Не мужик - огонь!

Глава 15. Фейспалм

Марша

— Миз, стоп. Скажите, браслет настоящий? — вопрошал полицейский требовательно.

— Браслет, определенно, настоящий. Но вас, полагаю, всё же интересует, был ли он изготовлен в Древнем Египте или это более поздняя подделка? — Я сладко улыбнулась, пряча ехидство.

Так тебе!

Это тебе, лейтенант, за ухмылочки и "теперь это называется “консультация”?" в адрес моих консультаций!

Копы хохотнули — недаром они копы, спрятанное ехидство нашли и интерпретировали верно, но под суровым взглядом лейтенанта немедленно заткнулись.

Кук откашлялся и скорректировал формулировку:

— Мисс Сандерс, можете ли вы определить, этот браслет — подделка или нет?

— Могу! — с готовностью подтвердила я. — Ведите!

— Куда?

— Меня к браслету. Ну или браслет ко мне, но тогда "несите". Чтобы установить подлинность, мне нужно его изучить, — пояснила я, уже серьезно. — Потрогать, покрутить в руках, сделать несколько анализов…

Копы замялись. Переглянулись.

— Дело в том, что браслета у нас нет, миз, — осторожно подбирая слова, признался лейтенант. — Браслет относится к числу предметов, похищенных в у Рикардо Рамиреса. В процессе ограбления владелец был убит. Это пока закрытая информация, но погибший был персоной публичной, так что, полагаю, особо скрывать это нет смысла: не сегодня-завтра сведения всё равно утекут в прессу.

Рикардо Рамирес?.. Я перебрала картотеку публичных персон в своей голове, но из Рикардо там обнаружился только профессор Дачезне из Канады, а из Рамиресов — только Стив Рамирес, нейробиолог из Бостона.

Но, во-первых, смерть любого из них я бы не пропустила, а во-вторых, ее все равно никак не могла бы расследовать полиция Эверджейла.

— Мистер Рамирес был профессиональным бойцом ММА по прозвищу “Бешеный Рик” и являлся победителем национального чемпионата по смешанным боевым единоборствам. О чемпионатах штата и говорить нечего, у него здесь просто не было соперников, — продолжил лейтенант.

А! Ну такой публичной персоны в моей картотеке могло и не найтись, конечно… Я вынырнула из этой мысли, когда Кук спросил:

— Возможно, вы всё же могли бы как-то тщательно изучить фотографии и выдать заключение по поводу браслета, мисс Сандерс?..

Непритворно удивившись, я уточнила:

— То есть степень алкогольного опьянения по видеозаписи установить невозможно, а подлинность предмета, изготовленного до нашей эры, по фотографии — здрасьте-нате-пожалуйста? — И не утерпела, влезла с вопросом: — Вы мне лучше объясните, почему Зак Морелли обратился ко мне за консультацией по поводу “заумных описаний”, если у полиции были такие замечательные фотографии браслета?

Переглядывания между копами в этом отделе явно имели какой-то тайный смысл — настолько часто они случались. Возможно, эти парни открыли способ телепатического обмена данными из зрачка в зрачок, не знаю. Вот и сейчас они переглянулись, и заговорил, как ни странно, не лейтенант, а рыжий:

— Видите ли, два дня назад детектив Морелли не мог иметь в виду именно этот браслет, обращаясь к вам, мисс Сандерс. Понимаете, он — браслет, а не Зак ,— попал в поле зрения полиции только сегодня, когда у нас появился список пропавшего из особняке Рамиреса. И два дня назад Морелли просто не мог о нем знать.

Новый обмен взглядами, на этот раз какими-то отчетливо-мрачными. И у меня необъяснимо тревожно засосало под ложечкой.

Что происходит, в конце концов? Почему у коллег Зака такие хмурые рожи, будто они дружно нашли у себя заболевание, передающееся половым путем, причем все одно и то же, и теперь не могут понять — ка-а-ак?!

А коп, который так и не был мне представлен, и потому оставался для меня “рыжим полицейским”, продолжил:

— Но, знаете, миз, я припоминаю: полгода назад у нас проходило упоминание некоего браслета с древнеегипетской символикой. И вот тогда в деле действительно фигурировало только описание. Полгода назад, ограбление на Парк-стрит, шеф, помните?

— Вспомнил, — подтвердил лейтенант Кук.

И обратился ко мне:

— Мисс Сандерс, не могли бы вы действительно взглянуть на это описание? Полицию интересует мнение специалиста, не может ли это быть одно и то же изделие.

