Невеста из тумана

Глава 16.

Ристар устало повёл плечами, покрутил головой из стороны в сторону и назад, разминая затылок, потянулся. Он, будучи воином в душе, терпеть не мог работать со счетами, но никогда не перепоручал контроль над финансами кому-то другому, как и любой другой контроль над тем, что касалось его лаэрдства, в принципе. Так учил отец, и у Ристара уже не раз была возможность убедиться, насколько мудры были его уроки.

Осень за окном разгулялась в полную силу. Она била в стекло крупными каплями проливного дождя, заставляла поскрипывать толстую деревянную раму под неистовыми порывами ветра.

Лаэрд невольно подумал о своей сбежавшей невесте. Где сейчас эта глупая курица пережидает непогоду?

Когда истекли все возможные сроки, и оттягивать встречу будущих родственников уже не представлялось возможным, Стефану Ржавому пришлось признаться в том, что его юная и неразумная, но очень нежная и трепетная, доченька в панике сбежала из дому. Видите ли, бедняжка Элиза испугалась брака с, ним, с самим Меченым.

Хотя, люди Ристара в замке Стефана уже донесли ему об этом, однако, официальное признание этого факта соседом привело его в ярость. Какая-то ничтожная девчонка, ценность которой только в том, что она послужит залогом мира между давно враждующими соседями и, возможно, родит ему законного сына, посмела спутать все его планы, стать угрозой для замыслов самого Меченого!

Но он понимал, что выказывать слишком явное неудовольствие сложившейся ситуацией во время мирной встречи соседствующих лаэрдов на границе своих владений было крайне невыгодно для лаэрдства. Сейчас им нужно было строить новые мирные договорённости с учётом изменившихся обстоятельств. Поэтому, он тоже принимал участие в поисках сбежавшей невесты — вместе со своими людьми целую неделю сам, лично, прочёсывал территории близлежащие к границе с владениями Стефана Ржаваго. Но Элизы на его землях не оказалось… Где она может быть?

Глядя на суровую осеннюю непогоду за окном Ристар подумал о том, есть ли сейчас у беглянки тёплая одежда и крыша над головой?

Однако, минутная обеспокоенность, с толикой почти отеческой заботы о непутёвом чаде Ржавого, тут же сменилась привычным глухим гневом. Вздорная непослушная лаэрита, позабыв о своём дочернем долге, чуть не сорвала с таким трудом достигнутые договорённости о перекрестном браке между владельцами соседних земель! Тем самым поставив под угрозу сотни, а может и тысячи человеческих жизней. Жаль, что Стефан так плохо воспитал дочь. Досадно, ещё и потому, что именно ему, Ристару, судя по всему, придётся продолжить воспитание девчонки. Если, конечно, она найдётся.

«Трепетная она…» — раздражённо вспоминал лаэрд оправдания соседа. — «Испугалась…». Из-за неё теперь сам Ристар отдаст соседу свою старшую дочь, выдав замуж за его сына, а взамен не получит никого! Что сможет противопоставить Ристар, если у Ржавого будут плохо относиться к его дочери и шантажировать его ею? Перекрестный брак между соседями давал относительные гарантии безопасности в стане многолетних врагов обеим женщинам. А теперь его дочь от первой жены, спасительницы Клары оказалась под ударом, потому, что её свадьбу с наследником Ржавого решили не откладывать, чтобы подтвердить и закрепить мирные намерения обеих сторон.

Ристар собрался послать кого-нибудь за Чардом, чтобы послушать доклад о готовности замка к приёму гостей, и вместе с управляющим пройтись, посмотреть и проверить кое-что лично. Жених в сопровождении своей многочисленной свиты должен появиться в замке, самое позднее, завтра.

Однако, его планы нарушил лихорадочный дробный стук в дверь кабинета, и взволнованная просьба войти.

— Мой лаэрд! — молодой оруженосец упал перед Ристаром на одно колено и сразу заговорил, горячо, взволнованно, сбивчиво. — Прошу справедливости! Спасите невиновную! У меня есть свидетель. Только нужно срочно! Её уже убивают! Управляющий Чард приказал! На конюшне!

— Фанас? — узнал парня Ристар, не собираясь и пальцем шевелить.

Служанкой больше или меньше — не суть важно. У лаэрда сейчас другие заботы — завтра придётся открыть ворота замка заклятым врагам, пустить их внутрь… Нужно ещё раз продумать всё ли предусмотрено для обеспечения безопасности…

— Елиза не виновата, мой лаэрд! Это Жанетта! Она специально эту дорогущую специю испортила, чтобы Елизу обвинить! Григ, повар, сам видел и мне рассказал. Гаспадан Чард поверил Жанетте и приказал забить Елизу до смерти. Прошу! Спасите девушку! Она не виновата! Я люблю её! Если нужно я отработаю эту специю. Отдам всё, что мне будет положено после службы, всю свою долю со всех будущих походов!

— Елизу? — странное имя всколыхнуло память, разогнало заботы и тревоги по поводу сверхважных гостей, войны и мира, сбежавшей невесты и прочие, которыми была забита голова лаэрда.

Образ рыженькой девушки, которая гладит его по щеке, там, где шрам, и называет красивым встал перед мысленным взором Ристара, и, в тот же миг, всё его безразличие, как ветром сдуло. Он так стремительно вскочил с кресла и направился к выходу из кабинета, что Фанас даже растерялся и не сразу понял, что происходит.

Встречные шарахались и разлетались с дороги стремительно идущего лаэрда, как голуби от кошки. Фанас почти бежал следом за хозяином замка, с радостью и надеждой убеждаясь, что тот направляется к конюшням.

