Частный детектив второго ранга. Книга 3

Глава 23

— Госпожа Бергер, это правда, что вы на этой неделе съезжаете? — Надя вздрогнула и обернулась. Она всё никак не могла привыкнуть к тому, что теперь её фамилия — Бергер. Неподалёку стоял молочник, приносивший им каждое утро свежие молочные продукты. Он вопросительно смотрел на неё, и Надя, улыбнувшись, ответила:

— Да, это правда. Но я пока наш новый адрес никому не давала, хотя надеюсь, что вы будете продолжать снабжать нас молочком. Уж больно оно у ваших коровок хорошее, — она говорила, поднимаясь на крыльцо и берясь за ручку двери.

— Ну так, конечно, — молочник тут же расплылся в улыбке. Терять клиентов не хотелось, но раз они с переездом не собираются от его продуктов отказываться, так это совсем другое дело. — Я же весь Дубровск каждое утро объезжаю. Несмотря на любую непогоду. Так когда адресок скажете?

— Послезавтра, когда уже окончательно с днём переезда определимся, — ответила Надя, забрала у него довольно тяжёлую сумку и вошла в дом.

Она выбегала ненадолго в типографию, у Сергея закончились кое-какие бланки, и нужно было пополнить запас, но даже этого короткого времени хватило, чтобы к мужу пришёл посетитель. Из-за двери офиса раздавались мужские голоса, и Надя невольно замедлила шаг, прислушиваясь, о чём они говорят.

— Просто подпишите дополнительное соглашение, — голос Сергея звучал непривычно раздражённо. В нём даже начали проскальзывать рычащие нотки, напоминая и его собеседнику, и Наде, что полнолуние уже близко.

— Да почему я должен подписывать что-то кроме того соглашения, в котором вы берётесь выяснить, кто же виновен в гибели моей Настеньки? — голос Дмитрия Доскова Надя узнала бы из тысячи. Услышав в нём привычные истеричные нотки, она поморщилась: ну что за несдержанный человек!

— Потому что вы меня не предупредили о возможной причастности к вашему делу незарегистрированного призрака! — рявкнул Бергер. — Вы вообще понимаете, в какое положение могли меня поставить, если бы я вовремя не обнаружил это обстоятельство? Такими делами имеют право заниматься исключительно детективы второго ранга, и вам это прекрасно известно!

— Ну, почему вы уверены, что к пропаже кольца и к смерти моей невесты имеет отношение это привидение? — пробормотал Досков, и Надя даже сквозь дверь услышала, как у Сергея скрипнули зубы. Наверняка его глаза сейчас полыхали желтоватым огнём, указывая на то, что Бергер не человек.

— Вы сейчас надо мной издеваетесь, господин Досков? — Бергер внезапно успокоился и теперь говорил холодно. — В таком случае я настаиваю на расторжении договора…

— Сергей Владимирович, ну зачем вы сразу вот так-то? — Досков засуетился. — Что за дополнительное соглашение я должен подписать?

— Что вы не против того, чтобы детектив второго ранга присутствовал при ведении этого дела в качестве консультанта, — всё также холодно ответил Бергер. — Я знаком с Громовым, и Андрей Михайлович уже обещал помочь мне во всём разобраться.

— Хорошо-хорошо, давайте ваше соглашение, — пробурчал Досков. — Только я сомневаюсь, что вы начнёте что-то делать до традиционного бала у Беркутовых. Слишком мало времени осталось.

— Я и не собираюсь ничего делать до этого бала, — ответил ему Сергей. — За это время я подготовлю полноценный отчёт, да и ваш бешеный призрак немного успокоится.

Они стали говорить тише, и Надя встрепенулась и быстро направилась к кухне. Надо ещё обед приготовить, да продолжить вещи собирать. Тот дом, который Сергей приобрёл по рекомендации Громова, просто чудесный, а ещё скоро она увидит Блуждающий замок. И Надя, улыбаясь, принялась выкладывать продукты на стол, поставив коробку с бланками у порога. Главное, чтобы это простенькое на первый взгляд дело не оказалось ещё опаснее.

— Я так и знал, что мерки будут некорректные, — заявил Выхристин, обходя меня по кругу. Оба его подмастерья меня быстро раздели, и теперь я стоял посреди гостиной в одних трусах и старался не поворачивать голову вслед за мечущимся портным. — Всё-таки костяк оборотня массивнее, чем у человека. Несмотря на то, что Олег Яковлевич довольно стройный и гибкий мужчина, плечи у него немного шире, да и руки чуточку длиннее.

