Невеста из тумана

Глава 50.

Несмотря на приторную заботу Ристара, возвращаться обратно было тошно. И, вроде бы, всё я понимала, и сама так устроила, но… Ощущение было таким, словно, я ненадолго вырвалась из клетки, а теперь птичку поймали и снова засовывают обратно.

Меня особенно порадовала, в кавычках конечно, болтовня моего теперь уже мужа о будущих обязанностях и ответственности, которую он собрался взвалить на мои плечи.

— Жена лаэрда отвечает за ведение всего домашнего хозяйства замка и воспитание дочерей. — Меченый вещал это с таким лицом, будто, сообщал мне нечто очень приятное. — Не волнуйся о том, что тебя некоторое время принимали за служанку. Теперь судьба всех этих людей в твоих руках. Никто не посмеет напомнить хозяйке о том, что ей неприятно будет слышать. Милла и Лисия отныне, также, полностью под твоей властью, пока я не выдам их замуж.

В общем, по словам лаэрда, я сделала вывод, что, как его жена, занимаю второе место в замковой иерархии. Отныне мне будет подчиняться большая часть жителей замковой территории, кроме воинов и тех, что служат при казарме. Ведение всего обширного хозяйства также будет на мне. Ристар даже пообещал обсуждать со мной любые свои решения, если они касаются замковой экономики или дочерей.

Добытые в отчем доме воспоминания и материнские наставления прежней хозяйки тела позволили мне судить о том, что Ристар предлагает мне лучший из возможных сценариев супружеской жизни лаэрда и лаэры. Меченый обещает мне реальную власть в своём доме, а не роль заложницы или инкубатора.

Наверное, я должна радоваться… Но не всё так просто, как кажется. Мало того, что в понимании Ристара жена обязана полностью, то есть абсолютно и беспрекословно, подчиняться своему супругу, так ещё и, поскольку каждая будущая лаэра для эффективного контроля за работой слуг должна быть обучена владеть многочисленными ремесленными профессиями, мой муж уверен, что я умею прясть, ткать, шить, готовить, знаю способы хранения всевозможных запасов. А ещё, он думает, что я умею вести книги учёта, планировать зимовку замка, делать запасы на случай осады, торговать на рынке, сбывать излишки произведённых в замке изделий. А самое интересное, Меченый рассчитывает или мечтает, что я полностью освобожу его от этих хлопот и буду самостоятельно заниматься хозяйством, как можно реже советуясь с мужем.

Ой, мамочки! Кажется, что более тяжёлой судьбы придумать невозможно! Даже с целой армией слуг справлюсь ли я с такими задачами? Я, кстати, из всего, вскользь перечисленного Ристаром, умею только готовить…

Последняя остановка на ночь была сделана в Становой, в огромном двухэтажном доме старосты деревни. Здесь Меченый организовал нам купание в большущих деревянных бочках с горячей водой. Чтобы влезть внутрь, пришлось воспользоваться приставными ступеньками. Ох, как же приятно было окунуться с головой! А потом, лаэрд неожиданно устроил первую брачную ночь на огромной супружеской кровати хозяев гостеприимного дома.

Я поначалу растерялась… Оттолкнуть? Отвернуться? Бороться? А смысл? Он мой муж на всю жизнь. Здесь разводов нет. Единственный шанс стать счастливой самой и обеспечить любящую семью своему ребёнку — наладить отношения с Меченым.

Как сексуальный партнёр муж не вызывает у меня отторжения, даже наоборот. Опытные ласки Ристара настолько приятны, что я на время забываю обо всём, что меня возмущает и обижает. Увы, но постель — это далеко не вся жизнь. Впрочем, я прекрасно осознавала, что в нашем случае — это основа моего будущего счастья. Если только справлюсь и сумею его построить. В прежней жизни, будучи начальником управления и имея весьма разношёрстный коллектив в плане характеров, привычек, тараканов в голове и совершенно разного отношения к своим должностным обязанностям, в сложных ситуациях, я часто говорила себе: «работаем с тем, что есть», старалась вытянуть наверх и использовать сильные стороны каждого сотрудника и мягко погасить отрицательные качества.

В общем, утром Ристар уходил от меня более чем удовлетворённым. Да и я чувствовала, что нервное напряжение куда-то ушло и я намного спокойнее воспринимаю происходящее.

