Серые Волки. Книга 2.

Глава 9

Райнер пробирался назад в облике волка. Человек был слишком слаб и не так быстр, как оборотень, и потому мужчина не хотел рисковать, если вдруг столкнется с товарками той твари, которую убил. Бой с чудовищной птицей оказался не легким и Райнер не желал повторения, поскольку еще не успел восстановиться после первой схватки. И все же, ему нужно было найти воду и хоть что-то из припасов. Дорога впереди была пустынная и ему с Эминой оставалось преодолеть самый опасный участок земель, прежде чем они смогут, наконец, вздохнуть спокойно. Ведь теперь оборотень знал, куда ведет принцессу. И пусть для нее это окажется некоторым сюрпризом, но в итоге Эмина должна будет понять, что он действует только ради ее блага. Слишком уж опасен и коварен принц, следовавший за ними по пятам. И Райнера действительно пугала магия, которой обладал Инсан. Наверное, он согласился бы несколько раз пройти эти земли, чем один, но с подобным преследователем на хвосте. А потому сейчас, крадучись назад, с Эминой, оставшейся в схроне за спиной, он думал о том, как обхитрить мага и уйти от его погони.

К телу птицы он вышел достаточно быстро и не удивился, когда заметил две тени, кружившие над мертвой тушей. Огромные стервятники спустились вниз и не брезгуя собственным видом, принялись прыгать рядом с телом убитой Райнером птицы. Сейчас, стоя за камнями и скрытый от их внимательных глаз, оборотень ясно видел, какие огромные эти твари. А мысль о том, что, если одна такая едва не отправила его к праотцам, заставила Райнера искать обход вокруг, чтобы не попасться в поле зрения птиц, уже приступивших к трапезе. Долго они выжидать не стали. Одна из тварей ринулась вперед, раскинув крылья и вонзила мощный клюв в незащищенное тело мертвой птицы, уже совсем не напоминавшее кокон. Вторая, понимая, что слишком уж медлила, поспешила за ней, но первая издала негодующий клекот и развернулась так, чтобы ее подруге не досталась добыча. Райнер же только осклабил пасть, догадываясь, что этих двух монстров ожидает схватка за пищу, но ждать более не стал, хотя ему было весьма любопытно поглядеть, как они сойдутся в бое. Вместо этого оборотень оценивающе взглянул на уступ, намереваясь по скалам обойти опасный участок дороги, да и заодно оглядеться, чтобы найти остатки жеребца вместе с седельными сумками. Надеясь, что они если и пострадали, то самую малость. Чтобы приобрести форму, способную к подобным подвигам, Райнер снова начал меняться. Тело болело после схватки, и мужчина снова оскалил пасть, чувствуя, как мышцы растягиваются, изменяясь, трансформируясь в получеловека из обличья волка. Привалившись к стене, воин стиснул зубы, подавив рык боли, но уже несколько мгновений спустя стоял на двоих лапах, ставших шире и мощнее, а вот передний его конечности почти полностью походили на обычные руки, разве что с когтями, вместо ногтей, да покрыты жесткими волосами.

Райнер осторожно выглянул снова, проверяя, на месте ли птицы. Заметив, как твари сцепились в поединке и уже клюют друг друга, нанося болезненные, но не смертельные удары, оборотень развернулся к стене лицом и поднял взгляд. А заметив там, на верху, первый, показавшийся надежным, выступ, он подпрыгнул, хватаясь сильными пальцами за его край. Подтянувшись, нашел опору ноге и принялся карабкаться наверх, отыскивая зазоры между камней, чтобы вцепиться руками или когтистыми задними лапами.

Подъем занял не так много времени и уже скоро оборотень оказался на острой вершине. Беглый осмотр показал ему, что вокруг тянутся уродливые хищные скалы, больше похожие на утыканную острыми ножами поверхность выделанной шкуры. Передвигаться по таким было опасно и крайне утомительно и все же, этот путь был более предпочтителен Райнеру, чем тот, пролегавший внизу, через птиц. Да и отсюда он вполне мог разглядеть останки коня, надеясь, что они не провалились в расселину меж зубьями скал.

