Сталь и шелк. Акт второй

Глава 43. Яна (2)

Эйнар и Юз танцевали в гостиной. Белое и черное – раздражающе красивое зрелище.

Мебель всю растащили по углам, и в комнате стало на удивление просторно – я даже заподозрила пространственные чары. Кальц в последнее время ими очень интересовался. И он здесь был – сидел на подлокотнике кресла, любовался, иногда комментировал. Рядом с ним стояла маленькая музыкальная шкатулка, но звуки из нее доносились достойные симфонического оркестра. Немного скучноватая, какая-то официальная мелодия – не удивительно, что Юз не пылала энтузиазмом – танцы ей, кажется, нравились более... живые.

Вообще, что-то было не то с ее движениями... и только когда она умудрилась наступить на ногу Эйнару, до меня дошло.

– Настолько не умеешь танцевать в паре, что тебе понадобились уроки, Юз?

Заметив меня, Эйнар ненавязчиво опустил руку ниже ей на талию, но Юз подыгрывать нужным не сочла – выскользнула из его объятий и прохладно, скрывая смущение, обратилась ко мне с оправданиями:

– Я всю жизнь делала это одна. До того, как стала жрицей – просто была еще слишком юна, чтобы задумываться о мальчиках. После – танец вдвоем стал чем-то кощунственным.

От воспоминаний о вейдановских танцах меня перекосило. Да моя одногруппница еще просто удивительно адекватна для выходца из страны фанатиков.

– Ты же была в Гоуд-Сва со своим женихом? – напряженно спросила Юз, видимо, поняв что-то по моему лицу.

– Твоя осведомленность восхищает.

– Вообще-то, это моя осведомленность, – вмешался Эйнар.

– И ты как всегда делишься со всеми подробностями моей личной жизни – и настоящими, и выдуманными, – со злым ехидством заметила я. Эйнар просто неисправим. Иногда это забавляет, но иногда – чертовски бесит.

– Справедливости ради, сейчас я делился только с Юз.

– Будто бы я об этом просила. Ты слишком много лезешь не в свое дело, Эйнар.

Юз сегодня была явно не в духе, а тут еще и танцевальные неудачи раздражения прибавили.

– Ну вы чего, – покачал головой Кальц и попытался осчастливить всех своей ангельской улыбкой. – Мы почти победили в соревнованиях, все так мирно и дружно, а вы вдруг снова шипеть друг на друга по пустякам начинаете.

Демон был единственным, чьих воспоминаний я не увидела при атаке ментального монстра. Пожалуй, он оставался самой большой загадкой в нашей группе. Общался со всеми дружелюбно-нейтрально, был открыт и легок, но понять, что скрывалось за этой легкостью казалось задачкой из нереальных. Его эмоции походили на дуновения ветерка – вроде яркие, сильные, но неуловимые.

– Эти женщины такие агрессивные, – свалил все на нас Эйнар. – Владели бы вы боевой магией, то чувствовали себя, как рыба в воде, на моей родине с ее вечными войнами.

Возможностью сменить тему я решила воспользоваться. Тем более, вспомнилось мне кое-что интригующее:

– Кстати, о готредцах. Колись, Кальц, что у тебя с Рейнаром из красного за дела были?

Демон сначала на меня недоуменно посмотрел, а потом будто бы вспомнил.

– А, ты об этом... Яна рассказала, да? К счастью, никаких дел у нас не было и быть не могло. Он искал во мне союзника в своей войне. Что ж… не нашел.

– О, знакомая песня! – фыркнул Эйнар. – Он и ко мне приставал по этому поводу. Прознал, что я стану мужем Владычицы Нортейла... это страна моя так называется... И все выпытывал, продолжим ли мы держаться нейтралитета. Вот неужели я похож на человека, готового лезть прямо в их бойню и вести людей за собой на смерть?! Я пацифист!

На его лощенном лице отразилось праведное возмущение. Эйнар пусть и переигрывал, но, если верить моему амулету, не лгал – пачкать руки грязным делом войны он совершенно не хотел. А убийство у него вообще вызывало отвращение – искреннее, на собственном опыте основанное. Попробовать узнать подробней об этом опыте, о его любимом и ненавидимом дядюшке, я так и не рискнула.

