Серые Волки. Книга 2.

Глава 6

Инсан еще немного покружил над лагерем беглецов, успев заметить, как принцесса, разбудив своего спутника, тут же бросилась к нему в объятия. И духу совсем не понравилось то, что он увидел. Он чувствовал, что надо возвращаться, и вовсе не потому, что близится рассвет. Совсем нет. До рассвета еще оставалось достаточно времени. Вот только наблюдать за тем, как его будущая жена виснет на каком-то оборотне, Инсан был не намерен.

«Я прикажу рвать его на куски, когда поймаю обоих!» — думал он, уносясь прочь от беглецов. В его воображении представали жуткие картины, на которых он терзает тело принцессы и ее защитника, и это нравилось принцу. Его жестокое сердце радовали подобные картины, а в том, что рано или поздно он поймает обоих беглецов, принц не сомневался ни на мгновение.

«Если он тронет ее, велю отрезать ему все, что ниже пояса и скормлю своим псам прилюдно, чтобы видели, каков мой гнев!» — думал дух. Эмина не интересовала его как женщина, но он не мог даже представить себе, что возьмет в жены ту, которой уже попользовался другой. Нет. Его жена должна быть целомудренной и невинной, чтобы он был первым для нее, а если же этого не произойдет, то Эмина сильно пожалеет о своей слабости. В его силах превратить жизнь девушки в ад, а кровь… Кровь она и так станет ему давать, вот только условия ее жизни разительно изменятся и в не лучшую сторону.

Принц и так был неимоверно зол на Эмину из-за побега. А теперь, когда увидел ее в объятиях другого, так совсем рассвирепел. Он и сам не мог представить себе, что отреагирует подобным образом. Нет. Кровь Эмины от связи с другим мужчиной, конечно, не потеряет своих чудестных свойств. Возможно, только это и останавливало Инсана от жестокой мысли о том, чтобы убить обоих. Но он дал себе зарок, что позже, когда вдоволь насладится телом принцессы и когда получит ее кровь всю, до капли, то прикажет отрезать голову неверной женщине, посмевшей, возможно, мысленно, уже не раз изменить ему с этим блохастым отродьем волков.

«А что, если они уже…» — мелькнула мысль в голове духа, но Инсан заставил себя выбросить дурное из головы.

Эмина принадлежит ему. С того самого момента, когда он увидел ее и понял, что эта девушка будет значить в его жизни. Слишком долгой для него и такой короткой для нее.

Когда я проснулась, солнце стояло высоко в небе, а Райнер, к моему удивлению, сидел рядом и смотрел на меня. Остатки сна словно рукой сняло, когда я увидела, как синий взгляд скользит по моему лицу, а затем спускается ниже, чтобы обласкать высокую грудь. Было слишком жарко и, видимо, я успела раскрыться, а оборотень е спешил скрыть меня от своего пристального изучающего взгляда, от которого низ живота превращался в жидкую лаву. А сердце в груди начинало стучать так быстро и сильно, что оборотень непременно должен был услышать этот стук. Но Райнер снова перевел взгляд на мое лицо и произнес:

— Тебе точно не приснилось то, что ты рассказала мне ночью?

Я села на шкуре, подтянув ноги и с вызовом посмотрела в лицо мужчины.

— Ты считаешь, что принцесса Эмина унизится до лжи? И чего ради?

Райнер усмехнулся. И так делал всегда, когда я проявляла характер или начинала спорить с ним. Теперь я это знала и замечала, а раньше?..

«Раньше тебе было все-равно!» — подсказала услужливая память.

— Может, я просто хотел найти повод обнять тебя? — проговорил оборотень, а мои брови приподнялись в удивлении.

Райнер шутил! Снова! Просто не верится, что этот мужчина может так себя вести! Или дело лишь во мне? Как только я перестала быть занозой для него, он стал раскрываться?

Райнер проследил за выражением моего лица и, видимо, оно его рассмешило.

