Не мужик - огонь!

Глава 12. Сложный контингент

Зак

Перспектива остаться на несколько дней у Марши Сандерс обрастала всё новыми сложностями. Особенно остро я ощутил это, когда увидел, в каком виде она собирается ехать в управление. Хорошо, что футболка была свободной и длинной. Не то неловко бы вышло.

Хотя какое “неловко”! Будто не для того она устроила это дефиле! И, между прочим, она ещё даже не убедилась, что я реально тот, за кого себя выдаю!

…А что она будет вытворять, когда убедится, что может безнаказанно вытворять, что угодно?

От мысли меня повело, и я взял себя в руки.

— Глубокоуважаемая миз Марша, будет ли мне дозволено поинтересоваться, точно ли вы поняли, куда вам предстоит отправиться? И, главное, в каком качестве?

Марша продолжила спуск по лестнице, прикрываясь огромной черной сумкой через плечо, из тех женских сумочек, в которые можно сложить половину супермаркета. Замши на сумку было использовано больше, чем ткани на юбку.

— А что не так с качеством? — с вызовом задрав нос, спросила она.

— Отличное качество! Я бы вд… снял!

Марша сморщила носик, будто это была фу какая грубость.

— Вы имеете что-то против?

— Я?.. — ткнул себя пальцем в грудь. Главное, чтобы коллеги не перепутали и не посадили её к уличным красоткам. — Я всего лишь переживаю за твои придатки!

— У меня там теплые колготки. Не волнуйся, мамочка!

— Верю! Как себе! Но всё же мне кажется… — Я мучительно подбирал выражение, — это чуточку слишком.

— Да ладно! Согласись, хорошая шутка! — Она приподняла руки и покрутилась.

— Задница хороша, да… В смысле, шутка. Шутка хороша. Но, боюсь, её не оценят. Мы, копы, люди простые, с одной извилиной в голове, и ту вышестоящее начальство своими указаниями проклевало. Ты же вроде в качестве эксперта там должна появиться, а не в качестве эскорта?

— Так, — уведомила меня Марша. — Если тебе не нравится моя идея, как отвлечь твоих коллег от лишних размышлений, мы можем поехать вместе. Я — в супермаркет, ты — в своё управление!

Я поднял руки, показывая, что сдаюсь.

— По поводу отвлечений — тут я не спорю. Ни лишних, ни каких других размышлений не будет гарантированно, один инстинкт размножения!

— Во-от! — ткнула в меня пальцем Марша и скинула с плеча свою сумищу на столик. Тот мучительно содрогнулся. — Потому что легенда ваша, детектив Зак Морелли, никакой критики не выдерживает. Я понимаю, сейчас у тебя травма, возможно, черепно-мозговая, и поэтому соображаешь ты плохо. Но пару дней назад у тебя же с мозгами всё хорошо было?

Я кивнул.

Хотелось бы надеяться.

— Тогда почему ты пришел ко мне, эксперту, без материалов, которые нужно было проанализировать? До меня вдруг дошло, когда я к себе поднялась. Ты должен был поступить как? Прислать официальный запрос на Музей, где директор назначила бы соответствующего специалиста. И не факт, кстати, что это была бы я!

Разумеется, Марша была права. И кого-то там даже привлекали в качестве эксперта, правда, я не помнил, кого, и какое заключение было в результате. Вопросами похищенных драгоценностей в основном занимался Пирс. Я же должен был заняться трупом. Взять результаты вскрытия с установленной причиной смерти и подшить его к делу.

Причиной стала резаная рана, нанесенная острым предметом, предположительно — ножом. Коллекционер стал случайной жертвой злоумышленников. Обычное дело при грабеже. Мне следовало это признать и успокоиться. Но та смерть уже почти полгода не давала мне покоя. На месте не было следов борьбы. Была их имитация. Причем, довольно бездарная.

Жертва погибла от кровопотери, и всё это время, пока теряла кровь, она — точнее, он, Брюс МакФерсон, бизнесмен и филантроп, — мирно лежал на спине. Это можно было бы понять, если бы его огрели по голове. И хотя заключение о вскрытии что-то невнятно блеяло про удар тяжелым тупым предметом по затылку, на затылке у убитого не было никаких гематом. И на лбу тоже не было. Я же сам осматривал место преступления. Лично.

Это был второй такой странный случай. А два дня назад — третий. Причем Бешеный Рик, Рикардо Рамирез, чемпион штата по ММА, был кем угодно, но не домашней фиалкой в керамическом горшочке. В этот раз имитация борьбы была более старательной, но когда ты видел подобное сотни раз, глаз сам собой цепляется за несоответствия.