С одной стороны, меня подмывало начать ломаться, действуя в рамках образа блондинки (хоть и шатенки). С другой стороны, это был реальный шанс добраться до материалов дела, которым интересовался Зак. И, немного поколебавшись, я показательно вздохнула:

— Давайте! Начала делать добрые дела, так чего уж теперь на полпути останавливаться… Но знайте, лейтенант: если вы не оформите запрос в музей на мое имя должным образом, я лично отыщу для вас парочку древнеегипетских проклятий повесомее!

Папку с делом лейтенант достал из сейфа. В руки мне ее не дал. Сам пролистал у себя за столом и вынул нужные документы — два листа бумаги, сколотые степлером.

Вот их-то мне и передали.

Я взглянула в описание, и у меня в глазах зарябило от наименований символов, которые на первый взгляд казались белибердой.

— Это точно не один и тот же браслет, офицеры, — уверенно определила я. — Более того, я бы сказала, что здесь описана подделка, лейтенант.

— Вынужден вас разочаровать, миз: это точно древность, — так же уверенно ответил он. — МакФерсон был коллекционером и разбирался в вопросе. Он очень дорожил этим предметом.

На этих словах у меня в голове щелкнуло:

— МакФерсон, МакФерсон… Брюс МакФерсон? Бизнесмен, филантроп, почетный гражданин нашего города, верно? Мы говорим о нем?

И, по лицам мужчин поняв, что права, признала:

— Что ж, мнение Брюса МакФерсона — весомый аргумент.

Есть вещи, с которыми неизбежно приходится считаться, например, репутация одного из наиболее уважаемых коллекционеров Эверджейла, пусть и ныне покойного. Но мое образование и профессиональный опыт тоже чего-то стоят, и теперь вопрос стал для меня принципиальным: я хотела разобраться уже не для Зака и полиции, а для себя:

— Если вы предоставите мне копию материалов, лейтенант, я бы посмотрела подробнее в справочниках и специальной литературе. Да, и если уж на то пошло — копию снимков браслета вашего Бешеного Родригеса давайте тоже. Раз уж всё равно буду рыться в источниках, то и второй браслет заодно поищу. Может, проконсультируюсь с коллегами… В конце концов, это очень интересно!

Материалы мне выдали — под роспись, что я осведомлена об ответственности за разглашение. После некоторых сомнений и не очень охотно, но все же.

Я без колебаний расписалась в бланке — прекрасно зная, что точно так же без колебаний нарушу запрет, как только доберусь домой. Но ответственности, конечно, постараюсь избежать.

К тому же детектив Морелли сам по этому делу работает. Когда на работе, разумеется. Так что всё по закону, никакого “разглашения”.

Кивком попрощалась с копами, ответно махнула рукой Джейн, которая с широкой улыбкой помахала мне из своего укрытия за монитором компьютера. Подхватила на руку сумочку и пальто, развернулась на каблуках и, вздернув подбородок, походкой царицы поплыла из кабинета.

Не то чтобы мне так уж хотелось сразить наповал незнакомых мужчин или, упаси боже, незнакомую Джейн. Просто визит в полицейский участок меня здорово озадачил — а раз так, то почему бы и мне не озадачить копов?

— Я вас провожу, мисс Сандерс, — раздался за спиной голос лейтенанта.

Не думаю, что без сопровождения я бы заблудилась — в отдел ведь как-то дошла. Не думаю, что лейтенант считал иначе. Так что либо я потрясла его до глубины души остротой интеллекта (и длиной юбки), либо мы, с его точки зрения, не договорили.

Закрылись двери лифта, и кабина тронулась, снова вызвав замешательство в голове: я же уезжаю, почему лифт несет меня вниз, а не вверх?

Лейтенант Кук заговорил, и стало понятно, что верным было второе предположение. Что ж, логично: они здесь видывали и интеллект поострее, и юбки покороче. Не думаю, что мне в этом плане есть, чем их поразить.

— Мисс Сандерс… — Коп помялся, подбирая слова. — Сегодня на планерке нам сверху спустили очень ценное мнение, что Морелли... может быть опасен. Я в это не верю, — торопливо добавил он. — И не поверю, пока не увижу доказательств, но в свете ваших показаний…

Я встрепенулась: минуточку, я что, давала показания?! Изобразить встревоженную дуру удалось без труда. В конце концов, я действительно была встревожена. И действительно ощущала себя дурой!

— Лейтенант, Зак Морелли совсем не похож на преступника! Он в чем-то виновен? Вы его подозреваете? Он бабник? Шовинист? Бандит? Женат?

Лейтенант рассмеялся:

— Разве что на своей работе. Понимаете, если Зак интересовался давно забытым делом буквально за несколько дней до нового ограбления, и тоже с египетским браслетом... Это… странно. Поэтому прошу вас быть осторожнее. Если он выйдет с вами на связь, прошу вас воздержаться от личной встречи и лучше всего сразу позвонить мне.