— Просто Олег Яковлевич много времени проводит в тренировках, истязая плоть, чтобы совершенствоваться в воинских умениях, — язвительно ответил я на его реплику. — Я же человек больше умственного труда, а мои физические упражнения заключаются в беге.

— В каком беге? — Выхристин остановился напротив меня и принялся озадаченно рассматривать лицо.

— В основном по кругу, — пояснил я, поднимая руки, когда меня об этом тихо попросил один из помощников портного. Наверное, это был тот самый, который иголки рассыпал, потому что он не решался на меня смотреть, постоянно разглядывая пол. Мне даже интересно стало, а как он вообще меня измерять будет, или что он там делать собрался. — Как сумасшедшая белка, — добавил я после почти минутной паузы, а Выхристин только покачал головой, щёлкнул пальцами, и к нему подскочил второй помощник.

Они начали прикладывать ко мне части будущего костюма и сшивать прямо на мне. Работали быстро и сноровисто, закончив меньше чем за час.

— Вам нужно полностью заняться своим гардеробом, — напоследок заявил Выхристин. — Ваши вещи… Нет, они очень хорошего качества, но видно, что сняты с чужого плеча. У меня сейчас есть все ваши истинные мерки, поэтому…

— Я вам сообщу о своём решении, когда вы привезёте готовый костюм. Вы ведь сами его привезёте? — спросил я, натягивая штаны и заправляя в них рубашку.

— Разумеется, чтобы убрать сразу же все погрешности, если таковые обнаружатся, — чопорно ответил портной и махнул помощникам рукой в сторону выхода. — Всего хорошего, Андрей Михайлович.

— И вам не хворать, — пробормотал я задумчиво, глядя на закрывшуюся дверь. — Так, я, похоже, ещё поесть успеваю.

В столовой присутствовали все, кроме меня и Ирины. Идя к своему месту, я внезапно поймал себя на мысли, что начинаю привыкать есть именно в столовой, и изредка в кабинете, а не на кухне. Да, Андрюша, к хорошему можно привыкнуть очень быстро, как бы отвыкать не пришлось.

— Примерка прошла удачно, Андрей Михайлович? — спросила баронесса, когда я сел во главе стола и бросил на колени салфетку. Тоже непривычный поначалу жест, который у меня получается теперь автоматически.

— Да, вполне, — я внимательно посмотрел на неё. Князева не выглядела слишком расстроенной, так что, скорее всего, с Ириной ничего страшного не произошло. Но я решил всё-таки уточнить: — Как дела у Ирины Ростиславовны?

— Небольшое магическое истощение, — Тамара Ивановна пожала плечами. — Все мы проходили через подобное, слегка не рассчитать сил при решении интересной задачи — это очень естественно, особенно в молодости, — и она улыбнулась. — Из-за своей глупости Ирина вынуждена пропустить свой последний обед в этом чудесном замке.

— То есть, вы решили не откладывать поездку, и к завтрашнему утру ваш экипаж должен быть готов? — уточнил Воронов, откладывая вилку.

— Не вижу необходимости что-то откладывать. В конце концов, Ирина не умирает, а восстанавливать силы вполне можно и в родном доме, — довольно сухо ответила баронесса и вновь посмотрела на меня: — Пользуясь случаем, хочу поблагодарить вас, Андрей Михайлович, за то, что предоставили нам приют в такое непростое для нас время.

— Это большой замок, Тамара Ивановна, — спокойно ответил я. — Предоставить вам пару комнат было нетрудно.

За столом воцарилась довольно напряжённая тишина. Все молча ели, но в конце концов Воронов не выдержал и обратился ко мне:

— В шахте и на близлежащей территории, включая завод по переработке руды, начался ремонт. Бригады уже прибыли и начали первые приготовления.

— Это хорошая новость, — я кивнул и отодвинул тарелку. Есть больше не хотелось, и я собирался уйти, чтобы не смущать остальных своим присутствием. — Что-то ещё?

— Да, защита, — Воронов задумался, а потом посмотрел мне прямо в глаза. — Вы знали, что на шахте не было защиты? Вообще никакой?

— Что? — я моргнул. — То есть, как это не было защиты?

— А вот так, — Илья вздохнул. — Я прошу разрешения начать расчёт оборудования для установки полноценного стационарного купола, охраняющего периметр. Кроме того, я намереваюсь включить элементы защиты в самой шахте, но здесь только общие положения: защита от обвалов, улучшение прочности несущих конструкций и тому подобные вещи.