Почему-то больше ни у кого он не зацепился.

А всё потому что никому не хотелось привечать в управлении федералов.

— Алё! У тебя там системник завис от перегрузки оперативной памяти? — Марша вырвала меня из размышлений.

— Ты права. Всё верно. Тогда давай пойдем другим путем. Я заглянул в ваш Музей, увидел тебя и решил склеить. И в качестве предлога рассказал об этом самом браслете.

Марша скептически улыбнулась.

— Ну во-первых, не тебя настоящую, а вот это. — Я показал рукой сверху вниз и снизу вверх. В обоих направлениях вид был потрясающий. — А во-вторых, два дня назад я вполне мог бы претендовать на твоё внимание. Поверь!

— М-м-м… — Марша задумчиво постучала ногтем большого пальца по губам, вызывая соответствующие наряду ассоциации. Как-то обострилось у меня воображение не в ту сторону. — Договорились! Сегодня будет мой дебют в роли блондинки!

— Как жаль, что меня там не будет! Я бы посмотрел.

— Я могу повторить приватно… — Она дернула бровью.

— Зачем сразу с угрозами! А в сумке у тебя косметичка?

— В сумке у меня интеллектуальное превосходство над "копами с одной извилиной в голове"!

— Обидеть копа всякий может… — Хотелось добавить “не всякий сможет убежать”, но я решил, что не стоит начинать знакомство с запугиваний.

К тому же я планировал задержаться в доме очаровательного египтолога, а не вылететь в два счета. Пусть холод пока был шуточный, но, учитывая, что из обуви у меня только дырявые носки, пока я доберусь до города, мне хватит, чтобы природа закончила дело, начатое неизвестными мерзавцами.

Марша снисходительно ждала завершения фразы.

— Чем же вы намерены раздавить моих интеллектуально немощных коллег, миз Сандерс? Помимо своего вида, от которого мозг их скукожится, подобно изюму.

— Я прихватила немного печатных аргументов своей экспертоспособности, — похвасталась она и потянулась к сумке.

— Ну понятно, непечатные они и сами найдут! — Я успел поднять раньше — не дело девушке тяжести таскать, — и аж крякнул от неожиданности. — Там обогащенный уран? Судя по весу.

— Там гранит науки, — Марша тянула сумку за ремень, будто я совершил кражу, а она пыталась вернуть собственность любой ценой. — Взяла первое попавшееся с полки. Отдай!

— Зачем тебе так много? — Я заглянул одним глазком внутрь и отпустил. Марша, как нарочно подгадавшая с решительным рывком, чуть не улетела в стену. Пришлось ловить её, и ладонь словно обожгло. Я едва сумел сдержаться и не одернуть руку от неожиданности. — Не думаю, что в данном случае количество переходит в качество. Просто качества вполне достаточно.

— Но я же не знаю, — она сама выкрутилась от поддержки, — что именно мне пригодится!

— Ты говорила, что знаешь все символы назубок! — Я потер руку, ставшую неожиданно чувствительной.

— Вдруг я что-то забуду! — Она задвинула сумку за спину, словно заслоняя любимое детище от злобного варвара.

— А ты потренируйся! Вот! — Я задрал рукав, демонстрируя браслет. — Ты говорила, что всё-всё о нём знаешь. Знаешь, как мне интересно, что это за штуковина? Поделись со мной, что тебе, жалко что ли? И даже можешь трогать, сколько в тебя влезет. Обещаю стоять смиренно и безропотно терпеть ощупывания.

Каким-то сверхъестественным образом всякий раз, когда речь заходила о браслете, происходило что-то такое, что от темы нас отвлекало. Но вдруг всё, происходящее вокруг, было каким-то образом связано с ним?.. Меня как осенило! Нет, для человека, у которого меньше суток назад была лютая амнезия, я, наверное, соображал неплохо.

А для нормального откровенно тормозил.

Не зря же на меня надели этот браслет и подбросили в дом египтолога? И ей ещё какой-то труп обожженный с таким же браслетом подсунули? Вдруг это та самая подсказка, которую мне обещали?

…Правда, в картину безвозмездной помощи следствию не укладывался пинок по ребрам и диалог двух отморозков. С другой стороны, я же не знаю, чем вечер кончился для них? Может, ещё хуже, чем для меня? Я даже не уверен, что из того, что мне причудилось, правда, а что бред. Вдруг Марша приедет в управление и выяснит, что никакой Зак Морелли там никогда не работал. Вот умора будет!