Удобные для крылатых жителей, камни щетинились к небу, как насмешливый оскал хищной пасти. Райнер бросил взгляд вниз, туда, где птицы, хлопая крыльями, танцевали друг перед другом, пытаясь отвоевать мертвую тушу, а затем стал перебираться дальше, надеясь, что Боги позволят ему как можно быстрее отыскать то, что он так ищет. Мысль о том, что где-то там, за спиной, осталась принцесса и что она совершенно одна, заставляли Райнера выложиться из всех сил, чтобы как можно скорее вернуться назад. К женщине, которая стала ему так необходима. И сколько он не пытался заставить себя не думать о ней, но не мог. Своенравная, в чем-то даже дикая, принцесса нравилась ему и его зверю. Казалось, вторая, звериная сущность заинтересована в Эмине еще больше чем человеческая! И все же, его сердце рядом с ней билось иначе, даже когда она смотрела на него как на раба. Просто он не сразу осознал то, что отреагировал на девушку иначе, чем раньше реагировал на других. У Райнера было много женщин. И все они были разными. Свободные, рожденные в клане, и рабыни, прекрасные, безвольные, но оттого не менее желанные для мужского тела, и, если признаться, то Эмина была прекрасна, но Райнера тянуло к ней не из-за красоты. Что-то другое, более сильное и неудержимое манило его, очаровывало в принцессе. Наверное, она и сама не понимала, какое влияние имеет на своего спутника, иначе непременно использовала бы это в своих целях. Хотя сейчас, карабкаясь по острым вершинам скал, мимо тоннеля в котором сражались птицы, Райнер вспоминал, как Эмина стала меняться рядом с ним. Больше не было этого вечного и резкого: «Раб!» — словно девушка пересмотрела свое отношение к мужчине. Разглядела то, чего не видела раньше, или не хотела видеть. Так или иначе, но она изменилась и Райнеру нравились эти изменения. Тогда, после боя, когда она бросилась к нему на грудь, он ощутил, как его сердце едва не вырвалось наружу от бешенного биения. И виной была она — принцесса!

Райнер застыл на одной из вершин, решившись подняться во весь рост. Огляделся, щуря звериные глаза. Острое зрение хищника позволяло ему видеть намного дальше, чем в человеческом обличье. К тому же, с ним было его обоняние, а уж почуять кровь было делом простым и Райнер втянул воздух, улавливая запахи. Сначала в ноздри ударил смрад. Это птицы там, уже в стороне за его спиной, прекратив ссору разорвали мертвячину и принялись наслаждаться пиршеством. Запах крови приятно защекотал ноздри, но это был не тот запах, который искал воин. А потому он заставил свою сущность повернуть морду и уже принюхивался в другом направлении, но вонь птичьей крови была слишком сильна и перебивала остальные запахи, если они имели место быть. И Райнер двинулся дальше, пробираясь по скалам. Прыгая по ним с ловкостью и одновременно, осторожно, чтобы не упасть вниз. Еще через некоторое время, он снова застыл. Вскинул морду и стал искать нужные ему запах и едва сдержался от рыка удовольствия, когда обнаружил его неподалеку. Острый аромат крови и разорванной плоти мог принадлежать только лошади. В этом оборотень был уверен, так как не единожды ел свежатину, еще когда обучался перевоплощаться в далекие юные годы будучи волчонком.

Выбрав направление, оборотень прыгнул и снова помчался вперед на всей скорости, какую только мог себе позволить, увлекаемый запахом, одурманивавшем сознание.

«Слишком долго я не кормил своего зверя!» — запоздало подумал мужчина и сделал длинный прыжок с вершины на вершину, чувствуя, как растягивается тело воспарив в воздухе на короткий отрезок времени. Только для того, чтобы уже в следующее мгновение вцепиться когтями в уступ и застыть на нем подобно каменному изваянию, глядевшему вниз. Туда, где в расселине меж камней, лежали останки — половина тела разорванного птицами жеребца.

На камне, в неглубокой нише, где меня оставил Райнер, было не так жарко, как на солнцепеке, но я все же мучилась от запоздалой жажды и с нетерпением и надеждой ожидала возвращения своего спутника. И искренне надеялась, молясь всем богам, чтобы он вернулся целым и невредимым, а еще, желательно, с водой и едой. Об одеялах я и не мечтала. Уж как-нибудь обойдемся без них, а вот без воды мы вряд ли протянем долго.

Обхватив руками колени, я взирала на местность, состоявшую из камней. Здесь они были высокими и острыми. Тянувшиеся к небу, они напоминали мне мечи, растущие из-под земли. Дивная и в какой-то степени, уродливая красота окрестностей. Вот только кузнец, выковавший их, был явно неумелым, раз оставил столько щербинок и зазубрин. Они казались настолько острыми, что создавалось впечатление, будто стоит коснуться вершины и непременно поранишь кожу. Удивительно только, как эти скалы не разрезали небо, словно клинок кусок масла. Я сидела и взирала на опасную местность, думая только о том, когда вернется Райнер и все ли будет с ним в порядке. Ведь он отправился туда, где в небе снуют чудовищные птицы, рассекая тенями каменную дорогу.

