Серые Волки. Книга 2.

Глава 16

Если и существует на земле рай, то он должен быть таким — на теплом одеяле, в объятиях любимого человека… Или пусть даже не человека, но любимого. И все-равно, что он оборотень. Я ведь тоже не совсем человек. Кровь, такая древняя, ожила во мне рядом с Райнером. Вместе мы стали сильнее, и я чувствовала, что хочу его не меньше, чем он меня.

Пробуждение оборотня не было для меня сюрпризом. И когда он, не удержавшись, начал исследовать уголки моего тела, я поняла, что не могу и не хочу останавливать его. А целоваться с принцем оказалось так упоительно сладко, что вся моя решимость оставаться чистой и целомудренной, просто испарилась, как капля воды в песках пустыни.

Я хотела его, и я его получу.

Как оказалось легко отказаться от своей мечты! Что, если моя судьба, этот оборотень? Я ведь и раньше понимала, что он дорог мне. А теперь боялась потерять мужчину, ставшего мне таким близким… И желая, чтобы мы стали еще ближе, насколько это только было возможно для нас.

Принц Инсан хотел сделать меня своей женой, но не для себя. Он не собирался целовать меня, как это сейчас делал Райнер. И вряд ли я могла бы ждать от него ласк и влюбленного взгляда. Он не сражался за меня под небом, усыпанным звездами с яростными тварями, что казалось, пришли из самой преисподней! Напротив, он сам прислал их и уже в который раз!

Я поняла, что не хочу возвращаться домой. Что, если по возвращении, отец вернет меня в Фатр? Или отдаст за другого, не милого сердцу мужчину?

Да, раньше мне было все-равно. Я полагала, что, как и все принцессы не имею права любить. Что должна жертвовать собой во имя своей страны и своих близких. А теперь, узнав Райнера, поняла, что просто хочу быть счастливой. И, даже несмотря на то, что оборотень ничего мне не обещал, я решила принадлежать ему. И это было неизбежным, просто я поняла это слишком поздно. Но не настолько поздно, как оказалось.

Теперь он был рядом со мной. Живой! Целый и невредимый, хвала всем богам. И я чувствовала, как его губы порхают по моей коже едва ощутимые, будто прикосновения крылышек бабочки. И, вместе с тем, распаляют меня так, что голова идет кругом и становится тяжело мыслить разумно. И все преграды были отброшены прочь. Я осознала единственную правду для себя, что желаю единения с оборотнем. Что хочу его самого, а остальное уже не важно.

Руки любимого мужчины касались моего тела с жадной трогательностью. Казалось, он боялся спугнуть меня. Опасался, что сейчас попытаюсь остановить, вырваться из его объятий. Но я не желала этого делать.

Сегодняшний день мы принадлежим друг другу. И видят боги, я не пожалею о своем решении.

И все же, вздрогнула, когда рука оборотня коснулась сокровенного. Я раньше и подумать не могла, что окажусь настолько чувствительной в этом исконно женском местечке. Но палец Райнера скользнул меж влажных складок, будто желая в чем-то удостовериться. А я невольно издав тихий полустон, выгнулась ему навстречу. И тогда он начал ласкать меня.

Наверное, я все же покраснела от того, что вытворял своей рукой этот человек. Но отстраниться даже не подумала. Просто лежала, глядя на его темную макушку и таяла от нежности ласк, от поцелуев твердых губ, сменивших руки.

Казалось, делать подобное было нельзя! Чтобы мужчина вот так прикасался губами к женской нежной плоти! Но тело, которое будто жило своей жизнью, требовало больше, и я подчинилась зову пусть не сердца, но плоти. Когда же ощутила его напряженный орган, прижавшийся к моему бедру, толика паники охватила мое существо. Я распахнула глаза, не уверенная в себе и ругающая себя ха подобную слабость. Ведь мгновения назад я решилась пойти до конца, а теперь…

А теперь глядя в потемневшие глаза нависшего надо мной мужчины, осознала: не отпустит. Не теперь!

Было что-то в Райнере от дикого зверя, который получив лакомую добычу, ни за что не отдаст ее.

Мужчина переместился и лег меж моих бедер. Его твердость прижалась к нежным складкам, а я застыла, не в силах пошевелиться и тем не менее ощущая странное сладкое давление там, в самом низу моего тела.

Я хотела Райнера. Это было просто невозможно отрицать. И все же боялась, оказавшись трусихой, когда дело дошло до завершающей стадии.

