Игры Огня (СИ)

17

Я покраснела с ног до головы, но что сказать, вновь не придумала. Что здесь скажешь? Если Аронов заставит меня подписывать домашние задания «Стерва Огнева» — будет на все сто прав.

— Спешу вас разочаровать, Сергей Аронов не имеет ко мне никакого отношения. Просто однофамилец. Но ему будет любопытно услышать, чем он обязан билету на игры. Завтра после занятий останьтесь для знакомства с командой и первичного инструктажа. А теперь — я ко всем обращаюсь — поговорим о том, как вы проведете ближайшие годы. У кого есть усилители магии — достаем, у кого нет — просто слушаем.

Дождавшись, когда Аронов отойдет к доске, Элена шустро повернулась ко мне и зашептала:

— В прошлом году на играх погибла его дочь. Несчастный случай. Она, как и ты, сама вызвалась на игры, только не для того, чтобы помочь родителям с деньгами, а из-за дурацкого спора с отцом.

— Элена… — шикнула я.

— То ли он был против ее парня, то ли не давал карманных денег, и она назло ему отправилась на игры.

— Элена!

— Дошла почти до финала, но погибла на последнем испытании. Официально считается, что…

Я не выдержала и шлепнула ее по плечу. Глаза девушки расширились от ужаса и она медленно повернулась. Все это время Аронов смотрел прямо на нас, сложив на груди руки.

— Все? Я могу продолжить, или вы еще не все сплетни пересказали нашему капитану?

— Извините, — пролепетала поникшая соседка.

А я окончательно сникла. Легко злиться, когда кто-то издевается над тобой, потому что ты ему не нравишься. Но когда этот «кто-то» психует из-за того, что ты лично подписала себе приговор, и у него на это есть все основания, то сложно изображать оскорбленную невинность.

Остаток занятия я слушала вполуха: Аронов рассказывал о технике безопасности владения усилителем, и ничего неожиданного там не было.

— Не носить усилитель в заднем кармане — оторвет жопу. Не терять усилитель — оторву жопу. Не оставлять рядом с воспламеняющимися материалами — жопа сгорит, а маги воды, земли и воздуха свою силу на спасение жоп идиотов тратить не будут. Все понятно? Ты, на задней парте, лучше запиши.

— Чего это? — фыркнул парень.

— У тебя усилитель двадцать минут назад под парту укатился, а ты даже не заметил.

Я на всякий случай проверила свой — лежал возле тетради и не отсвечивал.

— Магия огня — слабая магия, это вы слышите с малых лет. Опровергать это утверждение я не собираюсь. Сложно представить что-то более жалкое, чем эта сила. Однако есть небольшой нюанс: ее мы всегда рассматриваем с позиции магий воздуха, воды и земли. Однако представим на секунду, что их не существует.

По рядам пробежался шепоток: похоже, Аронов ступил на тонкий лед. Представлять мир без всемогущих воды и воздуха здесь, наверное, почти экстремизм.

— Есть только магия огня. И способность части людей ее использовать. Некому потушить загоревшийся сухой лист. Некому развеять дым и пепел. Вы — маги огня, а люди вокруг лишь могут бегать с ведерками к речке. Ситуация меняется кардинальным образом. И даже ваша слабая магия может натворить дел. Ситуация, когда вы окажетесь в засохшем лесу в полном одиночестве и подожжете траву, конечно, маловероятно — вы же не идиоты — думал я до того, как пришел сегодня на работу. Но раз адептка Огнева не в курсе, что на Играх Стихий делают больно, то на всякий случай и вам тоже скажу: НИКАКОЙ МАГИИ ВНЕ СТЕН ШКОЛЫ!

Мы дружно вздрогнули и поежились.

— Вот что вам нужно запомнить: никто вам не поможет. Ни один маг не вступится за вас и не спасет, если будет возможность. Можете хоть до истерики требовать соблюдать закон, это ровным счетом ничего не изменит. Пока вы адепты — вы под защитой, но выйдете с дипломами — и вы сами по себе. Поэтому ваша задача: научиться не колдовать, а выживать. На этом у меня все. За прогулы буду назначать отработки. Удачных занятий.

С этими словами Аронов, не успели мы опомниться, вылетел из лектория, и буквально в следующую секунду прозвенел звонок.

— Идем, я хочу пить! — безапелляционно сказала Элена и потащила меня в смежный зал, оказавшийся зимним садом.

Там, среди буйства зелени, огромных окон и хаотично расставленных белоснежных мраморных скульптур, были спрятаны питьевые фонтанчики. Мы устроились возле одного из них. Я смочила ладонь и приложила ко лбу.

— Он всегда такой? — спросила я. — Или это из-за дочери?

— Всегда. Может, стал чуть жестче, но знаешь, между мучительной смертью на зачете и очень мучительной разница не так заметна. Хотя Аронов — один из немногих магов огня, которых уважают в совете. Именно он не позволил протолкнуть закон о лишении магов огня силы. Хотя…

Элена выдержала театральную паузу, чтобы я прочувствовала важность информации.

— Является сторонником этого закона.

— Из-за дочери?

— В целом. Аронов… как бы так сказать… он считает, что магам огня будет лучше среди тех, кто магией не обладает. Они смогут работать на немагических должностях, перестанут быть магами второго сорта — а поверь, лучше быть человеком второго сорта, чем магом. Их жизнь станет проще.

— Он не так уж неправ, — вздохнула я. — И почему тогда голосовал против?

— Лишения боятся. Ритуал работает только в теории. Многие считают, что он может привести к серьезным последствиям, и лишенные долго не проживут.

— Сложно у вас все.

— Из какой, ты сказала, деревни?

Прозвучал звонок — сигнал возвращаться в лекторий. Как раз вовремя, чтобы не отвечать на вопрос Элены и не придумывать новую ложь. В правду она все равно не поверит.

Едва мы вышли из закутка, где болтали, и оказались в толпе людей, спешащих обратно в класс, краем уха я услышала:

— Эй! Эй, ты! Огнева…

Начала было оборачиваться, но не успела рассмотреть того, кто меня звал: чей-то кулак впечатался мне в челюсть. От удара я не устояла на ногах и рухнула навзничь, под ноги растерянным однокурсникам и завизжавшей Элене.