Страсть дракона

15. Возвращение в Намюр

После того, как герцог согласился уехать из столицы, я не смогла промолчать. Как бы ни была я обижена на Брюну и Эллара, да и на короля заодно, промолчать показалось мне подлостью.

Я ждала, что дракон сейчас же бросится узнавать судьбу сыновей, но он даже не ускорил шага.

- Не первая и не последняя драка, - сказал он. - И если бы что-то произошло, уже прискакали бы и сообщили. Пойдем, и не волнуйся. Это не стоит внимания. Или. или ты хотела выбрать этого Шауга? А Эллар и Логан вам помешали?

- Нет, - горячо отказалась я, приготовившись снова доказывать, что не хочу выбирать никого из молодых господ при дворе.

Но дракон успокаивающе похлопал меня по руке и сказал:

- Значит, это тем более не стоит волнений и слез.

Он шел по направлению к замку так уверенно, как будто видел в темноте. А может и видел

- ведь что мы, люди, знаем о драконах? В роще было тихо, и в коридорах замка нам никто не попался. Наверное, все отдыхали после бурного праздника.

В наших с Брюной комнатах тоже было тихо, лишь служанка средних лет дремала, устроившись на скамейке в углу. Служанка даже не проснулась, когда дракон зашел в спальню и отдернул полог кровати, убедившись, что она пуста, а потом сразу вышел в смежную комнату - в ту самую, где я однажды подслушала его разговор с королем.

Я выглянула следом и тихо спросила:

- Пойдете искать Брюну?

- Заглядывать в каждый шатер? - ответил он вопросом на вопрос и криво усмехнулся. -Чтобы уже точно выставить себя на посмешище?

- Никто не осмелится смеяться над драконами, - сказала я не очень уверенно.

- Спи, - сказал он. - Завтра мы поедем в Намюр.

- А Брюна?

- Она останется.

Он произнес это коротко и недовольно, и я больше не досаждала ему расспросами.

Корону с топазами я снова прикрыла платком, потому что один ее вид вызывал у меня омерзенье - как свидетельство человеческому лицемерию. Каким учтивым был сэр Шауг на турнире, и каким он показал себя после него... Я встряхнула головой, прогоняя мысли о Шауге, об Элларе и Логане, и о Брюне, так легко бросившей меня на произвол мужских желаний. Не надо думать о них, незачем лишний раз травить себе сердце.

Нырнув под одеяло, я закрыла глаза, приготовившись уснуть, но сон упорно не шел ко мне. Поворочавшись с боку на бок, я встала с кровати, на цыпочках прошла мимо спящей служанки и выглянула в смежную комнату, чуть приоткрыв двери.

Герцог Тевиш медленно ходил туда-сюда, сцепив руки на затылке, и спать, похоже, не собирался.

Я тихонько закрыла двери, так же, на цыпочках, пробежала до постели и улеглась. И на этот раз уснула так спокойно и безмятежно, словно спала в отцовском замке, в те давние времена, когда еще мой дар не дал о себе знать.

Когда я проснулась, был почти полдень. Брюна так и не появилась. Служанка, прявшая на той же скамье, на которой спала ночью, помогла умыться и заплела косы, а потом принесла завтрак.

- Милорд герцог сказал, что вы отправитесь в путь, как только будете готовы, - сказала она, чинно опустив глаза.

- Герцог Мастини? - уточнила я, как будто мог быть еще какой-то герцог. - Когда он вам сказал?

- Еще утром, пока вы спали. Он запретил вас будить, леди. Если что - карета уже готова, и все ждут только вас. Собрать ваши вещи?

- Да, пожалуйста, - только и пробормотала я в ответ.

Пока служанка складывала мое белье и одежду в сундук, я торопливо покончила с завтраком и надела дорожное платье. Тевиш Мастини сдержал слово, и готов был увезти меня из королевского замка прямо сегодня. Он пообещал - и сдержал слово.

Я одернула себя. Запретив слишком надеяться. Когда не надеешься, то и не разочаровываешься, а сейчас. если герцог передумает, будет и в самом деле очень больно.

