(Не) могу быть твоей, Дракон

Глава 26. Пленник

Айви

– Если не верить им, то тогда никому нельзя верить в этом мире, – говорит Рон.

По моему телу бродят волны неги. Голова удобно устроилась на груди мужа. Слушаю стук его сердца. Трусь как кошка, наслаждаясь простым соприкосновением щеки с его горячей кожей. Вдыхаю древесный аромат с нотками сандала и можжевельника. Пальчиком обвожу рельефные мышцы.

Мы в каюте Киры. Едва Рон вошёл, княжна сразу же сбежала, отговорившись делами. А Рон не стал медлить.

– Ты хочешь им всё рассказать?

– Если ты не против.

Я прячу улыбку. Новый Рон серьёзен. Неужели его интересует моё мнение? Это приятно. Но я, пожалуй, соглашусь с ним. Он лучше знает этих людей.

– Я не против, – шепчу я, продолжая обрисовывать подушечками пальцев кубики его пресса.

Рон перехватывает мою кисть.

– Тогда лучше сделать это прямо сейчас, иначе мы дождёмся следующего нападения здесь, в постели.

Вздыхаю. В принципе часть меня не возражает против такого варианта, и это немного пугает. Я опять пропитываюсь им, моим мужчиной, готова раствориться без остатка, забыв обо всём.

Так нельзя.

Я начинаю отодвигаться и вижу, как в глазах Рона появляются сомнения. Голодный взгляд сползает вслед за одеялом к обнажившейся груди. Мышцы Рона напрягаются. Чувствую, что ещё мгновение и он забудет обо всех грозящих нам опасностях.

Быстро выскальзываю из-под одеяла и сбегаю в купальню, преследуемая недовольным взглядом мужа.

Всё правильно. Немного голода нам не повредит.

Через полчаса мы сидим в каюте капитана. И теперь в курсе моего путешествия во времени магистр Ферон Айрэнд, капитан Рэйгард и Кира.

– Необычное ощущение, – говорит задумчиво княжна, глядя на меня. – Так странно видеть человека, который уже хорошо тебя знает, а ты видишь его впервые.

Закусываю губу.

Рон обнимает меня за плечи и отвечает вместо меня:

– Нет, Кира, Айви сказала, что вы не смогли приехать на нашу свадьбу, а все следующие пять лет моя жена безвылазно прожила в моём замке на границе Драгонвэла и Айсгарда.

– Погоди, ты же регулярно бываешь с нами в рейдах. – Неужели ты ни разу…

– Кира, не трави душу, – хмурится Рон.

– В той жизни я не очень стремилась к обществу, – прихожу я на выручку мужу. – А потом через год родился сын. И я занималась им.

– Спасибо, Айви, но выгораживать меня не надо, – перебивает Рон. – Это моя вина, Кира. Мне следовало отправить Айви в Академию, а я не увидел в ней магии. Решил, что ей незачем учиться.

– Дракон запер своё сокровище в замке, – понимающе тянет княжна.

– И это привело к трагедии, – мрачно заканчивает Рон.

– Но я и сама не стремилась к учёбе, – пытаюсь возразить я. – Я жила в таких условиях в доме мачехи… а тут вдруг метка истинности, и ты появился, как мечта.

Кажется, последними словами я только хуже сделала. В глазах Рона появляется боль. Запоздало думаю, что не стоило подчёркивать, что та мечта не сбылась.

– Всё с вами ясно, – заявляет Рэйгард, закатывая глаза. – Сейчас каждый из вас начнёт копаться в себе. Это нормально, но не для той ситуации, в которой мы все оказались.

«Мы все»?

У меня дыхание перехватывает. Капитан так произнёс эти слова, что мне становится понятно, наша проблема теперь не только наша с Роном. У меня никогда не было друзей, если не считать вырастившую меня Лину. В том будущем она стала няней моего сына и погибла, защищая его, а в этом настоящем так и осталась кухаркой в доме мачехи.

– Эй, ты чего, Айви? – Кира подходит ко мне и обхватывает руками сзади, бесцеремонно сбросив со спинки стула руку Рона. – Не вздумай хныкать. Мы обязательно что-нибудь придумаем.

