Серые Волки. Книга 2.

Глава 17

Я проснулась в темноте. Причем, как-то сразу поняла, что сейчас середина ночи, слишком уж свежим был воздух, струившийся из окна. Такой, от которого кожа покрывается мурашками и сразу становится жаль, что днем не бывает подобной свежести, а лишь знойное дыхание солнца, палящего с бездонного неба.

Пошевелившись, повернула голову, отметив, что кто-то зажег одинокий светильник и поставил его на полу. Тусклого света едва хватало, чтобы разглядеть лицо оборотня. И мне сначала показалось, что Райнер спит, вот только стоило шевельнутся, как на меня взглянули синие яркие глаза мужчины, что казалось, глядели в самую душу, заставляя сердце биться сильнее, а щеки гореть от приятных воспоминаний того, что произошло между нами.

— Великие боги! — проговорила я и села. С плеча сползло укрывающее меня одеяло и прохлада коснулась горячей кожи, заставив вздрогнуть от такого контраста.

Райнер продолжал следить за мной и при этом молчал, а я чувствовала, что и сама не знаю, что нужно говорить в подобных случаях?

Нет. О том, что случилось между нами, я не жалела. Хотя, должна была жалеть. Потеря девственности для принцессы, да и для любой благородной госпожи на выданье, равносильна отказу от удачного замужества. Кто теперь возьмет женщину, которая была с другим до брака? Правильный ответ — никто, разве что отец подсуетится и найдет для меня старого правителя с минимальными притязаниями по этому поводу. Вот только я знала, что уже и сама не хочу, чтобы меня отдавали, как барашка на заклание из-за земель, связей и торговых отношений. Что-то во мне сильно изменилось с тех самых пор, как я встретила Райнера. И эти изменения вряд ли порадуют отца.

— Поздно еще, — голос оборотня заставил меня вздрогнуть и опустить на него взгляд.

— Что? — спросила я, удивленная такой простой фразе после ночи любви. Наверное, я ожидала услышать нечто иного рода, а он мне говорит о том, что за окнами ночь?

— Ложись! Тебе стоит отдохнуть, — взгляд Райнера скользнул по моему телу, задержавшись на бедрах. — Впрочем, давай, я позову служанку. Тебе нужно помыться…

Я стыдливо взглянула туда, где сейчас задержался взор мужчины и резко опустила руки, прикрывая низ живота и место, где на бедрах виднелись темные пятна крови. Ее было совсем немного, но свидетельство о том, что я стала женщиной, оказалось более чем наглядным. Впрочем, в отличие от меня, оборотня это не смутило. Он поднялся на ноги и не утруждаясь даже тем, чтобы прикрыть наготу, вышел из комнаты, а спустя короткий миг я услышала его достаточно громкие слова:

— Есть в этом доме кто-нибудь?

Явно звал слуг. Подумав о том, что моего мужчину сейчас увидят в чем мать родила, я признаться вскипела.

— Райнер! — позвала, не удержавшись.

Он сразу же возник на пороге. Откинув полог, отделяющий комнату от коридора, заглянул ко мне.

— Прошу, прикройся! — прошептала я и выразительно посмотрела ниже его пояса. — Я бы не хотела, чтобы тебя видели другие.

Нет, я помнила его поведение. Наготы своей он не стеснялся и раньше. Видимо, у оборотней это было в норме вещей, но я воспитывалась по другим правилам и пока не привыкла к подобному проявлению раскованности. Да и, если признаться, мне просто не хотелось, чтобы та же Ляйсан смотрела на то, что я уже по праву считала своим!

— Понимаю! — не стал противиться моей просьбе Райнер. Более того, кажется, она ему была приятна.

Не то, чтобы я ревновала, но все же….

Оборотень вернулся в комнату и быстро надел штаны, после чего снова ушел, а я легла, прислушиваясь к тому, что происходит за пологом.

Видимо, Ляйсан услышала зов своего хозяина, так как я была свидетельницей тихого разговора Райнера и явно сонной девочки. Оборотень велел ей нагреть воды и принести в его покои, после чего он вернулся ко мне, а я услышала тихие торопливые шаги Ляйсан, удалявшейся прочь.

— Это надо смыть! — опустившись передо мной на колени, проговорил мужчина, а затем заглянул мне прямо в глаза. — Ты не жалеешь о том, что произошло между нами? — спросил он внезапно охрипшим, как мне показалось, от волнения голосом.

Я выдержала паузу, за время которой заметила, какое напряжение было во взгляде синих глаз, устремленных на меня в ожидании и, как мне показалось, надежде. А после произнесла: — Не жалею, принц Райнер. Разве можно жалеть о чем-то прекрасном? — и улыбнулась, осознавая, что сказала истинную правду.