Но когда я спустилась во двор, карета и в самом деле стояла возле самого крыльца, и двое слуг привязывали мой сундук к запяткам. Тевиш Мастини стоял поодаль и что-то выговаривал сыновьям.

Эллар выглядел вполне себе бодро, а вот у Логана красовался под глазом огромный синяк, и верхняя губа была разбита, и опухла.

Эллар и Логан увидели меня и дружно понурились. Герцог оглянулся и махнул сыновьям, чтобы уходили, а сам распахнул дверцу кареты, подавая мне руку, чтобы помочь забраться внутрь.

- Разве мы не должны официально попрощаться с королем? - спросила я, смутно догадываясь, что просто так из королевского дворца вряд ли уезжают.

- Всё уже улажено, - сказал герцог коротко. - Рихард обойдется без нашего прощания. Ты не передумала? Не хочешь остаться?

Вместо ответа я поднялась по лесенке в карету.

Я ждала, что герцог сядет напротив, но он закрыл дверцу и отправился в путь верхом. Я смотрела в окошко, как дракону подвели лошадь, и он запрыгнул в седло, даже не став ногой в стремя. И почему я решила, что он поедет в карете, как старый дядюшка?..

Дорога до Намюра заняла немного больше времени, чем наше путешествие в столицу, но всё прошло несравнимо спокойнее - потому что с нами не было Брюны.

Только сейчас я смогла оценить красивые долины и далекие горы, полюбоваться зарослями дикой жимолости и ландышами, которых было в изобилии в тенистых рощах и перелесках.

Герцог держался на расстоянии и больше общался со мной через горничных и слуг, чем лично. Я не могла не оценить такую деликатность и заботу, и чувствовала, что все больше и больше попадаю под странное северное очарование этого человека... Нет, дракона. А ведь про драконов говорили, что законы морали для них - пустой звук, да я и сама это видела на примере Брюны и ее братьев. Неужели, герцог - совсем другой? Но что если он всего лишь притворяется?

Он сказал, что ему неважен мой пророческий дар.

Разве такое может быть правдой?

Хотел выдать меня замуж, но пошел на попятную, стоило мне возразить. Что это - уважение моих желаний или новая хитрость?

Надо ли мне поговорить о его намерениях относительно меня? Или молчать и смиренно принимать всё, что он мне даст?

Но на откровенный разговор я не осмеливалась - опять же, боялась разочароваться, потому что глупое сердце снова жило надеждой.

В Намюр мы прибыли утром субботы, и в замке все уже были оповещены о нашем приезде. Леди Фредегонда и Ундиса стояли на стене, и конкубина помахивала алым платком, приветствуя герцога.

Едва мы оказались во дворе, как герцог спрыгнул с лошади, перебросил поводья груму и почти бегом скрылся под сводами замка.

Я проводила дракона взглядом, выходя из кареты. Наверное, спешит к Ундисе. Ведь ему пришлось остаться без любовницы при королевском дворе - охраняя нас с Брюной. В таком нетерпении не было ничего удивительного или неожиданного, но совершенно неожиданно было то, что сердце мое болезненно сжалось.

Глупо, Мелхола, очень глупо. Тебе не должно быть никакого дела до жизни дракона, драконов и их домочадцев. Пусть занимаются, чем хотят, главное, чтобы.

- Вернулась? - леди Фредегонда спустилась во двор и теперь стояла на крыльце, сурово глядя на меня.

Из-за ее плеча выглядывала Ундиса, и хотя смотрела она с ласковой улыбкой, я почувствовала ее недовольство. Но если конкубина здесь, то куда скрылся герцог?..

- Тебе не понравилось при дворе? - спросила леди Фредегонда. - Что молчишь, леди Мелхола? Могла бы и поздороваться.

Мелхола... Я так привыкла, что ко мне обращаются по имени Брук, что не сразу догадалась, что старуха говорит со мной.

- Доброго утра, миледи Фредегонда, - сказала я, кланяясь, - доброго утра, миледи Ундиса. Милорд приказал мне вернуться, и я надеюсь, что не доставлю вам беспокойства своим возвращением.

