Третий олень для эльфа. Наши в академии магии

Глава 29

Очередь до дневника не дошла, потому что обед был готов, и моя компания отказов не принимала. Кстати, готовили высшие очень неплохо. Мясом занимался дракон. Это и понятно, ибо Салмелдир его ел лишь в случаях крайней боевой необходимости. Зато у ушастого получился неплохой кулеш. Один разноглазый вахтер знает, чего он туда положил, но аромат стоял дивный.

Лорду Армагону не терпелось. Да, он желал и расспросить, и узнать. Думаю, ректор испытывал те же смешанные чувства, что и я перед тем, как открыть письмо отца. Хотел и боялся. Видимо, отваги и смелости в нем было гораздо больше, чем во мне, потому что Карел даже попытался кое-что спросить, но грозный взгляд Друлавана его остановил.

Я поблагодарила за прекрасный обед и раскрыла тетрадь.

- Все хорошо? – осторожно спросил эльф, внимательно за мной наблюдая.

- Вполне, - улыбнулась ему я и погладила дракончика, которого повесила себе на шею. – Только непонятно пока.

- Ты разберешься, - подмигнул Салмелдир и, что-то насвистывая, как простая посудомойка, пошел к ручью драить котелок. Причем, без всякой магии. Клад, а не мужчина!

Армагон бросил жалобный взгляд, но потом пообещал, что к вечеру будет оленье жаркое, обернулся драконом и полетел в сторону гор.

- Друл! – окликнула я, а когда он поднял на меня свои невозможные глаза, все же спросила: - Ты же знал моего отца?

- Знал.

- И каким он был?

- Ученым. Фанатиком.

Это я и без него знала.

- А мама?

- Мечтательницей.

Что ж, каков вопрос, таков и ответ. Пришло время для отгадок на все загадки. Ведь Малх именно этого от меня хотел. Очевидно же.

Итак, передо мной лежала тетрадь, исписанная мелким почерком. Как всегда, с пометками и рисунками на полях. Очевидно, отец начал вести этот дневник еще в молодости, и заносил сюда только те сведения, которые касались семейных открытий.

Еще в юные годы Эгерра обнаружил записи своих родственников. Как выстроить межмирный портал, он разобрался быстро. Его беспокоили слова Малха, которые в роду Брониардов помнили и знали все. О каком ключе мог говорить создатель? Вот тогда-то и начались поиски.

Прежде всего, тщательно проверялись все случаи спонтанных порталов. Благо история их насчитывала не много. Каждый переселенец из иного мира привносил в развитие Витары что-то важное и, в конечном итоге, становился его частью, кроме королевы черных драконов. Бронис вернулась домой, на это указывало слишком много косвенных причин и последующих событий. В совпадения же отец давно перестал верить. Например, внезапно погибшие не возвращаются из могил, чтобы оставить своим близким наследство.

Из всех иномирян, только лазурный дракон обладал даром видеть истинные пары. Значит, только подобная Бронис могла стать ключом для портала такого же, какой когда-то создали его родичи, а впоследствии сами же за это жестоко поплатились. Теоретически, если родится существо, способное открывать такие порталы и одновременно видеть истинные пары, то это уже нельзя будет считать вмешательством в дела богов. Ведь появление на свет – это таинство.

И тогда у Эгерры появилась навязчивая идея – немного подтолкнуть, поторопить мироздание, сделать так, чтобы необходимое Витаре существо появилось.

Прежде всего, он исследовал генеалогическое древо Ярилторнов, отслеживая всех потомков единственной императрицы. Конечно, дар передается по прямой линии наследования от матери к дочери, но у самой Бронис не было потомков женского пола. И, как оказалось, не было их и в последствии… Кроме, Беллер – потомка младшего сына лазурной драконицы. И, хотя сама девушка была при обороте черна, как уголь на снегу, дар прапрапра…бабки у нее наверняка имелся, пусть и в состоянии магического стазиса.

Хотя, учитывая малую численность черных драконов, кровосмесительные ритуалы и количество прошедших лет, дар мог спать в любой драконице. А значит, с этим можно было работать.

В академию мой фанатичный отец отправился уже с далеко идущими планами. Ему нужна была кровь всех черных самок, а более всего кровь Беллер Ярилторн для исследований и опытов.

Проще всего, дар определял родовой артефакт королевы – ее летописи, которые хранились в библиотеке академии. Ни одна из девиц не смогла открыть книгу, а до Беллер отцу никак не удавалось добраться.

У нее было два постоянных поклонника: черный дракон из преподавательского состава, который вбил себе в голову, что девушка его истинная пара, и эльф, который совсем не проявлял к ней интереса, но почему-то всегда оказывался рядом в самое неподходящее для этого время.

