Частный детектив второго ранга. Книга 3

Глава 20

Дерешев вышел из казармы и направился прямиком к конюшне. Илья Воронов как раз находился там. Он седлал коня, явно собираясь куда-то уезжать.

— К шахте нужно съездить, — пояснил он, отвечая на невысказанный вопрос начальника охраны. — Туда ремонтная бригада должна сегодня заезжать, нужно всё самому проверить, чтобы потом перед Громовым не стоять, опустив глаза в пол, как девица на выданье.

— Тебе охрану выделить? — спросил Олег серьёзно.

— Думаешь, могут быть какие-то проблемы? — Илья задумался. Угроза могла быть реальной, ранение Дерешева было тому подтверждением, но всё же он не думал, что на него нападут. Хотя сейчас управляющий не был ни в чём уверен.

— Не знаю, — честно ответил Олег. — Та группа прощупывала нас. Не факт, что нет ещё одной. И мы до сих пор не знаем, кто был заказчиком. Не удивлюсь, если это действительно маршруты передвижения графа Макеева отслеживали.

— Тогда я, пожалуй, откажусь. У тебя слишком мало бойцов, чтобы ещё мне кого-то выделять. Когда расширять службу будешь? — Илья ухватил своего жеребца под уздцы и направился к выходу из конюшни.

— Надо уже начинать, — Олег остался стоять перед дверьми, перегораживая выход. — Пока через знакомых слух пустил, что мне вроде бы люди требуются. Посмотрим, кто попытается прийти. В любом случае здесь, в Блуждающем замке, слишком суровая клятва приносится, я таких ещё нигде не встречал. Идиотов и любителей лёгкой наживы точно отпугнёт. Смотреть буду, что ещё мне остаётся.

— А что Громов говорит? — Воронов остановился рядом с Олегом. Его жеребец переступил с ноги на ногу и всхрапнул.

— Говорит, чтобы я его не грузил. Он, мол, в этом ничего не понимает и доверяет профессионалу, — Дерешев потёр шею. — Только вот врёт Андрей, всё он понимает, но по какой-то причине валенка из себя изображает.

— Почему ты так думаешь? — Илья нахмурился.

— Потому что он, оказывается, маг, а нас всех убеждал, что это не так…

Он не успел договорить, потому что в конюшню вбежал Аполлонов. Он услышал последнюю фразу Дерешева и поспешил ответить:

— Не мелите чушь, Олег Яковлевич. Андрей Михайлович не маг, и говорил он абсолютную правду.

— Но он владеет магией? — Олег повернулся к профессору, который смотрел на него с задумчивым интересом.

— Да, но не в привычном нам смысле слова, — снова ответил Аполлонов и сразу же продолжил, словно боялся, что они его снова собьют с какой-то мысли. — Мне нужно осмотреть полигон. Ваш боец просто махнул рукой в его сторону, а мне нужно, чтобы кто-то меня сопровождал.

— Зачем? — Олег нахмурился.

— Как это зачем? — Аполлонов поджал губы. — Чтобы у меня был свидетель, способный подтвердить, что полигон никуда не годен и его необходимо реконструировать для наших будущих занятий. Наибольший авторитет среди охранников, как ни крути, у вас, так что я буду ждать вас на улице.

И он выбежал из конюшни, а Дерешев переглянулся с Вороновым, и они дружно рассмеялись. Но практически сразу Воронов нахмурился.

— Так Громов маг или нет? — спросил он, похлопывая по шее своего жеребца, не глядя при этом на Дерешева.

— Вот кто бы знал, — покачал головой Олег. — Ну, раз Аполлонов говорит, что Андрей не маг, значит, так, наверное, и есть?

— Хорошо, — Илья повернулся к Олегу. — И как не маг может пользоваться даром?

— Понятия не имею, — Дерешев развёл руками. — Остаётся только надеяться, что нам в итоге хоть что-то объяснят. Да, какую лошадь я могу взять, чтобы съездить к Макееву? Надо же знать, что граф задумал, чтобы не попасть в идиотское положение с его охраной.

