Сталь и шелк. Акт второй

Глава 23. Яна (2)

Какой-то юморист повесил на кресло, ставшее вместилищем жуткой магии мэтова болота, табличку с черепом, скрещенными костями и розовой бабочкой. Хорошо, кстати, нарисованно. Интересно, чья работа?

Но спросила я собравшуюся в гостиной группу о другом:

– Ну что, устроим мозговой штурм?

Мэт подавился виноградиной. Он умостился на подлокотнике кресла, где сидела Брусника, и вдвоем они обгладывали одну большую сочную гроздь зеленого винограда, так удобно зависшую в воздухе.

– Если ты про соревнования, то отличная идея! – эльф возбужденно руки потер. – Не, знаю, правда, где мы возьмем столько мозгов, но войско из них я организую, бывшая живая плоть все же... А кого штурмовать будем?

– Брать мозги нужно у тех, кто ими все равно не пользуется, – серьезно поддержал идею Эйнар, который вместе с моим Фраем облюбовал себе меховой коврик у камина. – Хм...

Посмотрел на меня оценивающе. Я ответила милой улыбкой:

– У меня они хотя бы есть.

– Может нам нужно быть посерьезней, – устало прикрыла глаза Юз. Она, сдержанная, элегантная, в своем черном платье и шоколадной кожей на фоне светлой стены была как обсидиановая статуэтка... Черт, ну почему дискриминирует ее Дженни, а я, вместо того, чтобы злорадствовать, проникаюсь горечью несправедливости и даже обижаться перестаю? – Мы должны выступить достойно...

– Юз, я тебя люблю, ценю и уважаю, но сейчас ты нудишь не по делу, – Эйнар сегодня был на редкость в хорошем настроении. – Это же игра. Да, с очень заманчивым призом, но – просто игра, да еще и относительно по правилам. А от игры нужно получать удовольствие.

– Я надеюсь, ты строишь из себя воплощенную невинность не для того, чтобы заставить нас тут всех расслабиться, подставить и вручить победу в руки своему дружку? – подозрительно уточнила я, выискивая где бы расположиться. Кальц, оставшийся без своего любимого кресла, забрался на широкий подоконник, Альбо самозабвенно развлекался, взобравшись на перила – вертелся и ходил туда-сюда, балансируя, как акробат на канате.

– Вот еще! – Эйнар на мой скепсис ответил праведным возмущением.. – Как я могу предать свою новую настоящую семью, свой маленький желтенький мирок....

Он с чувством спорадировал ректора и все дружно зафыркали. Альбо даже с шага сбился и чуть не свалился на пол – но вовремя махнул руками, превращаясь в птицу. Подлетел к Бруснике с Мэтом и, вернув себе человеческий облик, забрался на свободный подлокотник, отщипнул себе последнюю виноградину.

– А Дженни нам не поможет? – спросила Брусника, так чудно смотревшаяся с двумя милыми парнями по бокам – прям правительница на троне. Да только я уже давно заметила, что ей приглянулся наш демонюга... Забавная, должно быть, вышла бы парочка, но как-то сложно это представить...

Ох, не о том ты, Яна, думаешь. Соберись! У нас важное общее дело грядет.

– Мы справимся и без Дженни , – уверенно заявила я. Сделала пару шагов, чтобы оказаться в центре внимания, глубоко вздохнула, собираясь с духом. – Мы же сами по себе. Да, я, может быть, и далека от образцового лидера. Я... что тут уж – налажала. Считала, что отличная староста, раз с бумажками вожусь, да еще иногда великодушно по учебе помогаю и Эйни на место ставлю. А большего никому и не нужно было. Но... случилось так, что из-за моего пофигизма вы все могли серьезно пострадать. Я не воспользовалась, когда нужно, мозгами, и кинула Мэта и Нику с растущей прямо на моих глазах проблемой... а ведь понимаю теперь, что могла бы тогда помочь своей магией, придумать что-то – стоило только захотеть! Здесь я действительно виновата и... прошу прощения.

Мне хотелось провалиться сквозь землю – от собственных слов, от тягостной тишины, от удивленных, но вроде проникнувшихся, взглядов одногруппников. Чувствую себя дурой. И от того, что вполне искренне говорю – вдвойне. Но вот вспоминать о взрыве и сбое магии я не собиралась. Меня тогда рядом с группой не было не по моей вине, а извиняться за то, что здоровьем не поинтересовалась – глупо. Как и доказывать, что я вовсе не какая-нибудь там мажорка, которой столь многое позволено. Все оно без раскрытия моих секретов – пустые слова.

