Частный детектив второго ранга. Книга 3

Глава 22

Ирина подшила материалы к делу и закрыла папку. Всё остальное Громов сказал, что доделает сам. И хотя он утверждал, что она избавила его от уймы работы, которая вызывала в нём исключительно раздражение, сама Ира чувствовала, что почти ничем не помогла ему.

— Зачем я напросилась в помощницы? — задумчиво спросила она себя, вставая из-за стола и ставя папку на полку. Очень скоро Громов заберёт её отсюда, чтобы завершить дело, и спрячет в сейф. — Ладно, надо пойти в лабораторию и закончить уборку.

Дверь в бывшую зелёную гостиную приоткрылась, и в комнату скользнула Алина. Она остановилась в дверях, почти минуту разглядывала сестру, а потом, вздохнув, подошла к ней.

— Чем занимаешься? — спросила Алина, внимательно наблюдая за тем, как Ирина аккуратно ставит папку на место.

— Выполняю поручение Андрея Михайловича, — ровно ответила Ира и повернулась к сестре. — А почему ты спрашиваешь?

— Мама сказала, что, несмотря на твой возраст и то, что ты уже закончила университет, твоё поведение вызывает у неё множество вопросов, — Алина села в кресло и принялась с любопытством оглядываться. — Сегодня пришло подтверждение от Беркутовых. Договорённости отца с графом остаются в силе, и на балу будет объявлено о вашей помолвке с Костей.

— Я знаю, — Ирина на мгновение замерла, а потом тряхнула головой. — Да какая разница на самом деле?

— Разница есть, и она довольно существенная, — Алина замялась, а потом осторожно спросила: — Тебе нравится Громов? Ты иногда на него такие взгляды бросаешь, не удивительно, что у мамы появились к тебе вопросы.

— Я не… — Ира запнулась, а потом продолжила: — Я не знаю, правда. Иногда мне хочется огреть его по голове чем-нибудь особенно тяжёлым, как думаешь, это можно расценивать как проявление симпатии?

— Ох, Ира, — Алина выдохнула это с такой серьёзной миной, какая совершенно не вязалась с юной весьма романтичной девушкой. — Выходи быстрее замуж за Беркутова, иначе это очень плохо закончится.

— Ну да, тебе в твои восемнадцать виднее, — пробормотала Ира и посмотрела на сестру с вызовом.

— Представь себе, — Алина встала. — Мне нравится Блуждающий замок, он очень будоражит, но это даже хорошо, что мы завтра уезжаем.

— Что? — Ирина моргнула. — Как уезжаем?

— А ты что, хотела жить здесь вечно? — Алина усмехнулась. — Собственно, я тебя искала по поручению маменьки. Выхристин уже ждёт Громова внизу для финальной примерки, так что, если не произойдёт ничего непредвиденного, то завтра мы уезжаем. Мама просила передать тебе, чтобы ты заканчивала свои дела здесь, если они у тебя, конечно, имеются. А я пойду найду старшего конюха и попрошу приготовить к завтрашнему дню наш экипаж.

Ирина провожала её взглядом до тех пор, пока дверь за сестрой не закрылась. И даже после этого она смотрела невидящим взглядом в ту сторону, пытаясь сообразить, что же должна сделать. Ах да, она же пообещала сама себе привести лабораторию в божеский вид. Ну не думала же она, что будет жить в Блуждающем замке вечно. Хлопнув себя по лбу, девушка решительно вышла из комнаты и направилась в подвал.

Аполлонова она там не ожидала увидеть, он был занят подготовкой полигона к обучению Андрея. Что-то шло не так, и Всеволод Николаевич нервничал всё больше. А когда Аполлонов нервничал, то доставалось абсолютно всем, чаще всего совершенно необоснованно. Кроме Хранителя. Савелий сам мог кого угодно огорчить.

Так что Ирина не ожидала его встретить, но каково было её удивление, когда, войдя в лабораторию, увидела профессора, склонившегося над каким-то защитным артефактом.

— Ну, наконец-то, — пробурчал Аполлонов, подняв голову и увидев вошедшую Ирину. — Я уж думал, что ты, Ирочка, уже больше сюда не войдёшь. Мне нужна помощь.

— Что случилось? — спросила Ира, ощутив слабый укол беспокойства.