— Кузьме, старшему конюху, скажешь, когда поехать надумаешь, он тебе коня подберёт, — практически не раздумывая, ответил Илья. — Иди уже, а то наш дипломированный маг сейчас снова прибежит и начнёт вопить. Ещё лошадей испугает.

— Да уж, этот может, — Дерешев усмехнулся и вышел из конюшни. Возле входа на лавочке сидел старший конюх, глядя на раскинувшийся неподалёку пруд. — Кузьма, где-то через полчаса подготовь мне коня, я поеду навещу графа Макеева.

— Агата оседлаю, — кивнул конюх. — Застоялся он уже, родимый. Да и оборотней не боится, даже в звериной ипостаси. Его специально учили нечисть топтать… — Он вскинул взгляд на приподнявшего бровь Дерешева и осёкся. — Вы это, Олег Яковлевич, не сердитесь. Только Агат лучше всего для вас подойдёт. Ему всё одно, кого в седле носить, вас или Марка Анатольевича. Только чтобы наездник был хороший. Эта скотина слабину сразу чувствует, так что лучше не давать ей повод над собой поглумиться.

— Ладно, седлай Агата. Найдём, поди, общий язык. Ну а нет, на колбасу пущу. А Громову скажу, что волки подрали. Ему всё равно, он к лошадям равнодушен, одним жеребцом больше, одним меньше, Андрею Михайловичу плевать, — медленно проговорил Олег и, ухмыльнувшись, направился к полигону, где его уже нетерпеливо ожидал Аполлонов.

Полигон был небольшой, но чтобы оттачивать боевые навыки, вполне годился. Как только Дерешев вошёл на участок, предназначенный для проведения магических тренировок, полупрозрачные стены защиты опустились, огораживая сектор от всех остальных.

— И что я должен делать? — спросил начальник охраны у Аполлонова, вставшего с задумчивым видом напротив стены.

— Просто стоять и наблюдать за прочностью щита, — пробормотал Всеволод Николаевич, и с его рук сорвалось сразу три файербола, следом за которыми полетели огненные змейки.

— Вашу мать! — Дерешев упал на землю и откатился в сторону, когда огненные шары, отрикошетив от защитной стены, полетели в его сторону, а огненные змейки вонзились в землю в том месте, где он только что лежал. А шары, долетев до противоположной стены, ударились об неё и взорвались.

Теперь уже рядом с Дерешевым упал Аполлонов, закрыв голову руками и глухо матерясь. Некоторое время они лежали, не решаясь подняться, а затем Всеволод Николаевич приподнял голову и разразился совсем уж площадной бранью. Вскочив, профессор бросился к той защитной стене, где взорвались файерболы. Дерешев, скрипнув зубами, поспешил за ним.

— Вот видите, Олег Яковлевич, — Аполлонов указал на внушительного размера дыру. — Защиту нужно переделывать! Она не выдерживает настолько энергозатратных боевых заклинаний. А ведь нам начинать с Андреем придётся именно с огненной составляющей! Только огонь может помочь быстро и надёжно расправить каналы, чтобы не обращать больше на это внимания. А если бы заклинание было более энергоёмкое?

— Вы от меня что хотите? — зло спросил Дерешев, отряхивая одежду. Он был собой недоволен, но, с другой стороны, ещё не совсем отошёл от последствий отравления, и на это списывал несколько заторможенную реакцию.

— Я хочу, чтобы вы, Олег Яковлевич, подтвердили, что защита полигона никуда не годится! Вы посмотрите на это безобразие? — и он махнул рукой в сторону пробитой защиты. Подумав, Аполлонов убрал барьер и повернулся к Дерешеву. — А ведь это были почти безобидные файербольчики.

Олег посмотрел на выжженную землю, после чего перевёл взгляд на Аполлонова:

— Да, совершенно безобидные и практически неопасные, — процедил он, глядя на мага с неприязнью.

— Андрею придётся совершенствоваться, — Аполлонов обошёл площадку по кругу. — Нужны стационарные щиты-артефакты, примерно такие, какими ограждают зрителей на трибунах во время состязания магов.