- Конечно, доставишь! - фыркнула мать дракона. - Идем, твоя прежняя комната тебя ждет.

Я пошла следом за ней, мимо конкубины, которая смотрела нам вслед, пока мы не скрылись под сводами замка.

- Столица тебе не понравилась? - продолжала расспросы леди Фредегонда.

- Нет.

- А Брюне понравилась?

- Да, - я отвечала односложно, но уклониться от расспросов не смогла.

Леди Фредегонда резко повернулась ко мне и сказала:

- Отдохнешь с дороги, а потом я приду к тебе, и ты расскажешь мне все-все о моих внуках. И не посмеешь ничего скрывать. Ясно?

- Ясно, - ответила я, уже предчувствуя, что ничем хорошим этот разговор не закончится.

Она, действительно, разрешила мне отдохнуть, вымыться и вдосталь поесть вкусной домашней еды, а вечером пришла ко мне в комнату, как бывало во времена, когда я рассказывала Брюне истории. Только в этот раз мать дракона заявилась одна и отослала даже доверенную служанку.

Усевшись в кресло у жаровни, в которую были брошены душистые веточки розмарина, леди Фредегонда сложила руки на животе и приготовилась слушать.

Я рассказала ей о похождениях Брюны, о гневе герцога, и о том, что в ночь праздника ландышей Брюна была неизвестно где и неизвестно с кем. И что утром мы выехали из столицы, и я не смогла увидеть ее. Разумеется, я умолчала о том, как Брюна пыталась устроить мою личную жизнь. Но ведь старуху интересовали ее внуки, а не я. Так что я с чистой совестью имела право умолчать о некоторых событиях.

- А почему вернулись? - требовательно спросила она.

- Так решил милорд, - ответила я уклончиво.

- Так уж и решил, -фыркнула леди Фредегонда.

Она дотошно расспрашивала меня, как принял Брюну король, как выглядят и ведут себя Эллар и Логан, и что говорил король Рихард по тому или иному поводу.

Когда я неосторожно упомянула, что не заметила особой братской любви между герцогом и королем, леди Фредегонда усмехнулась.

- Откуда бы ей взяться, этой любви? - сказала она желчно. - Рихард не по праву занимает трон. Это мой сын - наследник, потому что он старше. И это он должен был быть королем.

Лицо ее ожесточилось, и морщины обозначились глубже. Столько лет прошло, а ненависть этой женщины не угасла. Я видела это по ее глазам, по упрямо сжатым губам.

- Вы ненавидите драконов, - сказала я тихо.

Леди Фредегонда очнулась от дум и посмотрела на меня с насмешкой.

- Не всех. Только отца Тевиша.

- Но ведь он умер много лет назад... - я не знала, что заставляло меня пуститься в расспросы. Наверное, мне не хотелось, чтобы леди Фредегонда расспрашивала меня. Пусть лучше рассказывает она, а я буду слушать - так совершаешь меньше ошибок, чем когда говоришь сам.

- Ну и что? - она пожала плечами. - Или ты считаешь, что смерть искупает его грехи? Да ему надо было умереть сто раз, и тогда было бы мало для искупления, - и мать дракона добавила совершенно не в тему: - Выйди и скажи, чтобы принесли вина. Хочу молодого, красного. Того, что Ундиса прячет в кувшинах в холодной кладовой.

Я сделала все как она приказала, и вскоре служанка принесла нам кувшин и два бокала, и еще пирожные и фрукты, выложенные на серебряное блюдо.

- Налей себе и мне, - велела леди Фредегонда, когда служанка была отправлена восвояси.

- Я не пью вино.

- Значит, будешь сидеть с бокалом и смотреть на него, - отрезала старуха.

Больше не споря, я налила вина и протянула ей один бокал. Она выпила сразу половину, крякнула и отправила в рот ломтик яблока.

- Крепкое, - похвалила она и отпила еще. - Жаль, что у нас не растет виноград. А вино из смородины - это не вино. Это так - кислятина, которую не подсластить даже медом. Значит, Рихард придирается к моему сыну?