— Три этих артефакта должны создавать прочный купол над частью полигона, — Аполлонов бросил артефакт на стол. — Он должен быть способен выдержать мощный магический удар, вплоть до огненного вихря пятой степени. Но, как показала практика, этот проклятый купол не выдерживает даже паршивую цепную огненную змею! И вот сегодня я обнаружил брак! Первым моим порывом было вернуть артефакты изготовителю со страстным пожеланием попробовать за ним пережить магическую атаку. Но у нас нет времени ждать пока этот потомок ишака и осла пришлёт новый комплект, так что я решил поправить всё сам, — он замолчал и вопросительно посмотрел на Ирину, а потом зачем-то добавил: — Но претензию со своим адвокатом я передал, так что, скорее всего, Андрею Михайловичу не придётся оплачивать эту халтуру.

— И в чём здесь проблема? — Ира подошла поближе, осматривая лежащий на столе артефакт. — Я не очень хорошо разбираюсь в подобных вещах…

— Тебе и не нужно, — махнул рукой Аполлонов. — Твоей задачей будет придерживать артефакт в определённом положении и постоянно держать напряжённое защитное поле вокруг стола. Справишься?

— Постараюсь, — ответила Ира, внутренне содрогнувшись. Это проклятое поле жрало слишком много энергии, и если работа затянется… Вот что она будет делать с магическим истощением, Ирина постаралась не думать, выслушивая чёткие пояснения профессора. А ещё она старалась не думать о том, зачем вообще согласилась помочь, ну не для того же, чтобы Громов сумел три копейки сэкономить, право слово.

— Так, если всё понятно, приступим, пожалуй, — Аполлонов перевернул артефакт и сразу же запустил в него щуп. Ира обхватила завибрировавший предмет ладонями, и сразу же вокруг стола развернулся щит, уходивший глубоко в землю, сразу же начавший выкачивать из девушки энергию.

Как только я въехал в ворота, на подъездную дорожку выпрыгнул Савелий и сел прямо на моём пути следования. При этом у него горели глаза, шерсть стояла дыбом, и даже, казалось, усы встопорщились. Притормозив, я приоткрыл дверь, и Савелий быстро запрыгнул в машину, сев на переднее пассажирское сиденье.

— Ну давай, жалуйся, — сказал я, усмехнувшись, поворачивая машину к дому.

— А почему ты решил, что я буду именно жаловаться? — кот повернулся ко мне и снова распушился, напоминая сейчас огромный чёрный шар, из которого торчал хвост, как палка, на которой этот шар держится. — Может быть, я хочу рассказать тебе новости или доложить о том, насколько всё плохо? Хозяина нет, он непонятно где ночует, а в его доме все творят всё, что душе угодно!

— Это и называется — жаловаться, — ответил я Савелию, останавливаясь возле двери центрального входа. — Если бы что-то случилось, то мне бы на воротах об этом доложили, да и Дерешев бы ждал вместе с остальными охранниками…

— А ты спроси себя, Андрюша, может быть, что-то всё-таки случилось, но Олежка не вышел тебя встречать исключительно потому, что сам принимал участи е в этом безобразии? А ведь меня могли убить! — Савелий уже орал, переходя периодически на ультразвук, отчего у меня начала болеть голова. — Они меня хотели иголками до смерти затыкать, и собака твоя блохастая специально притащилась, чтобы ножи в меня свои метать!

— Так, стоп, — я помотал головой. — Давай сначала, помедленней и без эмоций. Кто и что хотел с тобой сделать, и почему ты уверен, что это всё было направлено против тебя?

— Конечно, я уверен, Андрюша! Как можно быть не уверенным, если они все просыпанные иголки в один шар стянули, а потом меня на этот шар потянули? А я знал, всегда знал, что Катька, зараза такая, хочет моей безвременной кончины! — продолжал надрываться кот. — Да ещё и Дерешева специально соблазняла, змея, все пуговицы на платье оторвала, лишь бы тот своими ножами бедного котика пригвоздил прямо к полу!

— Похоже, здесь я ничего внятного не услышу, — пробормотав это, я вышел из машины, обошёл её, вытащил коробку с вестниками, сумку и Савелия, после чего направился к входу. Кот вертелся, выпускал когти и вёл себя, мягко говоря, неадекватно.

— Нет, я не пущу тебя туда! Они хотят меня убить, но из-за меня и тебе может достаться. Без Хранителя замок может существовать, плохо, но может, а вот без хозяина — нет, и я себе никогда не прощу, если с тобой что-то случится! — Савелий орал мне прямо в ухо, но я только морщился, крепче прижимая к себе извивающееся тельце. Да что у них произошло? Никогда не видел Хранителя в таком состоянии.

