Охота на эмиссара

Глава 17. Преступники

Глава 17. Преступники

Фабрис Робер

Во рту стояла омерзительная горечь, голова раскалывалась, рога… отказывались работать. Я предпринял несколько попыток просканировать пространство, но всякий раз меня било предупреждающим электрическим импульсом. Но противнее заряда тока оказалось чувство собственного идиотизма.

Алисен! Бесцветный сильнодействующий усыпляющий газ, который цваргская медицина использует в качестве наркоза при операциях. Представителей моей расы сложно застать врасплох. К здоровому чистокровную цваргу с нормальными резонаторами невозможно подобраться с дурными намерениями — почует ещё на подходе, я бы точно почувствовал. С учётом расовых особенностей, таких, как великолепная регенерация и толерантность к большинству ядов, цварги и вовсе становятся трудной мишенью… кроме одного варианта.

Заманить в замкнутое пространство и усыпить газом. Что может быть очевиднее? И ведь у семнадцати процентов населения алисен вызывает такое раздражение слизистой, что начинается чихание или кашель, об этом рассказывали ещё на курсах подготовки секретных агентов. Я должен был понять сразу, что это не остаточное от простуды Дани.

Если преступники использовали алисен, то они совершенно точно знали, что их преследует цварг. В какой момент охота на мошенников обернулась охотой на эмиссара?.. Как я мог так отвратительно просчитаться, и самое главное: почему всё ещё жив?! Жива ли Даня?

Последняя мысль прострелила сознание таким разрядом тока, что обжигающей болью отдалось даже в кончике хвоста. Думая о веснушчатой девчонке, я по привычке потянулся к ней ментально и получил по резонаторам.

До сих пор веки категорически не хотели открываться, тело с трудом реагировало на мысленные импульсы, но последний заряд разозлил, и я всё-таки открыл глаза. Практически сразу стало ясно, почему резонаторы отказали — на руках поблёскивали хромированные таноржские наручники и — по иронии судьбы — те самые, которые когда-то надела на меня Даниэлла. Моя личная собственность как раз и блокировала бета-колебания, а также била в ответ, если считала, что преступник собирается сбежать.

Ладно, разберусь с наручниками позднее.

Холодный пентапластмассовый пол, лазерная решётка, дающая тусклый оранжевый свет. Невольно хмыкнул — и наручники, и решётка… Да уж, ребята подготовились. Я прищурился, всматриваясь в полутёмное пространство. Мысли путались, но я усилием воли заставил себя сосредоточиться. Итак, помещение в разы просторнее, чем подвал, в котором я потерял сознание. В углу рядком выстроились многочисленные андроиды — почему я не удивлён? Исходя из еле уловимых вибраций пола, очевидно, что мы или в атмосфере планеты, или в космосе, на судне малых габаритов, но с мощным двигателем. Иллюминаторов нет — значит, скорее всего, в багажном отсеке. Ох, сколько же я был в отключке?..

Я медленно обвёл помещение взглядом, подмечая незначительные детали, и натолкнулся на неподвижно лежащую, словно ветошь, в углу клетки Даню. Говорят, у цваргов не бывает проблем с сердцем, но моё совершенно точно пропустило удар, стоило увидеть бледную кожу таноржки. В зависимости от того, сколько алисена усвоили её лёгкие, состояние девушки может варьироваться от «плохое» до «критическое». Если мне, цваргу, сейчас так хреново, то каково же ей…

Захотелось взвыть и разнести всё к шварховой матери.

— Даня… Даня! Ты меня слышишь? Дань, умоляю, ответь…

Я попытался переместиться к девушке поближе, чтобы прощупать пульс, но стоило пошевелиться, как Вселенная послала ещё один подарочек. Огромная двустворчатая дверь отъехала в сторону, и в полоске света показался силуэт щуплой мужской фигуры.

— Если она и жива, то ей же хуже, — с порога пренебрежительно бросил неизвестный.

