Охота на эмиссара

Глава 16. Квартал Карнавальных Масок

Даниэлла

Шестнадцатое декабря. Планета Тур-Рин

Сознание возвращалось рывками. Мне снилось, что меня обнимал Фабрис, и ещё куча всякой чепухи, например, что он не отправил меня к себе, а оставил ночевать в номере... в своей кровати. Нет, ну это слишком фантастично.

Я распахнула глаза и… поняла, что всё-таки частично фантазии стали реальностью.

— Доброе утро, Даня. Хотя, наверное, правильнее сказать «добрый день». Как себя чувствуешь?

Изысканно-элегантный эмиссар, склонившись над журнальным столиком, перебирал какие-то документы. Подушка и одеяло, сложенные с краю дивана, оповестили, что, к сожалению, никто меня ночью не обнимал и это мне всё-таки приснилось.

— Нормально, только в голове немного туманно.

«…и я не могу точно понять, что было по-настоящему, а что — только в моём воображении».

— Это нормально. У тебя поднялась температура вчера вечером. Я вколол жаропонижающее, взял минимальную дозу, но с учётом выпитого коньяка даже после неё у тебя может быть немного спутавшееся сознание. Лекарства всегда очень плохо сочетаются с алкоголем. Лучше бы ты всё-таки меня послушалась и не занималась самолечением.

Мужчина открыто посмотрел на меня, перекладывая электронную бумагу, а я почувствовала, что стремительно краснею под его внимательным взглядом. И вот как спросить мужчину, сообщила ли я ему, что у меня с ним был самый потрясающий секс под личиной другой женщины?

— Эм-м-м… а я ничего… не говорила?..

Брови цварга вопросительно приподнялись.

— О чём?

«О том, что влюбилась в тебя… а ты ответил, что жена у тебя фиктивная… Но, пожалуй, это было бы слишком здорово, чтобы быть правдой».

— Да неважно… Что это у тебя? — Я кивком указала на документы. — Это карты районов Тур-Рина? А зачем?

Фабрис перевёл взгляд и тут же сосредоточился на деле. Глубокая морщинка залегла между его бровей.

— Да вот всё думаю над тем, что ты вчера сказала насчёт актёров. Если всё так, то получается, что видеозаписи в дарк-инфосети не являются рекламой борделя, а я копал до сих пор совершенно в неправильном направлении. Надо было искать киностудию, серверную и мастерскую, в которой переделывают таноржских андроидов, чтобы они были неотличимы от гуманоидов, а не похищенных гражданок Федерации и поставки особых медикаментов. Считай, надо проделывать работу с самого начала.

Мужчина снова посмотрел на электронную бумагу перед собой и поменял пару листков местами. Я встала с кровати, на ощупь пригладила торчащие из хвостика после сна волосы и заинтересованно подошла ближе.

Вся столешница низкого, но широкого стола была усеяна ворохом спутниковых снимков, причём изображения не были состыкованы географически, отнюдь. Они, наоборот, лежали настолько вперемешку, что впору было бы вообразить, что у гуманоида, разложившего карты, топографический кретинизм… Но Фабрис хмурил лоб и смотрел на всю экспозицию так внимательно и задумчиво, что я заподозрила проблемы с головой у себя.

— Хм-м-м… а почему у тебя вот тут площадь Золотого Сечения соседствует с… эм-м-м… самым стрёмным районом изнанки? — поинтересовалась как можно деликатнее.

Фабрис удивлённо посмотрел на меня, а затем внезапно улыбнулся:

— Это раскладка по методу Хастофа.

Я озадаченно хлопнула ресницами. Эмиссар наконец сжалился:

— Здесь все карточки с участками Тур-Рина разложены не географически, а с коэффициентами вероятностей… Киностудия, серверная, мастерская — всё то, что нужно преступникам. Я прикинул и пришёл к выводу, что вероятность того, что преступники сняли площадь под свои нужды рядом с пятизвёздочными отелями и казино, которые чуть ли не ежедневно патрулирует Системная Полиция, так же низки, как и изнанка Тур-Рина. Таноржская техника — одна из самых дорогих, андроиды стоят и вовсе целое состояние. С учётом того, как воры любят тащить всё друг у друга, это было бы слишком рискованно.

— Ух ты, как интересно. А это что? Почему ты тоже отложил? — указала пальцем на вполне себе жилые районы Тур-Рина, где, кстати, в том числе был и мой дом.

