Не мужик - огонь!

Глава 21. Быстрые (очень быстрые!) углеводы

Марша

Я, кажется, была готова съесть сразу весь супермаркет, но в любом случае нужно с чего-то начать. Я подошла к палатке с фастфудом и заказала большой хот-дог с колбаской, жареным луком, маринованным огурчиком, утопленных в горчице, майонезе и кетчупе. Идеально вредно! Именно то, что мне запрещает тренер! Я приняла его в руки, лежащий в тонкой картонной коробочке, словно в люльке, и рот наполнился слюной.

Я ещё не успела отойти и уже почти откусила, закрыв глаза в предчувствии блаженства, как прямо над ухом прозвучало:

— Марша Сандерс! Какая встреча!

Я подавилась — к сожалению, слюной, — и обреченно опустила вожделенное неправильное, но очень вкусное питание.

— Будьте любезны, упакуйте с собой, — обратилась я к парню-продавцу.

Я очень хотела есть.

Но это был мой наставник, тот самый, о котором я говорила с бабулей, собственной великолепной персоной, и я просто не могла себе позволить разговаривать с ним с набитым ртом.

— Добрый вечер, мистер Коулмен, — наконец повернулась я к нему.

Алистер Коулмен был как всегда безупречен в неизменной классике: под расстегнутым темно-серым пальто виднелся темно-болотного цвета костюм с черной водолазкой. Несмотря на солидный возраст, он выглядел о-го-го! Харизма у него всегда была впечатляющая, и серебро седины лишь добавляло образу благородства. Что скрывать: когда я только пришла на работу, я была в него чуточку влюблена. Может, даже не чуточку.

Ну ещё бы! Я пришла цыпленком нещипаным, бледной тенью на фоне бабушки и дедушки, и каждый считал своим долгом ткнуть меня носом в то, что я до них не доросла. А Коулмен за всё время с момента знакомства ни разу не сравнивал меня с моими родственниками и вообще казался мне недостижимым идеалом. Вот у кого всё лежало и стояло на месте. Кажется, Коулмен мог сказать, где что лежит в хранилище, даже если ему завязать глаза и раскрутить.

Помимо меня, под руководством Алистера работали ещё пятеро сотрудниц. Помню, Энн Фишер, чистокровная блондинка немецких кровей, посмеивалась надо мной и говорила, что через это проходили все. Но Коулмену нет дела ни до кого, он самовлюбленный желчный сноб и шовинист.

Спорить с этим было глупо. Но какой у него был порядок! Никакие Вудсы и прочие гении не посмели бы задержать выданный в подотчет предмет! Вот это уровень, да…

— Марша, сдается мне, у тебя завелась фея-крестная, которая собирает тебя каждый день, как на бал! Знал бы, что такое случится, ни за что бы не ушел из музея!

Он одобрительно окинул меня долгим взглядом, и в его голубых глазах, необычно ярких и ясных для такого возраста, читался мужской интерес. Я хотела, чтобы на работе ко мне относились как профессионалу. Но прямо сейчас мне было чуточку жаль, что я не воспользовалась этим женским оружием каких-нибудь лет пять назад.

Но только самую чуточку.

— Ну что вы, какое… — Тут я задумалась: какое “каждый день” или какое “на бал”? Но вдруг вспомнила о разговоре с бабулей и поправилась. — Какая “фея-крестная”?

Бабуля была абсолютно права: как у меня вообще мысль могла возникнуть посоветоваться с Алистером Коулменом по поводу своих проблем? Очень возможно, он бы мне что-то подсказал, но при этом в его глазах я бы пала в Марианскую впадину.

— …Просто не удержалась от возможности позлить миссис директрису, — закончила, и в целом в моих словах не было ни слова лжи. Да, я это не планировала. Но ведь не удержалась? И поябедничала: — У неё как раз проверка на носу! Вы знаете, что у нас меняли систему безопасности?

— Да? А старая чем не устраивала?

— Тем, что на ней денег не заработаешь!

Алистер понимающе хмыкнул и покачал головой. Фостер он тоже недолюбливал. Впрочем, такую женщину сложно долюбить. Она умела испортить отношения со всеми. Просто со всеми! Ну, кроме своей дочери, которая сейчас баллотировалась в сенат. Ту она просто боготворила. Но тот факт, что Глэдис уехала от любящей матушки в другой штат, как только достигла совершеннолетия, тоже о многом говорит.

— Ты туда? — Он мотнул подбородком в сторону входа в магазин. — Я бы с удовольствием послушал новости о музее.

Он улыбнулся.

Да хоть на край света!