Вот только оборотень прореагировал на мои слова более чем бурно. Сгреб меня в охапку и прижал к себе, зарывшись лицом в мои волосы. Я в ответ вскинула руки и обвила ими его стан, с каким-то облегчением и даже удовольствием ощущая тепло мужского тела и слушая биение его сердца. Так мы и сидели, до тех самый пор, пока за пологом снова не послышались шаги.

— Господин! — тонкий голос Ляйсан нарушил наше уединение. Райнер отпустил меня, но не удержавшись, провел ладонью по моей щеке.

— Я принесла воду! И еще принесу, если вам понадобиться. А также взяла чистую ткань, все, как вы просили, господин! — продолжила девочка.

Райнер улыбнулся мне и сказав: «Сейчас вернусь!» — вышел из комнаты, но вернулся действительно мигом. Я села, разглядев в его руке таз с водой, запоздало подумав о том, как бедная Ляйсан его тащила сюда. Но оборотень, будто прочитав мои мысли, ответил:

— Женщины нашего племени намного сильнее человеческих. Так что для нее отнести воду было не так тяжело, как ты подумала!

Я кивнула, передернув плечами, а мужчина поставил на пол таз и обмакнув в него кусок чистой ткани, потянулся ко мне.

— Раздвинь ноги! — велел почти нежно, а я тут же покраснела до корней волос.

— Позволь мне самой это сделать! — попросила, протягивая руку и намереваясь отнять ткань, но Райнер только фыркнул.

— Нет! Ты — моя женщина. Я хочу сделать все сам и не вздумай перечить!

Я и правда, подумала так поступить, но увидев решимость на лице Райнера, сдалась и сделала так, как он мне велел. Оборотень несколько долгих мгновений медлил, просто глядя на меня, а затем принялся стирать кровь с моих бедер. Действовал он нежно и удивительно ласково, так что я, вместо ожидаемого стыда, ощутила непривычное возбуждение, что тотчас же отразилось на лице моего мужчины. Так как он, каким-то непостижимым образом, заметил это.

Горящий синий взгляд устремился на мое лицо, а я закусила нижнюю губу и придвинулась ближе, позволив руке Райнера очутиться прямо меж моих разведенных ног.

— Нет! — он со свистом втянул воздух. — Не сегодня! — а сам застыл с мокрым куском ткани в руках. — Тебе будет больно, а я не желаю идти на поводу у своих эмоций и причинять тебе боль.

Я вздохнула. Да, там, где сейчас рука мужчины касалась моего тела я ощущала легкую саднящую боль. Вот только почему-то она сразу отступала, стоило мне представить, как Райнер снова делает со мной все эти восхитительные вещи, которые я открыла для себя этой ночью.

— Но у нас все еще впереди! — тут же пообещал оборотень. Я же не совсем поняла, к кому он обращался, ко мне, или к себе самому. Но его слова были словно бальзам на мое сердце. И я расслабленно прикрыла глаза, позволяя Райнеру ухаживать за собой. Вот только мы не долго находились в уединении. Уже через некоторое время, едва оборотень закончил мыть меня, я услышала шум и раздавшиеся за ним голоса, которые становились все громче и приближались в направлении покоев Райнера.

— Что-то стряслось? — поняла я, не заметив, что проговорила фразу вслух.

— Это Тангар и Ляйсан! — Райнер бросил мокрую ткань в сторону, а затем велел мне укрыться одеялом. — Он идет сюда?

— Неетт, — простонала я, подавив в себе желание накрыться одеялом с головой. Ну почему, спрашивается, в такую прекрасную ночь нас не оставят в покое? Еще и это сердце, которое бьется так часто… И дурное предчувствие, охватившее меня при звуке приближающихся шагов, откровенно стучавших по полу коридора.

— Господин! — голос маленькой служанки раздался совсем рядом. Мне показалось, что в нем звучит откровенная паника.

— Райнер! — раздалось в ответ, и я поняла, что чутье моего мужчины его не подвело. Это действительно пришел Бродяга. Я узнала его голос и покосилась на принца, ожидая, что он будет делать дальше.

— Оставайся здесь и не вздумай покинуть эту комнату! — приказал мне Райнер и, не дожидаясь моего ответа, поднял полог и выскользнул в коридор. Я же осталась лежать, ощущая, как внутри меня поднимается волна раздражения. Все же, я была слишком принцессой, чтобы позволить командовать собой! А Райнер, видимо, ощутил свою власть надо мной, когда получил мое тело. Вот только, что он себе позволяет, этот мужчина? Он мне не муж, не жених и, хвала богам, не хозяин! Так почему я должна слушать его приказ? И главное, почему он уверен, что подчинюсь? Только потому, что овладел моим телом с моего на то согласия?