— Тоже маловероятно. — Фабрис покачал головой. — Если мы говорим об обработке видео, то нужна качественная звукоизоляция. Тут либо ей пренебрегать, либо делать капитальный ремонт помещения, а следовательно, привлекать внимание. В жилых районах всегда есть какие-нибудь бдительные пенсионерки с бессонницей и отменным слухом. С учётом сюжетной составляющей видеороликов — рискованно. — Уголки губ цварга слегка поднялись.

Я кивнула, уловив мысль.

— Здорово, тогда кварталы рядом с райскими садами, получается, логичнее. — Я переложила несколько карт выше.

— В принципе да-а-а, но фактически на таких улицах очень шумно. Как показывает статистика, места рядом с райскими домами — самые многолюдные на Тур-Рине. Если бы я был преступником, то поостерегся бы снимать помещение совсем уж близко.

Фабрис вернул карточки с местностью на прежние места. Я вновь окинула взглядом заваленный журнальный столик.

— Я так понимаю, что раскладка Хастофа должна напоминать что-то вроде треугольника, где сверху наиболее вероятные исходы событий, а снизу — широкая грань — наименее. А сейчас у тебя скорее прямоугольник.

Я дождалась кивка цварга и продолжила мысль:

— Одно понять не могу, почему ты всем этим занимаешься, а не аналитический отдел? Я думала, что в Службе Безопасности Цварга должны быть отдельно обученные специалисты для этого дела. Разве нет?

Мужчина улыбнулся:

— Должны, и они даже есть. Просто ты спала, а здесь, как видишь, всего одна комната. Я не хотел тебя будить звонком и разговорами с аналитиками и потому решил пока что подумать обо всём самостоятельно.

О!

Я даже не нашлась, что на это ответить. Номер действительно являлся студией, тут даже кухонный уголок ничем не отделён. Мужчина не хотел меня будить… Из уст Фабриса Робера это прозвучало как…

«Как галантность, свойственная всем цваргам», — сердито одёрнул внутренний голос.

— Я-я-ясно, спасибо, — пробормотала я рассеянно и поскорее поспешила к кофемашине, чувствуя себя странно после признания Фабриса. — Теперь ты можешь звонить своим… Или, если надо, я могу уйти…

— Можешь, но вначале позавтракаешь.

Кофемашина громко затрещала и зажужжала, перемалывая зёрна.

— Слушай, а почему ты вон те карты во второй ряд отложил? — Не то чтобы меня это интересовало, но очень захотелось перевести разговор. — Квартал Карнавальных Масок, Левобережный район и Низкие Холмы?

— Левобережный и Низкие Холмы слишком далеко от космопорта, нет прямых аэротрасс. Если мы говорим о перевозке переделанных и неотличимых от живых гуманоидов андроидов, то велика вероятность, что тормознёт Системная Полиция и начнёт проверять документы.

— А квартал Карнавальных Масок тогда за что ты понижаешь в раскладке Хастофа? — вдруг удивилась я. — Уж что-что, а аэротрасса до космопорта прямая, грузы досматривают редко, да и вообще район всем хорош. Там много складов и частных предприятий, мало туристов. — Я начала перечислять и задумалась. — Шварх, да если бы я вела не совсем легальный бизнес, то точно взяла бы там место под офис.

Фабрис улыбнулся:

— Ты не поверишь, но квартал Карнавальных Масок — именно такой район и есть. И администрация планеты смотрит на это место сквозь пальцы потому, что на фоне высокой преступности бизнес из Карнавальных Масок выглядит вполне сносно. Но у этого места есть один огромный недостаток.

— Какой?

— Аренда квадратного метра дороже, чем на площади Золотого Сечения.

Я присвистнула, задумалась и снова повторила вопрос:

— Так почему ты понизил эту карту в раскладке?

— Очевидно же, что у преступников нет таких денег. — Фабрис пожал плечами. — Откуда? Они даже видео бесплатно в дарк-инфосеть выкладывают.

Эмиссар выглядел при этом настолько убеждённым в своих словах, что я на миг опешила.

— Фабрис, ты не понимаешь, какие деньги они будут срубать, когда сделают свои ролики платными?!

Мужчина нахмурился:

— На Цварге запрещены подобного рода материалы… А уж сколько всякой швали скупает эту мерзость — я не в курсе. Но в любом случае, сомневаюсь, что много.