Ладно, пожалуй, на счет края света я хватила лишку, но чуть-чуть. Кто бы мог подумать, что я так по нему соскучилась?

— А вы чем теперь занимаетесь? — спросила я, подхватывая тележку. Алистер ограничился скромной корзинкой.

— Розами. Всегда мечтал о розах, но никак не было времени, чтобы ими заняться. У меня потрясающая коллекция! Заезжай в гости, похвастаюсь! — Он вновь доброжелательно улыбнулся и невзначай опять бросил взгляд на мои ноги.

Эх, возможно, если бы тогда я была какой-нибудь девицей со стороны, а не его подчиненной, всё бы случилось совсем иначе…

— Я тут недалеко живу, — продолжил он. Это объясняло его корзинку.

— Да я здесь случайно. Увы, я на северо-западе живу, просто от родителей ехала, а супермаркет по пути попался. Тоже времени ни на что нет… Особенно перед проверкой этой. Фостер все нервы вымотала. У меня дома просто как в Сахаре — на весь дом одна банка ветчины осталась, и та пустая. — Нужно же как-то объяснить свой гигантский по мерам одинокой девушки набор продуктов? Признаваться в том, что меня там ждет незнакомый мужик, даже в мыслях не шевельнулось.

Блистательный Алистер Коулмен никогда бы не вляпался в такую сомнительную историю!

Сомнительные истории с опаской обходили его стороной!

— И что там проверкой? — полюбопытствовал наставник, обратив внимание именно на то, на что следовало. — У Алисии какие-то проблемы?

— Нет, у Фостер проблем нет, проблемы есть у подчиненных! — фыркнула я.

— Так за безопасность же Стив отвечает.

— А за деньги — Фостер. Ну скажите честно: кому есть дело до безопасности экспонатов в заштатном музее? А вот деньги…

— Марша, ты не права. У нас есть очень ценные, по-настоящему уникальные предметы! — горячо возразил Коулмен, и я отметила это “у нас”. Непонятно, почему он в таком случае ушел. Не то чтобы я была против своей должности, очень даже “за”. Я не могла понять, что двигало им.

— Разумеется, есть. Просто кому они нужны? Разве что наш гений Вудс изредка почтит их своим вниманием…

— Он опять что-то учудил? — понимающе поинтересовался мой спутник, вглядываясь в полку с пастой. Кстати, пасты нужно бы набрать: всё же мой новый… э… сожитель (или питомец?), судя по фамилии, имеет итальянские корни.

Да и по калориям неплохой вариант, попробуй такой шкаф прокорми.

Я торопливо накидала в тележку упаковок с пастой разных размеров и форм (не забыть пластинки для лазаньи, раз уж у меня итальянский кулинар под боком!) и на удивленный взгляд Коулмена пояснила:

— Когда утром просыпаешься и понимаешь, что тебе совершенно нечем позавтракать, очень хочется, чтобы на кухне завелось что-нибудь вечное и неизменное, как пирамида Хеопса. Только много, много…

— В продуктовый магазин нужно ходить сытым, — заявил мне этот жестокий человек. Я лишь чуть заметно скривилась. Хотя очень хотелось напомнить, кто именно помешал мне зайти в супермаркет если не сытой, то хотя бы перекусившей. — Так что там с Вудсом?

— Он сегодня нёс какую-то ерунду о египетской магии и утверждал, что глупая Алисия отказалась от его амулета, отпугивающего ревизоров.

Мы двинулись дальше вдоль торговых стеллажей, и я последовательно снимала с полок рис для ризотто, нут, чечевицу…

— Мне, кстати, тоже всегда была интересна тема египетской магии, — снисходительно улыбнулся Коулмен. — Всё же колыбель…

— Дорогой наставник, вы, случайно, не с ним вместе тексты для его сайта создавали?

— У него есть сайт? — заинтересовался Алистер.

— Сама не видела, но он сегодня хвастался. Я только не поняла: он сам крышей тронулся или надеялся, что у меня с головой не в порядке, и я в это поверю? — Мы добрались до полуфабрикатов и охлажденных продуктов, и на этот отдел у меня были огромные кровожадные планы!

— Зачем сразу думать о людях плохо? Может, он просто впечатлился вашим новым образом, Марша. — Коулмен вновь одобрительно окинул меня мужским взглядом. — Что он ещё интересного рассказывал?

— Ой, я его не слушала! Мне нужно было оформить все затянутые возвраты в честь грядущей проверки, — выдала я как на духу, погрузившись в выбор мяса, и только потом поняла, кому и в чем призналась.

Я с ужасом перевела на него взгляд.

