Страсть дракона

18. Путеводная звезда

Как я и ожидала, утром все в замке знали, что ночь я провела на ложе дракона. И хотя милорд Тевиш не прикоснулся ко мне, я видела, что он не спешил никого разуверять в том, что я стала его любовницей.

Хотя я вела себя так же, как раньше, слуги переменились ко мне и спешили услужить всем, чем могли. От них я узнала, что Ундиса заперлась и плачет в своих покоях, а ее брат исчез из замка, прихватив свои вещи и еще коня из конюшни Намюра.

Я испытала облегчение оттого, что этот человек сбежал.

До его жизни и смерти мне не было никакого дела, пусть это и показалось бы кому-нибудь бесчеловечным. Пусть бы свернул шею на первом же повороте - я не стала бы жалеть. Но сбежал - и сбежал. Герцог отправил на его поиски людей, но сам остался в замке, и я была втайне очень этому рада. Я чувствовала огромную благодарность к дракону. Он защитил меня, продолжал оберегать и относился ко мне по-рыцарски. Как странно, что подобное отношение я увидела не от людей, даже не от родных, а от дракона, о которых всегда рассказывали столько ужасов.

К обеду мои вещи были перевезены в спальню герцога, по его личному приказу, и хотя его близость смущала меня, я была рада остаться рядом с ним. Потому что только с милордом Тевишем чувствовала себя в безопасности.

Ундиса вышла лишь к вечеру, с лицом, опушим от слез. Меня мучили угрызения совести. Я серьезно подумывала, чтобы рассказать ей правду, но промолчала. Не зря дракон решил защитить меня именно таким способом. И это он должен был решать вопросы со своей конкубиной, а не мне вмешиваться в их отношения. Ну и главное - Ундиса была сестрой Ульпина. Кто знает, не было ли нападение управляющего частью их общего плана.

За ужином Ундиса не села за общий стол, и даже ее стул убрали. Вместо конкубины за работой слуг, вносивших блюда с кушаньями, следила строгая пожилая дама из числа приближенных леди Фредегонды. А сама леди Фреда выглядела, как обычно, невозмутимо, ничем не выказывая ни малейшего удивления.

После того, как мы поели, дракон поцеловал нас с леди Фредегондой в щеку и сказал мне:

- Иди в спальню. Я проверю стражу и скоро приду.

- Да, милорд, - ответила я чинно, поклонилась и пожелала леди Фреде спокойной ночи.

- Спокойной, - ответила она, еле заметно усмехнувшись.

Я поторопилась уйти, чтобы она не сказала чего-нибудь обидного, как обычно говорила Ундисе.

В спальне меня уже ждали горячая вода и мыло, и я быстро ополоснулась, спрятавшись за ширму, хотя дракон еще не пришел, а дверь я заперла. Едва я успела надеть рубашку, как в дверь застучали, и я побежала открывать, чтобы не заставлять милорда Тевиша ждать слишком долго.

Но это был не дракон. Это была Брюна.

В дорожном платье, растрепанная, бледная и с безумными глазами.

Она ворвалась в спальню, как ураган, и остановилась, разглядывая меня в рубашке, а потом посмотрела на кровать, на которой уже было откинуто одеяло.

- А ну, пошли отсюда! - в спальню запоздало вбежала леди Фредегонда.

Вцепившись в Брюну, старуха попыталась вывести ее вон, но дочь дракона была гораздо сильнее и вырвалась их рук бабушки.

- Ну и гадина же ты, - произнесла Брюна сквозь зубы. - Гадина, еще похлеще Ундисы! - и она вцепилась мне в волосы.

Только что спящий замок превратился в обиталище демонов - крики, вопли и визги Брюны, леди Фреды и служанок, пытавшихся ее остановить, перекрыли даже шум моря, которое сегодня было неспокойно.

Только я не произнесла ни звука, хотя Брюна повалила меня на пол, безжалостно таская за волосы. Спасибо, что не была - вздумай она меня ударить, точно переломала бы мне кости.

Только вшестером удалось оттащить разбушевавшуюся дочь дракона. Леди Фредегонда встала между нами, не давая внучке снова кинуться на меня. Дженни помогла мне подняться и дрожащими руками пригладила мне волосы. Глаза у нее были огромными, как блюдца, а Брюна вопила не переставая:

- Так и знала, что она подбирается к отцу! Змея!.. Трижды змея!.. Кокетничала с моими братьями, а метила в отца!.. Конечно, сразу стать герцогиней!..