Когда лаэрд и оруженосец влетели в сбруйную, где обычно проводили наказания, в воздухе послышался характерный свист кнута.

Ристар мгновенно выхватил из голенища свой кнут, и, взмахнув им, перехватил кожаный ремень до того, как он коснулся белой кожи на спине привязанной к деревянному брусу девушки, и выдернул кнутовище из рук старшего конюха, который, как обычно, приводил в исполнение наказание.

Хоть на её коже и не было следов от ударов, девушка испуганно закричала, забилась в путах. Фанас кинулся к ней, на ходу снимая свою телогрейку и прикрывая ею, видневшуюся сквозь разорванную нижнюю сорочку оголённую спину несчастной.

— Шшш… Тише-тише. Это я. Не бойся, моя хорошая. — поспешил упокоить Елизу оруженосец.

Ристар видел, что парнишка не решается отвязать девушке руки без его приказа, и с неудовольствием отметил, что он обнимает её, придерживая телогрейку, чтобы та не упала.

— Мой лаэрд. — низко склонил голову старший конюх. Он стоял, оставаясь в такой покорной позе, и даже не пытался поднять своё орудие наказания.

— Что здесь происходит? — Ристар ловко свернул свой кнут и сунул его за голенище.

Ему хотелось освободить котёнка, прижать к своей груди, погладить, успокоить, и, чего уж там, принять горячую благодарность за спасение. Однако, Фанас, стоя рядом с девушкой, был досадной помехой всему этому. Он неимоверно раздражал лаэрда.

— Эту служанку приказано забить до смерти, — почтительно ответил конюх. Он был умный человек, мигом почуял опасность и отвёл её от себя. — Господин Чард лично привёл приговорённую и распорядился о немедленном наказании.

— Ступай, скажи кому-нибудь, чтобы немедленно привели его сюда. — отрывисто бросил Ристар. — А ещё… пошли кого-нибудь сбегать на кухню, за поваром… Григом, кажется. Так имя свидетеля, Фанас?

— Да, мой лаэрд, — подтвердил оруженосец.

— И Жанетту пусть приведут. Жду всех троих здесь немедленно. — закончил отдавать распоряжения Ристар и, наконец, направился к Елизе.

Конюх стрелой вылетел из сбруйной выполнять поручение, вытирая со лба и под носом невесть от чего проступившую испарину. Он был не на шутку напуган, ибо давно знал лаэрда и понял, что хозяин сейчас находится в сильном гневе. А это всегда было чревато очень нехорошими последствиями для тех, на кого он злился.

Хозяин замка подходил к проблемной служанке не спеша.

— Ты мне расскажешь, что снова натворила? — сурово начал он допрос.

Девушка нервничала. Вздрагивала, едва заметно переступала ногами, непроизвольно дергала связанными руками. Её рыжие волосы были аккуратно спрятаны под головным убором кухонной прислуги. Длинная нежная шея притягивала к себе взгляд Ристара. Она так мощно манила прикоснуться к ней губами, что мужчина даже уже чуть склонил голову, собираясь впиться в неё поцелуем.

Но тут девушка заговорила.

— Не я натворила, а в Вашем замке нет, ни закона, ни справедливости. По прихоти Вашей любовницы жестоко пытают и убивают невинного человека!

Ристар взялся разрезать верёвочные путы, которыми Елизу связали и подвесили на огромный железный крюк, вбитый в столб. Обычно на этот крюк в сбруйной вешали для просушки принадлежности для запряжки лошадей, когда животные выезжали в ненастную погоду.

Лаэрд быстро действовал клинком, стараясь не смотреть, ни на Фанаса, ни на девушку. Непонятное раздражение всё росло. Ристар сам не понимал, что его больше раздражает: неравнодушие к судьбе служанки, или то, что рыжую занозу до сих пор заботливо приобнимает наглый оруженосец.

— Отойди от неё! — не выдержал и рявкнул он на парня.

Фанас от неожиданности вздрогнул, замер на миг, и, тут же сделал шаг в сторону. Было очень заметно, что сделал он это весьма неохотно. Не поддерживаемая его рукой, телогрейка упала на пол, открывая девичью спину до самых ягодиц.

Как раз в этот момент одна её рука была освобождена от пут, и Елиза повернулась к лаэрду, насколько позволило её, всё ещё привязанное положение. Выглядела она жалко. Головной чепец неровно сбился, разорванная на спине одежда, спереди неаккуратно висела. Елиза придерживала её освобождённой рукой, невольно привлекая внимание к запястью, на котором наливался кровью след от верёвки. Нежные заплаканные щёки девушки покрывали разводы от слёз. Однако, яркие зелёные глаза девушки, буквально, светились, так горели обидой и яростью.

— Ну, положим, никто тебя не убивает. — нахмурился Ристар. Он не привык к подобным взглядам, тем более от женщин. — Пока. Кто и как именно тебя пытал?

Вторая рука получила свободу, и Елиза тут же изящно наклонилась, подхватила с пола телогрейку Фанаса и шустро завернулась в неё.

— А разве не пытка жизнь в вонючем холодном сарае вместе со свиньями? Там бегали такие огромные крысы, что, если бы Фанас не принёс мне кошек, эти мерзкие твари загрызли бы меня во сне! — возмущённо ответила Елиза.

Имя оруженосца настолько неприятно резануло слух Ристара, что он даже пропустил часть обвинительной речи девушки, услышал лишь её концовку:

— И, когда весь этот кошмар, наконец, закончился, когда я начала спокойно работать на кухне, появилась Ваша драгоценная Жанетта, начала цепляться ко мне и специально разбила сосуд с дорогой специей!