— Ага, — глубокомысленно произнёс Олег. — Вы хотите, чтобы я подтвердил, что они нужны, и Громову придётся раскошелиться на приобретение этих штуковин, которые ему могут и не пригодиться.

— Они ему пригодятся! — Аполлонов подскочил к оборотню, потрясая перед его носом пальцем. — У Андрея безумный потенциал! К тому же, поняв, каким образом он забирает энергию извне, я смогу вплотную подойти к разгадке феномена Блуждающих замков!

— Я скажу, что нужна более мощная защита, — немного помедлив, ответил Дерешев. — Но на месте Громова я бы вас послал куда подальше. Это додуматься надо — делать из него подопытную крысу.

— Никакую крысу я из Андрея делать не собираюсь, — вздохнул Аполлонов. — И я не виноват, что его принцип поглощения энергии и пропускание её через себя сродни замку.

Олег молча смотрел на него, переваривая новость о способностях его работодателя. Так и не решив, как на это реагировать, он покачал головой и направился к конюшне, возле входа в которую уже стоял Кузьма, держа под уздцы огромного и на вид злющего жеребца. Только взглянув на Агата, Дерешев вздрогнул и постарался изгнать из головы любые посторонние мысли. Сейчас ему предстояло найти общий язык с этой зверюгой, чтобы где-нибудь на середине пути до поместья графа Макеева его не выбросили из седла и не продемонстрировали, насколько конь обучен оборотней-неудачников топтать.

Пройдясь по флигелю, я поставил на стол шкатулку и открыл её, стараясь лишний раз не прикасаться к флакону. После этого сел и принялся методично доставать принадлежности для съёмки ауры. Поставив прибор рядом со шкатулкой, я полюбовался искрящимся флаконом и повернулся на звук открывающейся двери.

В комнату впорхнула та самая горничная, которая нашла тело Голубева. Она обвела взглядом комнату и вздрогнула, когда увидела флакон с ядом.

— Могу я поинтересоваться, зачем ты сюда пришла? — спросил я, поднимая прибор. — Здесь некому бельё перестилать и колыбельную петь, в зависимости от потребностей.

— Борис Евгеньевич велел прибраться здесь. Флигель может понадобиться в любой момент. Ростислав Семёнович не может же постоянно обходиться без управляющего, — выпалила девица.

— Действительно, не может, — кивнул я и принялся наблюдать за собственной проекцией, или что это всё-таки было, истаивающей в воздухе. — Так ты пришла прибраться… без веника, пипидастра и других не менее эротичных приспособлений? — я посмотрел на смутившуюся девчонку, приподняв бровь.

— У меня всё в коридоре, — тихо ответила она и сделала шаг к двери.

— Охотно верю, — я снова повернулся к изображению, на этот раз Паульса. — Забавная штука, не находишь? — спросил я, показывая на тающий силуэт.

— А что вы делаете? — в её голосе появилось неприкрытое любопытство.

— Смотрю на людей, берущих в руки флакон, в обратном порядке, — ответил я, снова разглядывая собственную призрачную фигуру. — Интересно, правда?

Его фигура растаяла, и появилась фигура самого Голубева. Когда я увидел его в первый раз, то сначала слегка охренел, но появление последней из возможных фигур расставило всё по своим местам.

Девица увидела Голубева, и её глаза расширились. Она сделала шаг назад, но я схватил её за руку, не давая сбежать.

— Жаль, что со шкатулкой этот фокус не провернёшь. Её лапало гораздо больше людей, — проговорил я, глядя на неё. — Он нашёл шкатулку, но решил, что это зелье Анфисы, и оставил в шкафу. Я только никак не могу понять, зачем ты её там спрятала? То, что это очень ненадёжное место, нетрудно было догадаться.

— Ничего я не приносила! — девчонка попыталась вырвать руку из моей хватки. — Эта шкатулка стояла в шкафу, я думала, что она принадлежит Анфисе Ильиничне. Откуда мне было знать, что во флаконе яд? Я со шкатулки пыль вытирала и открыла посмотреть.