Прижимаюсь виском к её плечу, а рукой нахожу ладонь Рона. Он сжимает мои пальцы и глухо говорит:

– Всё будет хорошо, Айви.

Ощущаю окутавшее меня тепло. Я среди друзей. И неважно, что двоих я знаю меньше суток. Хочется размякнуть и именно похныкать от облегчения. Но не стоит.

– Прежде всего, – капитан переходит на деловой тон, – нам необходимо продолжить поиски артефакта слежения. Твоё мнение, Ферон?

– Я догадываюсь, с кого следует начать поиск. – Брови магистра сдвинуты, и ему явно не нравится то, что он собирается сказать. – Но…

– Говори. – Рэйгард наклоняется к нему.

Сейчас капитан напоминает хищника, готового к броску.

– Надеюсь, вы не станете делать поспешных выводов. Возможно, парня просто использовали. Я должен сам с ним поговорить.

– Никаких сам, – рычит капитан. – Ферон, не тяни. Разберёмся. Ты же понимаешь, что, пока эта штуковина на судне, мы в опасности.

– Не стал бы лорд Микель подвергать своего сына опасности, – упрямо говорит магистр.

– Сына? – охаю я.

У меня сердце пропускает удар.

Кажется, я догадываюсь, кого имеет в виду магистр. В памяти всплывает разговор с Дэниром, заметившим первые проявления моей третьей стихии. Он точно знал, что она может появиться.

И к тому же как я могла не замечать сходства? Недаром при первой встрече, на пороге мэрии, мне показались черты лица Дэнира смутно знакомыми. Особенно глаза: цвет и разрез. И в то же время именно в них таилось то, что мешало увидеть сходство. Взгляд лорда Микеля всегда был ледяным до мурашек. А Дэн – он же другой, он вытаскивал меня из заварушки в «Драконьем Когте».

– Дэнир? – Рон тоже догадался, о ком идёт речь.

– Бастард, – подтверждает Ферон. – Но единственный наследник.

С тревогой смотрю на Рона. А ведь тогда в «Когте» он меня приревновал к Дэну. Станет ли сейчас с ним церемониться?

К моему удивлению, Рон хоть и с неохотой, но говорит:

– Дэнир неплохой парень, Рэй. Возможно, он, действительно, не в курсе.

– Выясним, – жёстко отвечает капитан. – В любом случае крысу я на своём фрегате не потерплю.

Некоторое время он барабанит пальцами по столешнице, а затем принимает решение:

– Действуй по обстоятельствам, Ферон. Но после твоей беседы я бы тоже хотел пообщаться с парнем. И вообще, я люблю быть в курсе того, что происходит на моём «Стремительном».

– Понял, капитан. – магистр Айрэнд покидает каюту.

В тревоге стискиваю руки. Что ждёт Дэнира?

Бросаю взгляд на Рона и вижу, как опасно темнеют его глаза. Он замечает мои переплетённые и сжатые пальцы. Рвано выдыхаю, пытаясь успокоиться. Не хватало ещё нового приступа ревности.

*****

– Вы же думаете о том же, о чём я? – спрашивает Ферон, когда Дэнира уводят двое дюжих моряков.

На обоих запястьях моего однокурсника под длинными рукавами куртки скрыты два браслета, блокирующих магию. Капитан Рэйгард приказал поместить его в полностью изолированное помещение, как пленника.

Сейчас он задумчиво вертит на пальце шнурок с кристаллом аметиста, который Дэн носил на груди, а затем нехотя отвечает:

– В том, что он считал эту штуковину обычной семейной реликвией, он не врёт. Да вы и сами слышали. Ваши же звери тоже в состоянии определять ложь?

Рон и Кира кивают. Ферон хмурится. Он волнуется за Дэна.

А я в который раз чувствую себя слепым котёнком в компании четырёх драконов. Сама я просто поверила Дэниру на слово, но, оказывается, у всех четверых драконов есть более серьёзные основания понять, что тот не солгал.

