Его звали Тони. Книга 11

Глава XII

Знаете, что интересно? Все жители этой «деревушки» остались на своих местах. Полностью и абсолютно охреневшие от внезапного поворота событий, но как быстро выяснилось — готовые к беседе.

Кем они были? О, вы не поверите. Офисными служащими. Ехали на тимбилдинг, влетели в облако тумана, а потом вдруг оказались на лугу. Растерявшийся водитель не смог вырулить и техника впаялась прямо в дерево. Где и осталась — они мне даже ржавый остов показали. Мол, посмотрите на чём наши предки сюда добрались.

Да, вы не ослышались — предки. Из первого состава в живых осталась только одна бабуля, которая почти не могла ходить. Всё же условия для жизни у них были далеки от великолепных. Так что сейчас я говорил со вторым и третьем поколением. А по лагерю весело бегало четвёртое. Крича что-то там о смерти гоблина.

Почему племя оказалось под властью Фоти? Он вышел к ним на второй или третий день после аварии. Вооружённый, залитый кровью и готовый убивать. К тому моменту у них сложились две группы, которые конкурировали за власть. Ушастый хладнокровно застрелил лидеров каждой из них. И «принял командование на себя».

В мире этих людей, никаких гоблинов и орков не было. Из-за чего власть ушастого изначально восприняли в штыки. Не раз и не два попытавшись его убить. Но каждый раз тот расправлялся с противниками и оставался в живых. В конце концов полностью утвердив свою власть.

О потенциальном выходе они знали. Дважды им пользовались те, кто хотел сбежать. Рассчитывая найти выход из ловушки в которой они оказались и веря, что где-то там он есть. Правда больше о них никто не слышал.

Печально, на самом деле. Зато немного прояснилась ситуация с ролью Фота во всей этой истории. В первые дни он был весьма словоохотлив и рассказывал о своих злоключениях всем, кто интересовался. Некоторые эти данные благополучно сохранили. Передав из уст в уста.

Свенги убедили гоблина самостоятельно нанести на себя метки. Мол, якобы это поможет защититься от моего воздействия через астрал. Не самая умная теория. Однако и Фот был лишь напуганным коротышкой, который пытался сбежать. Находясь в максимально стрессовой ситуации.

В общем, он полностью добровольно и веря в успех, вырезал на себе какие-то символы. Потом к процессу подключились шаранцы. Вот тут версий было много и разных, но судя по всему, они провернули что-то дополнительно. В итоге создав комбинацию, которая лишила академию защиты.

Не знаю, как именно они это сделали, но что-то подсказывало — подтянули какую-то нестандартную энергию. Которая вступила в реакцию с моим букварём. Из-за чего получилось именно то, что мы все сейчас наблюдаем.

Ещё один момент, который удалось выяснить — сюда Фот попал сразу после того, как расстался со вторым свенгом. Сбежал от него, выйдя из под контроля после гибели первого шаранца.

Поэтому, прямо сейчас мы снова шли по следу гоблина. Только теперь — в обратном направлении.

В бизнесе это называется «обратный инжиниринг». Берёшь готовый продукт — в данном случае живого гоблина, который как-то сюда добрался — и восстанавливаешь технологическую цепочку. Идти по входящему следу безопаснее, чем прокладывать новый. Как гарантия от производителя — если мелкий ушастый засранец здесь пролез и не сдох, значит маршрут проходим.

Забавно, к слову, если уж на то пошло. Здесь его следам всего несколько часов. А внутри того закутка прошло больше пятидесяти лет. Этак, пока мы выйдем из здания академии, внутри уже сменится ещё одно поколение. А то и сразу два. Знаете — очень странно осознавать, что можешь вернуться через несколько часов и застать недавних собеседников глубокими стариками.

Астрал в коридорах стал более вязким. Стоило выбраться из лесного «кармана» — и вот тебе привычные помехи. Однако держать погружение я всё равно мог намного дольше, чем раньше.

Место, где Фоти оторвался от свенга, мы нашли минут через сорок.

Два следа. Один — гоблинский и более тонкий, по которому мы пришли. И второй куда крупнее. Идущий совсем в другом направлении.

Что здесь произошло — непонятно.

Стена справа оплавилась. Представьте, что взяли кусок ледяного сливочного масла и прижали раскалённую монету. Гранит потёк жирными, стекловидными наплывами. Температура, при которой плавится камень, начинается где-то за тысячу градусов вроде бы. В любом случае — должно быть дохрена. Что здесь произошло? Обычный огонь такого не сделает.

