И пеплом стали звезды

Глава 32

Таймарин Корте

— Что случилось? — Лисайя оказался рядом сразу же, как Эш Мас вошел внутрь, и указал на капсулу.

— Не знаю, она вся горячая, — ответил Эш, аккуратно опуская Лин. Курианец подключал какие-то трубки к женским рукам и сразу же запускал программу сканирования организма, выводя данные на прямо на защитный купол. — Во время допроса она постоянно дрожала. Ты не заметил?

Мас обернулся к Таю, но тот не мог оторвать взгляда от женщины в медицинской капсуле. Не мог избавиться от образа, который на нее накладывался.

— Это Лин, — вновь шептал Корте, краем сознания понимая, что выглядел как безумец.

— Ему нужно успокоительное, — с выдохом сообщил Эш Мас курианцу и сжал пальцами переносицу. — Да и мне, пожалуй, тоже не помешает.

— А? — врач оторвался от данных, которые считывал одновременно и с экрана капсулы, и с висящего в воздухе монитора рядом, и со своих специальных очков.

— Лин Трасс ожила спустя неполные девять лет. Такое… тяжело осознать.

Инъектор на руке Таймарина снова напомнил о себе, будто среагировав на запретное имя. Корте же перевел взгляд на заместителя, надеясь одновременно на то, что он язвил и что говорил правду.

Эш Мас был предельно серьезен. И немного растерян.

— Это она, — то ли спросил, то ли подтвердил Корте, сам не зная, чего в нем больше: веры или сомнения.

Мас бросил на командира тяжелый взгляд и кивнул.

— Не знаю, поздравлять тебя или сочувствовать, — попытался он пошутить. Неудачно.

— Лин Трасс — та самая, в честь которой полковник Корте назвал наш корабль? — вмешался в разговор Лисайя, и его вопрос совпал с очередным щелчком инъектора. Дозы блокираторов давно закончились, он колол Тая пустой иголкой, но Таймарин даже боли не чувствовал.

— Что с твоим инъектором? — Эш Мас повернулся к Таю, но почти сразу перевел взгляд на врача. — За последний час он сработал уже раз двадцать.

Таймарин перевел непонимающий взгляд на свою руку с закрепленным маленьким устройством. Смысл слов до него не доходил.

— Это и в правду странно, — задумчиво проговорил курианец и уже сделал шаг в сторону полковника, но тот спрятал руку за спину, отрицательно махнув головой.

— Сначала она.

Плевать, что там происходило с Корте. Он не перенесет, если с Лин что-то случится. Опять.

Лисайя послушно вернулся к показателям.

— На лицо сильный гормональный сбой, — спустя полминуты заключил он, подставляя в специальный отсек ампулы с препаратами. — Я бы сказал, что ее организм начал убивать сам себя.

— С чем может быть связано? — тут же поинтересовался Эш Мас. — Отравление? На борту их корабля найдены следи хтония.

— Ммм, нет, его в крови нет, — сверившись с анализами, ответил Лисайя. — И других внешних источников для такого поведения я не вижу, но должен сказать, что ваша знакомая явно давно сидит на снотворных. Хотя, они не могли так повлиять на…

Прибор запищал, а защитный купол засветился желтым. Таймарин тут же шагнул вперед.

— Что?

Страх промораживал его изнутри, пока Лисайя хмурился и открывал капсулу.

— Инородный предмет, — бросил он, осматривая пальцы Лин и доставая из ее ушей серьги. — Мешает более глубокому анализу. Что-то металлическое.

— Жетоны, — предположил Эш Мас. — У Лин были жетоны.

Что-то внутри Корте недовольно дернулось в ответ на слова друга. Хоть Мас был прав, Таю не понравилось, что он так хорошо знал его Лин.

— На армейские жетоны программа не реагирует. Иначе мы бы ни одного солдата лечить не могли.

Курианец расстегнул несколько пуговиц на комбинезоне. И снова нерациональное желание убрать чужие пальцы, касающиеся женской кожи. Тай сделал еще шаг вперед, не в силах бороться с этим чувством, но будто наткнулся на стену, когда увидел, как Лисайя подцепил цепочку и вытянул ее наверх.