Я вздохнула и покачала головой, в который раз поражаясь тому, насколько сильно Цварг отличается от всех Миров Федерации. До сих пор даже и не задумывалась, что пропасть в менталитете людей и рогатых настолько огромна.

— Много, Фабрис. Очень много. Уверена, что и на твоей родине тоже найдутся желающие.

— Да кто будет… — начал возмущаться мужчина и осёкся. Шумно выдохнул. — Ладно, я понял. Я всё ещё сомневаюсь, что организаторы этих отвратительных съёмок арендовали бы офисное помещение в квартале Карнавальных Масок, но я проверю. Иди пока в душ.

Я кивнула. Действительно, после сна и температуры тело ощущалось липким от пота. Уже когда я заходила в ванную комнату, до меня донеслось:

— Дафна, проверь, пожалуйста, это срочно. Да, ищи все помещения, которые арендовали от месяца до трёх до даты выхода первого видеоролика…

***

Фабрис Робер

Я дал себе слово, что после того, как распутаю это дело и поймаю любителей снимать порнографию с андроидами-цваргинями, обязательно возьму отпуск, чтобы как минимум красиво поухаживать за Даниэллой. Она заслуживает того, чтобы мужчина полностью сосредоточил всё внимание на ней. И хотелось признаться, что она тоже понравилась мне, ещё с того момента, когда я увидел в ней лишь греющего о кофе пальцы подростка на скамейке улицы Бронзовых Псов. Ведь уже тогда мне хотелось проводить её до дома… И в принципе я искренне считал правильным, когда мужчина делает первый шаг в отношениях. Про допросную… забудем. В любом случае, я не стал напоминать девушке о её признании, когда она была пьяной и с температурой, хотя бы потому, что не хотел, чтобы она чувствовала себя неуютно.

Но Даня оказалась, как всегда, непредсказуемой.

— Что значит — ты не возьмёшь меня с собой?! Вообще-то это я подала идею, что логово киносъёмщиков может располагаться в квартале Карнавальных Масок!

— Ты можешь остаться у меня в номере, если хочешь. Я быстро — туда и обратно. У меня нет ордера на тщательную проверку, я просто посмотрю, удостоверюсь, что это не то, что нам надо, и вернусь.

— Вот видишь! — заявила таноржка, перекрывая мне выход из собственного номера. Она едва доходила макушкой до моего плеча, но уверенности в своей правоте и упрямства в ней было… на медведя. — У тебя даже нет ордера, а значит, такая, как я, — будет незаменима. Я профессионально взламываю любые замки. Забыл?

— Даня, — осторожно взял её за плечи. — Я — эмиссар высшего звена Службы Безопасности Цварга. То, что я собираюсь сделать сегодня вечером, — незаконно. Но если меня поймают, проблемы будут только у меня, разберусь, не впервой. Ты же вообще лицо гражданское. Тебе грозит совсем другое наказание, если тебя поймают на взломе чужой собственности. Ты это понимаешь?

Она моргнула и…

— Я на контракте и оказываю частные услуги СБЦ, даже договор подписала о неразглашении. Уверена, если мы вдруг попадёмся Тур-Ринской Системной Полиции, то ты сможешь вытащить нас обоих.

Что за упрямая девчонка!

— Дань, это какое-то производство по созданию домашних роботов, если судить по налоговым документам. К тому же площадь — не крошечная мастерская, а целый этаж бывшего завода. Я практически уверен, что эта организация — не то, что мы ищем, просто это единственное, что вообще хоть как-то подошло по моим запросам и находится в квартале Карнавальных Масок.

— Вот, значит, тем более лучше всего проникнуть и уйти незамеченными, если эта организация действительно не имеет отношения к тем роликам. Зайдём, посмотрим и уйдём. Ты замок наверняка сломаешь, а если мы зайдём за отмычками, то обещаю, сделаю всё первоклассно, никто даже придраться не сможет.

Она качнулась с пяток на носки и… неожиданно поцеловала меня в подбородок.

— Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, Фабрис, мне же так интересно! Ну что тебе стоит взять меня с собой? Обещаю, буду вести себя как невидимка и только помогать. Что может пойти не так? Ты сам не веришь, что это то место, которое нам нужно.

— Ох, Даня… Ладно, собирайся. Но вначале ты плотно поешь.