— Тут кого-то капитально рихтанули, — Гоша подошёл ближе, поводя носом. Потрогал потёк на стене, отдёрнул палец. — Пахнет химикатами какими-то. Как будто аккумулятор в кислоту уронили.

След орка уходил в боковой коридор. В отличие от этого помещения, полностью целый.

Один ярус. Второй. Третий. Архитектура менялась с каждым уровнем. Штукатурка и смешения с советским центром исчезли, обнажив кирпич. Потом пропал и кирпич. Стены стали монолитными — серый камень, плавно переходящий в породу. Сколько же здесь уровней? Где мы вообще сейчас?

Вот уже четвёртый спуск. Каждый ярус — метров пять-семь. Итого — двадцать пять, может тридцать метров ниже того уровня, где мы убили Фоти. А лес был уже глубоко под академией. Мы на глубине, где должна быть порода. Фундамент города. Интересно, оно на самом деле так спроектировано или это из-за возникшей тут аномалии.

— Глубоко, — буркнула Арина, посветив фонарём в провал лестничного пролёта. — Вайб меняется. Тут уже натуральный данж.

Мой желудок издал звук, похожий на рык медведя, которого разбудили в феврале.

— Шеф, ты бы хоть шоколадку заточил, — посоветовал Гоша.

— Откуда, — глянул я на него. — Единственную, которая нам попалась, сожрал один голодный гоблин.

Даргский метаболизм всем хорош и великолепен. Кроме объёма еды, который требуется для поддержания организма в нормальном состоянии.

След орка свернул в ещё один зал. Хм. А он ведь яркий совсем. Как будто он был тут буквально только что.

Ого! А это что за херня такая? Натуральный короб из чёрного камня в дальнем углу зала. Выглядит, как единый монолит. Внушительно так. Привлекает внимание. Настолько, что я не сразу заметил две фигуры, которые стояли рядом.

Та, что справа, была орком. Свенгом. Или тем, что от него осталось.

Левая рука — конструкция из тёмного матового металла. Вросла. Металл переплетался с мышцами, уходя под кожу. Левая нога — такой же протез. Да и с телом что-то непонятное. Сквозь прорехи виднелись участки, где кожа сплавилась с пластинами. Как будто его окунули в расплавленный металл. И он выжил.

Лицо — в ожогах и шрамах. Один глаз живой, жёлтый, с вертикальным зрачком. Полный холодной, рассудочной злости. Второй — мёртв. Мутный белок, затянутый плёнкой. Что с ним сделало ЭТО? Как? И когда? Я всю дорогу шёл по следу и точно могу сказать — он нигде не задерживался. Разве что дело было в том самом месте, где они разошлись с Фотом. Возможно там свенга затянуло в такой же «пространственный карман» и выбросило оттуда через какой-то промежуток времени, уже таким. В любом случае — выглядел он сурово.

Как и стоящая рядом с ним женщина. Знаете, к ним у меня есть особенная слабость. Особенно к сиськам и жопам, как вы успели заметить. Только вот в данном конкретном случае — присматриваться не хотелось.

И дело бы не в количестве одежды. Женщина была почти полностью голой. Только какой-то обрывок ткани промежность прикрывал и всё. Сиськи вон тоже стоят. Сочные, прям.

Тем не менее, пялиться на них не хочется. Слишком уж странным смотрится всё остальное.

Половина головы лысая, покрыта коркой тускло-серого металла. Вторая половина — жёсткие чёрные волосы, которые стоят вертикально. Как иглы дикобраза.

Замерла неподвижно. Руки вдоль тела. Взгляд полностью чёрных глаз — в никуда. По крайней мере такое ощущение. Она вообще видит нас? Или ей просто указали направление — и вот она стоит?

Я на секунду погрузился в астрал. Фонило от неё так, что можно натурально охренеть.

— Чё за цирк уродов? — голос Гоши прозвенел в тишине зала. — Эй, металлолом! Ты кто такой? Я тут инспекцию провожу, а у тебя лицензия на уродство просрочена!

— Крипово, — тихо добавила Арина, не отрывая взгляда от женщины. — Как портфолио режиссера артхаусных ужастиков.

Свенг выдохнул. Сверкнул живым глазом.

— Мельт Л" арофф, — сказал он. Голос под стать внешности. Глухой и тяжёлый. — Последний из семьи Л" арофф. Ты не остановишь меня дарг.

Честно говоря я думал, они наёмники. В смысле им кто-то солидно заплатил, чтобы добраться до цели. Но голос у этого типа звучал так, как будто речь шла о чём-то исключительно личном.

— Зачем ты здесь? — поинтересовался я напрямую. — Какого хрена вы вообще полезли в это здание?

