(Не) могу быть твоей, Дракон

Эпилог

В прошлый раз наш с Роном союз освятил жрец в небольшом храме во владениях Рональда. Гостей не было. Торжественности не было. Но я ни о чём таком и не думала. Я была просто счастлива. Вырваться из-под опеки мачехи и стать женой красавца-дракона, жить в роскошном замке после продуваемого всеми ветрами чердака, о чём ещё можно было мечтать? Зачем Академия? К чему учёба?

А сегодня я застываю на пороге величественного строения. Мы в столице Аэртании. И это главный храм королевства. Сам король Ланс изъявил желание присутствовать на церемонии. Ещё бы: Микель – его любимый старший брат, и, хотя он бастард, король пожаловал ему титул герцога. А я любимая племянница.

Теперь, когда у меня появилась вторая память, я начинаю понимать, почему, когда я подросла, во взгляде дяди при виде меня периодически появлялось напряжение. Он словно что-то пытался вспомнить. Уж не ту ли неизвестную девушку, которая вытащила его из воды и прикрыла магическим щитом обоих братьев от страшного чужака?

Однако времени прошло много, моему отцу около двухсот лет, и королю примерно столько же. И память подводит короля. Тем более что до вчерашнего дня я искренне ничего не подозревала и всегда отвечала дяде открытым взглядом. Драконы чувствуют ложь, а я не лгала.

Но теперь, когда два прошлых слились в одно, появляется опасность, что я могу выдать свой секрет. А значит, в будущем не стоит часто мелькать при дворе короля Ланса. Прав шейх: ни один правитель не потерпит такой опасности. Тут даже благодарность не поможет.

– Ты волнуешься, Айви? – Отец, на руку которого я сейчас опираюсь, наклоняется ко мне. – Не переживай, я давно знаю Рональда. Он очень надёжный человек и сильный дракон. А истинность поможет возникновению более глубоких чувств.

Улыбаюсь в ответ, делая шаг внутрь храма.

Глубоких чувств? Неужели причина любви именно в истинности, в той метке, которую ставят на твоё запястье Драконьи боги? Неужели от самого человека ничего не зависит?

Герцог Микель ведёт меня по проходу. Рон ждёт меня возле Священной Чаши Пяти стихий. Наши глаза встречаются. Мой любимый видит только меня, и, хотя храм огромен, я даже на таком расстоянии чувствую жар его взгляда.

Он любит меня. А я? Да у меня внутри всё переворачивается. Но метка ли это? Разве так же было в прошлый раз?

Любила ли я его тогда? Любила ли я его потом, когда год за годом ждала его в замке? Может быть… по-своему.

Скорее, я считала, начитавшись книг, что муж должен быть постоянно рядом, говорить красивые слова, осыпать подарками.

А сейчас? Внутри меня пылает огонь, а думаю я не о знатных разряженных гостях, занявших первые ряды, не о том, что король удостоил нас чести своим присутствием, а о том, чтобы побыстрее остались позади шум и суета, и мы с Роном оказались в его небольшой преподавательской комнате летающей Академии. При этой мысли дышать становится трудно.

Отец соединяет наши руки, что-то говорит, но я не вижу ничего, кроме глубоких тёмных глаз Рона. Торжественный голос жреца не отпечатывается в сознании. Я с трудом воспринимаю паузы, во время которых нужно ответить на вопросы. Сознание включается только тогда, когда Рон притягивает меня к себе, чтобы поцеловать.

– Айви, следи за стихиями, у тебя только Воздух, – успевает сказать он мне прямо в губы, прежде чем накрыть их своими.

И в следующее мгновение из чаши вырываются языки пламени. Огонь – это стихия Рона. Это нормально. Усмиряю, закрутившуюся внутри меня пятистихийную воронку. Отпускаю только Воздушную магию. Но вот проконтролировать её уровень не могу. Над Чашей с воем закручивается огненный смерч такой силы, что жрец испуганно отступает, а зрители с первых рядов охают и испуганно подаются назад. Только мои родители смотрят на это зрелище с улыбкой.

Слышу голос отца.

– Ты была права, Лиара: истинная связь творит чудеса.

Что? Я сдерживаю смешок и, бросив взгляд на Рона, замечаю, как подрагивают уголки его губ. Никакая дарованная богами метка не поможет, если люди не приложат усилий. Если не будут преодолевать трудности рука об руку. Если на их долю не достанется испытаний, когда их жизни будут зависеть друг от друга.

И сейчас рука Рона сжимает мою ладонь, подтверждая, что он думает о том же самом.

*****

– Мам, я забежал сказать, что завтра ухожу на «Стремительном», – торопливо сообщает Арвен. – Кириана обещала научить меня ездить на морских наргах. А потом мы отправимся в Ангилью.

– Ух ты. – Семилетний Рэйг, отбросив на диван новый тренировочный меч, который перед этим с увлечением разглядывал, подбегает к брату. – А ты будешь там объезжать песчаных наргов?

– Посмотрим. – Арвен приобнимает Рэйга за плечи. – Думаю, в следующий раз мы отправимся вместе. Правда ведь, ма?

– Возможно, – уклончиво отвечаю я.

– А ты заберёшь с собой Арви? – хмурится пятилетняя Дари, прижимая к груди драконёнка, с которым только что играла.

Её нижняя губа заранее обиженно выпячивается. Ресницы начинают трепетать часто-часто. А голубые глаза готовятся к пролитию слёз.

– Дари, – мягко говорю я, гладя дочку по белоснежным волосам. – Арви не игрушка. Он сам решает, где он нужнее. Когда-то он был моим фамильяром, и сейчас мне тоже его не хватает.

– Я понимаю, – шмыгает носом Дари и тут же спрашивает: – А если я буду хорошо учиться, он ведь выберет меня позже?

– Возможно, а может быть, у тебя появится свой собственный фамильяр.

– Но я всё равно буду скучать по Арви, – грустно вздыхает дочка, отпуская дракончика, который тут же перепархивает на широкое плечо уже почти взрослого Арвена.

Да, мой маленький фамильяр сменил хозяина. Арви, действительно, оказался не только носителем магии Хроноса, но и Хранителем души нашего сына.

И теперь он тенью следует за своим подросшим хозяином, помогая ему скрывать излишки магии.

Смотрю на Арвена с лёгкой грустинкой. Как же быстро он вырос.

Нашему с Роном сыну уже шестнадцать лет, и это будет его первое большое путешествие. Откладывать нельзя. Арвен – многостихийник.

С Рэйгом и Дари пока проще. У младшего сына – Огонь, как у отца, у Дари пока чётко видна одна Воздушная стихия. Возможно, так и останется. Будем наблюдать.

А вот у Арвена, как и у меня, уже сейчас заметны зачатки всех пяти стихий. Сейчас у него попеременно проявляется то Воздушная, то Огненная. И пока никто не считает это удивительным. Так бывает, когда родители владеют разными стихиями. Но опасность в том, что в любой момент может прорваться любая из трёх остальных. И лучше, если это не будет случайностью в присутствии посторонних.

Рэй и Кира научат Арвена справляться с Водой и Льдом, а потом его обучением займётся сам шейх Ангильи, маг Земли.

Нужно, чтобы Арвен умел как пробуждать стихии, так и скрывать их ото всех.

Магии Хроноса лучше остаться легендой.