– Но тогда зачем вы взяли его под стражу? – вырывается у меня.

– Потому что он скрыл часть правды, – Рон откидывается на спинку кресла. – Когда Рэй задал вопрос, что именно поручал ему его отец, парень не ответил, но бросил на тебя быстрый взгляд. Мне этот взгляд не понравился.

– Ещё бы он тебе понравился, – фыркает Кира. – Этим взглядом он прямо-таки съел твою жену, а вторым был не прочь убить тебя.

– Вот оно что, – сощуривается Рэй. – А на этом можно было бы сыграть.

– Ни в какие игры я не позволю втягивать Айви, – рявкает Рон.

– Ты неправильно понял, – хмыкает капитан. – Речь идёт о простом разговоре. – То, что парень не сказал нам, он может сказать ей.

– Верно, – поддерживает мужа Кира. – Айви, этот Дэнир наверняка что-то уже мог при тебе сказать. Постарайся вспомнить.

– Зачем стараться? Я и так об этом думаю.

Коротко рассказываю о том, как Дэн заметил мой контакт с третьей стихией.

– То, что у Айвиры появилась вторая, огненная, видели все, – напоминает магистр Ферон и выразительно смотрит на Киру. – Прецеденты есть. Две стихии – редкость, но такое бывает. А вот предвидеть появление третьей, тем более когда она ещё не проявилась в полную силу, даже я бы не смог.

– И он предупредил Айвиру, что она в опасности, если об этом станет известно, – добавляет Кира. – Может ли парень быть не на стороне своего отца, если девушка ему нравится? Молодые люди способны ради любви пойти против своих родителей.

– Ради чего? – вскипает Рон.

Кладу ладонь на его руку, мягко поглаживая, успокаивая, но при этом не удерживаюсь от колкого выпада:

– То есть ты считаешь, что в меня нельзя влюбиться без появления метки?

Глаза мужа темнеют. Он неохотно цедит сквозь зубы:

– Можно. Влюбиться можно. Но пялиться нельзя.

Кира хохочет:

–Теперь, Рон, тебе придётся привыкать к тому, что на Айви будут бросать взгляды многие мужчины. Может, ты из-за этого держал свою красавицу взаперти в прош… то есть в будущей жизни?

Рон отвечает зубовным скрежетом, и мне приятна его ревность, но до определённых пределов.

– Рон, – говорю я уже серьёзно. – Ты ведь понимаешь, что с Дэном надо поговорить ещё раз. И лучше, если это сделаю я. Он ведь пытался предупредить меня об опасности.

– Одну тебя я к нему не пущу, – упрямо заявляет мой муж.

– Но при тебе он вряд ли что-нибудь расскажет, – пытаюсь убедить его я.

– Рон, – Кира присоединяется ко мне. – Мы будем рядом. Но зато это ещё один способ узнать хоть что-то.

– Что ещё вам надо узнать? – недовольно спрашивает Рон. – Всё предельно ясно. На парня навесили артефакт слежения. Раз он не знал, для чего эта штука используется, значит, и правды ему не сказали. Мы знаем больше, чем он.

В итоге Рон всё-таки соглашается на мой разговор с Дэном, хоть и со скрипом. Но это потому, что нас больше и капитан Рэйгард умеет быть убедительным.

Когда мы выходим с Роном из капитанской каюты, он улучает момент, чтобы сказать мне наедине:

– Не вздумай с ним флиртовать, Айви. Дэнир должен знать, что ты моя пара.

– Хорошо, – прижимаюсь щекой к его плечу. – Я и не собиралась. Да и раньше ни разу не флиртовала.

Драконы умеют определять ложь, и я тянусь мысленно к Рону, открываясь перед его драконом. Уж он-то подскажет своей половинке. Рон заметно расслабляется, но тон у него всё равно ворчливо-ревнивый.

– И в «Когте»? – больше для порядка спрашивает он.

– И в «Когте», – подтверждаю я. – Но, Рон, это же нормально, что я испытываю к нему благодарность за то, что он во время трактирной драки защитил меня?

– Нормально. Не забывай, что ты тоже тогда выставила щит, спасший его от удара. Так что вы квиты.