Секунду посмотрев на меня, он скривил непонятную гримасу.

— Вы не знаете, что такое Медный Яр, — в голосе шаранца звучала ярость. — Думаете, Мгла везде одинаковая.

Пауза. Металлическая нога тяжело лязгнула о камень, когда орк переступил с одной на другую.

— В Яре она другая, — не та, к которой мы все привыкли, — он чуть сдвинулся в мою сторону. — Мы думали справимся. Заключили контракт. И сдохли. Почти все кроме меня с братом.

Неожиданно. Выходит это не заказ со стороны. Он сам ищет здесь что-то. Для себя любимого.

— Звучит печально, — признал я очевидный факт. — Правда непонятно, как с этим связана академия?

— Город нужно уничтожить, — тут же ответил Л" арофф. — Полностью. Со всеми, кто там живёт. Залить кровью верхние кварталы. Сделать так, чтобы никто не мог больше касаться их Мглы.

Он повернулся, ткнув металлическим пальцем на чёрный куб за спиной.

— Внутри — оружие, — отчеканил орк. — Я должен его забрать.

Оружие в подвалах академии Совалова. Которое один покалеченный шаранец собирался использовать, чтобы стереть с лица земли целый город. Где-то на этом месте здравый смысл должен был поднять красный флаг. Чутьё бизнесмена, который видит сделку с отрицательной доходностью, вопило сиреной. Фанатик, искренне верящий в правоту своего дела и отрицающий любые рациональные доводы, — самый опасный тип оппонента. Его нельзя запугать. С ним бессмысленно торговаться.

— Л" арофф, — сказал я. — Эта академия уже развалилась на куски из-за того, что мы устроили игру с вещами, которые лучше не трогать. Уверен, что хочешь вытащить ещё одну непонятную хреновину и уничтожить целый город?

— Семья мертва, — дёрнул правым плечом свенг. — Если умрёт весь остальной мир, я не расстроюсь.

Аргумент. У меня не было ответа, который бы его перекрыл. Однако и отпускать орка с неизвестным оружием — такой себе план. С какой стороны ни посмотри — паршивый.

— Может обсудим? — второй раз за сегодня я сделал попытку начать переговоры. — Поговорим про этот ваш Медный Яр. Возможно есть иные способы.

— Нет, — качнул головой Л" арофф и повернулся к женщине рядом с собой. — Не поговорим. Лира — убей его. Прикончи их всех!

Женщина сорвалась с места без разгона. Только что стояла статуей — и вот уже летит через зал смазанным пятном.

Однако, у даргов реакция тоже отменная — я метнул диск почти сразу. Рефлекторно, на опережение. Серебристый круг свистнул в воздухе.

Звук, будто ломом ударили по рельсу. Диск полоснул по правому боку, прорезал плоть — и отскочил от чего-то твёрдого внутри. Рикошет. Что у неё там внутри?

Крови почти не было. Пара капель. Боль её похоже тоже не волновала.

Диск вернулся в мою левую руку. Правая вытащила меч. А Лира уже была совсем рядом

Вблизи — хуже. Обе ноги от бёдер — металл. Тускло-серый, матовый, сочленённый с остатками плоти. Правая часть грудной клетки отсутствует — вместо рёбер пульсировал клубок чего-то механического. Позвоночник — сплошной металлический штырь. От живого создания в ней осталось совсем немного.

Она ударила. Открытой ладонью. Я успел подставить меч. Ни хрена себе у неё удар! Руки загудели, клинок завибрировал. Как будто я не с женщиной столкнулся, а с гидравлическим прессом.

Снова атакует. Молча. Без криков. Идеальная машина для убийства, чтоб её.

Арина смещается влево. Короткие очереди прямо в голову. Лира игнорирует. Делает выпад. Бьёт собственными руками, но этого хватает. Там тоже везде металл — клинок их не берёт.

Ухожу в сторону. Рублю мечом. Сталь врезается в плечо — скрежет, искры, клинок застревает в металлической ключице. Выдираю рывком.

Она бьёт как молотобоец. Удар-удар-удар. Каждый следующий быстрее. Разогревается? Калибруется? Или просто у неё тактика такая? «Бешеный носорог на выгуле».

Арина опять стреляет. Пули рикошетят от металла.

Лира пытается дотянуться до Арины. Успевает ударить по автомату, который вылетает из рук. Провести вторую атаку не успевает — я пинаю её в бок, отбросив на несколько метров назад. Веса в этой суке тоже немало, но меньше чем во мне.

Через секунду она уже мчится на меня. Снова обрушивает град ударов кулаками.