Дверь открылась, как только я протянул к ней руку. На пороге возник Валерьян. С натянутой улыбкой дворецкий быстро забрал у меня из рук сумку и оторвал Савелия, судя по всему, с небольшим участком кожи с моего плеча.

— Ай, аккуратнее, — процедил я сквозь стиснутые зубы. — Что у вас произошло? — спросил я, отодвигая Валерьяна в сторону и проходя в холл.

Здесь было очень тихо и очень чисто. Во всяком случае, я ни разу раньше не замечал, что пол может вот так сверкать, когда на него падает свет.

— Ничего, Андрей Михайлович, — Валерьян широко улыбнулся, и я захотел глаза протереть, потому что думал, что его лицевые мышцы просто не способны изобразить улыбку. — С чего вы взяли, что что-то произошло?

— Савелий встретил меня и бился в истерике, утверждая, что все вы составили коварный план, чтобы избавиться от бедного котика, — задумчиво ответил я, подходя к дивану.

— Ой, иголочка, — ко мне метнулась хорошенькая горничная и что-то убрала прямо из-под моего седалища, когда я опускал его на диван. При этом она сама упала на подушки и теперь старательно улыбалась, глядя на меня снизу вверх, а я в этот момент находился в состоянии полуприсяда. — Андрей Михайлович, можете садиться, это уже неопасно.

— Что здесь происходит? — я резко выпрямился, и принялся сверлить пристальным взглядом Валерьяна, скрестив руки на груди.

Савелий тут же перестал вырываться из рук дворецкого и сел, самодовольно посматривая по сторонам.

— Ничего, — быстро ответил Валерьян. — Не так давно произошло небольшое… хм… недопонимание, и, хм, использование одного артефакта без проверки его характеристик, но всё уже привели в норму. Я, пожалуй, унесу ваши вещи и разберу их, да и Хранитель наверняка хочет немного пообедать, — он сделал шаг к лестнице, но остановился и добавил: — Да, Андрей Михайлович, Выхристин ждёт вас на примерку в синей гостиной. Собственно, из-за его помощника и случилась вся эта неприятная ситуация с иголками, в которой Хранитель едва не пострадал.

С этими словами дворецкий начал подниматься по лестнице, я же моргнул, когда до меня дошло то, что он сказал.

— Как Выхристин здесь? Он же должен был приехать после обеда! — Валерьян уже поднялся, и я посмотрел на горничную, уже соскочившую с дивана. В руках у девчонки блеснула огромная портняжная игла, и я почувствовал, как к горлу подступает тошнота, когда представил, что эта игла впивается мне прямо в… Так, не надо о грустном.

— Так Иван Петрович с утра почти заявился, — Карина потупилась под моим взглядом. — Сказал, что может и здесь подождать, когда вы вернётесь. А потом иголки рассыпались, и Екатерина Михайловна попросила у Всеволода Николаевича магнит, чтобы их собрать. Но магнит оказался каким-то слишком мощным, и он собрал не только иголки, но и вообще всё, и Хранителя за ошейник потянул. А ваш костюм очень хороший получается.

— Откуда ты знаешь про костюм? — автоматически спросил я, мучительно размышляя над тем, почему в моё отсутствие в замке творится хрен пойми что.

— Так я в него куталась, когда на моём платье все пуговицы оторвало, — Карина подняла на меня глаза. — С Дерешева все его ножи слетели и пистолет, и за пряжку на ремне потащило к металлической куче. Их вместе с Савелием тянуло, потому что они не могли быстро снять это с себя, а порвать кожу ошейника и ремня даже у магнита не получилось.

Я попытался представить, как Дерешев с Савелием мужественно борются с действием магнита, как они сопротивляются, ползут по полу в обратную от магнита сторону и… вот тут моё воображение спасовало, и я не мог представить весь масштаб творящегося бардака.

— О, Господи, — пробормотал я, потирая переносицу и что есть сил стараясь не заржать.

— Это не смешно, — буркнул появившийся в холле Дерешев. Судя по всему, он не стал переодеваться, а заставил портного пришить всё оторванное, всё равно Выхристину пока заняться явно нечем.

— Я знаю, — от натуги у меня перекосило лицо, и я не выдержал, расхохотавшись. — Прости, но это… — и я упал на диван, закрыв лицо руками.