Время шло, а оборотень все не возвращался. Когда ждешь, время имеет свойство тянуться долго, но страх не позволял мне расслабиться, и я лишь смотрела по сторонам, то и дело ожидая нападения. Но небо оставалось чистым, а под скалой было пустынно. Но вот спустя неопределенный промежуток времени, когда я почти потеряла ему счет, где-то вдалеке на скалах показалась темная фигура, в которой я узнала своего спутника. Вскрик облегчения вырвался из груди вместе с вздохом, и я выбралась из убежища, дожидаясь, когда оборотень приблизиться.

Райнер прыгал по вершинам, удивительно ловкий, но уже у самой скалы, на которой сидела я, спустился на каменное дно и стал превращаться, возвращая себе прежний, человеческий облик, в котором он был совершенно обнажен. И тем не менее, я свесилась вниз, наблюдая не сколько за процессом оборота, сколько разглядывая вещи, которые удалось отыскать мужчине и принести назад. С огромным облегчением разглядела в ворохе, брошенном на камни, флягу с водой и едва не спрыгнула с высоты, чтобы схватить ее и с жадностью припасть губами к содержимому.

— С тобой все в порядке, принцесса? — на меня взглянул уже человек. Глаза Райнера вспыхнули ярким синим светом, а я внезапно зарделась, когда невольно разглядела сверху то, чем так щедро наградили его боги.

— Да! — ответила и сглотнула, заставив себя больше не смотреть куда не надо. Вот только, кажется, глаза были очень против. Они так и норовили опуститься ниже, и я отчаянно боролась с собственными желаниями, пробудившимися от вида обнаженного мужчины.

— Тогда спускайся вниз, посмотрим, что мне удалось спасти! — предложил оборотень и опустил взгляд, явно меньше интересуясь мной, чем я им.

«Даже не предложил помочь!» — почему-то почти обиделась я и стала искать удобный спуск. Я находилась не так высоко от земли, но все же падать, даже с такой незначительной высоты мне крайне не хотелось. А потому я была сама осторожность и пока не ступила на каменную почву, не отпустила уступ, за который цеплялась. Райнер же успел к этому времени прикрыть, надев запасные штаны и я порадовалась тому, что он нашел свою одежду. Потому что разгуливать с голым и крайне привлекательным мужчиной по бесплодным землям было выше моих сил.

— Попей! — первым делом Райнер сунул мне в руки флягу, предупредив: — Только не все сразу. Пусть у нас теперь нет коня, которого надо было поить, все же воды впереди не предвидится, а солнце, — он запрокинул голову к небу и прищурил глаза: — а солнце палит просто безжалостно!

Теплая вода показалась мне самым вкусным, что я когда-либо пила в своей жизни, и мне было тяжело убрать флягу от губ, но я все же сделала это и протянула ее, возвращая мужчине. Но он не взял. Покачав головой, закрыл и поставил на камни.

— Сумка почти уцелела и это хорошо, правда, твои вещи, принцесса, мне спасти не удалось. Птицы постарались, так что, придется ходить в том, что осталось на тебе.

— Согласна! — произнесла я, понимая, что иного выхода просто нет.

— Зато у нас осталось немного еды, и, к тому же, я нарезал конины…

Мысль о том, что придется есть бедного коняшку, который так верно вез меня через пустыню, заставила невольно вздрогнуть. Но я почти сразу напомнила себе о том, что, когда наступит голод, моя переборчивость уступит место желанию просто выжить.

— Сейчас я немного отдохну, и мы отправимся дальше! — сказал Райнер и я лишь кивнула, опускаясь прямо на камни, нагретые солнцем.

— Что ты там видел? — спросила, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

— Ничего хорошего! — быстро ответил оборотень. Он сел, привалившись к скале спиной и закрыл глаза, а я скользнула взглядом по его широкой загорелой груди и ощутила странное волнение, сдавившее грудь. Ничего не могла поделать с собой. Мужчина волновал меня даже когда был одет, а теперь полуобнаженный, заставлял сердце биться еще сильнее. И снова в самом низу живота появилась эта приятная и такая мучительная тяжесть, что я невольно сжала зубы и выдохнула. А Райнер неожиданно открыл глаза и повернув ко мне свое лицо, произнес:

— Ты мешаешь мне отдохнуть, женщина!