Те самые жетоны. И то самое самодельное колечко между ними.

— Проволока? — удивился курианец. — Вот она-то и мешает. Надо срезать.

— Нет!

Эш Мас и Лисайя синхронно развернулись к командиру, глядя непонимающе и удивленно. Слишком резко, слишком грубо и слишком обреченно прозвучал этот категорический отказ.

— Цепочка, — Тай постарался вернуть себе самообладание, даже руки сцепил за спиной. — Срежь цепочку.

Это глупо, да, умом Корте все понимал. Но не мог позволить уничтожить символ, который уже не ожидал увидеть в этой жизни. Пусть это всего лишь кусок проволоки, но это их кусок. Доказательство того, что они — были. И любили друг друга.

Раз Лин не избавилась от него за все эти годы, хотя давно могла бы, Таймарин тоже не станет этого делать. А значит ли то кольцо хоть что-то для них или нет, он узнает позже.

— Это тваргский титан, — напомнил Эш Мас. — Его не восстановить.

— Новый найду, — зло бросил Тай.

— Останется шрам, — предупредил врач.

Таймарин кивнул. Он знал. Но все равно считал, что лучше новый шрам, чем уничтоженное доказательство того, что он не бредил. Поэтому полковник внимательно следил за тем, как Лисайя лазером разрезал звенья цепочки на шее Лин. Кожа последней от этого краснела и покрывалась волдырями, но иначе было нельзя: титан, добываемый тваргами, один из самых прочных металлов во вселенной. Его можно было разрезать только при очень высоких температурах, которую тело выдержать не могло, поэтому и военные жетоны называли украшением на всю жизнь.

Но Корте чувствовал, что принял правильное решение. Обезболивающее не даст Лин почувствовать жар и ожог, раны залечит медицинская капсула, а новой проволоки уже может не быть.

Закончив, курианец отложил разрезанную цепочку с жетонами на поднос, а сам вернулся к настройке капсулы, запуская ее на очередной этап анализа. Таймарин же приблизился к столу слева и осторожно дотронулся пальцами до выбитых символов.

Линнея Трасс. Личный номер. Звание — сержант, она так и не успела его перебить на новое.

— Это ведь не просто украшение, я прав? — за спиной остановился Эш Мас. — Лин никогда их не носила.

И снова это мерзкое чувство, когда собственного друга хотелось разорвать на мелкие куски за то, что так хорошо помнил привычки Линнеи.

— Я припаял его перед отлетом на Жат. Чтобы все знали, что она занята, — Тай почувствовал, как воспоминания накрывали его с головой, а он не мог им сопротивляться. — А она оставила это.

Левой ладонью он накрыл внутреннюю сторону правой руки с татуировкой — единственной на всем его теле. Эш Мас понимающе хмыкнул, но говорить ничего не стал.

Очередной щелчок инъектора прозвучал в тишине.

— Он и правда так часто срабатывает? — Лисайя оторвался от своих мониторов и снял очки, поворачиваясь к Таймарину. — Дай-ка сюда.

Тай отступил.

— Что с Лин?

Она — важнее. Всегда была важнее.

— Ничего хорошего, — хмуро сообщил курианец, не собираясь отступать. — Что-то в ее организме провоцирует дикую выработку гормонов, которые воспринимаются угрозой. Я не могу найти причину, нужно более глубокое сканирование, а оно занимает время. Которого мне вполне хватит, чтобы осмотреть твой инъектор.

Нехотя Таймарин отстегнул аппарат, призванный вводить ему экспериментальную версию блокираторов. Одна из последних разработок архонцев совместно с курианцами, чтобы не приходилось делать уколы ежедневно, а лишь тогда, когда датчик засекал повышение необходимых гормонов. Пока в массы инъекторы не пустили, проводили тесты на военных, и Тай был одним из первых, кто подписался на эксперимент.

