В уголках глаза девушки набухли крупные слёзы. Приказчик, видя это, со скорбью в голосе посоветовал:

— Имеется общественный телефон, имеется телеграф. На худой конец, имеется почта и работает она весьма надёжно. Воспользуйтесь любым из этих вариантов. А прямо сейчас я вам помочь ничем не могу. Если же будете настаивать, — тут голос приказчика внезапно построжел — телефон мы изымем и переправим владельцу.

Девица Перепёлкина выскочила из телефонного салона в состоянии глубокого праведного негодования. Она добежала до телеграфа и схватила бланк. Поморщившись при виде общественного пера и засохших чернил, достала личную самописку. Черкнула в бланке: 'Дорогой дядюшка, твой вариант прокис. Могут быть проблемы. Разберись, пожалуйста. Твоя Фрося.

Может, в другое время Перепёлкина бы сперва прикинула, как изловчиться и выгадать несколько копеек, но сейчас нужно было действовать, и как можно быстрее. Она даже расщедрилась на пометку «молния» и доставку. Заплатила кошмарные деньги, почти что рубль. И, ещё сильней разгневавшись от неплановых трат, отправилась в общежитие Академии.

Два шага, всего два шага пришлось сделать несчастной девушке, прежде, чем ей на глаза попалась вывеска: «Волков-банк».

— Вот оно! — почти что вслух подумала Перепёлкина.

Там, на счету, кажется, что-то ещё оставалось. Её месть будет ужасной!

Мимо скучающего у дверей охранника уверенным шагом прошествовала отнюдь не мещанка Ефросинья Перепёлкина, а леди Эсфирь Кай!

— Милейший, я желаю снять остатки средств и закрыть счет, — повелела клерку Эсфирь.

Тот, полнейший сухарь, не обратив ни малейшего внимания ни на интонацию голоса, ни на саму леди протянул руку в чёрном сатиновом нарукавнике:

— Позвольте ваше удостоверение.

Изящным жестом Эсфирь протянула свою книжицу. Клерк пощёлкал клавишами под стойкой и спустя минуту выдал ответ:

— Гражданка Перепёлкина, ваше право на управление этим счётом отозвано.

— Но почему? — возмутилась девушка.

Охранник у входа оживился и, положив руку на рукоять резиновой дубинки, принялся внимательно следить за продолжением разговора.

— По решению владельца счёта, разумеется, — отчеканил клерк. — Если вы хотите оспорить это решение, вам необходимо обратиться к самому владельцу счёта.

Из «Волков-банка» вышла совершенно раздавленная свалившимся на неё несчастьем мещанка Ефросинья Перепёлкина. В её жизни определённо началась чёрная полоса.

[1] Caille (фр.) — [kɑj] — перепёлка