СССР-2010. На пыльных тропинках далеких планет

Глава 7

Когда под ногой что-то хрустнуло, я сначала метнулся в сторону, отгораживаясь энергетическими щитами, как нас учили в армии и лишь потом начал думать откуда здесь взяться противопехотной мине. Рефлекс понимаешь. Он махом вырабатывается, когда тебя натаскивают на настоящих «Лепестках». Мастеру, укрытому Покровом, повредить такой взрыв не мог, но психологический эффект, потрясающий получается. Да и навык нарабатывается семимильными шагами.

Но уже в следующую секунду я сообразил, что и минам здесь взяться было неоткуда, да и хруст пусть и не походил на звук сломавшейся ветки, но и ничуть не напоминал активацию чего-либо. Разве что было в нём что-то, заставившее меня так отреагировать, но сейчас оно тоже казалось вполне естественным. И выждав для порядка десяток секунд я снял щиты, оставив Покров и Каменную кожу и двинулся к источнику звука, одновременно стараясь контролировать округу. И под зарослями ковыля меня ждал сюрприз.

Кости. Причём не просто человеческие, выбеленные ветром и солнцем до состояния хрупкости, а кости внутри доспехов. Та, на которую я наступил оказалась черепом в шлеме. И то и другое рассыпалось на куски, настолько металл проржавел и держался на честном слове. Но рядом лежали и целые, хотя некоторые относительно, если учитывать торчащий прямо изо лба меч или пробившее висок копьё. Древко давно сгнило, но длинный металлический наконечник всё ещё оставался в своей последней жертве. И таких жертв было множество.

Поле оказалось усеяно костями, просто высокая трава, доходящая мне до пояса, надёжно скрывала их от любопытных глаз. Но чем дальше, тем больше следов древней битвы я замечал. Вон холмы образуют почти ровный квадрат, тут явно стояла если не крепость, то какое-то временное оборонительное сооружение. А вот странная проплешина, на которой ничто не росло. Оно и понятно, потому что высокая температура буквально сплавила землю, превратив её в стекло. Учитывая диаметр в добрые семь десятков метров, даже не представляю кто это мог сделать. У нас даже Командор аспекта огня такое бы не потянул. Хотя нет, с аспектом может и потянул бы, но если без, то работа Магистра, не меньше.

Постепенно я начал немного различать останки доспехов и сделал выводы что тут сражались две разные армии. Внезапно, да? На самом деле если бы не сатори, хрен бы я чего накопал. И те и другие использовали так называемую ламеллярную броню, то бишь нашитые на основу, либо сплетённые шнуром металлические пластины, образующие что-то похожее на чешую рыбы. При этом и фасон, и способ крепления, и прочие атрибуты у обеих армий был схожим. Сильно схожим, до степени смешения. Но вот украшения и узоры кардинально различались.

И если у одной стороны были яркие цвета, золото, разные оттенки красного, голубой, но сильно реже, иногда белый, то другая щеголяла мрачняком. Чёрный, ядовито зелёный, коричневый и, иногда, тоже белый, но более мутный, словно матовый. Стиль украшений тоже различался. У тех что предпочитали золото и красный цвет встречались животные, чаще всего львы, тигры и драконы, реже быки, какие-то звери похожие на единорогов, только с телом, больше подходящим бегемоту или чему-то такому. Пару раз наталкивался на изображение слонов. Ну и птицы, причём чётко опознать я сумел только орла и сокола. Остальные остались для меня загадкой, разве что в одной я заподозрил ворона, а в другой — феникса. Но это было не точно.

Другая сторона, видимо, решила до конца выдерживать мрачный концепт, поэтому их доспехи украшали змеи, какая-то страховидла, похожая на осьминога, но гораздо более мрачная и жуткая на вид, собака, паук, скорпион, нечто, смахивающее одновременно и на человека и на богомола, а так же призрак. Ну или что-то похожее, по крайней мере я так расшифровал белёсую антропоморфную фигуру без чётко выраженных конечностей. Собственно, и знамёна у них были под стать. То какая-то жуткая тварь душит дракона, и не в том смысле, о котором мог бы подумать озабоченный подросток. Просто осьминог или что там это было, оплёл мифического зверя, больше похожего, кстати, на западного, чем на восточного, хотя весь остальной антураж всё же выглядел азиатским, то тощий пёс с горящими глазами куда-то волокёт оторванную руку. Короче веселье в каждой строчке.