***

Даниэлла

Влажный холодный воздух наполнял лёгкие. Каждый, даже еле заметный выдох превращался в туманные облачка. Я размышляла о том, что если бы переделанные андроиды разгуливали по улицам, то в такую погоду их можно было бы вычислить на раз по отсутствию таких вот облачков. Правда, только в такую, в любую другую — поди распознай.

На Танорге создание роботов, внешне не отличимых от людей, всегда было категорически запрещено по этическим причинам. Я никогда не задумывалась, хорошо это или плохо, а сейчас, пока мы шли до цели, мысли невольно закрутились вокруг доработанных роботов.

Если создатели видео- и голороликов для взрослых действительно используют андроидов и актёров, то это, конечно, в разы лучше, чем похищение женщин с их планет и использование в качестве ночных бабочек, но тем не менее это всё равно нарушает закон.

Вон, для цваргов эти видео порочат честь и репутацию их женщин, они готовы перегрызть глотки тем, кто всё это организовал. А если андроиду дадут лицо влиятельного гуманоида? Сделают от него заявление? Опасно же… В мире, где твою внешность легко подделать, только и остается, что уповать на такие средства защиты, как уникальные отпечаток пальца или сетчатка глаза.

— Здесь. — Голос Фабриса неожиданно вырвал меня из размышлений. Мы подошли к очень старому кирпичному зданию, какие строили на Тур-Рине до того, как планета стала центром развлечений для граждан Федерации. — С замком справишься?

— Проще простого. — Я осмотрела устройство на металлическом полотне, достала инструменты из рюкзака и принялась за работу. Эмиссар подтянул ворот пальто. Он выглядел напряжённым. — Думаешь, кто-то нас увидит и вызовет Системную Полицию? — насмешливо спросила у цварга. — Это же квартал Карнавальных Масок, здесь не любят полицейских. Поверь, даже если нас кто-то увидит, то плюнет и задвинет занавески в окне или пройдёт мимо.

— Да нет, дело не в этом. — Он поморщился. — Через дорогу склад медицинских препаратов одной моей знакомой.

— Ты предполагаешь, что она замешана в этом деле? — удивилась я, продолжая ковыряться в замке — современном, но не особенно сложном.

— Скорее нет, чем да, — хмыкнул Фабрис. — Просто… не люблю совпадения.

— Квартал небольшой.

— Да, но…

Замок щёлкнул, и металлическая дверь бесшумно открылась.

— Идём? — сделала приглашающий жест.

— Идём, — серьёзно кивнул Фабрис. — Но ты…

— Держусь позади, не высовываюсь, не отвлекаю, не шумлю, не создаю помех, если что — падаю на пол.

Эмиссар с сомнением кивнул.

— Может, ты всё-таки подождёшь меня тут?

— И пропущу всё веселье?! — искренне возмутилась я.

— Почему-то я так и думал, — обречённо пробормотал Фабрис и шагнул в темноту.

Практически в ту же секунду я осознала, что зрение у цваргов куда как лучше, чем у людей. В итоге выставила руки вперёд и пошла вдоль стены, едва касаясь гладкой поверхности. Еле слышные шаги эмиссара почти сразу же растворились впереди, но не успела я возмутиться, как он вернулся.

— Здесь никого нет, я не улавливаю даже бета-колебаний крыс, так что можно включить свет и осмотреться более предметно.

— Свет? — рассеянно повторила я. — А где выключатель?..

— У тебя слева под рукой… Ах, давай я.

Раздался характерный щелчок, затем гудение, и огромное пространство озарилось производственными лентами, станками, стеллажами с запчастями, коробками и бесконечными проводами. Стандартные цилиндрические блоки для домашних роботов-уборщиков тянулись вдоль всей ленты, у стены стоял контейнер с трёхпалыми руками и гусеницами, на узкой столешнице в прозрачных пластиковых ящиках лежали шарикоподшипники, отсортированные по размерам, правее — ровненькие стопки идентичных аккумуляторов, а также многочисленные коробки с инструментами. Ещё несколько контейнеров были накрыты чехлами, но, сдёрнув пару покрывал, Фабрис пожал плечами.