Он всё-таки заходит вместе со мной в каюту, где держат Дэнира.

Дэн, который лежит на узкой кровати, поднимается и одёргивает рукава рубашки, чтобы манжетами прикрыть браслеты. Ему неприятна сама ситуация. Привыкшему к роскошной жизни, парню явно не по себе в роли узника.

– Я буду рядом, Айви. – Рон бросает предупреждающий взгляд на Дэна и выходит.

Дэн хмуро смотрит ему вслед, а потом переводит взгляд на меня.

– Ты всё-таки предпочла найти себе покровителя, Айви, – с горечью говорит он. – Как большинство девушек. Я-то думал, что ты особенная.

Поджимаю губы. В первый момент есть желание ответить резко. Но оно быстро проходит.

Со вздохом делаю шаг к нему и закатываю рукав на левом запястье, демонстрируя Дэну маленького дракончика.

– Это же метка истинности? – потрясённо выдыхает Дэнир.

– Верно, и лорд Микель, твой отец, знал, что она у меня есть. Тем не менее он отправил тебя следить за мной с каким-то заданием. Ты не хочешь рассказать мне, с каким именно?

– Вы все правда всерьёз считаете, что мой отец пытался потопить фрегат, на котором нахожусь я? – вопросом на вопрос отвечает Дэнир.

– Нет, Дэн, корабль он не стал бы топить, но не ради тебя. Ему нужна я.

– Ты слишком самоуверена, если считаешь, что ты его заинтересовала как женщина, – запальчиво говорит Дэнир, глядя на меня почти с ненавистью.

Он сейчас защищает своего отца или злится на меня? Неужели Кира права, и Дэнир ко мне неравнодушен?

– Разве я так сказала? – Смотрю на него, сощурив глаза. – Ты сейчас пытаешься увести меня в сторону от темы?

Ловлю себя на том, что говорю с ним не как девушка-сокурсница, которая младше его, а как женщина, которая прожила несколько дольше и знает немного больше.

Дэн, несмотря на свою злость, улавливает разницу, хоть и не осознаёт, в чём она заключается.

– Его интересуют мои способности, – прямо заявляю я. – И ты об этом знаешь. Никто, кроме тебя, не заметил пробуждение третьей стихии, но ты вёл себя так, словно ждал этого.

– Мой отец, – гордо вскидывает голову Дэн, – предан Аэртании и нашему королю. Это единственная причина, по которой ты его интересуешь. Твои способности должны принадлежать Аэртании.

– С какого хаоса? Я выросла в Шардене. Это Междумирье. Я не испытываю привязанности ни к одному из миров.

– Но ты аэртанка, – вскипает Дэнир. – Твоя мать из Аэртании, и это случайность, что ты родилась в Междумирье. Твоя мать…

У меня непроизвольно сжимаются кулаки.

– Не смей трогать мою мать, – чеканю я звенящим от ярости голосом. – Моя мать сбежала из Аэртании из-за лорда Микеля. А теперь он охотится за мной.

– Но, может, у неё были такие же способности? – упрямо гнёт свою линию Дэн.

– Да что ты говоришь? – зло бросаю я в лицо Дэна обвинения. – И ты считаешь, что это повод её преследовать? Это повод отправлять тебя следить за мной? Повод насылать смерчи на корабль, на котором нахожусь я? Повод красть моего сына и убивать меня с Роном?

– Что? Какого сына?

Смотрю в потрясённые, ничего не понимающие глаза Дэнира. Гаргулья задница. Я же сейчас выпалила всё как на духу. Точнее, почти всё. Но, может, это и к лучшему?

Коротко рассказываю Дэну, как меня забросило обратно в прошлое, умалчиваю только о том, что перемещения во времени могут быть управляемыми. Пусть считает, что это случилось по воле драконьих богов.

– У тебя есть сын? – Почему-то эта мысль потрясла Дэна больше всего.

– Был, – коротко напоминаю я. – У нас с Роном был сын до вмешательства твоего отца. И я подозреваю, что и в моей матери, и во мне, и в нашем с Роном ребёнке лорда Микеля интересовала именно моя многостихийность.