— Многое я бы сейчас отдал, чтобы узнать, о чем ты думаешь, женщина!

— Женщина! — фыркнула я. — Что за обращение к принцессе? Или ты забыл… — и не закончив, осеклась, потому что Райнер снова улыбался, и я поняла, что он назвал меня так нарочно. А ведь в принципе, он был прав. Я — женщина. Он — мужчина. И, кажется, нас безумно тянет один к другому!

Вот только время на шутки быстро утекло и уже мгновение спустя лицо моего спутника стало серьезным.

— Я не хотел тебя обидеть, принцесса! — сказал он. — А уточнил про твой рассказ, только потому, что решил, будто тебе все приснилось!

— Лучше бы приснилось! — ответила я и встала на ноги, оглядываясь, куда бы сходить по нужде.

Райнер более ничего не сказал и лишь достал наши скудные запасы провизии, да пока я бегала по своим делам, стал подогревать мясо.

Вернувшись, быстро и почти привычно, собрала наши шкуры и одеяла, оставив лишь одну, на которую мы взгромоздились, чтобы поесть.

Ели быстро и молчаливо. Я поймала себя на мысли, что постоянно поглядываю на мужчину. И ничего не могла поделать, чтобы найти в себе силы и не смотреть на него. Он нравился мне. Слишком нравился. Даже стало жаль, что он не оказался на месте Инсана. Тогда бы, думаю, я не колебалась, чтобы выйти замуж.

От подобных мыслей щеки стали розоветь и я, быстро доев мясо, поспешила вымыть руки, а когда оглянулась на оборотня, заметила, что он уже погрузил наши вещи на коня и ждет меня, чтобы подсадить в седло.

— Сегодня нам предстоит долгий переход, — заявил мужчина, стоило мне подойти ближе. — Остановки будем делать только ради жеребца, потому что без него нам не справиться.

Я молча кивнула, давая мужчине понять, что он — главный, и я подчиняюсь любому его решению. А когда взлетела в седло и посмотрела вперед, на растянувшиеся насколько хватало глаз, бесплодные пустынные земли, стало немного не по себе. И так некстати, пришло воспоминание о принце. Я представила себе, как он кружит над нашим лагерем бесплотным духом, а затем уносится прочь, затаив злобу и мечтая о мести. Как же иначе, если нам удалось обмануть его, вырваться из плена. Из этой золотой клетки в Фатре! Я, чья кровь должна была спасти его драгоценного отца, посмела отказаться от этой нерадостной сомнительной участи.

Жеребце тронулся вперед. Я зачем-то оглянулась на осиротевшую стоянку и увидела лишь костер, заложенный камнями.

— Я всю ночь думал, пока караулил наш сон! — нарушил молчание Райнер, едва мы отъехали на приличное расстояние от лагеря.

— И что ты придумал? — уточнила я тихо. Палящее солнце нещадно светило с безоблачного неба, а я молила богов о том, чтобы дали дождь. Пусть подобное явление в этих местах редкость, но ведь бывают грозы и ливни даже в таком, забытом богами, месте!

— Мы поедем совсем у другом направлении, чем я планировал раньше! — заявил откровенно Райнер и все мои мысли о дожде и прохладе, сразу испарились.

— Что? — произнесла я удивленно. — И куда?

— Инсан догонит нас, если мы будем идти в направлении твоего родного города! — пояснил оборотень. — Значит, нам придется выйти из этих земель раньше и скрыться там, куда его власть не распространится.

Мои брови поднялись вверх. Уже второй раз за сегодня, моему спутнику удалось поразить меня. Знать бы еще, что он задумал и не принесет ли мне это вреда.

— Рассказывай! — велела я, но Райнер в ответ так посмотрел на меня, что весь мой запал растаял, как капля влаги на камне под палящим солнцем.