— Поговори с Дерешевым, нужно не просто купол установить, а организовать полноценную охранную систему. Всё-таки в шахте не просто песок добывается, да и на заводе проверь, чтобы всё соответствовало, — мрачно добавил я, даже не пытаясь прикидывать, во сколько мне это обойдётся. Надеюсь, в скором времени прибыльный контракт получу, чтобы по миру не пойти, пытаясь восстановить довольно приличный источник постоянного дохода.

— Хорошо, так и сделаю, — ответил Илья, а я встал из-за стола.

— У меня много дел, так что я вынужден вас покинуть, — коротко поклонившись, я направился к выходу из столовой.

На самом деле дел у меня было не так чтобы много, я просто хотел уйти. В холле меня встретил Валерьян.

— Где Савелий? — спросил я дворецкого, оглядываясь по сторонам, рефлекторно поёжившись, ожидая очередные вопли о том, как несправедлива жизнь и бедного котика окружают одни козлы.

— По-моему, он направился к складу, — ответил Валерьян. — Правда, понятия не имею, что он там постоянно делает.

— Гречку караулить, — я усмехнулся, глядя, как у дворецкого слегка вытянулось лицо. — Савелий сказал, что кто-то гречку ворует, а ты не знал? — Савинов медленно покачал головой. — Ну вот, теперь знаешь.

— Это всё очень странно, — произнёс наконец Валерьян и протянул мне объёмный конверт. — Вот, это вам принесли от Волкова.

— Быстро он, — я выхватил конверт и устроился на диване, погрузившись в чтение отчёта о вскрытии Ксении.

Это было действие отсроченного проклятья. Девчонка, похоже, даже не подозревала, что от неё хотели вот так избавиться. Никаких клятв она не давала, договоры не подписывала, поэтому заказчик воспользовался таким вот способом. И да, активатором послужило острое желание сдать его, чтобы не отправиться на виселицу в одиночестве, максимум в компании остолопа охранника.

— Ну что же, примерно так я и думал, — свернув отчёт, я дошёл до офиса и бросил его на стол к уже стоявшему там прибору для считывания ауры, нескольким распечаткам и протоколами допросов. — Так, пойду-ка я переоденусь, а то в рубашке как-то не слишком комфортно. В конце концов, я дома! А потом постараюсь составить полноценный отчёт для Князева, чтобы завтра передать его с баронессой.

Поднявшись на второй этаж, я за каким-то хреном повернул не налево в хозяйское крыло, а направо. Остановившись перед комнатой Ирины, долго стоял, не решаясь войти. Ну о чём мы будем с ней разговаривать? И зачем это нам нужно? Но зайти и поговорить хотелось, и я поднял руку, чтобы постучать, как где-то на первом этаже раздался страшный грохот, а потом до меня донеслись чьи-то вопли и завывания кота.

— Не судьба, — пробормотал я, бросившись к лестнице и спускаясь вниз, прыгая через две ступеньки. Ко мне навстречу выбежал из бокового коридора Валерьян, а я заорал: — Да что ещё могло произойти? Откуда эти звуки?

— Не могу знать, Андрей Михайлович, — Валерьян на мгновение задумался и выпалил: — Звуки раздаются со стороны одного из складов. Да, точно, оттуда.

Я его уже не слышал, бросившись к складу с проклятой гречкой. Раз Савелий надрывается, значит, что-то именно на том складе произошло. Я ворвался на злополучный склад, и на меня сразу же обрушился вопль:

— Андрюша! Я поймал этого гнусного вора, мечтающего, чтобы мы умерли от голода и холода, побираясь под мостами…

— Под мостами трудно побираться, — перебил я его. — Там мало кто ходит, поэтому даже теоретически невозможно выпросить пару монет на корочку хлеба.

— Не придирайся к словам, Андрюша, — продолжал говорить кот, правда уже менее импульсивно, прыгая на спине у лежащего на полу и громко матерившегося Аполлонова. — Ты только посмотри, кого мне удалось поймать на месте преступления! А ведь по виду такой хороший человек, профессор! И гречку ворует, гад!

— Сава, ты сейчас раздавишь Всеволода Николаевича, и мы никогда не узнаем, почему он решился на столь странный поступок, — я схватил Савелия на руки, открыл дверь и выкинул кота со склада, после чего помог подняться Аполлонову.

