Страсть дракона

22. Раскрытая тайна

- Бред, самый настоящий бред, - сказал лорд Уилмор лживым тонким голосом и побелел, как снег.

- Он сделал яд на настойке болиголова, - продолжала я, - и уже добавил его в ваш бокал.

- Ложь! - дико крикнул лорд Уилмор.

- Ты знаешь, что нет! - ответила я так же горячо. - Я вижу прошлое и будущее, ты купил меня именно поэтому. Только сегодня мой дар обернулся против тебя!

- Ведьма! - заорал лорд Уилмор, но тяжелый взгляд дракона заставил его умолкнуть.

- Значит, скрепим договор вином? - спросил герцог негромко, но таким тоном, что Уилмор побледнел еще больше.

- Это наветы, - забормотал он. - Девчонка мстит мне, вы же знаете...

- Мне было видение, - сказала я. - У него при себе стеклянный флакон, он прячет его в поясном кошельке. Проверьте, милорд.

Слуги дракона бросились на лорда Уилмора, вмиг скрутив его. Шкатулка упала, и золотые монеты раскатились по полу. Люди топтались по золоту, не обращая на него внимания, а лорд Уилмор визжал, как свинья:

- Наветы! Наветы!..

Но мажордом запустил руку в поясной кошель и извлек оттуда флакон темного стекла, наполовину полный темно-красной жидкостью.

- Это микстура от кашля! - выпалил Уилмор. - Вино с пряностями!

- Так прими свою микстуру, - сказал дракон безо всякого выражения. - И запей вином из моего бокала.

Рыцари схватили лорда за плечи и локти, кто-то потянул за редкие рыжие пряди, заставляя его запрокинуть голову, мажордом вынул пробку из флакона.

Лорд Уилмор вдруг захрипел, судорожно задергался, побледнел еще больше и обмяк в руках рыцарей.

Мажордом поставил флакон на стол и склонился над лордом, выслушивая биение крови на шее.

- По-моему, мертв, - сказал он с досадой. - Наверное, от страха сдох. Я позову лекаря, чтобы проверил эту «микстуру».

- Не надо лекаря, - дракон посмотрел на меня и указал на флакон. - Подай сюда.

Я тут же взяла флакон с настойкой и передала ему. Дракон понюхал, капнул на ладонь, попробовал и вернул флакон мне.

- Болиголов, - сказал герцог. - Я напишу Рихарду письмо, сегодня же отправьте с голубиной почтой и с посыльным.

- Будет исполнено, милорд, - мажордом ткнул носком сапога лорда Уилмора. - Что делать с этой падалью?

- Отправьте семье, - распорядился герцог. - Монеты соберите и отправьте с ним. Скажите его жене, что умер от сердечного приступа. И чтобы никому ни полслова о том, что произошло здесь, - он обвел слуг взглядом.

- Никому, милорд! - поклялся за всех мажордом и быстро собрал монеты, пока тело Уилмора выволокли вон, держа за руки и за ноги.

Отравленное вино из бокалов перелили в кувшин, и мажордом вынес его со всеми предосторожностями, стараясь не плеснуть на пол.

Когда слуги вышли, дракон поднялся и запер дверь, а я закрыла флакон с ядом пробкой, спрятав его в складках платья.

Герцог поманил меня пальцем, и я подошла.

- Что же ты наделала? - спросил он тихо. - Я пытался тебя защитить, а ты сама себя выдала. К чему было кричать про видения?

- Это неважно, - ответила я, избегая смотреть ему в глаза, в то время как стеклянный флакон жег мне ладонь. - Какую сделку вы собирались отмечать с Уилмором?

- Отдал ему тысячу золотых, чтобы не раскрыл тайну, что ты провидица.

- Нашли, кому верить! Вы ему золото, а он вам - яд в бокал!

- Но появилась ты. Ты боялась за меня, Мелхола? - спросил дракон мягко.

Я упрямо мотнула головой, не желая поддаваться змеиному очарованию.

- Вам просто повезло. А болиголов... он и правда настолько опасен? Я думала, драконы неуязвимы.

- Неуязвимых не бывает, - сказал герцог. - А болиголов - яд, который убивает даже змей. Мало кто знает об этом. И драконы не знали до недавнего времени. Но ты поступила опрометчиво. Думаешь, я смогу заставить людей молчать? Небеса - и те не смогут заткнуть им рты.

- Это неважно, - повторила я. - Моя тайна - уже не тайна. Даже сэр Шауг знал, кто я.