Эгерра, изучив немало литературы, знал, что в мире лазурного дракона не существует понятия истинной пары, лишь свет любви связывает души, а потом и тела. Улучив момент, отец все же завязал знакомство с Беллер. Сблизиться с девицей ему не составило никакого труда. А навязчивость Армагона сыграла на руку. Ярилторн испытывала к Карилу симпатию, искренние дружеские чувства, но никогда не любила, поэтому и попросила эльфа сыграть роль соперника.

В тот же вечер, отец рассказал Беллер красивую легенду о лазурном драконе, вечной любви, других мирах. Девушка так прониклась, что сама согласилась помочь в исследованиях, и кровь отдала добровольно. Артефакт королевы принял ее, как равную, как истинного потомка, и Эгерра стал готовить оборудование и материалы для эксперимента.

Но кое-что пошло не по плану. Арс Ярилторн решил, что тянуть с походом в храм больше нельзя и забрал дочь домой, чтобы выдать ее замуж за лорда Армагона.

- Эгерра! Я не люблю его, понимаешь! Не люблю! Ценю его преданность и дружбу, но если он прикоснется ко мне – возненавижу! – рыдала Беллер на плече моего отца.

И вот тут он оказался в очень непростой ситуации. Разумеется, сам Эгерра не любил девушку, не вожделел, а относился с уважением и симпатией. Истинный брак с черным драконом ускорил бы результаты эксперимента, но после слов Беллер отец начал сомневаться, что Карил ее настоящая пара.

- Я помогу тебе! Мы спрячемся там, где нас какое-то время никто не найдет, а потом обязательно что-нибудь придумаем, - заверил он девушку.

Транспортировка необходимого оборудования в старый домик, принадлежащий роду Брониардов, заняла много времени. Эгерра чуть не опоздал, но успел забрать Беллер в ночь перед свадьбой.

Изгнание из рода, погоня отца и жениха невесты, невероятный скандал – все это осталось там, далеко за Черными горами, а в Изумрудной долине происходили совсем иные события.

Беллер оказалась весьма неглупой и энергичной девушкой. Она взяла на себя все хлопоты по хозяйству, безропотно сдавала биоматериал, когда это требовалось Эгерре, и даже взялась ему помогать. Приятельские отношения быстро переросли в дружбу, но большего никто из них друг к другу не испытывал.

Отец оказался прав. Юная Ярилторн вполне подходила для рождения спасителя Витары, живого ключа, отворяющего врата судьбы. Вот только сама девушка ни о чем подобном не думала. Она мечтала о любви, единственном возлюбленном, которого узнает сразу по стуку своего сердца и о прочей женской чепухе, до которой ему не было абсолютно никакого дела.

- Знаешь, мне порой кажется, что я должна была родиться не здесь, - делилась Беллер своими мыслями.

- А где? – с улыбкой отвечал Эгерра.

- В мире, где сиреневое небо, зеленый океан, а в долинах между гор растут удивительные, огромные цветы, высотой с целый замок. На любом соцветии вполне можно устроить уютную комнату.

Эксперименты отца, которые он проводил с кровью Ярилторн, были довольно успешными. То, что на Земле называлось генетикой, на Витаре заменялось магией. И в один из дней он понял, что вполне готов запрограммировать рождение существа с определенным набором качеств. Однако, разговоры о радужных грезах Беллер навели его на мысль, а что если то, о чем говорит девушка, это родовая память?

Будучи неплохим ментальным магом, он уже сталкивался с таким понятием и даже проводил некоторые опыты. Например, некоторые драконы, погруженные в глубокий гипнотический сон, начинали вспоминать события давно минувших дней. Теоретически и Беллер снились ее прошлые жизни в другом мире – мире ее прародительницы, королевы Бронис. И если девушка вспомнит об этом, то сможет больше рассказать и о даре.

Тогда Эгерра и не знал, к чему это приведет.

Он рассказал о своих догадках Ярилторн, и та настолько загорелась, что охотно согласилась попробовать.

Несколько сеансов не принесли особого результата. Отец понимал, что одного ментального воздействия мало, нужен магический код, который вскроет заблокированную память, поэтому работал, работал и работал, позабыв и о еде, и о сне. И вот однажды ему это удалось.

Правда, сработало все немного не так, как он рассчитывал. Он погружал в сон обычную девушку, а проснулась…

- Я Беллер Лазурная, единственный потомок женского пола Бронис Лазурной, - заговорила она таким голосом и таким тоном, что сомнений не осталось – перед ним настоящая принцесса, а быть может и королева. В ней была не просто сила, а магическая мощь. Это ощущалось даже на расстоянии. – Мое место не здесь. Я рождена, чтобы занять лазурный трон своих предков в родном мире, который зовется Эргос. Меня ждали много лет, я нужна там. И я ухожу.

- Постой! – закричал Эгерра. – Беллер, ты нужна на Витаре! Ты мне нужна!