- Замолчи, - веско приказала ей леди Фреда и отвесила крепкую пощечину.

Вопли прекратились, как по волшебству.

- Ты меня ударила?! - спросила потрясенная Брюна, вытаращив глаза на бабушку.

- А узнает отец - он тебя еще и высекет, - пообещала сердито леди Фреда. - Немедленно все угомонились и пошли ко мне, пока Тевиш не услышал, как ты тут раскудахталась.

- Ты за нее против меня?! - взвизгнула Брюна и дернулась, чтобы снова броситься в драку.

- Да как она посмела просто взглянуть в сторону моего отца!.. Пусть убирается из его комнаты, немедленно!..

- Не смей ей приказывать! - рявкнула леди Фреда, и было удивительно, как немощная женщина может обладать таким громким голосом. - Она еще родит Тевишу сыновей. Драконов. А ты - пустой сосуд! И не тебе разевать на нее рот.

Лицо Брюны дрогнуло, рот приоткрылся, брови жалобно изломились, а потом она разрыдалась, вырвалась от служанок и выбежала вон.

- Приведите тут все в порядок, - деловито начала распоряжаться леди Фреда, указывая на опрокинутые стулья. - Леди Мелхола, а вы пройдите со мной, пожалуйста.

Дженни накинула мне на плечи халат, завязала пояс и помогла надеть домашние бархатные туфли. Леди Фреда увела меня в свою комнату, прогнала горничных и служанок, и указала в кресло.

- Садись, у меня кое-что есть для тебя.

Я села в кресло, все еще переживая потрясение от возвращения Брюны. Она не дала мне даже возможности все объяснить...

Мать дракона отцепила от пояса ключ, открыла сундук, стоявший у стены, и приподняла крышку.

- Вот, - она достала из сундука свернутую рулоном ткань, - настоящая восточная работа, вышивка серебром. Получится отличное платье, фасон придумай сама. А вот это, - она развернула парчовую широкую ленту, - можно пустить на кайму. И еще вот тебе ожерелье. - она положила мне на колени ткань, а сверху выкладывала украшения, которые доставала из ларца.

Я потеряла дар речи от такого великолепия, а леди Фреда продолжала одаривать меня новыми и новыми драгоценностями.

- Здесь гранаты и рубины, тебе очень пойдут красные камни. И пара колец. И браслет. И пряжки на туфельки - смотри, как сверкают! Серебряные, с чеканкой! Носи на здоровье.

- Зачем это, леди Фредегонда? - я положила все на стол и отдернула руки. - Зачем вы даете мне это все?

- Мой сын подарит тебе гораздо больше и красивее, - сказала она довольно. - А это - мои подарки. Будь с ним поласковее. Ты слишком сурова и сдержана, а Тевиш - мужчина горячий. Не отказывай ему слишком часто. Нужно будет - потерпи. У мужчин страсть так и бурлит, ей надо давать выход регулярно, иначе до беды недалеко.

- Леди. - я начала, но тут же прикусила язык.

Она была счастлива.

Леди Фредегонда и в самом деле была счастлива.

Я увидела ее одну, в комнате, без служанок - она молилась, бормоча благодарности небесам за то, что «дерзкая девчонка Мелхола наконец-то уступила, и больше не будет мучить моего сыночка».

- Возьми, и ничего не говори про Брюну, - говорила мне леди Фреда тихо и настойчиво. -Не надо ссорить отца с дочерью, это не прибавит тебе любви, а Тевишу - душевного спокойствия. Будем решать свои женские разногласия сами, у Тевиша и так хватает забот. Я поговорю с Брюной, она тебя не тронет больше. Ты обещаешь?

Она несколько раз повторила: ты обещаешь?

Я не смогла сказать ей «нет». Кивнула и сказала, что не скажу ничего о том, что произошло в спальне.

- Спасибо тебе, - она обняла меня и поцеловала - быстро, как будто стесняясь этой нежности. - Я позову Дженни, она проводит.

Дженни проводила меня до спальни дракона и предложила посидеть вместе со мной, пока милорд Тевиш не вернулся, но я отказалась.Когда Дженни ушла, я положила подарки леди Фредегонды на кресло, а сама закрыла лицо руками, пытаясь сосредоточиться и спрашивая книгу пророчеств о Брюне.