Едва муж вышел из спальни, ко мне впорхнули все три мои служанки. Они последовали за мной из дома родителей, и я как-то случайно подслушала, что негодницы, болтая между собой, тихо радовались, что мне не разрешили забрать Фису. Всё же девушки ревновали меня к подружке и недолюбливали её, не понимая наших, недопустимых между хозяйкой и служанкой, отношений.

Девушки принесли мне приготовленный ими великолепный наряд для первого появления жены в замке мужа. А ещё, умницы мои, они собрали все сплетни, которые смогли, и одевая меня старательно пересказали всё, что смогли узнать.

Да, внутренняя разведка мне точно нужна, как воздух. Я и не догадывалась, что воины болтают, будто, молодая жена, оказывается, лаэрда крепко в лапах держит. То есть, как сказали бы в моём прежнем мире — они считают, что я вью из мужа верёвки. Я в шоке! Это я-то? А почему я этого не заметила?

Становую, главную деревню лаэрдства, фактически, в местном понимании, столицу, мы с лаэрдом покидали красиво, верхом. Кто-то щедро и изыскано украсил гриву, хвост и упряжь мощного вороного коня Ристара и милой белой лошадки, купленной специально для меня на местном рынке, яркими лентами с бусинами и белыми лалаями, очень напоминающими наши тюльпаны. Эти нежные весенние цветы совсем недавно распустились повсюду. По пути я замечала их везде, и в степи, и на открытых участках леса.

Всё время, пока наш небольшой кортеж передвигался по деревне, стоявшие вдоль обочин жители Становой жменями бросали под копыта наших животных зерно и какие-то семена, всякими присказками желая многочисленного потомства и процветания. Чтобы все их пожелания сбылись мне нужно родить приблизительно пару тысяч мальчишек, столько же девочек, а лаэрду завоевать или ограбить пол мира, ну, или весь.

Едва мы поднялись на пригорок и въехали в лес, Меченый немедленно вынул меня из седла и водрузил на повозку с перинами. Так я, почти, до самого замка на пуху и провалялась. Снова верхом на мою славную лошадку муж усадил меня только в пределах видимости от главных ворот нашего замка.

Это произошло как раз ближе к обеду. День был яркий, солнечный. Мы проехали сквозь арку. Огромная толпа нещадно топтала молодую зелень, которая пробивалась между каменными плитами центрального двора. Я поразилась тому, какими радостными были лица встречающих, и тому, как нарядно все одеты, словно, в замке был большой праздник.

Моя лошадка намного нервничала, как и я.

Наездница из меня была так себе. Помню, как-то, во время отдыха на море, в палатке, где продавали экскурсии, купила многочасовую прогулку верхом. У меня тогда отлично получилась влезть на старую флегматичную, но бесконечно милую, конягу и проехать весь маршрут, остался целый океан положительных эмоций. А наутро следующего дня так болели все мышцы, что в санузел добиралась ползком, благо он в номере, буквально, в двух шагах от кровати был. Это, собственно говоря, весь мой опыт верховой езды. Впрочем, сейчас я держалась в седле красиво и умело, видимо, память тела Элизы работала, но чувствовала себя очень неуверенно.

Приветственные вопли оглушили.

Ристар спешился сам, бросил поводья Ктору, тут же подскочил и снял с лошади меня. Не опуская мою тушку на землю, перехватил поудобнее, и на руках понёс в замок.

Толпа радостно взревела. Какие-то семена теперь уже посыпались непосредственно под ноги лаэрда, и знакомые уже присказки с пожеланиями молодым зазвучали со всех сторон, при чём, каждый желающий норовил перекричать окружающих. Честно, я испугалась, что оглохну.

В парадном зале был накрыт настоящий пир. Мясо стояло даже на самых крайних столах для слуг.

Теперь я восседала рядом с лаэрдом, во главе стола. Непривычно было есть, когда за твоим плечом, над душой, постоянно стоит специальный подавальщик и прислуживает, стараясь предугадать малейшее желание. Я, кстати, потом очень долго не могла к этому привыкнуть.

С любопытством осматривалась вокруг.

Ристар следит за мной, как наседка. Лапищей своей мою ладошку накрыл. Поддерживает… Это как же сильно мужик сына хочет! Вдруг припомнились все пережитые страхи и в душе всколыхнулось супротивное: «Вот, назло ему пятую девчонку рожу!».