Первые в этом плане мне понравились куда больше. У них и солнышко, и тигр, словно сотканный из молний, и громадный бык с золочёными рогами. Я уже молчу про дракона. Это знамя я даже забрал с собой. Оно и сохранилось лучше всех, и сразу было понятно, что это не просто флаг, а либо личный стяг какого-то полководца, либо вообще символ государства, уж слишком необычной была обстановка в месте, где я его нашёл.

Случилось это на вершине холма, где те самые красноватые камни образовали подобие естественной крепости. И склоны были буквально усеяны останками в чернёных доспехах с белой змеёй на груди. Они можно сказать завалили обороняющихся телами, в прямом смысле этого слова. Я с некоторым трудом откопал останки бойцов в алых доспехах, расположившихся на вершине холма. Но даже так нападающие не смогли добраться до знамени. Оно осталось стоять удерживаемое последним защитником, в теле которого я насчитал не меньше пяти копий, проткнувших его насквозь. На самом деле выглядело это довольно странно. Пустой пятачок на самой вершине холма, возле центрального камня, где замер последний защитник, пронзённый оружием, но при этом никто из врагов не посмел тронуть его останки. И флаг по всей видимости продолжил стоять пока древко не сгнило и не сложилось, накрыв своего последнего солдата.

У меня была теория, что боец, защищающий знамя, владел чем-то похожим на энергетические барьеры и даже раненный сумел поднять защиту и продержаться какое-то время. Или, как вариант, это был артефакт последнего шанса, что-то защитить раненного до прихода помощи. Это выглядело логичным, но ничего похожего на артефакт я не нашёл. Да и не искал, если честно. И дело даже не в уважении к павшему герою, хоть подсознательно конечно, я скорее был на стороне ребят с драконом, чем симпатизировал носителям змей, бешеных собак или там скорпионов. Просто откуда, блин, мне знать, как этот артефакт выглядит?!! И что именно он делает? Схватишься за красивый камушек или цацку, а тебе руку нафиг оторвёт. Нет, нам такой балет не нужен! Так что я тихонько сдёрнул знамя, сложил его и убрал запазух. Глядишь, может и пригодится. А нет, так останется на память. Если… когда выберусь из этой передряги повешу на стену в гостиной у матери. Эпично будет смотреться.

Кстати, пока я поднимался на холм за знаменем и разбирался с тем, что там случилось сделал небольшое открытие. А именно моё внимание привлекли останки бойцов, носивших чёрные доспехи с белой змеёй. Я подсознательно уже записал их в носителей демонических практик, но это была лишь реакция на цветовую гамму. Но сейчас, разбираясь с массой останков я заметил некую несуразность. И весьма озадачился, разглядывая человеческий череп с гипертрофированными клыками.

Это был не единичный случай. Подобные изменения встречались пусть не у каждого второго змееносца, но редкостью не являлись. Как и удлинённые первые фаланги пальцев, ставшие подобием когтей, или самый настоящий хвост. Небольшой, скорее похожий на атавизм, но тем не менее среди адептов тёмной стороны, как я стал их называть, он встречался довольно часто.

На самом деле это не значило абсолютно ничего. Слишком мало информации чтобы делать выводы. Реальность могла настолько отличаться от моих домыслов, что я даже не пытался вешать ярлыки. Но всё же лично мне были ближе «светлые», особенно когда я нашёл копья, которыми были вооружены змеиные отряды. Волнистые острия, предназначенные наносить как можно более тяжёлые раны, да ещё с очень интересным долом по центру. Такой был почти у всего их оружия и по здравому размышлению, я пришёл к выводу, что туда наливался яд. Это, кстати, неплохо билось с их символом — свернувшейся белой змеёй, распахнувшей пасть. Клыки у неё были что надо, да и в ядовитости сомневаться не приходилось.