Он подошёл ближе. В слабой оранжевой подсветке от лазерной решётки проступили черты лица. Судя по внешности, это был типичный смесок, в чьей родословной отметились все кому не лень. Череп чуть-чуть вытянутый, как у рептилоидов, кожа бледная, ближе к телесному, человеческому оттенку, однако на шее рубцы — скорее всего, недоразвитые жабры, — а также пухлые, почти женственные губы и фиолетовые, как у эльтониек, глаза. Парень был невысоким, виски выбриты, а сине-зелёные волосы заплетены на манер пиратов в узлы, чтобы не мешались в дороге. Из одежды — самый обычный комбинезон без каких-либо опознавательных знаков с неряшливо закатанными рукавами.

Незнакомец бросил равнодушный взгляд на Даню и предусмотрительно остановился в нескольких шагах от лазерных перекрестий. Мы оба прекрасно понимали: будь он рядом, я бы скрутил его одним хвостом, и никакие наручники меня бы не остановили.

— Что же ты не убил нас раньше, пока мы были без сознания? Зачем потащил куда-то в космос? — спросил, изучая смеска и одновременно прикидывая, сколько их может быть на корабле.

— И пачкать руки кровью? Фи, какая безвкусица, — произнёс визави, скривил капризные губы и стряхнул невидимую пылинку с плеча. — Я творец! Я всегда всё делаю или красиво, или никак! К тому же где мне вас выбрасывать на Тур-Рине? Ты — шишка известная, если твой труп найдут, а точнее даже «когда», то потом проблем не оберёшься.

Я непроизвольно фыркнул на слове «творец» и, кажется, задел тонкую душевную организацию смеска. Он высоко задрал острый подбородок:

— Да-да, творец. Все эти произведения искусства, — королевский взмах в сторону андроидов, — моя работа. Правда они совершенство?

Не дождавшись ответа, смесок продолжил:

— По замыслу, ты должен был тихо-мирно заснуть от алисена, а дальше Чори и Яотл перетащили бы тебя в арендованный истребитель и направили его в ближайший астероид близ трассы на Тортугу. Взрыв бы был великолепнейший! — Он вдохновенно прикрыл глаза, собрал пальцы у пухлых губ и причмокнул. — Эмиссар высшего звена Фабрис Робер погиб в расцвете сил из-за несчастного случая. Звучит, правда? Компания же, которая сдаёт истребители среднего класса в прокат, даже представить себе не могла, что её услугами воспользуется столь высокопоставленное лицо. А всё почему? Потому что Фабрис Робер перестраховался и арендовал звездолёт не на свои документы.

«Чори и Яотл… то есть их по крайней мере трое, но вряд ли сильно больше».

Я бросил украдкой взгляд на Даню. Она продолжала лежать всё так же неподвижно, и это мне категорически не нравилось.

— И что же тебе не даст поступить так теперь? Вот он я. Связанный.

Смесок нарочито шумно вздохнул.

— Ну да, ну да, вот только ты же теперь будешь сопротивляться, когда Чори и Яотл попытаются посадить тебя в истребитель… Цварги только строят из себя аристократов, а на деле те ещё грубияны, физическую силу применяют совсем как дикари-ларки. Ты наверняка кому-нибудь сломаешь нос, будет кровь, бэ-э-э. — Он передёрнул плечами. — Я этого не люблю. Когда всё заляпано кровью — это некрасиво. Откуда только взялась эта девчонка и почему ты её взял с собой? Всё ведь так идеально было продумано… Одни накладки, кошмар!

— Ты рассчитывал, что в подвал спущусь только я? — Мысли всё ещё ворочались в голове с грацией беременных ведьмедей, но до меня начало наконец медленно доходить. — Газовые баллоны были заправлены заранее и ловушка была рассчитана на меня одного?

— Поправочка, я вообще не рассчитывал, что ты войдёшь в мою мастерскую. Это же святая святых, туда даже Чори заходит только с моего разрешения! Просто он перепугался до дифреновой кучи, когда понял, что эмиссар высшего звена что-то вынюхивает близ нашего производства. Алисен был срочной импровизацией. Я его вначале даже отговаривал, потому что и гориллому понятно, что тебя интересовал склад хвостатой розововолосой дамочки, но Чори настоял, что, мол, «рогатые опасны». Как теперь вижу, он был прав. Ума не приложу, правда, как ты на нас вышел. Может, расскажешь?