— Жри свинец, чучело паяное! — вопит Гоша и высаживает целый магазин по коленям. — Чё за попадалово такое! Сначала призрак. Теперь вот это — пули ВООБЩЕ отскакивают! Я отказываюсь работать в таких условиях!

Логично отчасти. Я бы даже сказал справедливо — непонятно как справиться с врагом, которого не берёт даргская сталь.

В следующую секунду погружаюсь в астрал. И быстро понимаю, что ничего не выйдет. Её духовная ткань проходит исключительно через металлические компоненты. Настолько плотная, что её не подцепить. А подтянуть сюда Астральный План я банально не успею — слишком мало будет времени на обработку.

— Шеф! Корявый к коробке хромает! — заорал Гоша. — Валить шмаглину надо!

Краем глаза — Л" арофф. Ковыляет к монолиту. Ему нет дела до этого боя. Свенг пришёл за оружием.

В воздухе мелькает магниевая шашка. Прилетает точно в грудь Лиры. Белая вспышка, шипение. Та отскакивает в сторону. Снова переходит в наступление.

Она реально неубиваемая. Надвигается. Медленно. Неотвратимо. Как асфальтоукладчик.

Ладно. Хорошо. Посмотрим, как это нечто переживёт «ядерную бомбу».

Отступив, парирую новый удар. Выхватываю левой рукой металлическую карту с острыми краями. Метаю.

Та входит в плоть живота. А Лира даже не смотрит вниз. Снова пытается меня достать.

Секунда. Ещё несколько. Арина методично стреляла из пистолета. Гоша перезарядился и снова бил по ногам. А потом внутри Лиры загорелось.

Сначала тускло. Уголёк в золе. Потом ярче. Ещё. Раскалённое оранжевое свечение пробилось сквозь кожу сквозь металл. Я сам не был уверен, как это работает, так что на всякий случай отскочил подальше.

Женщина остановилась. Опустила взгляд. Сунула металлические пальцы себе в живот, разрывая мясо. Попыталась достать источник жара.

Вытащила руку. Точнее — то, что от неё осталось. Кисть оплавлена. Трёх пальцев нет — металл потёк бесформенными каплями на пол.

Противница смотрела на то, что осталось от руки.

Впервые на этом бесстрастном лице проступило что-то человеческое. Удивление. Всего на секунду. Потом она открыла рот и вместо крика оттуда вырвался сноп искр.

Колени подогнулись. Позвоночник державший всю конструкцию, потёк каплями. Тяжёлыми и звучно шлёпающимися на камень. Черепная пластина осела. Импланты плавились на глазах. Плоть испарялась.

Мгновение и она рухнула грудой расплавленного металла.

— Чисто, — констатировала Арина, опуская пистолет.

Вот и всё. Использовал подарок Потапа. «Ядерную бомбу» размером с кредитку. На одну женщину, которая когда-то была человеком.

Скрежет камня заставил обернуться.

Л" арофф. Стоял у монолита. Вход уже открыт — перед ним был пустой проём.

Метать с такого расстояния диск, я не стал. Вместо этого кинулся вперёд сам. Готовясь обрушиться на свенга и смести его. Не знаю, что с ним случилось здесь и сочувствую из-за погибших родных. Но выпускать его отсюда с хреновиной непонятной мощи, я не собирался.

Тот развернулся. Обнажил собственный меч. Встал в стойку.

И тут из темноты монолита что-то вылетело. Маленькое. Серое. Невероятно быстрое.

Приземлилось прямо на голову Л" ароффу.

Когти прошли вниз. Через лицо, шею и грудную клетку. Одним движением. Как раскалённая проволока через масло.

Свенг распался на две вертикальные половинки. Которые с одинаковым мокрым звуком рухнула на пол.

Комок спрыгнул с того, что осталось от плеча. Мягко приземлился на камень. Сел.

Кот. Абсолютно лысый. Уши чуть больше обычных. Глаза — полностью невозмутимы. Зевнул, показав пасть, полную мелких игл. И принялся невозмутимо вылизывать заднюю лапу.

Издеваетесь, да? ЭТО — то, ради чего Л" арофф сюда пёрся?

Я стоял с мечом наготове. Гоша — с пистолет-пулемётом и открытым ртом. Арина — с пистолетом, направленным на кота.

Тишина. Только звуки кошачьего языка.

Гоша подошёл. Встал рядом. Опустил ствол. Посмотрел на две половинки свенга. На кота.

— Шеф, — спросил гоблин задумчиво. — А его погладить можно? Или он меня тоже распополамит?