Во-первых, потому что ему было некогда постоянно появляться в медблоке ради укола, да и с его режимом Таймарин все чаще забывал об этом. Во-вторых, потому что уколы были его гарантией отсутствия детей. В-третьих, потому что были гарантией отсутствия проявлений совместимости — а проходить это еще раз Тай не хотел. Он помнил, какого было с Лин, и знал, как после нее все отвратительно с другими. Нет, лучше уколы.

Лисайя быстро выгрузил данные на свой монитор и почти сразу заявил:

— Нет, с прибором все в порядке, он срабатывает четко по показаниям, — курианец бросил взгляд через плечо на Тая. Очень задумчивый и подозрительный взгляд белесых глаз. Лисайя и без того выглядел не слишком симпатично, а когда внутри него включался научный интерес, и вовсе становился похож на сумасшедшего ученого. — Нужна твоя кровь.

Тай покорно протянул руку, сбросив китель и закатав рукав рубашки до локтя. Процедура заняла считанные секунды, и вот уже Лисайя снова возвращался к своим экранам.

— А когда, говоришь, инъектор стал странно себя вести?

Таймарин неопределенно передернул плечами, подходя ближе к закрытой капсуле. Он даже не заметил, что получал большую дозу блокираторов, чем должен. Какая теперь разница? Если всего в метре — его Лин. Живая. Настоящая. Вернувшаяся к нему через восемь долгих лет.

Еще один шаг, и защитный купол на капсуле окрасился красным, пронзая отсек резким писком.

— Отойди, — курианец плечом отодвинул Тая подальше, а Эш Мас за локоть утянул еще на два шага назад.

И прибор замолчал.

— Что? — нетерпеливо потребовал ответа Таймарин, пока Лисайя копался в данных.

— Это очень странно, такой внезапный скачок, — бубнил тот себе под нос. — Подойди-ка обратно.

Корте не двинулся, но заместитель насильно толкнул его вперед. И вновь красный цвет и противный звук от медкапсулы.

— Как любопытно, — протянул Лисайя, когда Тай снова отошел, а приборы успокоились.

— Объясни, что происходит?

— Ты воздействуешь на нее, — догадался Эш Мас.

Таймарин резко обернулся к нему.

— Нет!

Он бы такое заметил.

— Да, — не согласился Лисайя. — Определенно, ты заставляешь девушку вырабатывать гормоны, которые ее организм не усваивает. Отойди-ка подальше, пожалуйста, пока я кое-что проверю.

Полковник Корте подчинился, отходя почти к выходу из отсека. Он всегда чувствовал, когда его сенсоры начинали испускать более сильные волны, чем обычно. Да он постоянно этим пользовался, чтобы затащить Лин в постель! Неужели сейчас новые блокираторы настолько влияли на его ощущения, что Тай перестал контролировать даже свое воздействие? Ведь это первое, чему учат мальчиков-архонцев.

Курианец тем временем открыл защитный купол над капсулой и электроскальпелем разрезал рукав комбинезона Лин. Осторожно подхватил женскую руку и поднял ее выше, рассматривая локоть.

— Они ведь не так должны выглядеть, верно? — первым отреагировал Эш Мас, закрывая Таю обзор.

— Совсем не так, — подтвердил Лисайя.

Тай сделал шаг в сторону, чтобы увидеть то, что видели остальные: наросты Лин, точнее, их полное отсутствие. Вместо них оставались лишь округлые следы, как было всегда, когда архонка прятала свои сенсоры вглубь тела. Но в нормальном состоянии кожа должна была оставаться чуть более темной с тонким разрезом посередине.

На теле Линнеи никаких разрезов не было. Были лишь круги очень бледного серого цвета — точно на местах наростов.

— Она их удалила? — предположил Эш Лиас.

— Не уверен, — покачал головой курианец. — Таймарин, подойди, только очень медленно, шаг за шагом.

После первого ничего не произошло. Корте выждал пару секунд и сделал еще два. Шрамообразная кожа на руках Линнеи слегка натянулась. Еще одно движение вперед, и бугры стали значительно больше.

— Все, хватит, — Лисайя даже руку выставил, останавливая полковника.

Но тот и сам не мог больше сделать ни шага, потому что понял все раньше, чем врач это озвучил.