Безумно не хватало нормально работающего сатори. Я всё больше убеждался, что теория с ноосферой имела под собой все основания и сейчас, отрезанный от информационного поля Земли я потерял универсальный и мощный инструмент познания мира. Нет, само по себе сатори работало, но требовало огромных затрат энергии и не позволяло создать виртуальную симуляцию. Будь дело на Земле я бы давно уже смотрел кино с полным погружением и массой мельчайших деталей. А так приходилось доходить до всего своим умом, пусть даже подстёгнутым состоянием просветления.

На самом деле материала для анализа у меня было не так уж и много. Выбеленные солнцем и ветром кости, не сгнившие обрывки доспехов, обломки оружия, изъеденные ржавчиной до такой степени, что они рассыпались, стоило взять их в руки. И по большому счёту на этом всё. Иногда попадались кости и черепа животных, каких-то копытных, судя по всему, очень крупных быков, типа бизонов, птиц, в том числе по-настоящему большие, заставляющие заподозрить в них родственников страуса. Но были ли это эндемические обитатели сектора или же верховые существа в армиях ответа не имелось.

Просто, потому что я не мог взять и окинуть всю степь одним взглядом. Останки сражавшихся здесь воинств покоились под бескрайним морем трав, и это основательно мешало исследованиям. Я просто не видел, где ещё лежат кости, где происходили стычки или, может быть основное столкновение отрядов, и довольствовался лишь тем, что попадалось мне по пути, ну и отдельными явно выделяющимися из остального пейзажа локациями типа того холма со знаменосцем. Или остекленевшей проплешины, но на той не нашлось ничего интересного. Точнее в самом центре я обнаружил чьи-то кости, буквально вплавленные в стекольную массу, но, чтобы их вынуть пришлось бы поработать ломом и не факт, что после этого они остались бы целы.

И всё равно, даже вот так, отрывисто, крупными мазками, передо мной всё отчётливей рисовалась картина эпического по масштабам сражения. Я до сих пор не мог полностью оценить масштаб битвы, но уже было понятно, что здесь сошлись огромные силы. Десятки, а может и сотни тысяч воинов, встретились и, похоже, перебили друг друга. Ведь не стоило забывать, что это искусственная реальность, созданная для испытания претендентов на силу и ресурсы. Правда, как именно меня должны были здесь испытывать, пока было непонятно. Возможно, я что-то упускал, возможно ещё не настало время, да, светило тут имелось и вполне себе двигалось по небосклону, возможно, и вовсе механизм испытания сломался. Вероятность этого была не высока, но не равна нулю.

За всеми этими исследованиями и размышлениями я не забывал крутить головой, осматривая округу в поисках источника воды, но взлетать не спешил. Как-то это было не принято среди советских энергетов, словно бы ты выделялся, возвышался над другими гражданами, но я такими предрассудками не страдал, у меня был иной резон. Ведь чем позже меня заметят, тем более естественной будет реакция. Да, я не забыл о четырёх других счастливчиках, кому выпал один со мной сектор. Правда их следов я тоже пока найти не сумел.

Не скажу, что это меня расстраивало. Скорее наоборот. Ну не верил я, что мне повезёт настолько, что в один сектор попадёт кто-то из Советского Союза. Да и не доверял я людям, если честно. Слишком много мне пришлось в жизни хапнуть, чтобы розовые очки сохранились в каком бы то виде. Да, я старый циник и никогда этого не отрицал, пусть последние несколько лет немного поколебали мою абсолютную уверенность в человеческой глупости и подлости. В Союзе хватало и того и другого, но всё же люди были даже не добрее, а совестливее что ли.

Советский человек был готов на бескорыстный поступок, даже наоборот, мог пожертвовать последнюю рубаху ради незнакомца, которого больше никогда не увидит. И точно так же у многих и мысли не появится взять что-то чужое, сподличать, или предать. Но, как говорится, в семье не без урода. И пусть я признавал, несомненно, высокую моральную планку советских граждан, подсознательно, да и сознательно продолжал ждать удара в спину. Поэтому одному мне было гораздо проще. Понимаешь, что надеяться можно только на себя и поступаешь соответственно.