«Женщина!» — вспыхнуло в голове, словно какое-то оскорбление.

— Твой запах, — пояснил мужчина. — Я же не человек, а ты, кажется, забыла об этом. И я чувствую, когда ты возбуждена. Мой зверь это чувствует и это волнует его.

Щеки моментально вспыхнули, и я зачем-то отсела дальше, хотя сомневаюсь, чтобы подобное могло помочь в данной ситуации.

— А так? — спросила хрипло.

Вместо ответа Райнер лишь стиснул зубы и отвернулся, снова закрыв глаза. В таком состоянии он провел недолгий промежуток времени, после чего резко поднялся и подхватив в руку нашу многострадальную сумку, бросил, не оглядываясь:

— Идем!

Я повиновалась и последовала за своим спутником, стараясь не отставать ни на шаг.

— Скоро мы выйдем за пределы этих скал! — пояснил оборотень. — Я видел, где заканчивается граница камней, — добавил он. — Там, наверху все было как на ладони.

— И что там, дальше? — спросила я.

Райнер придержал шаг дождавшись, когда я пойду рядом, и произнес:

— Пустынная земля. Не пески и не камни. Просто земля, растрескавшаяся от солнца и жары. И там совсем нет воды…

— Так как же мы преодолеем этот отрезок пути? — удивилась я. — Мне кажется, что мы свернули и теперь идем куда-то в сторону, удаляясь от намеченной цели — моего дома!

Райнер фыркнул, но вышло как-то не по-человечески. Будто огромный зверь чихнул.

— Мы идем туда, где будет безопасно. Я уже говорил тебе об этом, принцесса. Если бы не настойчивость принца Инсана, идущего за нами по пятам, я бы не подумал сворачивать, но боюсь, в его силах догнать нас, — мужчина бросил на меня взгляд, — а мне кажется, ты вовсе не заинтересована в том, чтобы у него получилось вернуть тебя в Фатр!

Еще бы я не была заинтересована в этом! Как-то совсем не хотелось, чтобы мне пустили кровь, как жертвенному барашку на алтаре во славу и процветание жизни повелителя Кахира!

— За этими землями, сухими и потрескавшимися, будто кожа древней старухи, лежат степи, — проговорил оборотень. — Именно там мы и спрячем тебя, пока не минует опасность. А потом я исполню данное обещание и верну тебя домой, — Райнер неожиданно повернул ко мне лицо. Взгляд его синих глаз опасно сверкнул, и я едва не отпрянула назад, удивленная и несколько напуганная поведением мужчины. На что он лишь криво улыбнулся и добавил еле слышно: — Если ты захочешь вернуться!

Айше горевала по своей хозяйке. Сидя в серале, среди невольниц наследника Инсана, она то и дело мысленно возвращалась к принцессе Эмине и надеялась только на то, что госпоже удалось сбежать, как она и хотела. Впрочем, если бы Эмина вернулась, об этом уже знали бы слуги. Кто-то да проговорился бы. Но сераль молчал и лишь иногда приходили вести, что наследник трона, принц Инсан, продолжает искать сбежавшую невесту.

Айше нашли работу. Теперь она помогала на кухне, а иногда чистила хамам (4), в котором купались наложницы Инсана и его отца, повелителя Кахира. Девушка только диву давалась, для чего старому правителю столько рабынь, если, судя по пересудам, ходившим среди слуг, он редко призывал кого-то из них на свое ложе. Да и принц не любил особое разнообразие, и большая часть его рабынь даже ни разу не видели своего повелителя и хозяина, прозябая в общих комнатах.

«И о чем я только думаю? — пеняла себе девушка. — Не моего ума это дело!».

Вот только через некоторое время, во Дворце стали происходить странные и, по мнению самой Айше, страшные вещи. Даже хазнедар Гамам была напугана тем, что из сераля стали пропадать девушки. И самое странное и удивительное заключалось в том, что все эти девушки были из безродных рабынь, не обласканных вниманием повелителя и его сына. А значит, не имевших определенной ценности и, насколько знала Айше, все они были девственницами. А значит, ни разу не удостоились посещения покоев наследника и его отца. Но что настораживало больше всего девушку, это осознание того, что пропавших не так уж ищут. Для порядка по сералю побегали евнухи-стражи, а затем все затихало и так до следующего исчезновения.