— Надеюсь, не все иголки удалось оттуда извлечь, и парочка притаилась специально для тебя, — рыкнул Олег, одёрнул кожаную жилетку, которую носил взамен куртки, когда было слишком жарко. Совсем без намёка на хоть какую-то защиту я его видел только в комнате Катерины, когда он в полубессознательном состоянии валялся.

— Не надейся, меня Карина мужественно спасла от подобной участи, — я отнял руки от лица и поднялся, чтобы идти уже в свою комнату. Раз Выхристин приехал раньше назначенного времени, то подождёт, пока я душ не приму. И пускай спасибо скажет, что я обед перенесу на час, чтобы его слишком уж долго не задерживать.

— Это она на премию рассчитывает, — хмыкнул Дерешев. — Не думай, что твою задницу пожалела.

— Весьма похвальное стремление, — я пожал плечами. — Олежа, мне плевать, чем руководствовалась горничная в этот момент. Главное, что она это сделала и премию заслужила. У тебя есть что-то для меня?

— Макеев уверен, что отряд прибыл по его голову. Похоже, он с последней пассией слегка перестарался и умудрился поссориться с её мужем. Переубедить графа в том, что он делает скоропалительные выводы, мне не удалось, но я особо и не старался, — сразу же начал отчитываться Дерешев. — Мы разбили обе наши границы на участки для патрулирования пятью группами. В каждой группе будет двое наших ребят и трое графа. Я больше выделить не могу, да и лошадей у нас впритык.

— Хорошо, — я кивнул. — Проблем с людьми Макеева не будет?

— Не должно, — Олег подумал немного и добавил: — Нет, не будет. Я с Макеевым вообще никогда и нигде не пересекался.

— Отлично, — я посмотрел в сторону синей гостиной. — Ладно, пойду уже помоюсь и на примерку. После обеда более обстоятельно поговорим…

Договорить я не успел, потому что до нас донёсся звук, больше всего напоминающий громкий хлопок. Звук шёл из подвала, и мы не сговариваясь бросились вниз. Дерешев сумел меня оттеснить, войдя в подвал первым, прикрывая собой. Дверь в лабораторию распахнулась, и оттуда вышел Аполлонов, держа в руке какой-то артефакт.

— Что у вас произошло? — рявкнул я. Похоже, эта фраза станет самой употребляемой в моём замке.

— Ничего, — Всеволод Николаевич удивленно посмотрел на меня. — Мы с Ирочкой закончили настройку артефакта щита для полигона, — он нахмурился, а потом хлопнул себя по лбу свободной рукой. — Вы про звук? Ирочка не слишком аккуратно сняла защитное поле…

— Ира, — я быстро обошёл Дерешева и поспешил в лабораторию.

Ирина Князева стояла возле двери и вытирала пот со лба дрожащей рукой. Увидев меня, она попыталась улыбнуться, но улыбка получилась какой-то вымученной.

— Перестаралась немного, — прошептала девушка, делая шаг ко мне. — Надо было меньше энергии отдавать полю…

Она не договорила. Её глаза закатились, и Ира начала оседать на пол. Я едва успел подхватить лёгкое девичье тело на руки.

— Вашу мать! — выругавшись, я с Ириной на руках вышел из лаборатории. — Всеволод Николаевич!

— Да, — Аполлонов нахмурился, а потом бесцеремонно сунул артефакт Дерешеву и подошёл ко мне, на ходу запуская какое-то заклинание. Иру сразу же окутал рой магических зеленоватых искорок. Очень скоро они погасли, и профессор выдал вердикт: — Ничего страшного, Андрей Михайлович, всего лишь лёгкое магическое истощение.

— Насколько лёгкое? — хмуро спросил я.

— Ну-у-у, — Аполлонов закатил глаза, что-то прикидывая. — Скоро Ирочка придёт в себя, ей нужно будет плотно покушать и сегодня-завтра провести в постели. Всё на этом, — он забрал у Олега свой артефакт и направился к выходу из подвала.

— Давай её мне, — Дерешев внимательно посмотрел на меня и решительно забрал мою драгоценную ношу. — Я отнесу Ирину Ростиславовну в её комнату и предупрежу Тамару Ивановну. А ты иди в душ, или куда ты там хотел идти. Андрей, не забывай, у тебя примерка.

— Ах да, примерка, — процедил я сквозь стиснутые зубы, и побрёл наверх вслед за Дерешевым, несущим на руках Князеву, раздумывая над очень важным для себя вопросом: я ему завидую или рад, что Олег проявил прозорливость и забрал её у меня? В любом случае, как только Ира поправится, они уедут, и я вздохну с облегчением.