- Не совсем придирается, - осторожно сказала я. - Но пару раз у них были словесные стычки.

- Ха! Словесные! - она хлопнула себя ладонью по колену. - Уверена, что там и до драки доходило.

- Не совсем, - тихо сказала я.

Старуха бросила на меня пронзительный взгляд:

- Но было близко, да? - она хищно улыбнулась. - Рихард опасается Тевиша. Так же, как его мать опасалась меня.

Я попыталась разузнать о матери Рихарда через книгу пророчеств - всего лишь заглянула на пару страниц. Не очень красивая женщина, но впечатляющая. Совсем не похожа на леди Фреду. Теперь понятно, в кого Рихард уродился с таким надменным тяжелым профилем, непокорными черными волосами и привычкой на всех смотреть сверху вниз. Я видела леди Палладио с нахмуренными бровями, в церкви или за прялкой, но никогда - рядом с мужем.

- Почему он не женился на вас? - спросила я, не называя имен. И так было понятно, о ком речь - об отце Тевиша и Рихарда.

- Я оказалась недостаточно родовита для него, - объяснила леди Фредегонда, знаком приказывая налить ей еще вина. - Драконы помешаны на потомстве от чистокровных принцесс. Я была всего лишь дочерью графа.

«Она королевских кровей...», - вспомнила я слова короля Рихарда о себе, невольно поежилась и отпила из бокала.

Вино было крепким - очень крепким, и обожгло мне язык, и горло, и грудь до самого сердца. Странно, почему его пьют. Но почти сразу же по телу разлилось тепло, и все стало казаться совсем неважным. Просто интересным, но совсем не важным.

- Мой отец был графом, - продолжала леди Фредегонда, перебрасывая мне яблоко, и я поймала его и задумчиво откусила с алого бока. - Графом Намюр. Этот замок должен был стать моим приданым. Но замуж я так и не вышла, - она снова неприятно усмехнулась. -Дракон украл меня и держал у себя пленницей, пока я не забеременела, а потом нашел другую - чистокровную принцессу. На ней и женился, и она родила ему Рихарда, а Тевиш остался незаконнорожденным. Если бы я была королевской крови, то мой сын был бы правителем этой страны.

- Но драконы пришли к власти не так давно, - напомнила я. - И Рихард сам захватил власть. А ваш сын. мне кажется, ему бы не понравилось быть королем.

- Что ты болтаешь? - она уставилась на меня с изумлением и расхохоталась. - Кому это может не понравиться быть королем? Рихард получил трон только потому, что он -законнорожденный, вот и все. Но он свое получил. Бездетный король - это жалкий король. Будущее - за Тевишем и его детьми, - она кивнула, в подтверждение своих слов. - Будущее

- за ними. И это справедливо! Знаешь, как эта мерзкая Льювина меня ненавидела? И Т евиша ненавидела. Она знала, что он станет соперником ее сына. И пыталась его убить.

- Убить? - я отставила бокал и отложила яблоко. - Убить дракона?

- Можно подумать, драконы такие уж неуязвимые, - леди Фредегонду позабавила моя наивность. - Конечно, можно, если постараться. К тому же, Тевиш тогда был совсем крохой. Один раз она подослала к нам наемников. Думала, я буду смотреть и плакать, как станут убивать моего сына, - она зловеще хихикнула. - Я зарезала двоих, третий убежал. Тевишу тогда было четыре года.

Старуха замолчала, наверное, вспоминая страшные и кровавые события тех дней. Я молчала тоже, чтобы не мешать ее откровениям. А история драконьей семьи потрясла меня

- вот они, объявившие себя царями на земле!.. Ненависть, жестокосердие, равнодушие - в этом вся сущность драконов...

«Вообще-то, леди Льювина и леди Фредегонда - вполне себе человеческие женщины», -напомнил мне внутренний голос. И это были слова не из пророческой книги.