— М-да, — я отпустил её и провёл рукой по лицу. — Ты бы хоть попыталась усложнить мне задачу, что ли. Тебя Ксюша зовут? — она напряжённо кивнула. — Я не говорил, что во флаконе яд, Ксюшенька. А ты не производишь впечатление человека, разбирающегося в ядах на уровне алхимика первого ранга. Даже ему необходимо было сделать анализ, чтобы понять, что же налито в этот флакон. Зачем ты убила Голубева! — рявкнул я, и девчонка вздрогнула.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Свиридов, а за ним молодой охранник и начальник охраны Гнедов. Взгляд охранника метнулся с меня на перепуганную Ксению, и он попятился. Но Николай быстро пресёк попытку к бегству, просто встав у двери, прислонившись к косяку и сложив руки на груди.

— Что происходит, Андрей Михайлович? — хмуро спросил Гнедов, и я снова протёр лицо руками.

Какой же сегодня был нудный день. Я истратил почти всех вестников, отправляя различные запросы, и теперь раздумывал над тем, включать их стоимость в окончательную сумму контракта или сделать скидку. И да, это будет первым заклинанием, которое я заставлю показать мне Аполлонову, если все наши подозрения подтвердятся и у меня действительно есть этот своеобразный дар. А то как-то слишком накладно получается.

— Вы мне ответите, Андрей Михайлович? — Гнедов сделал шаг в мою сторону.

— Знаете, Александр Васильевич, это я очень удачно зашёл в тот самый день, когда вы с треском выперли отсюда Николая. Зато у меня не возникло проблем с выяснением некоторых обстоятельств. Например, что на территорию поместья нельзя пронести ничего без досмотра. Даже покупки с рынка в Дубровске, — я задумался, а потом добавил: — Надо поинтересоваться у Дерешева, а у нас есть такой контроль? Если нет, то его нужно ввести, да, ввести. Но, всё это не спасает, например, от сговора.

— Я вас не понимаю, Андрей Михайлович, — Гнедов сделал ещё один шаг к столу, за которым я сидел.

— Клятва Князевых тоже слегка отличается от той, которую приносят в Блуждающем замке, но здесь в худшую сторону. Она не подразумевает побочный ущерб, — продолжал говорить я, словно не слыша его. — А вообще, у меня был сегодня просто сумасшедший день, — пожаловался я Гнедову, не обращая внимания на горничную и молодого охранника, которые напряжённо следили за нашим разговором. — Например, я узнал, что «кровь озёрной девы» можно получить ровно для изготовления того количества зелья, которое указано в запросе. Анфиса заказала его только для одного флакона «вкуса страсти». Она, говорят, любит экспериментировать, делать различные диковинки…

— Я всё ещё не понимаю, зачем вы мне об этом говорите, Андрей Михайлович, — Гнедов сложил руки на груди и сжал губы.

— Всё очень просто, Александр Васильевич. Флакон с зельем, приготовленным Анфисой Голубевой, стоит в шкафу в лаборатории, где она собственно и хранила свои поделки, — я вытащил из шкатулки флакон и посмотрел содержимое на свет. — А это значит, что вот этот флакон не принадлежит Анфисе Ильиничне. Потому что я могу представить её во многих ситуациях, но только не покупающую тайком на чёрном рынке ингредиент для зелья, которое она уже приготовила.

— Это… — Гнедов указал на флакон.

— Это тот самый яд, послуживший причиной смерти Голубева, — я продолжал внимательно рассматривать искрящиеся хрустальные грани. — Видите, он не полный. Его отлили, чтобы приправить завтрак управляющего. А саму шкатулку пронесли в дом, и здесь возможны два варианта: или Ксения сама принесла яд, или ей его передали. В том и в другом случае нам нужен охранник, ну, вы же всё прекрасно поняли, Александр Васильевич.

— Сергей, — бледный от ярости Гнедов повернулся к попятившемуся охраннику.

— Да что вы его слушаете, Александр Васильевич! Он же всё придумал! — заорал он и ринулся к двери, но там стоял Свиридов, прожигающий бывшего коллегу неприязненным взглядом.