- Шауг? - спросил дракон резко и скрестил руки на груди, от прежней мягкости не осталось и следа. - О чем это он знал?

- Ему было известно и мое настоящее имя, и он знал о моем даре.

- Поэтому ты ему отказала?

- Не только.

- Почему? - потребовал он ответа.

Я заставила себя взглянуть ему в глаза и покраснела так отчаянно, что даже слезы на глаза навернулись.

- Почему, Мелхола? - тихо повторил дракон.

Когда он произносил мое имя, у меня в груди всё переворачивалось. Кто знал, что можно соблазнять одним лишь именем? Я и не подозревала, что мое имя может звучать, как молитва страсти...

Драконье колдовство - очарование. Древнейшее из очарований. Я собиралась противиться его силе, но вместо этого произнесла:

- Потому что я не хочу выходить замуж за Шауга или кого-то еще. Я хочу остаться с вами, милорд.

Ну вот, это было сказано. И теперь нет пути назад. Я продолжала смотреть на дракона и видела, как затуманились серые глаза. Сурово сжатые губы приоткрылись, разгладилась морщинка между бровей.

- Со мной? - он взял меня пальцем под подбородок. - Я, правда, слышу это, или мне кажется?

Моя кожа сразу стала на удивление чувствительной, и рука дракона прижигала огонь.

- Нет, не кажется, - ответила я, отступая на шаг, чтобы избавиться от прикосновения и от огня, которое оно вызывало. Дракон шагнул за мной, но я заговорила быстро, будто возводя словами преграду между нами. - Поймите меня правильно. Вы - самый добрый и благородный человек, которого я встречала. Надеюсь, вы посчитаете, что мой дар может послужить вам, и оставите меня в Намюре.

- Вряд ли можно назвать меня человеком, - просто сказал он, делая еще шаг по направлению ко мне.

- Неважно, - сказала я в третий раз и снова отступила. - Мне неважно, дракон вы, человек или кто-то там еще. Дядя не сможет защитить меня. Меня опять украдут, начнут перепродавать, начнут убивать из-за меня. А вы сможете защитить.

- Я приложу все силы, чтобы защитить тебя, - сказал дракон медленно. - Но в качестве кого ты хочешь быть рядом?

Он прекратил играть со мной в догонялки и оказался рядом быстрее, чем я успела хотя бы моргнуть. Положил руку мне на плечо и заглянул в лицо:

- Кем ты хочешь быть рядом со мной, Мелхола?

- Буду вашей провидицей, милорд, если угодно, - ответила я шепотом, ощущая головокружение от его близости.

- Жестокая, - попенял он, а потом наклонился, чтобы поцеловать.

В последнюю секунду я увернулась, не дав соприкоснуться нашим губам, но дракон не отпустил меня, а поцеловал в шею - долгим, жарким поцелуем. Всё во мне затрепетало от этого поцелуя, но я уперлась герцогу в грудь ладонями и залепетала:

- Милорд... милорд... умоляю вас...

- Я тебя не трону, - прошептал он хрипло, - но если сейчас отпущу - то точно умру. И ты станешь причиной моей смерти, как предсказала.

- Это неправда, я солгала вам тогда, - призналась я быстро, словно от этого и в самом деле зависела его или моя жизнь. - Я не вижу ничего, что связано со мною. И не вижу ничего, что связано с вашей смертью.

- Наверное, это хорошо? - спросил он, а спустя мгновение я уже лежала на постели спиной, а дракон навис надо мной, жадно глядя на мои губы. - Значит, я сродни бессмертным эльфам?

Его ладонь легла на мою грудь, погладила, сжала.

- Ты дрожишь подо мной, - выдохнул дракон. - И это дрожь желания, ее не спутать ни с чем. Я не противен тебе.

- Нет, милорд, - прошептала я, зажмурившись, чтобы хоть так спрятаться от его взгляда, от его напора, от его страсти. - Но если я вам и в самом деле дорога, как вы говорите, то оставьте меня девушкой.

Он замер и долго ничего не говорил. Так долго, что я осмелилась приоткрыть один глаз, а потом и другой. Дракон стиснул зубы, на виске набухла и пульсировала жилка.

- Целомудренная монашка, - произнес он, наконец, и отпустил меня.

Перекатившись на спину, он лег рядом со мной, глядя в потолок. Грудь дракона тяжело вздымалась и опускалась, и я не осмеливалась пошевелиться, пока он не сел на постель, потирая ладонями лицо.

- Ты так дорожишь своим даром? - спросил он глухо. - Мне казалось, он тяготит тебя. В нем - причина всех твоих бед.