И все же, как бы я не была раздражена и уязвлена, я осталась сидеть на месте, только закуталась еще сильнее, опасаясь, что мужчины, со свойственным оборотням равнодушием к личному пространству, сменят место разговора и перейдут в спальню хозяина дома. А тут я… Голая и смущенная!

Но нет. Райнер разговаривал с Тангаром за пологом. Я же, навострив уши, решила не тратить время на гнев, а послушать, о чем они говорят. И первым делом услышала, как Ляйсан прогнали прочь, чтобы не мешала разговору, а затем Бродяга произнес:

— Я хотел, чтобы ты знал, прежде чем этот маг заявится в наше поселение!

«Маг!» — вспыхнуло в моей голове. И я сразу же поняла, о ком идет речь. Стало жутко и страшно. По телу прошел неприятный холодок, будто в окно повеяло ледяным дыханием с гор.

«Это Инсан! — сказала я себе. — И он настиг нас!» — после чего с еще большим усердием принялась слушать мужчин. Но они пошли прочь от комнаты и голоса стали все слабее, пока попросту не растворились в тишине ночи. И последнее, что я услышала, были фразы:

— Если решишь бежать, то лучше сделать это сейчас, Райнер. Вот только, боюсь, уйти тебе не позволят.

— Я не убегу. Не теперь!

— Твой отец захочет принять этого мага, чтобы понять причину, по которой он появился здесь. Проблема в том, что он не верит в тебя, как в сына.

— Да неужели?

— Если хочешь узнать мнение более старшего и опытного волка, то…

И все. Дальше — тишина. Сколько бы я не прислушивалась, но ни единого звука за исключением тонкого пения ветра за окном.

От разочарования хотелось взвыть так, как это, наверное, умеют делать волчицы этого рода. Но я волчицей не была, а потому решительно откинула прочь одеяло и принялась искать свои вещи. Так как понимала: если Инсан близко, то нам стоит уходить. Я не хотела попасть в его руки и даже при одной мысли об этом начинала дрожать от ужаса, забывая обо всем. Как бы не был силен Райнер, ему одному не защитить меня. А стая, насколько я понимала, не очень поддерживала незаконного сына своего предводителя.

Натянув одежду, ринулась к пологу и уже было протянула руку, чтобы поднять его и выскользнуть из комнаты, когда заставила себя остаться на месте, понимая, что Райнер скорее всего разозлится, если я ослушаюсь его просьбы.

«Не стоит сейчас делать глупости!» — пыталась успокоить себя. Паника всегда плохой советчик. А Райнер, и я в этом почему-то была убеждена, — не позволит причинить мне боль. Никогда.

Вздохнув, развернулась к нашему ложу и опустилась на него, поджав ноги и обхватив их руками. В ожидании уставилась на полог, надеясь, что оборотень вернется и скажет мне о том, что мы будем делать дальше.

«Тебе надо доверять своему мужчине! — сказала себе. — Он верный и надежный… Он сможет помочь! Ведь уж не раз уберегал от Инсана, и теперь что-то придумает!».

Я еще сильнее сжалась, став похожей на жалкий комочек, дрожавший от страха, и принялась ждать.

Райнер вернулся достаточно быстро. Я не успела промучиться с мыслями о принце Фатра, когда услышала шаги его босых ног. А мгновение спустя полог поднялся, и оборотень шагнул в комнату. Его взгляд безошибочно нашел меня в пространстве помещения, хотя догоравшая свеча превратилась в умирающий огарок и едва освещала пространство.

— Вижу, ты оделась! — произнес он спокойно.

— Инсан! — проговорила я в ответ. — Он нашел нас?

— Да. Он уже здесь. И в данный момент ждет позволения переговорить с моим отцом…

— Он потребует, чтобы меня отдали! — горестно вздохнула я.

Райнер подошел ближе и опустился передо мной на колени. Синий взгляд засветился, выдавая происхождение мужчины, а я потянулась к нему, словно его объятия могли обещать непременное спасение. И он обнял. Обхватил своими руками, прижав к широкой груди. Я уткнулась носом в его плечо и засопела.

— Что будем делать? — спросила тихо. — Уходим? У нас есть время убежать, пока Инсан будет разговаривать с вожаком…

— Нет! — резко ответил Райнер и я удивленно отстранилась от него.

— Что? — спросила тихо.

— Я сказал: Нет! — повторил мужчина. — Больше я бежать не намерен. Это крайний рубеж и сейчас самый лучший момент, чтобы разобраться с магом.

Мне как-то сразу стало дурно. Я понятия не имела, как остановить Инсана, или как заставить его оставить меня. Казалось, это просто невозможно! Он не отступится! Никогда, пока жив его отец. Ведь я еще ни разу в жизни не встречала более фанатичного сына, чем принц Фатра.

