Отбор драконов для серой мышки

Глава 21

— Вот так, девочка моя, садись и послушай, — я последний раз хлюпнула носом, а Эргон неожиданно подхватил меня на руки, взглядом поставил на место единственное уцелевшие кресло и опустил меня в него.

Я рукавом утерла глаза, изумленно разглядывая учиненное мною безобразие.

Хорошо, что женихи не видели моей истерики! Кто знает, что подумали бы. Восхитились бы моей силой или решили бы, что я убогая истеричка?!

Впрочем, чувствовала я себя на удивление хорошо - когда выпустила все напряжение последних сумасшедших суток.

Папочка вручную перевернул обгоревший столик, сел на краешек и взял меня за руку.

Господи, как хорошо-то... И чего я на него разозлилась? Никто на свете не умеет касаться и успокаивать так, как мой названный отец.

Впрочем, сдавать позиции без боя мы с мышкой не собирались.

Стоп. Можно уже сдать.

Потому что бой уже был. И порча папочкиного драгоценного кабинета с его любимой старинной мебелью вполне сойдет за наказание "провинившемуся" отцу.

— Теперь послушай, Алиса, — как ребенку, улыбнулся мне Эргон. — Во-первых, я ни на мгновение не оставлял тебя без хорошей охраны. Кроме нашего принца и данных в его распоряжение драконов, тебя охраняли и другие мои преданные воины. И когда вы с принцем остались под сетью наедине, я приставил хорошую незаметную охрану. Да и пустил вашего коричневого по нужному пути, чтоб вы смогли договориться или поругаться... Интересно было посмотреть, что выйдет...

— Ага, ты играешь, у тебя свой отбор... — проворчала я.

Новость о том, что охрана была, частично опровергла подозрения, будто опасности нет, и все подстроено Эргоном.

— Не совсем так, — сказал Эргон, — послушай дальше. Во-вторых, когда я оставил вас под сетью, то действительно преследовал несколько целей. И проверить вашу совместимость -лишь одна из них...

— А еще какая? — сердито спросила я.

Эргон чуть нахмурился, потом усмехнулся.

— Ну, например, я надеялся, что это вызовет взрыв. Вот этот самый взрыв, что приключился сейчас. И ты разнесешь к крысьей бабушке эту сеть, а заодно покажешь Байдару, что в твоих жилах и верно течёт наша кровь... Весь этот стресс должен был разбудить в тебе дракона. Лучше, если ты предстанешь перед женихами завтра полной сил и уверенной в себе.

— Ах, вот оно как... — продолжая немного сердиться, протянула я. — Ну теперь ты достиг этой цели. Ценой своего кабинета, — ехидно улыбнулась.

— Брось, Алиса! — рассмеялся Эргон. — Ты не лучше меня! Почти заключила заговор со своими мальчишками против родно... своего отца. Думаешь, я не догадался, что они тебя накрутили?

— А скажешь, они совсем не правы? — мне стало немного совестно за "заговор", но я предпочла уйти в глухую оборону.

— Нуу... Хм... Они неправы в корне. Хоть, признаюсь, да, поводы так подумать у вас были. Но по сути неправы. Опасность есть, Алиса. И очень серьезная. И для тебя, и для меня, и для всего Эреамора. Поэтому и нельзя было отменить отбор - так мы бы показали свою осведомленность, и еще год искали бы заговорщиков. Знаешь, легко подозревать во всем Сурала. И мне эта версия импонирует. Но... знаешь, есть у меня чувство, что все связанное с Суралом мы уже раскрыли. То есть его план по внедрению герцога. А игры с букетом и письмена могут оказаться вообще не его рук делом...

— Но письмена же написаны какой-то эребеарской вязью? — удивилась я, забыв про обиду.

— Да. Но не факт, что это игры именно Сурала. У него тоже хватает и сильных драконов, и недоброжелателей в окружении...

— Кошмар! - поежилась я. — То есть все так серьезно?!