Я потрясла головой, чтобы избавиться от винного дурмана, а леди Фреда заговорила снова:

- Дракон узнал об этом и отпустил меня с сыном в Намюр, к моему отцу. А когда Тевишу исполнилось тринадцать, то приехал и забрал его. Моего отца тогда уже не было в живых, Тевиш считался наследником, и я смогла удерживать Намюр, пока мой сын не вернулся.

- А вернулся он уже герцогом, - подсказала я.

Старуха вскинулась:

- Он прилетал ко мне каждый год! Тевиш никогда не забывал про свою мать! Он знал, кому обязан жизнью. Мой сын, - она важно подняла указательный палец, - он не похож на остальных драконов. Он - особенный.

Мысленно я согласилась с ней, вспомнив, как опекал меня герцог Тевиш от посягательств остальных драконов.

- А Льювина давно умерла, - продолжала леди Фредегонда с непередаваемым злорадством.

- Говорят, у нее была болезнь горла - черная жаба, так это называется. Значит, и чистокровных небеса не могут уберечь от проклятья.

- Вы рады ее смерти, - только и сказала я.

- Будешь меня за это осуждать, девчонка?

- Нет, не буду, - произнесла я медленно. - Просто вместо ненависти вам следовало бы испытывать благодарность.

- Вот как? И за что же? - она насмешливо повела бровями, кидая в рот еще один ломтик яблока.

- Вы должны быть благодарны, что для вас все закончилось хорошо. Вы живы, хозяйка замка, у вас сын и внуки. А ваша соперница давно мертва, и у ее сына нет счастья.

- Они лишили моего сына короны.

- А вы уверены, что вашему сыну она нужна?

Вопрос поразил старуху. Бокал в ее руке дрогнул, и несколько капель красного вина упали на столешницу - как капли крови. Леди Фредегонда долго смотрела на них, а потом стерла своим платком.

- В любом случае, это не твоего ума дело, - сказала она грозно. - Что ты знаешь о желаниях моего сына?

- Ничего, - подтвердила я, и она сразу успокоилась. - Например, я понятия не имею, за что милорд убил леди Изабель. Вы слышали о ней? Правда ли, что он убил ее, потому что она была лже-провидицей и дурачила людей?

- Что это мы стали вспоминать к ночи о покойниках? - старуха со стуком поставила бокал на стол, и я, не дожидаясь приказа, наполнила его вином. - Слышала сплетни при дворе?

- Чего там только не болтают, - ответила я уклончиво. - Так она и в самом деле была лгуньей? Пыталась обмануть милорда, а он разгадал обман?

- Думаю, тут причины были иные, - леди Фредегонда подобрела, когда отпила еще вина. -Мой сын не слишком откровенен, но - ложные предсказания? Чушь. Тевиш не верит в колдунов и пророков, глупая. И его отец не верил.

Она даже не догадывалась, каким ударом стали для меня ее слова.

Герцог не верит в предсказания? Драконы настолько горды, что считают себя -вершителями своих судеб? Я думала, герцог боится потерять мой дар, а получается, он в него даже не верит. Возможно ли такое? Но если не верит, то почему не взял меня, не отдал своим сыновьям, королю? Зачем было меня так оберегать?..

- Та Изабель была, видно, настоящей чертовкой, а не женщиной, - пьяно захихикала леди Фредегонда, - Если мой сын приговорил ее к смерти против закона. Но не за лживые предсказания, нет. Он говорит, что каждый - сам творец своей судьбы. Разве ты не знаешь, что драконы были прокляты именно за непокорство? За то, что отвергли судьбу, данную им небесами?

- Да, читала об этом в Писании, - прошептала я.

Мать дракона потребовала еще вина, и не прошло и полчаса, как она уснула, уютно устроившись в кресле. Я попыталась разбудить ее, чтобы уложить на постель, но легче было разбудить каминные щипцы. Выглянув в коридор, я не увидела там горничной. Устала ждать и ушла? Уже почти полночь, самое время для сна.

Поразмыслив, я отправилась в покои леди Фредегонды. Разбужу служанок, пусть сами хлопочут о своей госпоже.

