Барон особого назначения, том 3

Глава 13 Радуга

— Как понять, бесплатно? — Горин отодвинул от себя коробку с артефактами перевода и посмотрел на меня так, будто пытался понять, где именно его хотят обмануть.

— Сырья у меня много, производство копеечное, — я подвинул коробку обратно. — Берите! Негоже на чужом горе наживаться!

— Удивил ты меня, Ян Борисович, — майор достал один из артефактов и рассмотрел поближе. — Я возьму. Но награду…

— Не надо ничего! — я не дал служивому договорить. — Вы за нас и так горой всегда.

— Спасибо, боец, — Горин поднялся с места и крепко пожал мне руку. — Если они ещё и работают…

— Должны, — я постучал по посылке с переводчиками. — Проверяли каждый, но всего на одном… подопытном.

— Будем надеяться, — служивый протянул мне руку. — Давай сюда своё письмо. И коробки с остальными артефактами оставь на проходной, дирижабль в столицу отбывает после обеда, отправлю своих ребят, доставят лично.

— Спасибо, Николай Александрович, — я передал письмо, наспех нацарапанное по дороге в отделение ГУЗНА.

Адресата я не указывал — отправлять на имя Романовых было бы глупо. Повезло, что Горин знал, кому следует доставить подобный груз, чтобы он не погряз в бюрократической рутине и начал приносить пользу.

— Как раз утром из столицы весточку прислали, — майор снова сел в кресло и закурил. — Десятки, сотни рапортов о том, что чистильщики встречают разумных существ внутри аномалий. И такое не только у нас и в Петрограде! По всей империи, Янчик!

— Мы предполагали такой исход, — вздохнул я. — Ничего. Когда появились обычные Оазисы, наш народ сдюжил, значит, и сейчас выстоит.

— Куда он денется, — майор горько усмехнулся, стряхивая пепел. — Ладно, дружище. Забирай у Люськи карту да беги на свои зачистки! Звиняй, что чаем не напоил, мы тут с раннего утра на ушах стоим.

— Порядок, Николай Александрович. Разрешите идти?

— И послушай старого чистильщика, — Горин нахмурился. — Если Оазисы меняются, значит, в мире происходит что-то глобальное. Хорошее ли, плохое… хрен его знает… Ладно, ступай.

— Спасибо за подсказку, командир, — кивнул я на прощание и закрыл за собой дверь.

Да… Час от часу не легче. А ведь прав Горин — во всех учебниках по истории магии сообщалось, что изменения в поведении Оазисов — зеркало чего-то большего. С появлением первых аномалий на планете стали рождаться маги, а в воздухе начала витать та самая мана.

Со временем мутанты в Оазисах становились сильнее пропорционально тому, как подрастало поколение могучих воинов… Было ещё несколько метаморфоз, влекущих за собой глобальные и не очень изменения.

Вот и сейчас: то огромные прорывы монстров, то разумные существа внутри Оазисов. Чем это было вызвано, оставалось только гадать.

— Чего смурной такой? — Романов закончил расправу над стейком, который заказал в ресторане Реброва и теперь сидел напротив меня, пристально наблюдая за тем, как я вяло колупаю свою порцию.

— Устал, — пожал я плечами. — Навалилось всё как-то… Не знаю, за что хвататься.

— Усталость придумали те, — наставник жадно отхлебнул пива из красивого стеклянного графина, игнорируя наличие двух бокалов на столе, — кто ни хрена не хочет работать, Янчик. Хватайся за то, что тебе дороже, а остальное как-нибудь само решится.

— Быть может, — вздохнул я.

— Точно тебе говорю, — на стол опустилась пятирублёвая купюра. — Хорош сиськи мять. Нам ещё в машине часов шесть трястись, дай бог до заката успеем!

Сложно описать чувства, которые беспокоили меня этим утром. Тревога была оттого, что я снабдил Империю артефактами с пометкой «возможно, работает»? А может, оттого, что через каких-то две-три недели мне придётся поставить точку в родовом конфликте, с которого всё начиналось? Успею ли я стать сильнее? Нужно ли это, чтобы победить дряхлого, выжившего из ума старика, усыхающего от неизвестной хвори?

Странные вопросы, которые не посещают твою голову, когда ты без раздумий выполняешь приказы. Здесь же у меня не выйдет переложить на кого-то ответственность, может быть, оттого и весь мандраж? Значит, пора перестать сомневаться в своих решениях. Сомнения здесь излишни, да и времени на них нет.

— Представь, какой провал будет, если артефакты, что мы в столицу передали, не сработают? — я привычно сидел за рулём, ведя машину на поиски очередного Оазиса.