Наверное, Меченый сейчас переживает, что меня смущает то, что я работала у него служанкой. Какая чушь! Это Элиза, возможно, волновалась бы, но не я. Никогда не считала любой труд зазорным, а какого-то человека лучше только потому, что он родился в семье с высоким статусом. Впрочем, с другой стороны, я не из тех, кто считает всех людей равными. Например, я думаю, что правы те родители, которые подыскивают своему чаду друзей или, даже, помогают найти супругов из одного круга. Люди равного достатка в большинстве своём дают детям соответствующего уровня образование, воспитание, прививают одинаковые ценности и формируют схожие привычки и поведение. Для общения и супружеской жизни это имеет громадное значение. Разумно ориентироваться на большинство, хоть я уверена, что от человека тоже много зависит: кто-то выжмет максимум из предоставленных жизнью возможностей, а кто-то наплюёт на них и скатится вниз.

Мой взгляд упал на дочерей Меченого, и я вспомнила, что теперь стала мачехой.

Мачеха…Слово то какое… нехорошее…

— Я позволил Лисии выйти к общему столу, — негромко сказал Ристар, заметив куда я смотрю. — Если считаешь, что ей рано сидеть с нами, я отправлю её в свою комнату.

Девочка, которой впервые позволили есть со взрослыми в честь прибытия мачехи, выглядела испуганной. Чует кошка, чьё мясо съела! Рядом сидящая Милла, напротив, широко улыбалась мне, всячески демонстрируя свою радость.

— Пусть останется. — обронила я.

Мачеха, так мачеха. С завтрашнего дня будем активно организовывать обучение девочек всем премудростям, которые должна уметь будущая хозяйка замка. Поручим это дело Роне. Вон как поглядывает на меня, взглядом побитой собаки. Заметно, что экономка будет счастлива выслужится, чтобы искупить прошлые грешки. А там, и я, под видом контроля, сама всему нужному научусь… или вспомню, что надо. А то, что-то не особо в себе уверена… Старшими девочками Меченого матери, мачехи занимались, а младшая, Лисия, оказалась совсем заброшена. Нелегко ей в учении придётся… Уж я прослежу, чтобы любительница наказывать служанок, как следует наловчилась делать любую их работу. Прямо завтра займусь воспитанием младшей падчерицы! Ну, и мы с Миллой подучимся немного. А то, о чём только Ристар думает?

Я заметила, что Чард почти ничего не ест и сидит неестественно прямо. Капельки пота на лбу выдавали, то ли, его плохое самочувствие, то ли, нервное состояние. Однако, смотрит открыто. Его жена, Жанетта, вяло ела, не поднимая глаз. Бывшая любовница моего мужа сидела непривычно съёжившись, будто, пытаясь казаться как можно незаметнее.

— Чард — очень предан нашей семье и хороший управляющий, — снова раздался над моим ухом тихий голос лаэрда.

У меня появилось ощущение, что этой фразой муж просит у меня разрешения оставить Чарда на занимаемой должности. Или показалось, и он просто так говорит? Кивнула, на всякий случай, как бы соглашаясь.

Пир продолжался с обеда и до позднего вечера. И это я ушла первой, когда Ристар, наконец, позволил! И менестрель пел, и артисты представление давали, и даже большая дрессированная собака ходила на задних лапах с миской в зубах вдоль столов и просила мясо или, хотя бы, косточки. И музыка была, и танцы. Впрочем, лично меня потанцевать муж не пустил. Мне пришлось просидеть пол дня на одном месте, выбираясь из-за стола только по нужде. Увы, новое положение обязывало в этот день вести себя именно так.

Вечером, когда девочки готовили меня к ночи, они доложили, что большинство жителей замка на подпитии громко говорили, что, мол, они все сразу догадались, что я не обычная служанка. Припомнили, и учёт мелом в кладовой, и швабры, и свечи, и косметику… По всеобщему мнению, только особенный ум лаэрдов мог до такого додуматься. А ещё, моё прежнее дерзкое поведение и такое сильное влияние на их лаэрда признали единственно возможным и естественным для лаэриты. Ведь с ней и не могло быть как-то иначе!

Слушая торопливый пересказ разговоров и сплетен, я поражалась тому, как мой новый статус в умах окружающих мгновенно вознёс меня на недосягаемую высоту, сделал, буквально, непогрешимой.

Уже в свой самый первый вечер в качестве молодой лаэры я поняла, что мне не понадобится как-то утверждать свой авторитет хозяйки замка. И нечего боятся, что я чего-то не умею или не знаю. Всё не важно. Во время пира лаэрд всем и каждому кристально ясно показал своё отношение ко мне. Где-то словами, где-то действиями обозначил моё положение хозяйки замка. И только это имело значение.

Мне можно всё!

Всё, что позволит Ристар.