— «Робо-Индастриал» арендует весь первый этаж, создают и поставляют роботов для уборки гостиницам и отелям Тур-Рина, — прокомментировал эмиссар. — Идея с кварталом Карнавальных Масок была хороша, и аналитический отдел подобрал единственное подходящее место под мой запрос, но, как я и говорил, вероятность, что это то, что мы ищем, — слишком мала. Пойдём отсюда.

Фабрис развернулся, чтобы уйти, но я неожиданно схватила его за рукав. У меня закололо подушечки пальцев и защекотало в мозгу. Я себя ощутила ровно как в детстве, когда искала тайники и была близка к разгадке.

— Погоди. — Я облизала внезапно пересохшие губы. — Мне кажется, здесь что-то должно быть. Помимо соревнований по вскрытию сейфов и их массового обслуживания для организаций, гуманоиды иногда обращаются ко мне в частном порядке с просьбой порекомендовать место под тайник. Знаешь, что я всегда рекомендую?

Фабрис фыркнул:

— Двойное дно в бельевом ящике в гардеробной? Фальшивое изголовье у кровати? Карниз на кухне? Искусственное цветочное кашпо?

Я отрицательно покачала головой на все предположения.

— Спрятать на самом видном месте.

Эмиссар скептически выгнул смоляную бровь. Я поторопилась с пояснениями, пока он не потребовал уйти отсюда:

— Однажды клиентка выиграла на аукционе редкое ожерелье с миттарским жемчугом и обратилась с вопросом, как его безопасно перевезти на родную планету. Тащить огромный чемодан-сейф в её случае было лишь привлечением внимания криминальных элементов, а на частную охрану денег не осталось. Она и билет-то купила в самую обычную каюту рейсового лайнера экономкласса.

— Что же ты посоветовала? Надеть ожерелье на себя?

— Почти. — Я улыбнулась. — Набрать столько бижутерии во все чемоданы, сколько получится, чтобы настоящее ожерелье выглядело дешёвкой.

— Помогло?

Я кивнула.

— Её каюту действительно пытались ограбить. Кто-то вломился и переворотил всё верх дном, когда она уходила на обед, но воры даже не подумали перебирать валяющуюся на столе кучу бижутерии. Они украли финансовые чипы с грошами денег, но ожерелье осталось нетронутым.

— Хм-м-м, — хмыкнул Фабрис. — Оригинально, но озвученный случай с драгоценностью заметно отличается. Ты действительно думаешь, что здесь есть что-то большее, чем производство уборочной техники от «Робо-Индастриал»? Даня, я не сомневаюсь в твоих профессиональных способностях, но оглянись. Это настоящее производство. Всё выглядит очень… натурально. Опять же, преступники наверняка бы поставили охрану на вход, если бы занимались не простыми роботами, а запрещённой доработкой андроидов.

Он был прав.

Во всём.

Его рассуждения были логичны…

Но если вы спросите медвежатника, будь то белый или чёрный, какой замковый механизм самый сложный, он ответит не раздумывая — доработанный любителями самостоятельно. Потому что, в отличие от конвейерного производства тех же сейфов, любители не используют стандартных схем, они вообще работают безо всякой логики.

Я прекрасно понимала, как это выглядит со стороны, насколько притянуто за уши… Всё выглядело «натурально» настолько, насколько вообще возможно. На станках потёртости, лента с царапинами, инструменты явно не новые, а шарикоподшипники кто-то сортировал явно для себя… И весьма вероятно, что «Робо-Индастриал» был обычным производителем роботов, который просто чуть-чуть шаманил с налогами, но… дурацкое чувство чесотки не давало покоя.

Я не знала, как выразить это ощущение словами, молча стояла и растерянно смотрела на Фабриса. Эмиссар понял меня без слов. Он шумно вздохнул, демонстративно вытащил из кармана пальто перчатки, надел и…

— Что ты делаешь?! — ахнула я, когда уши заложило от металлического звона.

На пол с шумом полетели многочисленные чехлы, а за ними короба с запчастями… Эмиссар не только срывал брезенты, но и толкал всё на пол. Не представляю, какую силу он прикладывал, чтобы опрокидывать тяжеленные конструкции, но ему это удавалось, а где не удавалось — цварг просто распарывал стенки контейнеров шипом на хвосте. Иногда ему приходилось вспарывать даже свинцовые листы. Дрожь от осознания, какая мощь скрыта под внешностью жилистого мужчины в деловом пальто, прокатилась от шеи до самого копчика.

— Проверяю. Ты сказала — на самом видном месте.