— А если наоборот? — усмехнулся Сашка. — Уж поверь мне, Романовы бывают щедрыми! Глядишь, дирижабль сможешь себе позволить!

— Да мне он как-то… — я прервался, принимая сигнал от Райдена. — Нашёлся, родимый! К югу, прям в горе, представляешь?

— Это как он внутрь пролез? — наставник нахмурился. — А что будет с породой, когда он исчезнет? Обвал?

— Проверим?

— Спрашиваешь? Конечно!

Перед нами предстал небольшой Оазис. Всё же мыслеобразы иногда шалят и показывают чуть искажённую картинку. В гору он зашёл не так уж сильно, примерно на четверть. Сам купол в диаметре был метров пятьдесят, так что переживать было не о чем. Впрочем, мы не расстроились: чем меньше странностей вокруг, тем проще живётся.

Из-за неспокойной ночи, значительную часть которой мы потратили на создание и проверку большой партии переводческих артефактов, решили, что перед вылазкой организуем полноценный привал. Всё как положено: развернули укрытие, нажарили мяса на небольшом костерке, даже располовинили одну из бутылок вина, которые Романов прихватил с собой.

Встали засветло, ранним утром — всё равно внутри аномалии будет другое время, так что и гадать бесполезно. Я провёл разминку тела и духа, даже Райдена к этому делу подключил, подготовились по полной.

Проверка снаряжения, зелий и наличия всего, что может пригодиться, и вот мы уже стоим перед входом в неизведанный новый мир.

— Ну, — наставник выкинул окурок и пару раз подпрыгнул, согреваясь, — артефакт ничего странного не выявил, можем заходить.

— Как думаешь? — я скормил Райдену последний кусок мяса. — Что за жуть приготовил нам этот заход?

— Уверен, ничего выдающегося. Готов!

— Пойдём.

Уверенный шаг вперёд, вспышка, темнота и… зелёная травка на солнечной опушке посреди сказочного леса. Я повернул голову: на меня смотрел Романов… огромными мультяшными глазами.

— Ты чего как… — пропищал было Сашка. — А что с голосом?

— Это странно, — мой голос тоже стал тоньше. — Мы будто в… картине?

Объяснять Романову значение слова «мультфильм» я не хотел, впрочем, он бы ничего и не понял. Я сам ничего не понимал.

— Кар! — Райдену вполне себе шли огромные глаза.

— Магия не работает, — покачал головой наставник, нервно взмахивая рукой. — Не припомню, чтобы были миры, которые меняют нас самих…

— Может, псионика? — я резко обернулся, пытаясь разглядеть в зарослях позади источник воздействия.

— Ну-ка… — Саша выудил ещё один артефакт и с минуту в нём копошился. — Не работает. Да и я бы заметил. Как зовут твоего куратора?

— Ангелина Константиновна Романова…

— У тебя что-то было с моей племяшкой?

— Племяшкой?

— Троюродной! От темы не уходи! Было или нет?

— И в мыслях не было! — возмутился я.

— Ну, — просиял аниме-Сянь. — Видишь?

— Что вижу?

— Лапшу на уши вешать не разучился, — хитро улыбнулся наставник. — Не буду я в ваши дела лезть, не бойся!

— И всё же, — мне очень хотелось сменить тему. — Что это, если не псионика? Артефакты работают, хоть меч могу призвать, уже хорошо!

— Без понятия! Но… с точки зрения магической тренировки толку здесь будет немного, — Романов сделал выпад на одно колено, сложив руки над головой. — Значит, биться будем плечом к плечу. Не хочу даже думать, какая дрянь может обитать в настолько милом лесочке.

— Птички самые обычные, — я пристально вгляделся в крону дерева, среди ветвей которого Райден устало отмахивался от приставучей синицы с огромными глазами. — Глядишь, и с остальными обитателями повезёт больше!

Солнце было в зените, идти мы решили вниз по реке, обнаруженной неподалёку от места высадки. Мыслеобразы здесь не работали, так что Райден нам указал лишь направление и больно клюнул меня в шею. Мотивы пернатого преступника остались неизвестны.

Вообще, после того как я узнал о его относительно человеческом происхождении, некоторые вещи начали меня напрягать. Повезло, что я не страдаю рукоблудием, иначе бы и вовсе сгорел со стыда. Ещё повезло, что ворон остался человеком чести и не присутствовал на наших с Ангелиной фиестах. По крайней мере, не был мной замечен за данным занятием.

На деле, конечно, мало что поменялось. Я и без этого знания относился к фамильяру как к младшему боевому товарищу… правда, странное чувство дискомфорта не спешило меня покидать. Впрочем, оно не сравнится с замешательством от мультяшности этого места и огромных глаз Сяня.