С тех пор, как я узнала, что дракон не верит в мой дар, я сама начала сомневаться в своей силе. Но в этот раз книга открыла мне нужную страницу на удивление легко - я увидела Брюну на стене замка Намюр, плачущую от обиды. Обида на судьбу, на предательство тех, кого считала своими друзьями... Вроде бы, этого было достаточно, но книга упорно приоткрывала еще одну страницу, и я уступила, заглядывая в будущее.

Море - синее, ночное. Бесконечное небо, в котором рассыпались тысячи звезд. Корабль, похожий на огромного черного лебедя, плывет к самой яркой звезде, повисшей над горизонтом. Путеводная звезда. звезда, указывающая путь мореходам. У Брюны нет путеводной звезды.

Я побежала на замковую стену, не позвав с собой никого из служанок. Это было опасно -Брюна запросто могла бы швырнуть меня в ров, и сказать, что я прыгнула туда сама. Но я должна с ней поговорить.

Дочь дракона стояла на самом краю стены, взобравшись на парапет и бесстрашно глядя вдаль. У меня бы закружилась голова, но Брюна стояла, гордо вскинув голову. Соленый морской ветер развевал ее волосы, играл краем плаща.

Услышав мои шаги, Брюна оглянулась.

- Зачем пришла? - прошипела она с ненавистью. - Проваливай, если не хочешь, чтобы я тебя придушила.

- Ты зря сердишься на меня, - сказала я, опасаясь подходить слишком близко и останавливаясь шагах в пяти. - Ты не знаешь, что произошло.

- Любопытненько, - Брюна спрыгнула со стены и направилась ко мне, на ходу разминая пальцы. - Случилось знамение небесное, велевшее тебе прыгнуть в постель к моему отцу?

- Совсем не так.

- О! Что-то другое?! - издевательски восхитилась Брюна. - Наверное, ты пожалела моего бедного папочку-вдовца, решила скрасить его последние дни, и дело совсем не в том, что он герцог! Эллар тебе не понравился, Логан - слишком прост, а вот герцог Мастини.

- Твой отец спас меня из плена! - крикнула я ей в лицо. - Когда я сидела голая на цепи, как собака! А потом хранил меня и защищал, как родную дочь! Он и сейчас не тронул меня, а в его спальне я оказалась, когда он в очередной раз спас меня - защитил от брата Ундисы!

Как всегда бывает с горячими людьми - Брюна не услышала моих тихих объяснений, но крик произвел впечатление. Она остановилась, покусывая губы, словно не зная - верить или нет.

- Что это Ульпин собирался с тобой сделать? - спросила она с вызовом.

- То же, что и твои братья, - ответила я. - Затащил меня в кладовую и спустил штаны.

- Врешь, - выдавила она, но я уже поняла - гнев ее улетучился.

- Нет, говорю правду. Спроси, куда делся управляющий. Сбежал, прихватив вашего коня. Даже сестру бросил.

- Мерзвец, - Брюна ударила кулаком о ладонь. - Надеюсь, папаша обрубил ему руки по локоть? А почему не прогнал эту гадину - Ундису? Вслед за братцем ее!

- Пусть твой отец сам решит, кого наказывать, а кого защищать, - сказала я уклончиво. - Но ты обидела меня подозрениями. Ты набросилась, даже не узнав толком, что произошло.

- Ладно, прости, - проворчала она. - Но я чуть не свихнулась, когда об этом узнала. Кстати,

- тут она посмотрела на меня с новым подозрением. - Если Ульпин сбежал, тебе незачем жить в спальне моего отца. Можешь вернуться к себе.

- Прости, но я сделаю это, только когда он мне прикажет, - ответила я твердо, хотя ноздри у Брюны снова гневно затрепетали. - Твой отец поступил со мной благородно, и я приняла его помощь. Не сердись ни на меня, ни на него, потому что мы не совершили ничего предосудительного.

«Красиво лжешь, - поругала я себя мысленно. - Ничего предосудительного - это когда вы купались голышом, и герцог целовал твои груди».

- Да ладно, не выдумывай сказок, - грубо перебила меня дочь дракона. - Пусть мой отец и ведет себя с тобой, как рыцарь, можешь мне поверить - мысли у него совсем не рыцарские. А ты, если имеешь хоть каплю сострадания, лучше не подходи к нему ближе, чем на десять шагов. Тем более - не ночуй с ним в одной комнате. Иначе однажды станешь недевушкой быстрее, чем проснешься.

- Брюна, я уверена в твоем отце, так же, как и в себе, - я порадовалась, что на замковой стене было светло лишь от звезд, и дочь дракона не заметила, как я покраснела.