Лифт остановился и распахнул дверцы, выпуская нас на первом этаже. Выход на улицу отсюда нашел бы уже кто угодно, но лейтенант и не подумал остановиться. Он продолжил идти рядом со мной, на ходу доставая из портмоне визитку.

Я взяла её, отчетливо понимая, что всё то время, пока была в участке, старательно закапывала Зака. Причем, действуя по им же составленному плану!

Бегло взглянув на прямоугольник плотного картона (“Лейтенант Рон Кук, полиция Эверджейла, телефон, лаконичный дизайн в цветах полиции), я изобразила лицом сомнения, переживания и душевные метания. Это было несложно: меня и в самом деле колебало и метало. И решившись, я смело шагнула за пределы составленного и утвержденного плана:

— Понимаете, лейтенант… Тут… Тут такое дело… Может быть, детектив Морелли… ну, может быть, он и не интересовался браслетом!

Лейтенант хищно взглянул на меня, но тут же принял участливое, заинтересованное выражение:

— Да?

— Ну… Ну, возможно, да. Возможно, браслет всплыл в нашем с ним разговоре случайно… после того как я упомянула, что египтолог.

Я душераздирающе вздохнула, взглянула на Кука взглядом кроткого ягненка: “да, я накосячила, но ведь повинную голову меч не сечет!”.

Судя по взгляду лейтенанта, повинную голову отрывают вручную. На месте, не отвлекаясь на то, чтобы сбегать за мечом.

— Но ведь Зак все равно зачем-то приходил к вам? Не поймите меня неправильно, Зак мой друг, и я отлично к нему отношусь, но до сих пор он как-то не был замечен в посещении музеев.

— Возможно, он не приходил! — Я поддала раскаяния во взгляд. Боже-боже, где были эти актерские таланты полтора десятилетия назад, во времена моего переходного возраста? — Возможно, мы познакомились не в музее…

— Мисс Сандерс. Быстро. По пунктам! Без вранья! Не приукрашивая событий! При каких обстоятельствах вы познакомились с Заком Морелли?

— Случайно столкнулись в магазине и разговорились! — бодро отрапортовала я. — Пошли выпить кофе по соседству, он мне понравился, сказал, что служит в полиции, я рассказала, где работаю я, слово за слово… Мы договорились, что он придет ко мне в музей, но не пришел. Лейтенант, ну не могла же я всё это сказать в отделе, верно? Я рассчитывала увидеть там его самого… И оказать неоценимую помощь следствию!

Выражение лица у Кука по мере моего рассказа становилось все ближе к идеальной иллюстрации слова “фейспалм”. Только что руку к лицу не прижал, а так — хоть во всемирную энциклопедию вставляй.

— В конце концов, Зак хвастался, что он отлично готовит кофе, и я просто хотела это проверить!

Лейтенант Кук молодец, он всё же взял себя в руки и не сказал мне всего, что думал. Он уточнил:

— И всё?

По легкой ухмылке с оттенком превосходства я поняла, что гроза миновала. И позволила себе признаться:

— Проверить, действительно ли он отлично готовит, — тоже!

Некоторое время Кук явно выбирал, что ему делать: смеяться или устроить мне выволочку. Выбрал махнуть рукой и только попросил:

— Не делайте так больше, мисс эксперт. Такие вещи вводят полицию в заблуждение и могут увести следствие по ложному пути.

Вот и ладненько, вот и молодец, вот и хороший коп!

— Честное слово, лейтенант Кук, я больше так не буду! — с готовностью пообещала я. — А… а вы не могли бы, ну… не рассказывать об этом никому? Если, конечно, это не повредит Заку! И следствию…

Теперь настала очередь лейтенанта тяжело вздыхать:

— Я постараюсь. Сделаю, что смогу. И вот еще, мисс Сандерс… Когда вся эта история разрешится благополучно, и вы успешно встретитесь с Заком… И если вдруг поймете, что зацикленный на работе зануда без чувства юмора вам не интересен — дайте знать! Вдруг окажется, что зацикленный на работе зануда с чувством юмора подходит вам больше?

И, подмигнув опешившей мне, он развернулся и пошел к лифту.

— Лейтенант Кук, — окликнула я его, и он с готовностью оглянулся. — Не забудьте оформить запрос на моё имя в музей!Только не просто на эксперта, а на моё имя. Я ведь уже оказала помощь, верно? А то, знаете: интриги, завистники, конкуренты... Не хотелось бы, чтобы мою работу оплатили кому-нибудь другому…

Я вновь изобразила умоляющее лицо. Коп хохотнул и исчез за створками лифта.

Кажется, всё.

Кажется, я свободна.