— Могу его понять. Мне тоже очень тяжело расставаться с настоящими сокровищами. — Тонкие, сухие губы Коулмен растянулись в мечтательной улыбке. — И я в чем-то понимаю нашего юного коллегу: хочется наделить их волшебными силами, поселить в них доброго джинна или какого-нибудь злого духа…

— Ни за что бы не подумала, что в вас столько романтики!

— Это возраст, — вновь улыбнулся Алистер. — Однажды приходит возраст, когда страшно хочется чудес. А когда у тебя появляется много свободного времени, а все розы уже подстрижены, начинаешь вспоминать разные удивительные истории, и в голову приходят самые невероятные им объяснения.

— Да-да, прямо как бабуля! — поддержала я, но, судя по реакции спутника, ляпнула что-то не то: он недовольно скривился. Вот же дубина нетактичная! Я же про родственные связи, а не про возраст сейчас! — Она всегда питала слабость к разным легендам, — попыталась я исправить положение, но, кажется, только усугубила ситуацию.

— Кстати, может, вы случайно помните тот браслет, который у нас всё никак не могли идентифицировать по датам?..

Вот это ответный удар!

Внутри меня всё оборвалось, а сердце забилось под свод стопы — благодаря шпильке туда целых два влезет. Сейчас Коулмен скажет, что у него на досуге появилась гениальная идея, которую ему срочно нужно проверить, — и всё, Марша Сандерс, скажи “прощай” своей карьере!

— …О, запас продуктов, наконец-то ты взялась за ум, молодец! — В этот трагический момент в нашу беседу, как торнадо в прерии, ворвался Брэдли Саммерс, мой фитнес-тренер. — Белки, белки и жиры — хорошо, просто отлично. А это? Жиры? Что в составе? Неплохо, неплохо, это правильные жиры, молодец, отличный выбор. Полуфабрикаты? Консервы? Марша, фу! Так, это углеводы, опять углеводы, снова углеводы… Ну нет, это никуда не годится!

Брэдли достался мне по наследству от Доры. Вернее, это я досталась Брэду по наследству от нее. С Дорой у нас была полная гармония: она прекрасно знала, что в спортзал я хожу ради душевного равновесия и здоровья, и в целом в тренировке для меня главное — как следует вымотаться. Но Дора ушла на покой, передав арендованный зал, оборудование и наработанную клиентскую базу сыну. Брэд, к моему несчастью, оказался фанатиком здорового образа жизни и проповедником красивого тела.Убедить его, что мне это не нужно, не удавалось вот уже полтора года. Он просто не слышал ничего, что противоречило столпам его мироздания. Я негодовала. Я возмущалась. Иногда — мечтала уронить на голову Саммерса штангу.

Но каждые полгода продлевала абонемент.

Правда была в том, что сын Доры мне нравился. Он обещал вырасти в роскошного мужчину, умного и увлеченного своим делом. Но пока больше напоминал щенка ротвейлера: славного, но слегка неуклюжего в стремлении причинять добро миру. Мне было жаль его расстраивать, чтобы тот не растерял свой энтузиазм. Но иногда требовались титанические усилия, чтобы сдержаться.

И теперь с трагическим стоицизмом жителя побережья, пережидающего цунами, я наблюдала, как тележку покидают маршмеллоу, стратегический запас шоколада и восемь разновидностей пасты. Нечего было и думать, о том чтобы вернуть все это назад, пока тренер отвернется, — он точно не выпустит свою жертву, пока та не расплатится на кассе.

Наставник, который изначально предусмотрительно отстранился, смотрел на представление со стороны и явно веселился.

Саммерс, проведя ревизию продуктов, заявил, что в моем рационе жизненно недостаточно фосфора и омега-кислот (вообще-то у меня просто денег на лосося нет!) и поспешил к холодильникам с рыбой — его обогащать.

— Не знал, что ты любишь итальянскую кухню. — Теперь, сваленные в одну кучу, несостоявшиеся покупки выдавали меня с головой, и Алистеру не составило труда заметить общее направление.

— Я люблю углеводы! О, не-е-ет! О, нет, только не отруби! — Где Брэдли их взял?! Он же шел за рыбой?!

Видимо, заметив отчаяние на моем лице, Коулмен совершил поистине героический поступок:

— Беги! Я прикрою! — скомандовал он и пошел наперерез тренеру.

Я наскоро скинула в тележку часть извлеченного из неё, слыша за спиной, как наставник принимает огонь на себя:

— Юноша, а вы не подскажете, какую диету лучше всего выбрать, чтобы…

Времени, чтобы ему посочувствовать, не было: я и самые быстрые углеводы на Диком Западе уже мчались к кассе.

…И хот-дог, уже не такой горячий, но всё еще не утративший своей привлекательности.