— Эмина! — глухо прозвучал в опустившейся тишине голос оборотня, и я не подняла руки, чтобы положить их на плечи мужчины, которого скоро назову своим.

— Ты — моя! — будто услышав мои мысли, сказал он. Бедра Райнера двинулись вперед. Я почувствовала, как его огромный орган входит в мое лоно, а спустя удар сердца наступила боль. Мы же стали единым целым — словно одно существо.

Стиснув зубы удержала вскрик боли и лишь позволила себе чуть прикрыть глаза. В то время как мой мужчина медлил, явно понимая, что причиняет мне боль. А затем он начал двигаться.

Удивительное, ошеломляющее ощущение, когда в тебя входит нечто мощное, что переполняет до самых краев. Толчок… Затем еще один…

Райнер стал двигаться быстрее. Я открыла глаза и принялась смотреть ему в лицо с удивлением замечая, как взгляд мужчины постепенно теряет смысл. Все, что он продолжал делать, это двигаться во мне. Толчок за толчком. Редкий рык, похожий на стон удовольствия, если бы принц был зверем…

Наверное, если бы был зверем! Вот только я забыла, что он является оборотнем. И сущность волка проступала через черты человека.

Я лежала под ним, удивительно расслабленная. А боль постепенно отступала, как волна, набежав на берег возвращается обратно в море. Вот только в отличие от этой воображаемой волны, боль больше не вернулась и на ее место пришло острое наслаждение. Теперь каждое движение Райнера заставляло меня издавать звуки, крайне неприличные для наследной принцессы. Но я не могла ничего поделать с собой. И когда оборотень властно закинул мои ноги себе на бедра, подалась вперед, повторяя его движения. Двигаясь вместе с ним и уже не глядя в его глаза, остатками сознания понимая, что мой собственный взор явно потерял смысл.

Это была любовь. Та ее часть, которую я должна была познать после брака.

Но я искренне радовалась теперь, что первым у меня стал не Инсан. Теперь даже если судьба отдаст меня в руки этого демонического принца, я буду знать, что видела любовь. Что чувствовала ее. А это дорогого стоит даже для той, что привыкла к золоту и роскоши.

Теперь я это знала точно.

Инсан приказал разбить лагерь на самой границе с территорией оборотней. Его люди не видели, не чувствовали и не понимали, где именно находятся. А он, принц Фатра, ощущал присутствие волков. И понимал, что они в своем праве, потому что это была их земля. Их территория.

И все же, принц знал одну истину: даже если ему откажут и не выдадут невесту, он заберет ее силой. Другое дело, хватит ли ему этой самой силы, или лучше действовать хитростью? Но об этом еще стоило поразмыслить, пока, сидя у костра и глядя на темнеющее небо, он думал об Эмине.

Инсан, признаться, был удивлен тому, что оборотень и принцесса продержались так долго. Наследник Фатра искренне полагал и думал, что настигнет сбежавшую невесту еще в бесплодных землях. Но не удалось. Ее спутник ухитрился вывести девушку из опасной каменной долины, а затем перевел через пески к оазису, где обитала его стая.

«Или не его?» — подумал принц, глядя через танцующее пламя на черноту горизонта, простиравшуюся вдали.

Сейчас Инсан понимал, что скорее всего, Райнер был опальным оборотнем. На это указывали многие причины и, все же, он пошел к своей стае, видимо, рассчитывая на что-то.

А Эмина… Принцессе также удалось удивить Инсана. Прыткая оказалась девушка. Добилась своего, ну, или почти добилась. Конечно, она принесла своему будущему супругу и хозяину немало неприятных минут. Да и силы были потрачены немалые. Даже учитывая те ночи, когда он летал по небу, пытаясь отыскать беглянку! А после! Сколько людей обратил в тварей ночи? А ведь ему еще предстоит возвращаться в Фатр. Без стражи это будет весьма некомфортно! И все же, ее кровь была слишком ценна для принца, чтобы он отказался от беглянки. Хотя это не означало, что он не проучит девушку. Это следовало сделать и, желательно уже в Фатре, чтобы урок, который он намеревался преподнести своей невесте, был доказательством того, каким правителем в будущем станет Инсан, когда сменит на троне своего отца. Не пожалеет даже невесту! Конечно, зверствовать не станет, ведь Эмина нужна ему здоровой. А точнее нужна не она, а ее кровь. Ведь чем дольше принцесса будет питать Кахира, тем лучше!