Любуясь сказочными зверушками, мы не забывали дёргаться от каждого шороха. Чем больше времени проходило в этом утопическом мире, тем сильнее нарастало чувство тревоги.

Представьте, что на мафиозную перестрелку пришли клоуны с надувными шариками в форме автоматов. Вот здесь было такое же ощущение — с виду радостно, просто казалось, что из этой белочки с глазами по пять копеек сейчас вырвется какая-нибудь крокозябра и начнёт вынимать из нас душу.

— Мороз по коже у меня от этого места, — признался наставник.

— И я тебя прекрасно понимаю, — я стиснул покрепче рукоять меча, подаренного Гориным. — Скорей бы уже понять, что от нас хочет эта чёртова аномалия, и свалить в родную прохладную тайгу.

— В тайге классно… — мечтательно протянул Романов, безуспешно пытаясь нагнать воздуха под свой китель. — А здесь дышать, сука, нечем!

— Ещё и лес заканчивается, — я ткнул рукой вперёд. — Под солнышком в полной экипировке и помереть недолго…

— Хорошо было там, в пещере, с кучей гигантских насекомых, скажи?

— Не то слово, — рассмеялся я. — По крайней мере, всегда знали, чего ожидать…

Едва мы вышли за кромку леса, впереди развернулась просторная долина, полная зелени и мелких озёрец. В центре возвышалось несколько причудливых разноцветных домов, стоя́щих на берегу реки, вдоль которых мы шли.

— Там что, — Романов приложил руку ко лбу, закрываясь от яркого солнца, — маленькие лошадки по деревне бегают?

— Похоже на то, — я прищурился, пытаясь разглядеть местных обитателей. — Они… разноцветные?

— Это меня удивляет меньше всего, — усмехнулся наставник.

По мере нашего приближения, пони начали вести себя активнее. Суета, возникшая в этом небольшом поселении, всё наращивала обороты. На лужайку рядом с рекой разноцветные маленькие лошадки выносили обеденные столы и стулья.

— Здравствуйте, путники! — к нам подошла одна из представительниц местного народца. Кожа её была сиреневого цвета, а на голове красовались яркая фиолетовая чёлка и короткий рог.

— Мы рады видеть новых гостей в наших краях! — огромные мультяшные глаза покосились на меч в моей руке. — Народ у нас мирный, уберите оружие, и у нас будет время всё обсудить…

Я посмотрел на Сяня, тот лишь выпучил глаза, мол, сам не знаю, дружище.

— Меня зовут Ян, — я отозвал меч обратно в артефакт и кивнул в сторону наставника. — Это — Александр. Мы… путешествуем.

— Меня можете звать Рóжка, — приветливо ответила сиреневая пони. — Девочки уже накрыли на стол. Хотите, поделимся историями за чашечкой чая?

Она улыбнулась. Улыбка была шире, чем должна быть — буквально на миллиметр-другой. Будто мышцы лица у неё работали… по-человечески? Может, показалось.

— Отказаться было бы крайне невежливо, — учтиво согласился я, искренне надеясь, что чаепитие поможет пролить свет на происходящее. — Мы и впрямь утомились с дороги.

Пони с довольным видом ударила копытцем по земле:

— Быть может, лучше снять железки, которыми вы увешаны с ног до головы? Как в таких отдохнёшь?

— Они весьма удобные, — заверил её я.

— Я, пожалуй, тоже оставлю, — похлопал себя по груди Романов. — Они для меня как вторая кожа!

— Отлично! — Рожка помахала хвостом и улыбнулась. — Ступайте за мной, девочки уже всё организовали!

Пристально наблюдая за жизнерадостной пони, я хмурился всё сильнее. Многозначительный взгляд наставника говорил о том же: здесь явно было что-то не так. Оставалось лишь выяснить, что именно…

— Вот здесь у нас домик старейшины, — Рожка указала копытцем влево, мельком взглянув на нас через… плечо? — То есть мой! Признаться, тяжела участь управленца, но мы здесь живём в мире и гармонии, знаете ли…

Остальные пони были всех цветов радуги: жёлтые, красные, голубые, даже чёрная. Правда, даже она не особо выделялась из общей массы благодаря своей мультяшности. Встретили нас приторно-радушно, ласково усадили за длинный стол с белой скатертью, во главе которого уместилась Рожка.

Яств было много, в основном это были сладости — разного рода пироги, запеканки, яблоки в карамели. Мяса не наблюдалось, да и было бы странно, у травоядных-то животных.

— Откуда вы прибыли? — поинтересовалась Рожка, насыпая сахара себе в чай.

Отдельное непонимание у меня вызвало, с какой ловкостью управлялись копытные с предметами утвари, да и сидели они как люди, на лавках.

— Издалека. Мы с наставником путешествуем, помогаем людям… и прочей живности.