Незнакомец изъяснялся коряво, но главную мысль я уловил: преступники запаниковали тогда, когда я договорился с Эстери Фокс. Ослепительной вспышкой пришло воспоминание о пожарной инспекции. Ведь флаер остановился идеально напротив склада Эстери — у входа в «Робо-Индастриал». Целый месяц я наивно искал тех, кто выкрадет лекарства для похищенных женщин, несколько раз «светился» у здания Фокс, стараясь не попадать на городские камеры (мало ли, преступники настолько хороши, что имеют к ним доступ?), а на деле за мной наблюдали из окон здания напротив! И, как назло, в подсознании всплыло то сосущее чувство, что за мной следят… А ведь интуиция вопила, что пожарные в квартале Карнавальных Масок — не те, за кого себя выдают, просто я решил, что они не имеют отношения к моему делу. Скорее всего, в тот день преступники как раз решили установить в подвал баллоны с алисеном.

— Эй, эмиссаришка, я понимаю, что ты ещё под алисеном, но я к тебе обращаюсь. Может, расскажешь? — вырвал меня голос «творца» из нахлынувших воспоминаний.

— Что рассказать? — хмуро переспросил я, размышляя, а надо ли мне что-то ещё от этого смеска.

По идее — нет, не надо. Их явно трое на корабле, иначе бы прозвучали ещё какие-либо упоминания, да и не стал бы главный, Чори, посылать ко мне мастера по доработке андроидов, будь у него ещё гуманоиды. Трое — это не так много… Надо придумать, как выбраться из клетки, захватить корабль, оказать медицинскую помощь Дане, а всё остальное — детали. Время сейчас важнее.

Словно издеваясь, Вселенная тут же напомнила, что последнего у меня нет.

— Как вышел на наше производство? Всё-таки, как ни крути, мы старались нигде не светиться, даже документы для налоговой выправили. Ты шнырял какое-то время вокруг да около, потом и вовсе исчез, Чори наконец успокоился, Яотл перестал чесаться на нервной почве, монтаж видео пошёл быстрее, и тут — бах! Ты с ней как астероид на голову.

«Творец» громко прицыкнул языком и покачал головой, показывая, насколько внезапной была наша с Даней идея проверить «Робо-Индастриал».

— А если скажу, ты отпустишь девушку?

Визави изумлённо взмахнул руками:

— Ну какова наглость? Нет, конечно! Чтобы она привела к нам остальных легавых?

— Окажешь ей медицинскую помощь, приведёшь в чувство?

— Эй, эмиссар, ты совсем с головой не дружишь? Я же объяснил тебе, что вы разобьетесь на истребителе совсем скоро. У тебя минут сорок осталось. Зачем тебе бабьи визги перед смертью выслушивать?

Я промолчал, на что смесок расстроенно покачал головой.

— Последнее предложение: так и быть, дам кого-нибудь из своих «девочек» развлечься перед смертью. — Его лицо исказила кислая гримаса. Очевидно, ценность андроидов для него была выше. — Я, конечно, против, но Чори велел поторговаться. Он считает, что надо прикрыть дырку, из-за которой ты нас нашёл. Ну?

В очередной раз не дождавшись от меня ответа, «творец» разочарованно всплеснул руками:

— Как знаешь. В любом случае, скоро ты и эта девчонка разобьётесь на неисправном истребителе близ Тортуги. У тебя минут сорок осталось, можешь с ней попрощаться, если она ещё не сдохла.

И с этими словами смесок круто развернулся на носках и покинул помещение. Дверь в коридор закрылась почти бесшумно, и в багажном отсеке снова стало едва что-либо видно, но я заметил, как пошевелилась таноржка.

«Жива!» — пронеслось в голове на скорости света.

— Даня? Ты как?

— Ух, отвратительно, во рту как будто мыши нагадили, горло першит и руку отлежала, пока этот всякую чушь нёс.

***

Даниэлла

Даже в тусклом свете лазерной решётки я смогла разобрать, как изменилось лицо Фабриса. На нём проскочило изумление, затем неверие, а после облегчение.

— Даня, ты точно-точно нормально себя чувствуешь? — переспросил он.