Инсан протянул руку к пламени и застыл, когда пламя обожгло кожу. Вот только руку отдернул не сразу и совсем не оттого, что не ощутил боль. Ощутил и в полной мере. Просто сейчас для принца нечто другое было важнее. И это нечто приближалось к лагерю, кралось во тьме, а значит, стоило подготовиться к встрече, чтобы не разозлить хозяев этих мест.

— Хемам! — позвал он.

Страж явился тотчас, поклонился, застыв перед принцем, ожидая, когда тот изволит говорить дальше. Инсан медлить не стал.

— Предупреди остальных, чтобы не хватались за оружие! — велел наследник Кахира. — К нам пожаловали гости!

— Не гости! — раздалось из темноты, густой, словно глубине бездонного неба. — А властелины этой пустыни.

Инсан отмахнулся от стража и поднялся на ноги, глядя, как прямо перед ним расступается темнота, и высокие фигуры оборотней выступают вперед.

— Приветствую вас в моем лагере! — проговорил он, но кланяться не стал, демонстрируя свой статус. Оборотни это поняли. И из темноты выступило еще два мужчины, одетые в легкие одежды. Тот же, кто говорил с Инсаном, отличался от своего сопровождения. Принц сразу понял, что перед ним не последний волк в стае, но все-равно головы не склонил, лишь кивнул ему снисходительно.

— Мое имя Тангар! — произнес старший оборотень. — Я пришел, чтобы узнать, кто вы и что делаете на нашей земле!

Инсан поморщился. Назвать желтые бесконечные пески землей можно было только с трудом. Даже мертвые земли являлись своего рода почвой, пусть и мертвой, уснувшей многие столетия назад.

— Мы не нарушали границ ваших владений! — проговорил принц, глядя прямо в глаза Тангару. Почему-то он был уверен в том, что оборотень прекрасно знает с кем имеет дело. И все же, хитрит, расспрашивая.

— Вы не представились, господин! — заметил Тангар, прежде чем продолжил разговор.

— Ах, да! — Инсан улыбнулся и сверкнув глазами, произнес: — Признаю, я был невежлив. Мое имя Инсан сын Кахира. Я наследник повелителя Фатра, если название города, где правит мой славный и благородный отец, что-то говорит серому волку.

— Мы знаем о том, что не одни в этом мире! — пространственно ответил оборотень. Его спутники хранили молчания, стоя за спиной своего вожака, похожие на неясные тени. И лишь сверкающие золотом глаза выдавали напряжение и готовность напасть в любой миг по приказу старшего. Вот только Инсан не собирался давать повод к драке, так как не был уверен в том, что там, в темноте, не прячется стая. Он чувствовал опасность и сдерживал эмоции, стараясь быть предельно вежливым. Оборотни все же не люди. Кровь у них горячая, а повод может найтись любой, чтобы они вступили в бой.

— Я рад вашей образованности, господин Тангар! — с прежней улыбкой сказал принц. Оборотень в ответ лишь смерил его изучающим взглядом, быстрым и цепким, выдававшим острый ум получеловека.

— Что привело вас к землям серых волков? — уточнил оборотень.

— Я прибыл сюда за своей невестой! — быстро ответил принц.

— Невестой? — приподнял брови Тангар. — Не думаю, что ваша невеста находится у нас!

— Находится! — парировал Инсан. — Более того, я могу это заявить с уверенностью. Она сбежала за несколько дней до свадьбы с одним из ваших… — принц замялся, будто подбирая подходящее слово.

— Одним из нашей стаи? — подсказал ему Тангар.

— Именно! И все, чего я только хочу, это вернуть свою невесту. Я несу ответственность за нее перед ее отцом.

Оборотень пожал плечами.

— Полагаю, если девушка сбежала, она не желает выходить за вас!

— Просто ей задурил голову один оборотень, который сейчас скрывается в вашем поселении!

— Вот как?

Инсан смотрел на своего собеседника и понимал, что от этого получеловека полузверя он не добьется ничего. А значит, нужно просить о встрече с вожаком стаи.

— Я хочу увидеться с вашим вожаком! — проговорил он.

— Наш глава слишком занят, чтобы принимать гостей, — отозвался Тангар. — Поэтому, советую вам покинуть наши земли.