Айше поняла, что боится. И пусть ее защищали браслеты, надетые принцессой, она все-равно начала оглядываться теперь по сторонам…

… А темных углов на женской половине, как и пустующих комнат, было слишком много.

«Что имел ввиду Райнер, когда говорил о том, что я могу не захотеть вернуться к отцу? — размышляла я, шагая по темноте за своим спутником. Как он и обещал, теперь мы передвигались в основном в темноте, когда было холодно и двигаться было намного легче, чем по дневной жаре. Чтобы согреться, я шла достаточно быстро и несмотря на усталость, не жаловалась и не просила своего спутника об отдыхе. Впрочем, Райнер устраивал привалы чаще, чем я могла надеяться, но они были короткими, и я едва успевала дать отдых ноющим ногам.

А проклятые бесплодные земли тянулись и тянулись. Казалось, им не будет конца и края. И все время хотелось пить, а наши запасы подходили к концу. В итоге пила только я. Райнер даже не прикасался к запасам. Ему словно и не нужна была вода, а вот я не могла не припасть к фляге, чтобы сделать хоть один глоток, удерживаясь от острого желания выпить все и сразу. И если я нашла в себе силы отказаться от еды, то не пить просто не могла.

— Скоро привал! — в очередной раз «порадовал» меня мой спутник, и я почти радостно побежала за ним, переставляя уставшие ноги, отмечая, что тоннель, по дну которого мы шли, стал заметно сужаться и, вместе с тем, опускались, будто проваливаясь под землю, скалы, становясь менее островерхими и низкими. А вернувшийся песок, как и прежде, захрустел под ногами, напоминая о том, что там, впереди, нас ждет пустыня.

И все же, несмотря на предупреждение Райнера, мы шли еще достаточно долго, прежде чем он остановился и, оглядевшись, велел мне опуститься на невысокий камень. А сам пошел дальше, коротко приказав:

— Жди здесь!

Я была слишком уставшей, чтобы спорить и приняла его приказ как должное. Села, вытянув вперед ноги и совершенно не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Наверное, после долгого мытарства, я ничем не напоминала прежнюю сиятельную принцессу, разряженную в шелка и носившую дорогие украшения.

— Главное, вернись! — прошептала вослед уходившему мужчине и на мгновение показалось, что Райнер запнулся, услышав мои слова. Но уже в следующий миг он пошел вперед, достаточно быстрым шагом, так что скоро скрылся из виду за грядой камней, выраставших из песков. А я уронила голову на руки и подтянув ноги, так и сидела, пока снова не ощутила потусторонний холод, коснувшийся моих волос.

Ночь еще не отдала свои права приближающемуся рассвету и солнце было далеко от горизонта. Я вскинула голову с ужасом подумав о том, что расслабилась и забыла о преследовавшем нас принце Инсане. И вот он напомнил о себе извечным холодом, от которого по всему телу прошел озноб.

— Нашел…тебя… — прозвучало в тишине. — Не уйдешь! Думали…измените путь, и я сверну не туда?

Ледяной порыв разнес хохот над пустыней.

— Нет… найду…везде и всегда! — добавил голос принца, а я вскочила на ноги и ринулась в сторону, куда ушел мой спутник, подавив в себе желание выкрикнуть во весь голос его имя. А в голове продолжал звучать смех и голос Инсана. Он словно проклятье преследовал меня. И ведь не успокоиться, пока не догонит и не вернет в свой город, к умирающему отцу!

— Не…убежишь! — прошелестело совсем рядом. Словно принц шепнул мне фразу прямо в ухо, и я не выдержала, закричала. А когда впереди мелькнула тень и чьи-то руки вцепились в плечи, заорала уже совсем громко, словно простая рабыня. Хотя, возможно, в подобной ситуации все кричат одинаково?

— Эмина! — Райнер прижал меня к себе, и я уткнулась носом в его широкую грудь, зная, что защитить и не бросит.

— Не уйти вам от меня и от судьбы! — голос принца больше не был тих. Теперь он не казался шепчущим ветром. Теперь он гремел раскатом грома, проникая под кожу, забираясь в разум, заставляя сердце сжаться от страха. И на этот раз его услышал оборотень. Вот только Райнер не испугался Инсана. Лишь сильнее прижал меня к себе и крикнул в ответ:

— Убирайся, проклятый маг! Ты ее не получишь!

— Жалкий пес! — прозвучало в ответ. — Я дам тебе возможность избежать моего гнева. Останься и жди, пока я не приду за той, которая принадлежит мне. Я уже близко и если ты полагаешь, что спрячешь Эмину от меня в землях своего народа, то очень сильно ошибаешься!