— Да, именно, — кивнул головой отец. — Поэтому ты должна была сильнее проявить драконью сущность, обрести ее, как сегодня, чтобы суметь защитить себе, если что. Если все меры безопасности не сработают. Для этого я затеял провокацию последних суток...

— Интриган! — рассмеялась я. — Не мог придумать другой способ разозлить меня?!

— Зачем? — пожал плечами папочка. — Зачем, если под рукой оказались такие удобные способы, и твои мальчишки сделали за меня большую часть работы?

Вопрос явно был риторический, поэтому в ответ я промолчала.

— И поверь, если я делаю что-то у тебя за спиной, то лишь для нашего блага, — закончил отец. — Это "в-третьих". Ну что, мир, дочка, или еще повоюешь?

Я промолчала, потом одна идея родилась у меня в голове.

И я коварно улыбнулась.

***

— Но зачем, Алиса? — недоуменно глядел на меня Эргон. — Я позову слуг и пару мастеров, они восстановят кабинет.

— Возникнет вопрос, что здесь произошло, ты же не будешь гипнотизировать их всех, чтобы избавиться он ненужных вопросов! — назидательно ответила я. — Так что отец, давай, убираемся. У тебя в туалете швабра есть?

— Хм... — Эргон почесал подбородок. — Думаешь, я знаю, где у нас во дворце хранятся швабры?

«Радует уже то, что ты знаешь, что такое швабра, несмотря на свой статус!» — похихикала я про себя.

— Ладно! — я снова назидательно подняла палец и отправилась в туалет возле папочкиного кабинета. В стенном шкафу, конечно, нашлись и швабра, и тряпки, и все остальное, необходимое для генеральной уборки. Здесь так было принято - в каждом санузле хранились все атрибуты, призванные облегчить жизнь прислуги. Ведь далеко не все бытовые задачи можно было решить с применением одной только магии.

Про себя я продолжала хихикать над тем, какое дополнительное наказание придумала для отца. Так и сказала: «Воевать больше не буду, а вот убраться нам тут придется!».

Правда, когда я вернулась, отец уже успел быстренько решить часть задач магически, например, ликвидировал черную сажу на своем рабочем столе. Наверно, он собирался продолжать в том же духе - направлял взгляд на разбросанную мебель, водил руками и заставлял ее встать на место, но я решила, что так слишком просто.

— Нет-нет, руками! — скомандовала я. — Я еще не видела дракона, который бы переутомился, подняв, например, кресло! Когда ты их так переворачиваешь, они плохо стоят.

— Что-о?! — расхохотался Эргон, сложил руки на груди и присел на краешек своего рабочего стола, буравя меня взглядом. — А почему, собственно, я должен убираться? Это ты раскидала вещи и подпалила мои бесценные предметы интерьера. Как раз я хотел заставить тебя убираться в качестве наказания за буйство.

— Ок, — согласилась я.

Что?

— «Ок», ну «окей», помнишь, в моем мире так говорили. В общем, согласная я. Я набуянила

— мне убираться. Но ты меня спровоцировал, поэтому тебе тоже, отец. Так думаю, будет справедливо. Правитель Эргон ведь славится своей справедливостью. Заодно в конце покажешь мне магические приемы реставрации мебели...

Эргон расхохотался:

— Ок. Приступаем.

Потом с тоской поглядел на свой драгоценный журнальный столик:

— А тут магией не обойтись. Придется все же сдавать реставраторам. Скажу, что пролил на него особый горячительный напиток, вызывающий мгновенное воспламенение.

И тем не менее, уборка на правительственном уровне прошла успешно. Конечно, Эргон пытался халявить, злоупотреблял магией, но в целом «получил свое». А в конце действительно продемонстрировал мне филигранные приемы магической реставрации.

Правда, выходила я от него под пологом невидимости. Ведь на момент начала уборки все вокруг было не только обгоревшим, но и мокрым от вызванного папочкой дождя. Поэтому мы оба знатно испачкались в мокрой саже. И эта проблема магией решалась плохо.