— Помогаете? — удивлённо переспросила старейшина. — И нам могли бы помочь?

— А с чем вам нужна помощь? — уточнил Саша, с осторожностью принюхиваясь к чаю.

— Вы пейте, пейте, — уголки губ Рожки дружелюбно приподнялись. — Дело в том, дорогие гости, что моя обязанность, как старейшины, хранить это место от разных… несчастий.

— И каких же? — я сделал вид, что отхлёбываю из кружки. Пить и есть в этом месте не хотелось категорически. Краем глаза заметил, что и Романов не торопится вкушать угощения.

— Шаткое равновесие нашего райского уголка… — пони совсем по-человечески сёрбнула чаем, — состоит в дисциплине, взаимопомощи и командной работе.

— Не совсем понимаю, — я почувствовал лёгкое головокружение. — Вся эта красота зависит от того, насколько вы дружны?

— Дружба — это магия! — воодушевлённо сказала старейшина и целиком закинула в себя какую-то булку. — Но в этом правиле есть ещё одна небольшая деталь…

Позади я заметил еле слышный шаг. Всё моё нутро резко сжалось, предвещая опасность. Едва я обернулся, как увидел Райдена, пикирующего с небес прямиком в морду одной из пони. Она стояла на задних лапах за моей спиной, занеся передние для удара. Фамильяр влетел в морду пони, тем самым защитив меня от атаки. Резко отскочив в сторону, я толкнул плечом противника, сбивая её с ног.

Обернулся — Романов упал на стол, со звоном опрокинув часть угощений. Я призвал меч и кинулся к наставнику, но что-то тяжёлое гулко ударило меня в висок. Звук стал глухим, как при контузии, а глаза будто затянуло пеленой. Голову закружило ещё сильнее, я рухнул на колено. Ещё один удар выключил свет.

— Ничего не хочу знать, найдите крылатого гадёныша! — донеслось сквозь темноту.

Это был голос Рóжки. Он звучал холодно, раздражённо, теперь уже без фальшивой приторности. Я снова отключился на минуту.

— Нужно больше хвороста, — крик старейшины мигом привёл меня в чувство, — быстрее!

— Саш? — тихо спросил я, всё ещё силясь открыть глаза.

— Угу, — промычал наставник откуда-то сбоку.

Я наконец смог разлепить глаза, залитые запёкшейся кровью. Мы с Романовым были привязаны к столбу посреди пепелища, где-то за деревней. Вокруг суетились пони, принося к нашим ногам всё больше хвороста. Изо рта наставника торчал белый платок, перевязанный верёвкой.

— Нас хотят сжечь, Саш…

— Угу.

— Дай угадаю, сквернословие у них не в почёте? — я выдавил из себя улыбку, чтобы поддержать товарища.

— Угу, — промычал Романов, приподняв уголок рта. С учётом мультяшных глаз это выглядело даже забавно.

— Подумать только… радужные пони пытаются сжечь нас на костре!

— Очнулись наконец! — Рожка подошла к нашему столбу и властно окинула взглядом кучу хвороста и бурелома, медленно растущую в размерах.

— Признаться, меня встречали и похуже, — усмехнулся я.

— Выпили бы чаю — обошлось бы без рукоприкладства, — буднично констатировала старейшина. — Но не переживайте, голова будет болеть недолго…

— Для чего нас сжигать? — я осторожно нащупал узел, которым был связан Романов.

Пони оживилась и подпрыгнула, подняв в воздух кучку пепла:

— Вам правда интересно⁈ В общем, дело было так: двенадцать лет назад великие боги радуги снизошли ко мне во снах! — в голосе старейшины читались нотки неприкрытого безумия. — И они наказали всех путников предавать огню, дабы мы и дальше процветали в мире, гармонии и дружбе!

— А если этого не делать? — я тянул время, осторожно распутывая узел. Благо поняши вязали неважно.

— Мы не дураки, — Рожка маньячно улыбнулась, качая головой. — Нарушить волю богов — обречь наш мир на хаос и тлен!

— И что… — я закончил с узлом Романова, после чего тот осторожно принялся за мой. — Все твои друзья просто согласились убивать гостей?

— Ну почему же все… — на одном из огромных глаз пони выступила слезинка, правда, блаженное выражение морды никуда при этом не делось. — Некоторые сказали, что в этом участвовать не будут.

— Их сожгли первыми? — криво усмехнулся я.

— Какой сообразительный мальчик!

Звон утробного хохота огласил полянку жертвоприношений. Успокоившись, пони прочистила горло и вернулась к серьёзному тону:

— Яблочко! — обратилась она к соратнице, притащившей последнюю охапку веток. — Этого хватит! Собирай племя, время Ритуала!