— А вот мы еще посмотрим! — почти зарычал мой спутник, и я ощутила под ладонями, как его кожа становится такой горячей, что кажется еще немного и я обожгусь об нее. А затем ощутила пальцами пробившуюся шерсть на теле Райнера и отпрянув увидела, что он обращается. Злость на преследовавшего нас принца пробудила вторую ипостась мужчины, хотя он и не стал волком, как в тот раз, когда бился с птицей. Нет, он был наполовину человеком и сейчас мой защитник смотрел в небо над нами, еще совсем темное, с алмазами звезд, и кричал в ответ:

— Не отдам! Не получишь!

И в этот миг я поняла, что действительно, не отдаст. И не потому, что связан обещанием. Здесь было что-то более могущественное и сильное. Мне показалось, что животная личина Райнера считает меня своей. А это что-то да значило.

— Поглядим! — снова прошелестел голос принца и все стихло, а Райнер опять стал прежним, вернув себе человеческий облик за удар сердца. Вот, еще миг назад передо мной стоял полузверь, а теперь это снова был мужчина.

— Ты ведешь меня к себе домой? — спросила я, решив отвлечься от произошедшего подобным вопросом, ответ на который уже прекрасно знала.

— Да! — Райнер кивнул. — Твой настойчивый жених уже приближается и пришло время нам собрать последние силы в итоговом броске…

— Я не понимаю! — сказала я тихо.

— Здесь нет ничего сложного, — пояснил Райнер и сделал шаг, разделявший нас. Его рука легла на мое плечо, словно мужчина решил поделиться со мной своей уверенностью и силой. — Ты ведь не против того, чтобы прокатиться верхом, принцесса? — и посмотрел так, что сердце затрепетало, а губы едва сами не сложились для поцелуя.

— Там, за этими скалами, снова начинаются пески, — продолжил оборотень. — А за песками… — он улыбнулся одними уголками губ.

— Земли серых волков! — сказала я за мужчину.

— Мой род примет нас и даст защиту! — кивнул Райнер. — Но нам стоит спешить. Инсан уже близко, раз сумел подобраться к нам перед самым рассветом!

И действительно, там, на востоке уже занималась светлая полоса, означавшая, что солнце вот-вот встанет и озарит нас своим светом. А Инсан только несколько мгновений назад улетел, видимо, чтобы вернутся в свое тело. Я посмотрела на Райнера и кивнула, понимая, что он пытается мне сказать.

— Значит, прокачу с ветерком! — сказал мужчина и опустив руки на пояс, стал стягивать одежду, а я покраснела от одной мысли о том, что сейчас увижу Райнера в чем мать родила. Пусть и не в первый раз, но все-равно, это слишком волнительное зрелище для неискушенной молодой девушки! И все же, уставилась во все глаза туда, куда не надо, а оборотень и не подумал даже отвернуться, только сунул мне одежду, коротко велев:

— Положи в сумку!

Я повиновалась, вот только пока возилась с его тряпками — назвать их иначе было просто невозможно, — Райнер обернулся. И когда я посмотрела на своего спутника, то увидела перед собой уже не мужчину, при виде которого мое сердце млело, а зверя. Огромного, дикого и опасного. Волка, сумевшего совладать с хищной птицей, схватка с которой едва не стоила ему жизни. Да и, наверное, мне тоже. Потому что я вряд ли выжила бы после гибели Райнера, да и одна мысль о том, что я могу потерять своего бывшего раба, пугала до ужаса, заставляя ладони леденеть.

Оборотень взглянул на меня, сверкнув глазами и подставил спину, приглашая сесть верхом. Я перебросила сумку с нашими скудными припасами и одеждой мужчины через голову, так что она теперь совсем не мешала мне и при езде не должна была потеряться, а затем смело вскарабкалась на Райнера. В виде волка он был немного ниже лошади, с мощными лапами и огромной головой.

— Держись, — сказала себе вслух, вцепившись пальцами в густую шерсть и надеясь, что не причиню неудобств и боли своему спутнику.

Волк медленно сделал шаг вперед, затем еще и еще, пока не перешел на бег и, признаться, бежал он вполне споро. А я, восседая на нем, цеплялась за косматую спину и молилась всем богам, чтобы не свалиться, и чтобы Райнер не потерял меня по пути. А уже скоро горы остались за спиной, и я надеялась, что вместе с ними позади остались и бесплодные земли, стоившие нам наших скакунов.