Девушка улыбнулась и покачала головой:

- Нет, мой друг. У Витары иная судьба, без меня. Увы, я вижу судьбы так же ясно, как ты свои приборы.

- Но…

- Эгерра, за то, что помог мне, я исполню любое твое желание, кроме просьбы остаться здесь. Но, прежде чем озвучить его, подумай хорошо об ответственности, последствиях, опасности и своих собственных силах. Для того, чтобы из хрупкого ростка вырос прекрасный цветок, одной воды и тепла ох как мало. Нужна любовь! Сможешь ли ты отыскать ее в своем сердце?

Отец понял, что вместе с памятью предков, в Беллер проснулся и дар королевы. И сейчас она знала намного больше, чем он. Знала, но вряд ли имела право сказать об этом прямо, поэтому и говорила намеками.

Что… что он должен попросить у нее? Ошибиться нельзя!

- Думай, мой друг. Я же поднимусь в комнату, что была моей последний месяц. Там лежит вещь, которая дорога мне.

И девушка оставила Эгерру одного, раздираемого сомнениями и противоречиями.

Что же он хотел на самом деле? Всего лишь счастья. Даже не себе, а родному миру. А любовь, о которой говорила девушка? Сможет ли он отыскать ее в своей душе, в своем сердце? Запас, который не тратят, находится в целости и сохранности. Если нужно использовать, отведенный ему резерв любви, то он сделает это и доведет задуманное до конца. Тем более, он уже кое-что придумал. В конце концов, ему ведь нужен ребенок, а не его мамаша.

- Вижу, ты уже все решил, Эгерра, - улыбнулась Беллер. – Не сомневайся, это правильное решение. Тем более, сейчас самое время. Смелее. Итак, я жду. Скажи мне, что ты желаешь получить от меня за свою помощь?

Отец выдохнул, прикрыл глаза и все же решился.

- Я хочу получить ту самую частичку тебя…

И все же он замялся.

- Ту самую, на которую действует заклятье Брониардов, если пара не истинная, но желает иметь потомство, - закончила за него Беллер. – Так извлеки ее из меня.

- Мне… Мне нужно пару часов на подготовку! – выпалил Эгерра.

- Я дам тебе их, если ты выполнишь одно мое поручение, - произнесла девушка.

- Готов! На все готов!

О, Эгерра не стал тратить отпущенное время зря и вернулся в лабораторию.

Даже в самых смелых мечтах, он не думал, что девушка согласится на это. Что нужно сделать? Создать магическое чрево, напитать его энергией, провести несколько обрядов и ритуалов по уже давно рассчитанным формулам и… О, боги! Необходимо оплодотворить женскую частичку! И сделать это придется ему! Это он, Эгерра Брониард станет отцом одаренного ребенка.

Сердце забилось так бешено, что ему казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Но отступать было поздно.

Через два часа Беллер исполнила желание своего друга, который открыл для нее целый мир, вернул дар и подарил надежду на будущее.

- Какова твоя просьба? – спросил он у девушки, когда в магическом чреве засияла крупинка новой жизни.

- Передай это письмо и эту сферу моему отцу. Я встречу его на той стороне, - ответила она и подняла руку, чтобы открыть портал.

Что-то подобное я и предполагала, когда думала об Арсе Ярилторне. Он просто ушел туда, куда позвала его дочь.

- Беллер! – окликнул Эгерра.

- Эргос не отпускает своих детей. Даже рожденных в ином мире. Поэтому я возвращаюсь домой, мой друг. Ребенок, который растет здесь, это твоя дочь и дочь Витары. Желаю вам счастья.

- Беллер! – вновь позвал ее отец.

- Ах, да… Карил Армагон. Он никогда не был моей парой, но, возможно, чувствовал отголоски родственной связи, - и она загадочно улыбнулась.

- Хочешь сказать, что дитя – его истинная пара?

- Нет. Его истинной пары еще нет ни в одном из известных мне миров. Это все, что я могу сказать. Прощай.

Она скрылась, окутанная золотым сиянием, величественная, словно богиня любви, и чужая этому миру.

А в положенный срок магический кокон истаял, дав жизнь крошечной девочке. Один раз заглянув в лазурные глаза своей дочери, Эгерра Брониард понял, что пропал. Ему не нужно прилагать усилий, чтобы подарить любовь этому существу, потому что вся она без остатка и так принадлежит ей.

- Дочь… - прошептал он. – Я назову тебя Бронис, как твою великую прародительницу.

Вот так… Значит, теоретически мама у меня была, а практически… Я дитя Эгерры Брониарда и магии этого мира. Я дочь Витары и, значит, она нуждается во мне так же, как я нуждаюсь в ней. Я пришла. Я вернулась домой, слышишь? И больше не уйду никуда, моя усталая больная родина.