Но она вдруг засопела, потом хлюпнула носом, а потом расплакалась, отвернувшись от меня, чтобы скрыть слезы.

- Ну, не надо плакать, - сказала я, несмело обнимая ее за плечи, но Брюна не оттолкнула меня и даже не обругала. - Как можно дочери герцога плакать? У тебя есть все, не гневи небеса недовольством...

- Меня никто не любит, - призналась она, вытирая ладонями щеки. - Даже дядюшка хотел поскорее избавиться от меня, и Эллар с Логаном. А отец не хочет, чтобы я возвращалась. Я знаю, что не хочет. И бабушка сегодня. прямо напророчествовала!.. Все готовы уколоть меня тем, что я никогда не рожу детей!..

- Не обращай внимания на слова леди Фреды. Даже если у тебя не будет детей, это не значит, что в твоей жизни не может быть цели.

Мои слова так поразили дочь дракона, что она забыла плакать и посмотрела на меня, вскинув брови.

- Ты спятила? - спросила она. - И какая еще может быть у меня цель?

Я легонько постучала пальцем ей по лбу, а потом указала в звездное небо.

- Что? - фыркнула она. - Я не умею летать! Я не превращаюсь в дракона!

- Ты не поняла. Перед тобой открыт весь мир. И тебе нечего терять, кроме жизни. Тебе всегда нравились сказки о путешествиях, ты мечтала увидеть море. Спроси море - что оно тебе посоветует. Спроси небо и звезды, что они скажут. Пусть у тебя нет крыльев, ты не можешь летать и плавать, рассекая волны змеиным хвостом, но у Синдбада-морехода тоже не было ни хвоста, ни крыльев, ни клыков. Зато у него были отвага и жажда узнать тайны, неподвластные тем, кто ходит по земле.

- Сколько пафоса, - хмыкнула Брюна. - С чего это тебя держали на цепи? Ты разве буйная?

- Есть кое-что, о чем я не могу тебе рассказать, ты уж прости, - сказала я. - Поговорим о другом?

Мы простояли на замковой стене около получаса, а потом я ушла, оставив Брюну, задумчиво глядевшую в небо и на море. Ужасно хотелось спать, хотя днем я только и делала, что отдыхала. Но слишком много душевных сил было потрачено, и я мечтала лишь обраться до постели.

Спускаясь по винтовой лестнице, скупо освещенной светильником, я услышала позади щорох - словно кто-то крался следом за мной. Сразу вспомнился Ульпин, и я прижалась спиной к стене, готовая к новому нападению.

- Эй, кто здесь? - крикнула я.

Но никто не нападал на меня, и шорох больше не повторялся. Я бросилась бежать так быстро, как только могла.

Когда дракон вошел в спальню, я сидела в кресле, возле жаровни, и смотрела на красные угли.

- Еще не спишь? - спросил герцог.

- Уже засыпаю, - призналась я. - Но боялась спать, не заперев дверь, а запереть не могла, потому что вы еще не пришли.

- Брюна вернулась, - признался он без особой радости. - Рихард отправил ее вон. Без жениха.

Лицо у него было угрюмым.

- Может, ей и не нужен никакой жених? - спросила я.

- Может, и не нужен, - сказал дракон, сбрасывая камзол. - Ложись, уже поздно.

Я нырнула под одеяло, откатившись к самой стене. Полог над кроватью был приподнят, и я видела, как дракон снимает поясной ремень, развязывает тесемки на рукавах. Я бы сделала это гораздо быстрее. А потом развязала бы тесьму, стягивающую ворот рубашки. И помогла бы герцогу снять рубашку...

Дракон, думая о чем-то своем, потянул рубашку вверх. Открылся плоский живот, даже на вид твердый, как доска... широкая грудь с темной порослью волос...

Тут герцог опомнился и вернул рубашку на место, а я поспешно закрыла глаза, если он решит проверить - сплю я или нет. Я слушала, как дракон бродит по комнате, как осторожно ложится на кровать, стараясь не побеспокоить меня, как вздыхает украдкой.

Наверное, он думал о непутевой дочери.

До самого утра я спала сладко и крепко. Правда, проснулась один раз, на рассвете. Серый свет лился через чуть приоткрытые ставни, а герцог ходил мимо окна до двери и возвращался, заложив руки за голову.

Я хотела спросить, почему ему не спится, но сон сковал глаза, и язык, и я снова улетела в дивный мир, где мне виделись льюшееся в окно солнце, цветущие ландыши, и серые волны, окрашенные на горизонте алым.