«Нормально» — это, конечно, с натяжкой, голова немного кружится, но умирать точно не собираюсь…

Фабрис постарался встать, но по резким движениям у меня сложилось чёткое ощущение, что из нас двоих хуже как раз ему, а не мне. Координация мужчины оставляла желать лучшего, как бы он ни старался продемонстрировать, что у него всё в порядке. Не задаваясь вопросом, как так вышло, что цварг перенёс отравление тяжелее, чем человек, я встала на четвереньки и сама подползла к эмиссару.

Несмотря на бледный вид, капли пота на висках, туго стягивающие запястья наручники, несколько ссадин на лбу, помятую одежду и взъерошенную причёску, Фабрис даже в таком виде выглядел как швархов Мистер Совершенство.

Я закусила губу, рассматривая мужчину и особенно — ссадину рядом с основанием рога… Говорят, у цваргов резонаторы — самые уязвимые места, а от сильного удара по ним может и вовсе болевой шок наступить. В груди защипало. Выходит, эти сволочи, пока тащили нас сюда, Фабриса ещё и ударили…

— Со мной всё хорошо. Ты-то сам как? — тихо произнесла, стараясь не выдать в голосе тревогу.

— Нормально, хотя с блокировкой бета-колебаний непривычно. Я пока думаю, как нам выбраться отсюда.

Тёмные глаза цвета маренго были так близко… как и изумительно очерченные мужские губы. Не знаю, что на меня нашло — может, страх за Фабриса, может, понимание, что у нас осталось не так много времени… Я поцеловала.

Я ведь прекрасно слышала всё, что сказал чокнутый непризнанный гений доработок андроидов, просто на всякий случай решила притвориться спящей. Осталось каких-то полчаса до момента, как меня и Фабриса запихнут в неисправный кораблик и устроят классический нечастный случай на трассе. После такого никому и в голову не придёт, что это как-то связано с порнороликами.

Мне совсем не было страшно. Тогда, в подвале с кучей кукол, — да, я боялась неизвестности и того, что цварг во мне разочаруется, а сейчас, рядом с ним, — нет. Возможно, подсознание просто отказывалось верить, что рядом с эмиссаром может быть небезопасно, — не знаю.

Вначале Фабрис напрягся всем телом, он явно не ожидал от меня такого порыва. Да и я тоже этого не ожидала от себя… но в итоге прижалась к его груди ещё крепче и настойчиво прикусила мужскую губу, требуя впустить себя. Фабрис… впустил.

Я даже представить себе не могла, что наш первый поцелуй произойдёт в таких обстоятельствах! Мы несколько раз занимались сексом, я спала в его постели и мылась в его ванной… но поцелуй был первым. Настоящим. Искренним. От этой мысли кровь побежала по венам как пузырьки, шампанским ударила в голову, и неожиданно захотелось рассмеяться. Фабрис целовал меня по-настоящему.

Меня!

Не какую-то там Лилу, а именно меня!

Языком я ощутила восхитительный привкус кофе и мускатного ореха. Целоваться с этим мужчиной было так же естественно, как дышать. «И любить его тоже естественно», — промелькнуло в подсознании. В какой-то миг эмиссар перехватил инициативу, и я совсем потеряла голову, нырнула руками под его одежду...

Последующие действия тоже оказались скорее интуитивными, чем осознанными. Я нащупала через подкладку пальто ту самую крошечную пластинку с отпечатком пальца эмиссара.

«Отпечаток — ключ, который уже помог вскрыть его ноутбук. Наручники — его же. Наручники должны открыться отпечатком», — мысль прострелила, и я, не разрывая поцелуя, проделала всё со скоростью света.

Цваргский слух оказался не хуже натренированного слуха профессиональной медвежатницы. Стоило раздаться тихому щелчку, как мужчина резко перестал меня целовать. В тёмно-серых глазах мелькнуло понимание с оттенком грусти.

— Даня, во-первых, здесь нет камер, ты могла бы спросить. За нами никто не подглядывает. Если ты поцеловала ради того, чтобы незаметно освободить меня от наручников, то зря.