— Ничего себе, какая жертва во имя науки! — скептически “оценила” Марша, но ко мне подошла, и всё во мне поджалось.

…Что не восстало.

Я про зачатки волосков на затылке.

Тело реагировало на эту женщину совершенно неадекватно. То есть как полноценный мужчина я на женщин реагировал. Нормально реагировал, согласно заявленным гендерным характеристикам. Но с учетом места, времени… Которых у меня обычно не было.

Видимо, у меня после травмы снижен контроль коры больших полушарий, оттого репродуктивная система решила оторваться по полной, пока дают.

Причем факт, что мне пока не давали, организм не интересовал. Его знатно колбасило от одной потенциальной возможности.

Вот и сейчас сердце пустилось в галоп, и подлое дыхание выдало меня даже быстрей, чем то, что было скрыто под полами футболки.

Но ведь я не обещал не реагировать? Я обещал смиренно стоять. Стою? Стою! Терплю? Терплю! Вот и она пусть меня потерпит с моими реакциями!

Хотя когда она коснулась…

У меня в районе браслета, похоже, дополнительная эрогенная зона завелась.

…прямо с пол-оборота!

Крыша поехала, как с двойного виски безо льда, обостряя все органы чувств. Обоняние — как она убийственно пахла! Просто уткнуться в ложбинку декольте или в ямочку за ухом и нюхать, нюхать до умопомрачения. Зрение… Зрение каким-то противоестественным косоглазием ловило, как бьется жилка на её шее, как сглатывает Марша слюну. Слух улавливал неровное дыхание, а кожа… Кожа плавилась от легких, еле уловимых касаний.

Никогда ещё мне не требовалось столько выдержки, чтобы сдержать самое обычное обещание стоять и терпеть!

— Если это не подделка — а определить возраст можно только лабораторно, — то этому браслету примерно три с половиной тысячи лет. Он относится к эпохе процветания Древнего Египта — Новому Царству. Я бы предположила, что изготовлен он во время правления Хатшепсут. Думаю, он принадлежал кому-то из ближайших придворных фараона.

— А… кх-кх-кх, — я откашлялся в кулак. — Это ты вот так сходу по одному виду определила?!

Марша рассмеялась:

— У меня в запаснике лежит почти копия. Отличаются они в первую очередь по основному символу… — Она обвела что-то пальцем, но я не рискнул выворачивать туда шею. Ещё равновесие потеряю на фоне скольжения чердака. — На твоём — знак птицы Бенну. Каждое утро, словно Феникс, она возрождается из солнечного огня. — И опустила руку.

— Можно ещё? — взмолился я, и только потом до меня дошло, как я палюсь.

— В смысле?

— Расскажи ещё что-нибудь о Древнем Египте, — на ходу переобулся я. — Например, этот… как его? Хатсеп…

— Она. Хатшепсут — величайшая женщина-фараон, по праву входит в пятёрку самых выдающихся фараонов за всё время существования Древнего Египта.

— А.

Лекция о фараонше поглаживаниями не сопровождалась, потому такого интереса не представляла.

— Слушай, а ты прав!

Ну надо же! В таком умопромаченном состоянии я могу быть прав?!

— Мне действительно не нужно тащить с собой это всё! — Марша закопалась в свою сумку с головой, и я испугался, как бы её туда не засосало. А я в таком невментозе, что даже вытащить её не смогу. — Я оставлю тебе пару книжек. Как раз о Хат.

— С картинками? Книжки — с иллюстрациями? — пояснил я для недоуменной Марши.

— Иллюстрации там, конечно, есть. Немного. Диаграммы, например. Это монографии.

Очень хотелось сказать: вот и вези их Пирсу, пусть качает лобную мыщцу. Но не стал. Вдруг к вечеру мозг включится?

Кто мне запретит верить в чудо?

— А! Ну монографии — это вообще другое дело! — изобразил я радость. Я же всю свою жизнь мечтал читать монографии! Для того и пошел в детективы!

— Только учти: если я внезапно обнаружу на книгах масленый след или крупицы муки, ампутирую всё лишнее тупым ножом. Поскольку люди, не умеющие обращаться с книгами, не должны оставлять потомство.

Она с торжественным видом протерла чистой салфеткой горизонтальную поверхность ближайшего шкафчика и благоговейно разложила там три книги.

— А…

Я даже про себя вопрос сформулировать не успел, но уже получил ответ:

— А если всё же налажаешь, можешь точить ножи. Это хоть как-то облегчит твою участь.