— Лично у меня осталось всего три вопроса, — я уложил флакон обратно в шкатулку. — Первый, кто из них всё-таки пронёс шкатулку в дом? Это принципиальный вопрос на самом деле. Потому что, если пронесла Ксения, то они, скорее всего, оба знают заказчика, а если Ксюшеньке её передал Сергей, то это делает её всего лишь исполнителем, и она, вероятно, не знает, кто же надоумил их пойти на преступление. Вам хоть прилично заплатили? — спросил я, усмехнувшись, поворачиваясь к уставившейся на меня девице.

— Второй вопрос, как я полагаю, кто этот заказчик? — выплюнул Гнедов, рывком приближаясь к запаниковавшему охраннику. Удар, и пистолет выпал из рук Сергея, а в следующий момент он уже валялся на полу, и начальник охраны тщательно связывал ему руки.

— Нет, это был третий вопрос, — я покачал головой. — Второй вопрос, зачем так много яда? Кто должен был стать ещё одной жертвой? Полагаю, что кто-то из Князевых, я прав? Но клятва всё-таки не даёт причинить вред членам семьи, и поэтому отравили только Голубева, а шкатулку бросили здесь, чтобы все подумали на Анфису. Ксюшенька, ты, оказывается, очень умненькая девочка, да ещё и актриса потрясающая, так разыграть испуг, когда мёртвого управляющего увидела… Мои комплименты. У тебя могло получиться, но ты не знала, что Голубева делала это зелье, и потому не убрала его из шкафа в лаборатории.

— Она никому никогда не говорила, что именно готовит! Тварь блудливая! — выкрикнула девица.

— Ответ на первый вопрос отпадает, — я встал. — Это ты пронесла шкатулку, и ты общалась с заказчиком. Этот молодой идиот знал? Или ты придумала слезливую сказочку про домогающегося тебя управляющего? Вон, мол, даже свою мегеру отослал, чтобы она ему не мешала пользоваться услугами прислуги не по назначению.

— Я ничего не знал! — крикнул Сергей и уткнулся лбом в пол. — Ксюха, тебе что, правда заплатили?

— Заткнись, идиот, — брезгливо поморщилась горничная.

— Кто? — я смотрел ей в глаза, подходя всё ближе. — Кто тебя нанял?

— Тебе до него всё равно не добраться, — выплюнула Ксения.

— Ну что же, раз мне до «него» не добраться, значит, женщин мы исключаем, — я улыбнулся. — Кто он, Ксения? Ты же понимаешь, что всё равно расскажешь. Не мне, так барону Князеву, и я очень сомневаюсь, что Ростислав Семёнович станет с тобой миндальничать. Свою работу я в любом случае сделал, исполнителя вычислил. Это было нетрудно, на самом деле. Но такие дела редко бывают сложными, обычно, кто стоит над жертвой с окровавленным ножом, тот и убийца. В нашем случае, это тот, кто брал яд. Кто тебе заплатил! Отвечай! — я рявкнул так, что даже что-то скуливший Сергей заткнулся.

— Я отвечу, — внезапно спокойно произнесла Ксения. — Одна я точно отвечать за всё не буду. Это был…

Но договорить она не смогла. Захрипев, девушка сложилась пополам, схватившись за живот, и повалилась на пол. Из её рта начала литься кровь, она закричала от сильной, разрывающей её боли, и спустя всего несколько секунд затихла. Похоже, заказчик подстраховался на такой вот случай.

— Она мертва, — бросившийся к ней первым Гнедов поднялся и пнул стоящий рядом с ним стул. — Вашу мать!

— Это точно, — я тяжело опустился на стул. По условиям контракта, я не обязан искать нанимателя. Да я и не возьмусь, потому что это почти бесперспективно. Если только он не сделает ещё один шаг и не убьёт кого-то ещё. — Отвезите её к Волкову, мне нужно знать точную причину смерти. А я пока допрошу этого придурка и составлю отчёт барону. А ведь как знал, что такой день хорошо не закончится.

И я встал, направившись к двери, прихватив с собой шкатулку. Сергея доставит в кабинет Свиридов, я не собираюсь его по всему дому таскать. На Гнедова я старался не смотреть. Вот кому-кому, а ему точно не позавидуешь, и боюсь, вазелин в данном случае ему не поможет.