— Фабрис, ты не так понял…

— Во-вторых, это мои наручники. — Он не дал мне договорить, снял устройство и, поморщившись, устало поднял его на уровень глаз. — Вот тут есть специальная выемка, если надавить острым концом шипа, то они раскрываются. Чтобы обезвредить цварга, мало одной пары таноржских наручников, всегда нужны вторые, которые пристёгивают его хвост к щиколотке. Нас поймали явные дилетанты, которые ни разу не похищали гуманоидов. Их сфера — создание роботов.

Мужчина положил обе половинки наручников в карман, а я почувствовала себя дурой. Захотелось выругаться и застонать.

«Браво, Даня, теперь он считает, что ты поцеловала его из-за мнимых камер и чтобы незаметно открыть наручники. В общем-то, всё так и выглядело. И спорю на всё что угодно, что это не красит тебя в его глазах».

Я прикрыла веки.

— Ты же сказал, что думаешь, как нам выбраться.

— Да, из клетки, Даня. Я бы мог снять наручники раньше и воздействовать ментально на этого смеска. Но чтобы его как следует напугать, бета-колебания потребовались бы такой мощности, что тебя бы задело. Так что в тот момент я думал о том, как выбраться из самодельной и наспех сделанной клетки в багажном отсеке корабля, чтобы ты не пострадала. Именно поэтому я предпочитаю работать в одиночку — в таких вот критических ситуациях всегда можно прибегнуть к расовым способностям, но пока ты рядом, я просто не могу этого сделать. Если бы тебя здесь не было, то этот корабль со всеми преступниками уже летел бы в сторону Цварга.

«…А ведь это ты потребовала тебя взять с собой», — зависло невысказанным в воздухе.

Осознание, что я не только дура, но и ещё и страшная обуза, пыльным мешком ударило по голове.

— Прости.

Фабрис моргнул.

— Даня, ты не должна извиняться. Текущая ситуация — полностью моя вина, я просто попытался объяснить… Ты не должна бояться. В любом случае, даже если я не придумаю, как вскрыть клетку, они придут за на нами и я разберусь со всем старым проверенным методом, на кулаках.

Я кивнула.

— Я и не боюсь, — пробормотала в темноту.

Абсурдно, дико, нелепо, но будучи пленницей в багажном отсеке неизвестного корабля в неизвестном участке космоса, я больше всего переживала о том, что обо мне подумает Фабрис. Цварг задумчиво наклонил голову и улыбнулся:

— И правда. Я не чувствую в твоих эмоциях страха. Ты очень храбрая. Когда всё закончится, мы обязательно обо всём поговорим. Хорошо?

Неясное предчувствие кольнуло в груди. Поговорим? О чём? О том, что я веду себя как последняя идиотка? Или о том, что из-за меня у него будут проблемы в СБЦ? А может быть, о том, что я не имею права навязываться с поцелуями женатому мужчине?.. Ох…

— Хорошо. — Ответ получился хриплым.

Фабрис серьёзно кивнул, а затем развернулся и неожиданно резко ударил хвостом по розетке. Только сейчас я осознала, почему эмиссар назвал клетку сделанной наспех. Ну разумеется! Встроить лазеры в пол и потолок они встроили, но из-за экономии времени и пространства одна из четырёх стен клетки оказалась всё же стеной космического корабля со спрятанной проводкой… Подготовься преступники заранее, такого ляпа бы не допустили. Дешёвый пластик отлетел, провода вывалились наружу…

— Дилетанты. Клетку собирали в спешке после того, как мы отравились алисеном, — пояснил цварг под моим изумлённым взглядом. — Изначально они рассчитывали, что газа хватит на меня одного, и наверняка даже не планировали строить клетку. Но ты вдохнула часть моей дозы. Похищения — явно не их конёк.

Теперь он уже присел на корточки и перебирал провода руками, помогая себе хвостом разрезать нужные. Минута-другая — и целая треть стены из лазерной сетки пропала.

— Сиди здесь, Даня. Десять минут — и можешь выходить. Корабль будет уже моим. Но не раньше. Договорились?

Я растерянно кивнула, а мужчина поднялся с корточек и, слегка пошатываясь, вышел из отсека.