Игры Огня (СИ)

26

Светлов! Убью!

Я решительно направилась к водникам, чтобы в ту же минуту высказать Михаилу все, что думаю о его безрассудности, но дорогу мне преградил Аспер. Показалось, вблизи от него даже воздух был холоднее. Хотя, возможно, он просто использовал парфюм с мятой.

— Это моя команда, Огнева. Отойди.

— Команда, а не собственность. Сам отойди!

— Ты, кажется, заболела, Яриш, — довольно ухмыльнулся Аспер и приложил к моему лбу ледяную ладонь. — Такая горячая, да у тебя лихорадка! Тебя надо охладить!

Несмотря на пробежавшую по телу ледяную дрожь и вскочившего Светлова я заставила себя говорить спокойно:

— Я тебе сейчас дам в морду. Или ткну пальцем в глаз. Магия останется при тебе, но целиться будет сложнее.

Первые восемнадцать лет жизни я провела вне конфликтов. Странно звучит, но это чистая правда. В школе меня не травили, мы не были дружным классом, но и не испытывали друг к другу ненависти. В интернете я не была активным блогером и негативных комментариев мне тоже не писали. Как и все, изредка я сталкивалась с хамами и неадекватами, но настолько поверхностно, что едва ли вспомню хоть пару-тройку таких встреч.

В общем, мне неоткуда было знать, как я реагирую на травлю и издевательства.

Оказалось, в такие моменты у меня падает забрало, и я с топором наперевес несусь прямо в Вальгаллу — то есть на обидчика, который одним движением может меня убить.

Аспер к конфликтам был более привычен. И к сопротивляющимся жертвам своей тирании тоже. Но даже он не горел желанием вытаскивать мой ноготь из глазного яблока. Вероятнее всего, в настоящей драке он бы меня быстро скрутил. Но всегда оставался «коэффициент разъяренной бабы» — как говорил один наш сосед, старый грубиян с первого этажа. Согласно его теории, хрупкая женщина, доведенная до отчаяния, по площади поражения приравнивается к напалму.

Отступить Аспер не мог, убить меня, по-видимому, тоже, а холодок и даже проступивший на коже иней меня не пугал, во всяком случае, внешне. Уж не знаю, чем бы кончилось это противостояние, но его брат и обломал все веселье.

— Что у вас там происходит?

— Знакомимся с соперниками, — хмыкнул Аспер.

— Познакомились? Капитаны, вернитесь к своим командам.

Я бросила быстрый взгляд на Светлова, надеясь, что он поймет: разговор еще не окончен, он даже не начинался.

Под пристальным взглядом Дмитрия Дашкова я вернулась к команде. На их лицах застыло странное выражение, напоминающее смесь «вау, она бросила вызов Дашкову» и «боже, нас убьют еще до начала игр, как поменять капитана?».

— Приветствую, участники.

Дашков сел за стол на высоком подиуме.

— Я рад объявить о начале ежегодного состязания обучающихся магов — Игр Стихий. Передо мной сидят лучшие из лучших, самые достойные педставители своих школ. Поэтому я надеюсь, что соревнования будут честные, зрелищные и объединяющие. Тема этого года: единство магии.

Отовсюду послышались сдержанные смешки. Дашкова явно уважали, но даже его авторитет не убедил никого в единстве.

— Магия прекрасна в любом ее проявлении. И четыре наших испытания наглядно это покажут. Я очень рассчитываю, что в этом году участники будут осознаннее и сдержаннее подходить к соперничеству. И мы обойдемся без жертв и серьезных травм.

При этом Дашков так посмотрел на младшего брата, что будь я на его месте — провалилась бы под землю. Но Аспер только растянул губы в маньячной улыбке.

— Мы будем очень стараться.

Всем присутствующим стало ясно, что имел в виду он ровно противоположное.