— Почему Хранитель набросился на меня? — мрачно спросил профессор, отряхиваясь и глядя исподлобья.

— Он решил, что кто-то ворует гречку, и устроил засаду. И вот вы в эту засаду попались, — я развёл руками. — Ну а если не секрет, зачем вам гречка?

В дверь в это время ударили так сильно, что она содрогнулась, но выдержала. Я только глаза закатил и присел прямо на мешок с гречкой.

— Я ворую? — Аполлонов уставился на меня. — Да как такое могло кому-то в голову вообще прийти? Мне нужно было чем-то кормить моих лабораторных крыс, и я спросил у нашего дворецкого. Он указал мне на этот склад и сказал, что пусть они даже всё сожрут, переживать никто не будет… — он замолчал, а потом осторожно добавил: — Вообще-то, они у меня на специальной диете, но корм закончился, и вот…

— Господи, — я потёр лоб. — В первый раз вам разрешил Савинов, он имеет на это право. Потом вы начали приходить сами, вот замок и пребывал в замешательстве. Ну а Савелий просто очередную истерику на ровном месте решил закатить. Мне иногда кажется, что он так развлекается. Всё-таки Хранитель является ровесником этого замка и видел, наверное, в своей жизни всё. Ему даже Марка Минаева удалось пережить, так что да, Сава просто развлекается.

— Я не закончил, — вздохнул Аполлонов. — Не знаю, что произошло с этой крупой, возможно, где-то здесь на складе есть выход энергетической жилы, но у моих крыс начали проявляться странные свойства… В общем, я решил продолжить кормить их этой гречкой и понаблюдать.

— Надеюсь, ваши крысы не выберутся и не захватят в итоге замок? — настороженно спросил я, поглядывая на гречку с интересом.

— Ну что ты, Андрей Михайлович, конечно же, нет, как ты вообще мог о таком подумать? — возмутился Аполлонов и принялся более интенсивно чистить костюм.

— Да, что-то подумалось, — я усмехнулся.

Наверное, надо распорядиться вводить гречку в рацион, ну, скажем, три раза в неделю. Не только же крысам развиваться, хоть и странно. К тому же мои слуги год её жрали, вроде бы ни хвостов, ни копыт не отрастили. И терзают меня смутные сомнения, что проявления моего то ли дара, то ли чего-то похожего, связано с тем, что я эту же гречку довольно долго вынужден был есть. Ладно, она полезная, хуже от неё точно не будет.

— Ну что, Андрей, раз это недоразумение разрешилось, может быть, пройдём на полигон? — спросил Аполлонов, прекратив отряхиваться. — Ты посмотришь, как мы с Олегом Яковлевичем всё там устроили, и мы попробуем составить план наших занятий. Сам понимаешь, тянуть уже дальше никак нельзя.

— И что мы будем делать в первую очередь? — идти никуда не хотелось, и я поудобнее устроился на мешке.

— Сначала попробуем пробудить огонь. Это сделать проще всего, когда огонь бежит по каналам — это всегда очень ярко ощущается, — начал объяснять профессор менторским тоном. — А дальше всё будет зависеть от твоей способности выпускать эту энергию на свободу.

— Я буду учиться зажигать свечки? И для этого нам нужен полигон? — спросил я скептически, вспомнив, как читал в сказках про малолетних магов, которые свечки зажигали, когда только-только учились ощущать свой дар.

— Андрей, я не понимаю, ты хочешь сразу пробовать уровень выпускного экзамена в магистратуре магического университета осваивать? — Аполлонов моргнул, глядя на меня с недоумением. — Чтобы зажечь даром свечу, нужно настолько тонко чувствовать все нюансы своего дара, уметь настолько тонко манипулировать тончайшими нитями энергии, что большинство магов подобной показухой не пользуются, предпочитая спички! Конечно, если ты хочешь произвести впечатление, тогда да, тогда зажигай, ещё и пальцами щелкай для усиления эффекта. Только если сожжешь полдома, не жалуйся, что я тебя не предупреждал!

— Эм, — протянул я, выпрямляясь. — Похоже, у меня просто неверное представление о даре и всём, что с ним связано.

— Да, похоже на то, — Аполлонов поджал губы. — Пойдём на полигон, и ради всего святого выброси эту феноменальную чушь из головы. Свечки он даром зажигать захотел, надо же, — и он вышел со склада, покачивая головой, и мне ничего не оставалось, как сползти с мешка и направиться за своим теперь уже учителем.