Невеста из тумана

Глава 2.

В первое мгновение со мной случился шок. Руки сами дёрнулись в защитном жесте.

Что это?.. Ах, ты ж… Это какой-то беспредел полный!

В следующую секунду место удара резко вспыхнуло безумной болью, ураганом выметая из головы все посторонние мысли. Слева, верх груди, плечо и спину, невыносимо запекло, будто, вмиг огнём охватило. Опустив голову, увидела кровь на своих ладонях. Я вскочила было, сжав кулаки, и гневно уставившись на недоумка, так опрометчиво размахивающего кнутом, но тут напомнило о себе пострадавшее в ручье правое колено, подломившись.

Да, что ж у меня за день такой сегодня!

Там, где по мне прошёлся кнут, боль накатила настолько сильная, что мощно заглушила все предыдущие неприятные ощущения. Ноющее колено и бесконечные молоточки в висках — пустяки, по сравнению с новой напастью. Я кулем осела прямо в придорожную траву, не в состоянии удержаться на ногах.

Из глаз сами щедро полились слёзы, но плакала я беззвучно, ибо, во-первых, «в зобу», всё ещё, «дыханье спёрло» от шока после удара, а во-вторых… На самом деле, я жутко испугалась этого ненормального с кнутом и не хотела провоцировать новыми звуками. Мой испуганный вскрик минуту назад уже, и так, принёс мне неприятности. Не исключаю, конечно, что мужчина таким диким способом быстро убрал меня с дороги, чтобы конь случайно не затоптал. Но, и в таком случае, несмотря на то, что нуждалась в помощи, я думала: «лучше, пусть этот горе-спасатель просто едет себе куда подальше. Придурок!»

Как же больно!

Оттянула мокрый ворот блузы, чтобы посмотреть на пострадавшую грудь. Это было непросто, так как, глаза были сильно на мокром месте. Однако, я разглядела припухшую и наливающаяся красным жирную полосу, которая перечёркивала левое полушарие, уходила на плечо, а оттуда, судя по жгучей боли в левой лопатке — на спину. Безжалостная кожаная полоса нарисовала на моём теле болезненное полукольцо.

— Ко си ту? — раздалось над головой.

Я не отреагировала, потому, что, как раз в этот момент, заметила на нежной коже пострадавшей верхней половины груди, в двух сантиметрах от соска, выступившие несколько капелек крови. Белая блуза в этом месте алела красными пятнами. До крови рассёк мне кожу, козёл!

«Я же, кажется, утром надевала не белую, а кремовую кофточку и брючный костюм…» — снова шевельнулось в голове недоумение по поводу одежды, что была на мне. — «Странно. Зачем водитель-преступник меня переодел? И где бюстгальтер? О, Боже мой! Он же не изнасиловал меня, пока я была без сознания?! Этого ещё не хватало!».

Но, к счастью, между ног не было никаких ощущений, которые подтвердили бы это кошмарное предположение.

— Ху радиш деворе? — властный голос незнакомца, с явной ноткой раздражения, оторвал меня от панических предположений.

«Иностранец. Язык точно не французский, не английский, не итальянский и не испанский», — поняла я. — «Что он говорит? Наверное, извиняется, изверг… Но интонации какие-то… неправильные. Неприятный тип. Похоже, где-то рядом элитные конюшни или конный клуб, где отдыхают бизнесмены, состоятельные люди, всякие важные иностранные гости и прочие личности, многие из которых мнят себя хозяевами этой жизни. Среди них обычно немало таких, которые простых людей за равных себе не считают и относятся соответственно. Похоже, мне не повезло натолкнуться на такого.»

Про элитные конюшни я подумала, в первую очередь, из-за шикарной сбруи, которая была на коне. На ней, даже в тумане, сверкали разноцветные камни, весьма похожие драгоценные. Я не особо разбираюсь.

А ещё — грива! Она у вороного была такая густая, гладкая и шелковистая на вид, будто этот четвероногий красавец посещает салон красоты.

Да я мужчину, что сидел верхом, не так разглядывала, как его великолепного скакуна! Разве что, только, по общему облику как-то сразу поняла, что он из тех, кто по жизни привык отдавать команды, а не выполнять их.

«Интересно, этот тип с кнутом только выехал на прогулку или уже возвращается на базу?» — задалась я вопросом. — «Смотрит-то как грозно! Чего злится? О! А может, я оказалась на территории, закрытой для посторонних?»

— Опита мас ко си ту!! — грозно рявкнул мужчина и чуть не наехал на меня конём.

Я невольно сжалась, закрываясь руками. Не дай Бог, этот псих снова хлестнёт!

— Я… здесь случайно. Мне нужно в город… — против воли, с перепугу, заблеяла не своим голосом.

И вдруг почувствовала, как меня поднимают вверх за шкирку!

— Что вы делаете!! Псих-х-х-р-р-р… — захрипела я, задрыгала ногами, заскребла пальцами по горлу, пытаясь ухватиться за ворот блузы, который впился мне в горло и сильно передавил его.

В следующее мгновение этот чёртов иностранец перебросил через конский круп моё несчастное, такое измученное за сегодняшний день, тело. Ткнулась носом в лоснящийся чёрный бок. Ударилась пострадавшей стороной головы о ногу в грязном сапоге. Ожидаемо, я рьяно попыталась немедленно слезть обратно, на землю, но получила настолько увесистый и болезненный шлепок, что он пригвоздил меня к месту. Я только крякнула и подавилась матерным словом.