— Увы! — принц развел руками. — Я не могу сделать это, так как не уйду без принцессы Эмины! А если вы откажете мне, нам придется разговаривать уже в другом тоне, чего мне делать очень не хочется! — и улыбнулся так, чтобы оборотень понял, с кем имеет дело. Подобные существа всегда остро реагируют на проявление мании, и именно сейчас Инсан не был намерен ее сдерживать в себе. Аура силы окутала мага темным сиянием с алыми всполохами. Никто не увидел этого… Никто, кроме Тангара, зло прищурившего глаза, осознавая, что только что ему угрожали, хотя и не откровенно. Просто незваный гость продемонстрировал то, что цениться у оборотней — свою силу.

— Сообщите вожаку, что я здесь и жду встречи с ним! — продолжил принц. — И я не уйду, пока он не соблаговолит позвать меня в свой дом или лично выйдет на встречу. В противном случае, мне придется применить силу и поверьте, немало ваших людей останется бездыханными в песках, обагрив их кровью.

— Смеете угрожать? — ничуть не испугавшись заявления незваного гостя, спросил Тангар. Он смотрел на принца и горел одним желанием: как можно скорее выпроводить этого мага подальше от земель стаи. Нечего подобному созданию было делать рядом с поселением Волков. От него стоило ждать беды и теперь, Бродяга понимал, почему Райнер решил помочь принцессе.

«Что он задумал? — глядя в холодные глаза Инсана, подумал оборотень. — Для чего ему нужна девушка? Вряд ли только для того, чтобы заключить с ней выгодный союз! Он не из тех, кто умеет любить, а значит, принцесса нужна ему для чего-то темного и опасного. А если учитывать ее дар…» — Тангар помнил, как там, в песках, Эмина бросилась спасать израненного Райнера. Он догадывался, что девушка испытывает к опальному принцу более чем теплые чувства. И несмотря на то, что не признавал полностью права Райнера, как претендента на место Готтеара, испытывал к молодому оборотню уважение. А со временем, и это Бродяга знал точно, если бы Райнер показал себя достойным носить имя своего отца, мог бы закрыть глаза на историю рождения бастрада. Особенно после того, как погиб старший сын вожака — его наследник и преемник. А младший еще едва научился оборачиваться без посторонней помощи.

— Так что вы ответите мне? — прервал размышления Тангара принц. — Решим все миром, или…

— Я сообщу о вас вожаку, но на его решение повлиять не смогу, — ответил оборотень. — Ждите. — Он не стал предупреждать Инсана о том, что если он, или кто-то из его людей, нарушат границу, определенную стаей, то немедленно будут атакованы оборотнями, что залегли в песках, чтобы следить за незваными гостями.

«Опасными гостями!» — сказал себе мужчина.

Прежде чем уйти он обвел быстрым взором лагерь принца, отмечая, что у того слишком мало людей. Впрочем, это не означало, что Инсан не доставит неприятностей. У магов всегда есть чем удивить врага. Причем, удивить неприятно.

Но вот взор Бродяги вырвал человека у костра, который смотрел прямо на него. И что самое примечательное, взгляд этого молодого мужчины отличался от взгляда принца и его воинов. Тангар невольно задержал взор, рассматривая махариба и понимая, что тот, в свою очередь, пытается разглядеть его. Но зрение людей было не таким острым и не позволяло видеть так хорошо, как видел оборотень.

На мгновение Тангару показалось, что этот мужчина просит о помощи? Нет. В его глазах не было страха за себя, но было что-то особенное, что заставило оборотня подумать именно так! (35fac)

«Уж не из свиты ли принцессы этот страж?» — мелькнула первая мысль в голове Бродяги. Но он почти сразу опустил голову и повернувшись спиной к принцу из Фатра, направился прочь от его лагеря, уводя за собой спутников, доселе молчавших.

Сейчас Тангар не мог узнать, кем являлся заинтересовавший его махариб. Но после… если Готтеар согласится на встречу, вполне можно подгадать момент и поговорить с этим человеком.

«Я попробую, — сказал себе оборотень. — Но сперва надо предупредить вожака, — и мысль, более тихая, но не менее уверенная. — И сообщить опальному принцу, что по его душу прибыли гости!» — с этими мыслями, Бродяга растворился в темноте, напоследок сделав знак волкам, застывшим в дозоре, чтобы следили за непрошенными гостями. Так как Бродяга искренне полагал, что от них стоит ждать неприятностей. И знал, что вряд ли ошибается.