Я не взяла светильник и шла на ощупь, касаясь ладонью стены, чтобы знать, куда идти, но остановилась, когда услышала совсем рядом недовольный голос Ундисы. Надо ли мне обратиться к ней? Нет. Леди Фреда вряд ли будет рада такой помощи. Пусть лучше служанки...

- .эта змея с невинными глазами! - зло сказала Ундиса. - Он бросит меня из-за нее!

Я прижалась спиной к стене, обратившись в слух. Бросит Ундису? Герцог?..

- Ты преувеличиваешь, - раздался добродушный голос управляющего Ульпина. - Если он не пришел к тебе сегодня, так это только потому, что сегодня суббота. Забыла? Завтра он опять окажется в твоей постели и.

- И будет спать со мной, а думать о ней! - прошипела Ундиса почище любой змеи.

Последовала долгая и мучительная пауза, я старалась не дышать, чтобы ничего не пропустить.

- Ты удивила меня, - сказал Ульпин. - Признаться, я думал, что за десять лет он к тебе охладел, но ты его чем-то приворожила заново... Он был такой... ненасытный в последнее время. Я опасался за твое здоровье, если честно. По-моему, ты подозреваешь то, чего нет.

- Нет! - взвизгнула Ундиса. - Не считай свою сестру мнительной дурой! Даже когда он во мне - он закрывает глаза, чтобы не видеть меня! Он представляет, что он не со мной, а с ней! И все время называет меня ее именем! И зовет ее даже во сне! Причем, во сне -то он зовет ее Мелхолой, а не Брук. Выдумал Брук, чтобы я ни о чем не догадалась. Но я - не дура, Ульпин!

Брат и сестра замолчали, а потом Ульпин произнес задумчиво:

- А девчонка-то не так проста.

- Я сразу это поняла, - огрызнулась Ундиса. - Она его дразнит, распаляет, чтобы вернее прибрать его к рукам. Теперь еще и к старухе пытается втереться в доверие. Если он женится на ней.

- Но он еще не женился, - мягко перебил ее брат.

Дальше я не стала слушать - бросилась обратно, к своей комнате. Но у дверей остановилась, потому что внутри спала мать того, который так стремительно ворвался в мою жизнь и, похоже, не собирался ее покидать.

Я снова и снова мысленно повторяла то, что услышала от леди Фредегонды, и что подслушала из разговора конкубины с управляющим.

Как же так? Сначала я думала, что дракон забрал меня из-за пророческого дара. Потом оказалось, что он не верит в предсказания. А теперь. Неужели, он забрал меня потому что. захотел? Захотел не власти над будущим, а власти надо мной - над Мелхолой ферх Эйрем? Но тогда почему не взял? Ни здесь, в Намюре, ни потом - в шатре, в буковой роще?..

Я сжала виски пальцами, потому что моя голова готова была взорваться от потока мыслей. Сотни картин возникали и исчезали в сознании.

Милорд Тевиш в моей спальне: «Тебя никто не обижал?».

Милорд Тевиш целует меня в щеку: «Тебе понравился жемчуг?».

Вот дракон накладывает целебную мазь на мое колено, лаская кожу ладонью, вот он защищает меня перед королем, вот укрывает в своем шатре - всегда, везде он оберегал меня, хранил, как дочь. И за этим всем стояла страсть?! Драконы берут, что хотят. Почему этот не взял?..

Прислонившись лбом к двери, я тяжело дышала. Мой привычный мир разлетелся на кусочки. Разбился, как стекло. Потому что он не был настоящим. Всё было ложью. Ложью

- было - всё.

- Что-то случилось? - раздался робкий голос личной служанки леди Фреды. - Что-то с госпожой?

Я выпрямилась, призывая себя к спокойствию, как Ульпин призывал успокоиться свою сестру.

- Леди Фреда уснула, - сказала я с улыбкой, поворачиваясь к женщине - Как раз хотела попросить кого-нибудь помочь уложить ее в постель.

- Сейчас позову девушек, - служанка помчалась по коридору. - Когда леди Фредегонда спит, ее и троим не поднять!

- Да, буду ждать, - заверила я ее, а в мыслях отчетливо прозвучало: «Он зовет ее даже во сне...».