Вообще-то, я никогда не ругаюсь матом. Господи, я солидная женщина, начальник управления… Слова, конечно, знаю, как все, но, чтобы употреблять их, то — нет, никогда! Даже в минуты эмоциональных всплесков. А сейчас, вот, почти вылетело…

Примолкла я не только из-за страха снова получить удар. Нет. Просто, трепыхаясь, я повернула голову в сторону и внезапно разглядела в чуть рассеявшейся туманной дымке силуэты других всадников. Их было много… очень много… Ненормально много… Кони послушно стояли, похрапывая и перебирая копытами на одном месте, по двое в настолько длинной колонне, что её конец терялся во мгле.

Это какие безразмерные конюшни должны быть, чтобы в них разместилось столько животных?

Тем временем, вороной красавец подо мной начал движение.

Нет! Я так не могу! Моя бедная голова! Моё несчастное колено! След от кнута жжёт! А теперь ещё и все внутренности превращаются в отбитую кашу. Я жалобно застонала.

Сейчас модно устраивать всякие там реконструкции исторических битв или сражений. Эти по-крупному разыгрались. Такое мероприятие кому-то обошлось в немалую копеечку… Не приняли ли меня за одну из участниц действа? Тогда, похоже, этот тип не рассчитал удар, но думает, что мои слёзы — игра?

— Послушайте! Я — не реконструктор! — захныкала. — Оказалась здесь случайно. Мне нужна медицинская помощь.

Ненормальный с кнутом на мой плачущий звук никак не отреагировал. Едем. Тяжёлая мужская ладонь давит на мою поясницу, как гранитная плита. Силён, чёрт! Этот иностранец, наверное, не вылезает из спортивных клубов. Какая-то часть седла невозможно больно упирается под рёбра, но сдвинуться не получается. Каждый шаг коня отдаётся в животе вспышкой тупой боли, которая волной расходится по всему телу, особенно чувствительно ударяя в раненый висок.

Пытка конём длится и длится… Я совершенно измотана за сегодняшний безумный день, но упорно не оставляю попыток устроиться хоть немного удобнее, за что ещё несколько раз получаю предупреждающие шлепки, которые заставляют меня на время замирать неподвижно.

Муж, его вторая семья, развод и раздел имущества — всё то, из-за чего у меня впервые в жизни случился гипертонический криз и приезжала скорая, вдруг показались не то, чтобы неважным, а просто не таким уж концом света. Сейчас я посчитала бы себя счастливой, оказавшись в спорной квартире с кофе у окна и, чтобы на мне была надета сухая тёплая пижама… Я в этой чужой мокрой одежде уже прямо заледенела… Нет, лучше бы, очутиться за своим рабочим столом, в уютном мягком кожаном кресле начальника управления, с той же чашечкой кофе у экрана компьютера…

И зачем только в туман я так сильно высунулась на проезжую часть дороги, когда выглядывала эту дурацкую маршрутку?! Хорошо ещё, что, вообще, жива осталась.

Ох! Конь пошёл быстрее.

Ох! Ах! Ух! Эх! Чтоб ты провалился, козёл «иносраный»!

— Эй! Вы! Помогите! Я не участник мероприятия! — громко обратилась я к всадникам из колонны позади.

Ноль реакции. Едут тихо. Из-за тумана походят на привидения воинов из какой-то старинной эпохи. Мечи, ножи, и всякое воинское снаряжение, которому я не знаю названия, выглядят очень реалистично. Впрочем, я не знаток и не любитель такой науки, как история, которую все перевирают и додумывают, как хотят. Иногда мне приходит в голову, что единственное, чему можно верить — это костям динозавров. Они точно были, хоть сейчас их нет.

Нужно потерпеть… Сейчас этот… слов не хватает, чтобы его правильно назвать… привезёт меня на базу, попрошу у кого-нибудь, более адекватного, телефон и позвоню брату. Он приедет за мной, отвезёт в больницу…

Лес внезапно кончился.

Конь, направляемый уверенной рукой иностранца, сразу свернул с дороги и въехал на невысокий кряж в паре метров от обочины. Колона всадников продолжала двигаться по дороге мимо нас. Ветер почти разогнал туман и теперь мне было видно, как много людей участвуют в реконструкции, и как серьёзно они подготовились! Вслед за всадниками, из лесу вынырнули даже три деревянные штуковины, которые нападающие используют при осаде замков или крепостей с высокими стенами заборов. Их, как повозки, тянули за собой по две лошади. Я не раз видела такие в исторических сериалах.

А потом шли пешие воины! При чём, их было намного больше, чем всадников.

И, под конец, двигались гружёные повозки, а, за ними — снова пешие воины.

Кнутовладелец направил вороного к одной из телег, и грубо сбросил меня на неё одной рукой. Думала, что меня ждёт новая порция ушибов, но упала на мягкие, плотно набитые мешки, кули и свёрнутые шкуры.

«Ну, наконец-то!» — зарывшись поглубже во всё это добро, вытянулась я, тотчас устраивая своё измученное тело поудобнее.

— Седе деворе! — приказал мужчина, ни на минуту, не выходя из роли полководца, и, Слава Богу, ускакал.