Я кивнула, прикусив губу. Навести порядок после такого вторжения уже будет невозможно. Скорее, это уже катит на статью «вандализм»… Фабрис, просто поверив мне на слово, без официального ордера или веской причины стал перепроверять всё.

Шорх. Контейнер с искусственными головами. Шорх. Контейнер с модулями для сборки пыли. Шорх. Контейнер с возвратными пружинами.

Я проглотила колючий ком в горле. А если я не права? Бесхвостые швархи, да мы и здесь-то исключительно потому, что я построила какую-то грандиозную гипотезу о женщинах-андроидах и мужчинах-актёрах…

Шорх. Сменные детали для робота-пылесоса. Шорх. Щётки и резервуары для грязной воды…

Вдруг после этого незаконного вторжения на производство «Робо-Индастриал» Фабриса понизят в должности или вообще уволят с работы?..

Шорх. Фильтры для швабры. Шорх. Словно бисерины или пуговицы разлетелись крошечные шестерёнки…

Чем сосредоточеннее было лицо цварга, тем холоднее становилось в груди. А если я всё-таки ошиблась? Подумаешь, пальцы рук закололо… Да у меня ночью вообще температура была, может, это просто от нахлынувшего адреналина?

Шорх…

Последний контейнер был повален на пол. Лязг металлических предметов перестал терзать уши, остался лишь тонкий, еле слышный звук катящихся по полу шарикоподшипников и собственное сердцебиение, набатом отдающее в барабанные перепонки.

Ну всё, сейчас Фабрис на меня как минимум наорёт, ведь я крупно подставила его со своей гипотезой и предчувствиями.

А ещё скажет, что глубоко разочарован во мне.

От страха я невольно зажмурилась.

— Дань, тебя долго ждать?

— Что?

— В третий раз повторяю, подойди сюда, пожалуйста. Скажи, замок вскрыть сможешь? Я могу разнести электронику к шварховой матери, но боюсь, что если поврежу что-то, то мы вовсе не попадём внутрь. Как же я сразу не додумался, что искать надо вход в подвал… Здание-то старое, раньше с подвалами строили… Это сейчас на подземных этажах, как правило, только паркинг для флаеров.

Я подпрыгнула на месте и рванула к Фабрису. Сердце гулко ударилось о рёбра, стоило увидеть люк с кодовым замком. Куда как более надёжным, чем тот, что был установлен на входе в здание. Тут и к астрологу ходить не надо, чтобы он сказал, что такие замки не вешают на кухонные шкафчики с печеньем.

— Да-а-а, — протянула я. — Сейчас всё аккуратно вскрою, дай мне пять минут.

Мне понадобилось целых семь, чтобы открыть люк, так как пальцы подрагивали от дурного тревожного предчувствия, но Робер не мешал. Он тихо стоял позади, ждал, когда я выполню свою работу. Стоило мне жестом указать: «Готово», как эмиссар вихрем открыл люк и первым спустился. Ну а я — за ним.

Это было жутко.

Пожалуй, так жутко я себя не ощущала ещё ни разу. Фабрис зажег свет — и нас окружили многочисленные лица. Широко распахнутые пустые глаза, кривящиеся губы, иногда и вовсе открытые рты. Миттарки, эльтонийки, цваргини, пиксиянки, человеческие девушки… Все они выглядели точь-в-точь как живые, и это пугало до шварховой печёнки. Были тут и мужские особи, правда, немногочисленные. Кто-то одет, кто-то раздет…

— Филиал фильма ужасов, — пробормотала я, рассматривая одну из моделей вблизи. — Сейчас между андроидами должен оказаться живой гуманоид, который внезапно отомрёт и набросится на нас с ножом, — неловко пошутила, стараясь не выдать того, что, по ощущениям, желудок приклеился к позвоночнику.

— Не говори ерунды, это всего лишь роботы, — фыркнул Фабрис. — Живых гуманоидов здесь нет, я бы почувствовал бета-колебания их мозговой деятельности.

— То есть если на нас набросятся сами андроиды, то это впишется в твою картину мира?

Вместо ответа эмиссар взглядом указал на стопку аккумуляторов, сложенных прямо на полу у крайней ступени лестницы.