Некоторое время мы молчим. Пытаюсь справиться с той бурей чувств, которую всколыхнуло воспоминание о том страшном дне. Ярость немного утихла, оживив боль. Смаргиваю подступившие к глазам слёзы. Сглатываю. И нахожу в себе силы продолжить:

– Я уверена, Дэн, что топить корабль лорд не планировал. Он делает всё, чтобы у меня открылись остальные стихии. Создаёт опасные ситуации. А вот зачем ему это, надеюсь, ты скажешь.

Сейчас Дэнир выглядит сломленным. Плечи опущены. Он трёт виски и морщится, словно от головной боли.

– Я знаю только то, – его голос звучит бесцветно, – что маги с большим количеством стихий представляют ценность для любого государства. А твоё окружение сплошь состоит сейчас из чужеземцев. Сам ректор – драгонвэлец, капитан и его жена – подданные Айсгарда. Только магистр Ферон – аэртанец, да и то не так уж он привязан к родной земле. Отец… лорд Микель сказал, что нельзя допустить, чтобы твой дар заполучили правители других стран.

– Я могла бы в это поверить, если бы не помнила того будущего, в котором он нас убил, – с горечью говорю я. – Это не было сделано во имя и на благо Аэртании. У твоего отца личные цели.

Покидаю каюту, чувствуя, что легче после откровенной беседы с Дэном не стало. Сердце неспокойно. В каком состоянии сейчас должен быть Дэнир? Ведь, скорее всего, он боготворил своего отца. Может, и не стоило говорить всего?

– Рон, – отвечаю я на вопросительный взгляд мужа, когда мы выходим на палубу. – Я сглупила. Не удержалась и откровенно высказала Дэниру то, что хотела бы высказать его отцу.

– А именно?

– Когда он начал выгораживать лорда Микеля и обвинять мою мать едва ли не в предательстве Аэртании, я сгоряча проговорилась о временном прыжке. Нет, про магию Хроноса я ничего не сказала. Только то, как лорд Микель нас убил и что Боги вернули нас во времени на пять лет назад… и про Арви. Он ведь теперь может всё рассказать своему отцу. И Микель поймёт, что мы всё знаем.

– Не расскажет, – спокойно говорит Рон, и я с удивлением вижу на его лице довольную улыбку. – Наш рейд продлится столько, сколько нам понадобится для решения всех наших проблем. Если Дэнир окажется непричастным, с ним ничего не случится. С Микелем в ближайшее время он не увидится. Даже если бы ты не рассказала о прыжке во времени, само то, что мы нашли у него артефакт слежения, делает невозможным его возвращение в Академию.

Мы возвращаемся в капитанскую каюту, и я передаю содержание разговора всем собравшимся. Сконфуженно добавляю, что, наверное, зря я проговорилась о прыжке во времени.

– Ну что ж, – подводит итог капитан. – Теперь понятно, почему этот ваш Дэнир ничего не заподозрил. Лорд Микель очень логично ему всё объяснил, не придерёшься.

– Ты хочешь оставить его под замком? – спрашивает магистр Ферон. – А как я объясню остальным адептам его отсутствие?

– Ну день-другой можно свалить на морскую болезнь. – Рэйгард отмахивается. – И нагрузи свою группу так, чтобы на вопросы сил не оставалось. А там посмотрим.

Капитан переводит взгляд на меня.

– Что же касается способностей Айвиры, предлагаю поторопиться с её обучением. Кира?

Княжна поднимается.

– Идём, Айви. Попробуем поработать со стихией Льда? Только не на корабле.

– А где? – Смотрю на княжну с удивлением.

– Тут неподалёку остров. Пока Ферон будет учить своих парней надувать паруса и гонять фрегат по кругу, мы с тобой направимся прямиком на сушу.

– Думаете, никто не заметит, как вы спускаете шлюпку на воду? – спрашивает Рон.

– Никто не заметит, как от другого борта отплывает нарг. – смеётся Кира и подмигивает мне. – Как насчёт прокатиться верхом?