К счастью, жизнь не спешила ставить передо мной никаких моральных дилемм так что я продолжал двигаться по степи, осматривая места, показавшиеся мне интересными или подозрительными. Таких было не то, чтобы много, но хватало. Густо разросшиеся кустарники, группы деревьев, просто холмы и впадины. Да, я не забыл свою идею найти воду. Энергет в ранге Командора может протянуть почти месяц без еды и неделю без воды, но пить от этого хотелось не меньше. И да, пробовать зерновые пилюли я таки не спешил. Ну его, не приучен я в рот тянуть всякую гадость. Прижмёт, тогда посмотрим, а пока и так хорошо.

Тем временем степь становилась всё более холмистой. Не горы, даже не сопки, но уже не сплошная равнина. Некоторые холмы выглядели рукотворными, я даже нашёл останки укреплений, опять же заваленные останками бойцов двух армий, но ничего интересного они из себя не представляли. Для меня по крайней мере, я прекрасно понимал, что любой археолог здесь помер бы от множественного оргазма. Но меня мало интересовала история искусственно созданного мира, а вот источник воды очень даже. Так что я весьма обрадовался, когда натолкнулся на почти пересохшее русло реки.

Не скажу, что она впечатлила бы меня даже будучи полноводной, чай я вырос на берегу великой сибирской реки, несущей свои воды на тысячи километров, но при отсутствии альтернатив и этот ручеёк можно было назвать рекой. По крайней мере когда-то, сейчас это было лишь пересохшее русло, в котором, впрочем, нашлись несколько ключей, бьющих из-под земли. Осторожная проверка показала, что вода в них чистая, свежая, и потрясающе вкусная. Напившись вдоволь, я озаботился набрать её с собой, но, к сожалению, у меня просто не было никакой тары. Использовать же чей-то древний шлем… нет, к такому я пока был не готов. Так что, немного подумав, принял соломоново решение. А именно остаться здесь на ночёвку, тем более что светило уже достигло горизонта.

Шариться по степи в темноте мне не очень хотелось, так что я решил обосноваться на одном из холмов на берегу, явно бывших раньше рубежом обороны. И вот там меня ждал сюрприз. Эти холмы я ещё не обследовал, соблазнившись водой, но поднявшись, чуть ли не лицом к лицу столкнулся со стоящим посреди бывшего укрепления человеком. То есть это в первое мгновение я подумал, что это человек. Но едва присмотревшись, осознал свою ошибку. И уже не дёргаясь подошёл к погибшему бойцу, так и умершему стоя.

Надо сказать, вблизи погибший внушал. Почти два с половиной метра ростом, наряженный в толстые бронзовые доспехи, украшенные головой быка, скелет стоял, ухватившись за рукоять чудовищного меча, с него самого размером. И это не фигура речи. Эта оглобля, притворяющаяся мечом, реально была такой же по высоте и ширине. Да, я смотрел «Берсерка», как, собственно, прекрасно знал, что в истории таких мечей не существовало. Но вот, живой пример был у меня перед глазами. Точнее не очень живой, потому что замер в таком положении «бык» не просто так.

Беглый осмотр показал, что его броня пробита в нескольких местах, включая область печени. Кто-то хорошо достал защитника крепости. А что это защитник говорила его поза. Погибший боец даже после смерти преграждал путь кому-то идущему о стороны реки. Кому именно было непонятно, вся округа оказалась щедро завалена останками с самыми разными гербами на доспехах. И не похоже было, что силы света победили. Максимум ничья, хотя «тёмные» вполне могли кинуть и своих тоже без погребения. Либо всё это специально созданная ситуация, и победителей тут просто быть не могло.

Вопрос на самом деле не философский, потому что подсознание, подстёгнутое сатори буквально взвыло, сигнализируя, что тут и может быть зарыто решение, но… было слишком мало данных, для полного анализа. Поэтому я отдал честь павшему герою и двинулся на соседний холм, где было не так много костей, зато имелось несколько камней, годных чтобы прикрыть спину. Спать я не собирался, но всё равно не хотелось, чтобы из темноты кто-нибудь на загривок кто-то кинулся. Так что предпочитал перебдеть, чем недобеть. И это была не трусость, а логичная предосторожность, потому что мало ли. Не доверял я ни этому месту, ни Посланнику. Чувствовалась в нём какая-та фальшь, а вот что именно, рано или поздно я выясню. И пусть тогда пеняет на себя.