Тщательный осмотр роботов выявил, что стыки между деталями, которые по законам Танорга обязательно должны быть видны, промазаны цветным силиконом, а где-то чуть ли не воском. Ещё кто-то старательно рисовал на открытых участках кожи «кукол» родинки и даже специально криво остриг ногти у нескольких кукол, чтобы руки выглядели как настоящие.

— Кто-то очень постарался, чтобы андроидов нельзя было отличить от гуманоидов, — пробормотала я, разглядывая заусенцы на искусственной руке.

— Согласен, — ответил Фабрис откуда-то из-за рядов «кукол». Я машинально двинулась на мужской голос и нашла эмиссара, разглядывающего поставленное на паузу видео… одно из тех, которое мы уже видели.

Помимо андроидов, здесь располагались стол и компьютеры для видеомонтажа и та самая мини-мастерская, которую искал Робер. Небольшой стеллаж с краской всех оттенков кожных покровов граждан Федерации, цветные линзы, кисточки, набор для маникюра и педикюра, вешалка со всевозможными нарядами… Огромная стойка с духами и одеколонами популярных в Федерации марок. Резкий апельсиновый запах смешивался с древесным, тут же проступала нотка чего-то редкого, что нос отказывался распознать. Я чихнула.

— Зачем им это? В смысле… — Я обвела рукой пространство. — Я понимаю, что сколько-то андроидов нужно было для съемок в тех роликах, но если мне не изменяет память, их там двадцать три…

— Двадцать пять.

— Двадцать пять, — поправилась. — А тут явно заготовки на десятки андроидов… Это же… ну нерентабельно, столько выкупать ради... развлекательного видео. Оно, бесспорно, приносит огромные деньги, но всё же…

— Зато их можно продавать в частном порядке всяким извращенцам, а ещё лучше — создавать под заказ, — хмуро ответил эмиссар.

В носу снова защекотало от смеси непривычных запахов — непроветриваемый подвал как-никак, — и я опять чихнула. От чиха запершило в горле, и голова слегка закружилась… похоже, я всё-таки не выздоровела.

— Ролики в дарк-инфосети — это скорее демонстрация, — тем временем продолжил Фабрис, — что андроиды производства «Робо-Индастриал» неотличимы от настоящих, поэтому видео распространялись бесплатно.

— То есть ты считаешь, что преступникам неинтересна продажа порно?

— Какие бы деньги ни приносила продажа записей совокуплений по голоканалам, это не идёт ни в какое сравнение с возможностями, которые открываются преступникам, если они смогут продавать таких андроидов.

— Так если это будут влиятельные лица или знаменитости, то всё быстро вскроется! — возразила я.

— А кто говорит про влиятельных лиц? Деньги есть у разных гуманоидов. Жена обиделась на состоятельного мужа, хочет развод и его, скажем, бизнес по заправке кораблей на планетоиде. Нужны доказательства измены супруга. Бах — и по всем голоканалам крутят, как он аморально ей изменяет с тремя дамочками. Подослать к конкуренту андроида, выглядящего точь-в-точь как партнёр по бизнесу или секретарша, и украсть всю информацию. Даже в сфере преступного мира Тур-Рина можно сделать андроида как твой конкурент и крупно подставить, отжав весь рынок себе. Даня, тут играют по-крупному…

«Да, похоже на то», — хотела ответить, но получилось:

— Да-а-ап-ч-хи-и!

— Даня, да что с тобой? Почему ты чихаешь?! — Внезапно Фабрис вскинулся, резко привлёк меня к себе и… ох, голова закружилась ещё сильнее, когда мужские пальцы подняли мой подбородок. — Чихание, расширенные зрачки, хотя тут полутень, конечно… Даня, как ты себя чувствуешь?

— Спать что-то хочется, — честно сказала я. — И горло немного саднит, наверное…

— Шварх!!! Алисéн!

Глаза Фабриса вспыхнули такой яростью, что я бы испугалась, но вместо этого получилось лишь зевнуть и плавно осесть на пол, стоило рукам цварга меня отпустить. Ещё несколько секунд я наблюдала, как он рванул к люку и… не смог его открыть. Ударил кулаком, затем хвостом, но всё без толку.

«Ну да, логично, заклинило, — флегматично сказал внутренний голос, — идеальная ловушка получилась, и мы сами в неё забрались».

Перед тем как я заснула, мозг отметил, что движения Фабриса тоже стали более вялыми, а удары по дверце люка звучали не так громко, как могли бы.