Я чувствовала одновременно внутренний подъем и опустошение. Негативные эмоции выплеснулись из меня, во мне пробудилась сила - на новом уровне. Она просто бурлила в руках, ногах, а главное - в сердце.

Может быть, даже стоило сказать папочке спасибо за его провокацию. Вот так, с магическим огнем внутри, я чувствовала себя намного увереннее. А значит, велика вероятность, что завтра на церемонии представления женихи увидят принцессу, а не мышку.

Впрочем, мышка последние часы даже не высовывалась. И если быть совсем честной с самой собой, мне ее чуть-чуть не хватало. С тех пор, как мой учитель магии и психотерапевт посоветовал представлять ее (в нашем мире это называлось «визуализировать») и думать, что это отдельное существо внутри меня, я привыкла к нашему с ней симбиозу.

До церемонии представления оставалось чуть больше часа, когда я разодетая, причесанная и накрашенная магией, вся такая воздушная прекрасная принцесса, стояла у двери Гришиных владений и колошматила кулаком в дверь.

Знала, что неподалеку стоит незаметная охрана от батюшки, и эти драконы наверняка недоумевают, что я здесь делаю. Но мне было все равно.

Мышь, молчавшая вчера, сегодня вылезла из норы, водила носиком, разглядывала меня и. критиковала все. Мой внешний вид, осанку, вселяла в меня всяческую неуверенность в себе. А вдруг женихи будут лицемерно петь мне дифирамбы (как в письмах), а на самом деле думать, какая я блеклая, неинтересная. И вообще, это ведь я! Я обязательно споткнусь, или ляпну что-то не то.

Это ведь я! Со мной всегда так! «Или кто-то наступит тебе на шлейф и оторвет его по самый пояс!» — подбрасывала мышь тревожные мысли.

К тому же на этой церемонии папочка должен выявить женихов - злоумышленников. Это тоже тревожило... Как все пройдет? Да и вдруг прямо сегодня на меня состоится покушение?

Или, не дай Бог, произойдет покушение на Эргона?!

Поэтому я стояла у двери и громко колошматила в нее.

Спустя минуту избиения двери, щелкнул замок и в щелочке появилось заспанное лицо Гриши. На голове у него было натуральное «гнездо» - действительно только что встал с постели.

— О, Алиса. Какая красивая! — изумленно и восхищенно произнес он, судорожно приглаживая свое «гнездо».

— У меня отбор, а ты тут спишь?! — шикнула я ему, открыла дверь шире и скользнула в его комнату.

— Так у меня выходной сегодня! Пользуюсь случаем, — пояснил Гриша, разглядывая меня и почесывая затылок. — К тому же, я до пяти утра писал инструкции работникам по проведению магической «электросети». Я у них теперь, видишь ли, начальник.

— А поддержать подругу?! — возмутилась я. — И, неужели, тебе не интересно посмотреть на всех этих драконов.

— Если честно - не очень, — вздохнул Гриша. — Плевать я хотел на этих твоих петухов. Вот на тебя посмотреть. приятно. Они там от восторга в обморок попадают! Представляешь себе - целый зал обморочных припадочных драконов! Ты идешь по залу в своем этом длинном платье, приподнимаешь подольчик и переступаешь через бесчувственные тела. Как на поле боя. Ты всех их победила!. Тебе чаю налить для бодрости?

Гриша прекрасно понимал, что я пришла к нему за поддержкой, поэтому шутил в своем духе, чтобы разрядить ситуацию.

— Нет, — выдохнула я. — Ты мне коньяка налей для храбрости. У меня экзамен.

— С ума сошла?! — уставился на меня Гриша.

— Экзамен у меня, говорю! Наливай, одну стопочку. Ну, как перед моим первым экзаменом в институте. Помнишь ты тогда с фляжкой пришел меня поддержать? Помогло ведь!

— Эргон мне голову оторвет. Уволит. В пыль, в порошок. В лягушку превратит. Или вообще отправит обратно в наш мир - что хуже всего, конечно, — пробубнил Гриша и пошел к шкафчику, где у него хранились запасы коньяка.