- Пока он есть - я защищена, - ответила я тихо.

- От чего?

- От женской судьбы, милорд. Вам не понять, вы - мужчина. Для вас жизнь - это путь сражений и наслаждений. Для женщин все иначе.

- Не совсем тебя понимаю, - он чуть повернул голову, посмотрев на меня, и я не почувствовала панического страха, который - как знают все - охватывает любого человека в присутствии дракона.

Страха не было. Вернее, не было того страха, что испытываешь при встрече с диким зверем. Но был совсем другой страх, совсем другой...

- Ты боишься, - разгадал меня дракон. - Почему боишься, Мелхола? Я не причиню тебе боли, - рука его поползла по покрывалу, отыскивая мою руку. - Я умею ждать, и в наслаждении - тоже.

Он хотел утешить меня ласковыми словами, прикосновениями, но получилось наоборот. То, что он сказал, царапнуло больно, мучительно больно. Я пересела на край кровати и сказала, не глядя на герцога:

- Не сомневаюсь в вашей опытности, милорд. Но я говорю о другом. Драконов тянет к сокровищам и. к девственницам. А после того, как девушка становится женщиной -теряют к ней интерес и отправляются за новой добычей.

- Совсем не так. - начал он, но я жестом прервала его, и он послушно замолчал.

Дракон - послушно замолчал!

Даже в самом невероятном видении я не смогла бы увидеть подобное!

- Вы знаете, что это - правда, - продолжала я. - Леди Фредегонда. леди Ундиса. все они были сокровищами, но потом потеряли свою ценность.

- Сравнила, - проворчал он.

- Я ничем не отличаюсь от них. И если по-настоящему стану вашей конкубиной.

- Женой! - вдруг рыкнул дракон, и я вскинула голову, удивленная и напуганная.

Он смотрел на меня потемневшими от гнева глазами, но тут же пришел в себя, взял меня за запястье и медленно потянул к себе.

Я не сопротивлялась, потому что все равно не смогла бы вырваться, вздумай он меня удержать, и к тому же, мне хотелось ощутить его силу, прижаться к нему, обрести в его объятиях спокойствие и умиротворение. Да, жестоко с моей стороны, даже подло, и крайне себялюбиво, но я не могла уступить. Потому что знала: если получу его, а потом потеряю, это будет в тысячу раз мучительнее, чем просто мечтать, никогда не получив своей мечты.

- Мне надо было сразу предложить тебе это, - сказал дракон, усаживая меня к себе на колени. Одной рукой он обнимал меня за талию, другой отбросил с моего лица прядку, погладив по щеке большим пальцем. - Но я думал, ты захочешь кого-то помоложе.

- Вы совсем не старый, - я не смогла сдержать улыбки. - Небеса святые! Откуда у вас эти мысли, милорд?

- Я боялся отказа, - просто сказал он.

- Разве драконы боятся? - прошептала я, закрывая глаза, в то время, как он прижимал меня к себе все крепче, лаская мой затылок, шею, проводя ладонью по спине.

- Ты согласишься? Стать моей женой?

Полностью в его власти... Во власти его голоса, прикосновений... Как не потерять голову, как избежать нового плена, если всё уже потеряно - и разум, и свобода?..

- Пусть даже женой, милорд, - сказала я, позволяя себе еще пару мгновений в его объятиях.

- Когда я потеряю свой дар и девственность, кто знает, захочет ли дракон Тевиш видеть рядом с собой простую женщину?

- Ты будешь дорога мне и потом, - он уже шептал мне на ухо - горячо, опаляя дыханием, лишая воли. - Разве ты не видишь, что я схожу с ума из-за тебя?

- И это вряд ли хорошо, - ответила я, открывая глаза и возвращаясь из райских кущ, где только что была, на грешную землю. - И вряд ли правда. Не лгите ни мне, ни себе.

- Тогда я скажу иначе, - глаза дракона дико вспыхнули, - разве ты не видишь, что я.

Я успела зажать ему рот ладонью, чтобы не сказал того, о чем бы потом пожалел, и что окончательно лишило бы меня покоя.

- Милорд, разве драконы умеют любить? - спросила я тихо, а потом разжала его руки и встала с его колен - словно вышла из теплого моря на пронизывающий зимний ветер.

Герцог не задержал меня и ничего больше не сказал, задумчиво опустив голову и скрестив руки на груди.

- Пусть все останется как есть, - повторила я, - если для вас что-то значит моё желание. Поверьте провидице, это - самое правильное.