– Я тоже, – радостно улыбнулся Кальц, подходя к Эйнару и пожимая ему руку. – Не приемлю насилия во всех его проявлениях. Как приятно знать, что рядом есть единомышленник.

– Да вы вообще, реально как братья, – закатила глаза я, вспоминая наше красочное выступление на предварительном туре. – Блондины, пацифисты, любимцы девушек и мастера придуриваться... Хотя, нет, вру. Прости Кальц, но все же тебе в этой области до Эйни далеко... почти так же, как Эйни до твоей красоты.

Эйнар возмущенно и даже чуть обиженно фыркнул, но все же больше веселился, закивал с серьезной миной.

– Увы, я всего лишь человек.. Но стать демону другом и братом честь для меня!

– О! – нарочно или нет, но Кальц спародировал любимое междометие Эйнара. – А мне нравится эта идея! Хотя мне, как демону непонятно немного, какими должны быть отношения между человеческими братьями… Но я рад буду попытаться. Идет?

И демон дружелюбно распахнул руки. Эйнар не затормозил, и парни застыли в крепких мужских объятиях. Похлопали друг друга по спине, давясь от смеха и пытаясь сохранить более-менее серьезные лица. А когда они расцепились, Кальц вдруг решительно положил парню руку на плечо. Эйнар от этого насторожился, ожидая подвоха. У Кальца же в глазах плясали бесенята. С игривым видом он заявил:

– Ну, раз уж мы побратались по обычаям людей, то стоит сделать это и по обычаям демонов....

Среагировать Эйнар не успел.

Кальц его поцеловал.

Ну как поцеловал – мимолетно коснулся его губ своими. И все это с таким видом, будто ни сделал совершенно ничего особенного. Зато бедняга Эйнар испуганно отпрянул.

– Не-не-не-не-не! – обескураженно замотал он головой. – Давай мы как-нибудь обойдемся без ваших демонических обычаев....

– Ой, да что вы все какие, – отпустив несчастного Эйнара, Кальц шутливо-негодующе насупился. – Мальчик, девочка… губы у всех одинаковые!

Я не выдержала и расхохоталась. Видеть это выражение лица Эйнара, чувствовать его смущение и возмущение было сущим блаженством.

– Кальц я тебя обожаю! И официально объявляю тебя своим любимым демоном! Вот знаешь, не будь ты таким кукольным красавчиком, может тоже бы в тебя влюбилась.

– Мое сердце открыто для всех, – подмигнул мне веселящийся Кальц. – Вне зависимости от пола и расы. Имейте в виду.

– А что это вы такие счастливые? – в гостиную спустился зевающий Мэт, а я вдруг вспомнила, что кое-кто в этой комнате счастливым и даже просто веселым ни на миг не был. Но Юз уже успела уйти – из приоткрытой двери на кухню доносился запах кофе.

Я буквально почувствовала на себе пару прожигающих красноречивых взглядов.

Эйнар и Кальц, действительно, как близнецы, посерьезнели и мысленно посылали меня к своей чернокожей подружке. Я сделала не менее красноречивое выражение лица аля “нафиг оно мне надо” и парням пришлось перейти на вербальное общение.

– Вам нужно поговорить, – почти шепотом сказал Эйнар.

– Юз так плохо после вчерашнего, – еще тише сказал Кальц. – Да еще и эта старая ссора с тобой на нее давит. Вы бы с ней помирились уже до конца. Обоим же легче станет.

Мне вообще-то тяжело не было, а уж Юз точно не страдала от нашей периодической напряженности в общении друг с другом. Здесь другое было... Побывав на родине Юз, мне казалось, что я ее стала понимать... и, пожалуй, правы мои блондинчики – нужно с этим разобраться.

Машинально касаясь амулета под рубашкой, я решительно отправилась на кухню. В спину мне донесся недоуменный вопрос Мэта:

– И что это было?

Вновь заиграла музыка, на этот раз повеселей, и Кальц спросил хитро.

– Скажи-ка, Мэт, а ты умеешь танцевать?