— И что ты решил? — спросила обреченно, уверенная в том, что Райнер не станет слушать мои доводы. Как и всякий мужчина, он имел свое собственное мнение и с мнением женщины не считался. Особенно теперь, когда решил для себя, что я принадлежу только ему одному.

— Сначала узнаю, что ответит вожак принцу! — пространственно пояснил мне оборотень, после чего двинулся ко мне. Одно быстрое, смазанное движение не человека, зверя, и он рядом. Сидит, обхватив мое лицо своими широкими ладонями, смотрит в глаза, будто пытаясь научить меня читать его мысли. А затем короткое, решительно и уверенное:

— Ты — моя. Теперь и навсегда! А то, что принадлежит мне, я не отдам никому.

— Ты станешь драться с ним! — догадалась я, ахнув.

— Здесь, на земле серых волков действуют наши законы. Законы чести и справедливости, — ответил опальный принц.

Я вздохнула, закусив губу. Хотелось плакать. Хотелось сказать ему, что я не особо верю в законы, позволившие изгнать отцу сына, а затем не принять его по одной только причине, что он не является рожденным в законе, от супруги. Но не мне было судить правила, установленные среди стаи. Поэтому я лишь вздохнула и совсем капельку позволила себе оттаять, когда губы Райнера нежно и, вместе с тем, властно, покоряя, прижались к моему рту, закрывая стон, заглушая его, уже было вырвавшийся из моего горла.

Я позволила мужчине целовать себя, осознавая, что он едва оправился от раны. Или, можно сказать, почти оправился. Чего стоила моя магия против магии принца из Фатра?

Я боялась Инсана и имела для этого веские причины. Но сейчас, отвечая на его поцелуй и одновременно с этим ощущая, как все тело бьет непонятная дрожь, то ли навеянная страхом, то ли, желанием, или и тем, и другим одновременно… Так вот, сейчас я понимала, что несмотря на властность оборотня останусь с ним до конца и поверю в него. Потому что он единственный может и хочет меня защитить… И потому что я его люблю!

— Не бойся! — разорвав поцелуй прошептал мне почти в рот Райнер. — Я ему не позволю забрать тебя. Умру, но не отдам!

Я всхлипнула, чувствуя, что он говорит истинную правду. И ответила, заметив, как по щеке сбежала слеза. Горькая и соленая, будто невидимая граница между нами.

— Если ты умрешь, мне не будет смысла жить дальше! — вырвалось прежде, чем я поняла, что говорю. От подобного стало жутко и радостно одновременно. А Райнер взглянул так, что сердце сжалось в груди, причиняя немыслимую боль.

— Глупая! — проговорил охрипшим голосом.

Взор его синих глаз стал таким глубоким, что я едва не утонула в этом взгляде, рискнув заглянуть в него, опасаясь раствориться без остатка. И как-то стал не страшен Инсан. Не страшно все, что будет впереди, потому что я видела готовность оборотня погибнуть, защищая меня. Но еще больше радовало понимание того, как сильно он хочет жить, чтобы мы были рядом.

— Я убью его и отвезу тебя к твоему отцу! — сказал уверенно мужчина. — Я буду просить у него твоей руки…

— А если не отдаст? — быстро спросила я, зная, как отец может отнестись к подобному жениху для своей единственной дочери, которую, — и я это теперь понимала отчетливо, — несмотря на огромную родительскую любовь хотел продать подороже.

— Тогда заберу без позволения! — ответил Райнер. — Но мы попробуем все решить мирно и сделать так, как будет правильно.

Он отпустил меня, отодвинувшись назад. Резко и решительно поднялся на ноги, развернувшись к пологу и явно намереваясь уйти.

— Что? — напряглась я, занервничав. Но оборотень лишь замер и словно на мгновение окаменел, глядя куда-то в пустоту перед собой, при этом хищно раздувая ноздри, будто зверь, почуявший опасную добычу.

— Инсан в поселении! — ответил мне оборотень. — Только что вошел сюда, и он близко от нас! — после чего опустил взгляд на меня. — Жди здесь. Скоро все решится.

— А ты? — я было бросилась за ним, боясь остаться одна без его привычного тепла и защиты.

Мужчина повернулся ко мне, сказав:

— Жди меня здесь. Я вернусь, и ты все узнаешь. А пока, — он смягчил тон голоса. Улыбнулся, одарив меня взглядом, в котором было тепло и что-то еще… Что-то более сильное и важное для нас обоих! — Просто побудь здесь. Я пришлю Ляйсан. Инсан не станет лезть на рожон, пока не получит ответ от вожака.

— Хорошо! — прошептала, смиренно опускаясь на ложе. И проследив взглядом за тем, как мой мужчину уходить прочь, вздохнула, мечтая только о том, чтобы для нас двоих все закончилось хорошо…

И одновременно с этим, понимая, как наивны мои мечты.