– Ладно, мои ошибки – это мои ошибки, и я сделаю все, чтобы вновь их не совершать. Но, будем честны, мы тут все сами по себе, как бы не перешучивались и не ходили под ручку. У нас у всех свои тайны и цели. И делиться ими с людями и нелюдями, которых без году неделю знаешь – неразумно. Это нормально. Мы же здесь не для того, чтобы друзей находить – это так, приятный бонус, если повезет. Мы здесь магами становимся, союзников на будущее присматриваем, желание себе зарабатываем. И тут внезапно такая возможность! И нам нужна настоящая команда, если не хотим ее упустить – придется всем поработать над доверием. Не скрывать свои сильные и слабые стороны. Сыграть в одну простую игру: как честно и весело друг друга использовать – и победить.

– Рационально, – наконец подала голос Юз. Ей моя речь, частично импровизированная, а частично отрепетированная в мыслях, не очень понравилась – вон как плотно губы сжала. – Предлагаешь забыть о неприятном для тебя прошлом и сосредоточится на одной цели... Только вопрос: а что с желанием? Ты ведь не хочешь себе его заполучить, за труды?

Вот же... нехорошая женщина. Да не знала, я как с этим чертовым желанием быть! Да хотела, мечтала – это естественно. Но и не будь его – я говорила сейчас перед всеми то же самое.

Не дожидаясь моего ответа, вдруг вся группа резко оживилась:

– Эби же извинилась! Я, правда, не понял за что. Кто-то в чем-то виноват? Зачем ссориться, если нужно дружиться – и команду? – протараторил Альбо.

Сначала еще победить надо, а потом желание делить, – разумно заметил Эйнар.

– Я всех за все прощаю, – махнул рукой Мэт, – и считаю, что для серьезных планов на будущее после выпуска как-то рановато. Я просто хочу развлечься на соревновании, и хочу, чтобы мы сейчас вернулись к теме мозгов...

– Абигейл имела в виду земной метод для решения сложных проблем. Когда каждый высказывает как можно больше идей, а потом выбираются лучшие, – любезно пояснил Кальц это злосчастное выражение.

– А какие у нас сильные стороны? Мы про магию? Может просто каждый покажет, что лучше всего может... – внесла предложение Брусника.

Я с трудом сдержала ироничный смешок. Увидела в черных глазах Юз такое же понимание: мои дорогие одногруппники просто не желали заранее обсуждать желание. Все, даже Брусника, тему перевели поскорее. Потому что каждый надеялся хитростью или реально по дружбе заполучить его в результате себе.

Что ж... опасно, но меня это более, чем устраивало. Правила игры приняты.

И одногруппники, невинно галдя, талантливо делали вид, что хотят лишь беззаботно оттянуться.

– Хочешь похвастаться своим талантом в вязании?

– Я не об этом! Будет ведь представление...

– Ага! Танцы, песни...

– О, танцует у нас Юз...

– Нужен интересный сценарий. А потом уже, по сюжету, будем думать кто что сможет показать..

– По-моему лучше наоборот, сначала выясняем кто что может...

– Надо что-то зрелищное!

– Болото твое было очень зрелищное. Очень-очень. Я впечатлился. И завидно. У меня совсем ничего не выходит...

– А давайте просто кресло наше покажем. И Фрая.... только выкрасим его в белый, для контраста и смысла. Будут символами нашей группы. Лаконично и со вкусом.

– Не трожь мою собаку, Эйни, – не выдержала я этот малоосмысленный поток группового сознания . – Адекватную идею слабо выдать?

– А сама-то? Только проникновенные речи в духе ректорши толкать можешь? – фыркнул Эйнар. – Но вообще... лучше действительно сначала определиться, какая у кого сильная и наглядная магия лучше всего получается и как оно может взаимодействовать – чтобы сильнее впечатлить судей. У Юз на родине... да и у меня, полно, красивых ритуалов, сказок, придумаем, как объединить. У меня уже есть мысли насчет чудесных артефактов... да и заморозить что-нибудь могу.

– Тогда и не будем тянуть время, – я воодушевленно уселась на кофейный столик – больше все же некуда было..

У меня тоже имелись чудесные мысли.