— Узнаешь после. Я не хочу рисковать. Кто знает, какую связь установил между вами принц Инсан. Он маг и на многое способен.

— Никакой связи между нами нет! — ответила я, но оборотень лишь оскалился, став еще больше похожим на свое второе «Я».

— Кажется, Инсан об этом не догадывается! — произнес он язвительно. — Ты нужна ему и нам придется постараться, чтобы обхитрить мага.

— Но что мы можем сделать вдвоем? — спросила я. — У принца сила и я боюсь, что он настигнет нас…

Райнер покачал головой, явно недовольным моей недоверчивостью.

— Я сказал, что выведу тебя, — произнес он уверенно, — и не сомневайся, что я сдержу слово, хотя то, что ты не веришь в меня несколько расстраивает меня! — в последних словах отчетливо прозвучала насмешка.

— Я не сомневаюсь в тебе! — попыталась оправдаться. — Просто понимаю, насколько опасна ситуация!

Если оборотень и хотел что-то сказать в ответ на мои слова, он не стал. Промолчал, лишь прошел вперед, подхватив жеребца под уздцы и почти потащил за собой следом. А я смотрела на его широкую спину, на игравшие мускулы сильных рук и жалела, что дала волю словам. Хотя, я и правда, сомневалась в успехе. Знаю, что вера иногда играет огромную роль, но после той ночи и призрака принца, мне было очень не по себе. Казалось, что стоит обернутся назад и я увижу его там, за своей спиной, с этой гадкой ухмылкой, в окружении стражи. Но, хвала богам, никого там не было, по крайней мере, пока. И все же я знала, что он будет преследовать меня до конца, до своего последнего вздоха. И остановить его может только смерть. Его или моя, без разницы. Правда, умирать я пока не торопилась.

Вздохнув, перевела взгляд на голову коня, уставившись поверх нее на то, что с трудом можно было назвать дорогой. Казалось, природа постелила над землей эти каменные плиты, и мы то забирались на них и тогда цокот копыт разносился по округе, то спускались на землю, покрытую слоем песка.

Райнер молчал. Я поддерживала его в этом желании тишины, думая о том, как хорошо было бы сейчас оказаться дома. Сидеть у фонтана, радуясь солнечному дню и прохладе журчащей воды. Солнце палило без жалости, будто пыталось уничтожить нас, поджарив живьем, а мой спутник продолжал идти вперед, делая остановки только для того, чтобы напоить жеребца и дать нам обоим приложиться к фляге с водой.

Не хотелось разговаривать. Губы стали совсем сухими, да и конь подо мной шел не так бодро, как с самого утра. Но оборотень не позволял нам долго отдыхать. Гнал упорно, при этом явно изменив направление движения. Я поняла это по скалам, что с утра двигались нам прямо на встречу, а теперь, казалось, остались в стороне.

— Куда ты меня везешь? — спросила я, но Райнер промолчал и лишь потянул за собой уставшее животное, когда я оставила попытку разговорить своего спутника. А еще через некоторое время я поняла, что скалы вокруг нас начали подниматься и расти. Скоро мы оказались в своеобразном коридоре единственным плюсом которого была тень, падавшая на дорогу. Скалы поднимались на добрых два моих роста и отличались удивительно острыми вершинами, на которых я заметила странные нагромождения, похожие на сухие кустарники перекати поля, что так часто встречались в степи. А затем поняла, что Райнер стал более напряжен. Он потянулся за оружием и перехватил поводья в левую руку, а сам то и дело поглядывал на острые вершины, будто всерьез опасался нападения.

— Что не так? — шепотом спросила я.

— Посмотри вниз! — так же тихо ответил мужчина.

Я опустила глаза и действительно, увидела, что камни под копытами жеребца, покрыты странными белыми пятнами с черными вкраплениями. Странные такие пятна, напоминавшие мне что-то, чего я пока не могла понять.

— Что это? — спросила я, а Райнер неожиданно остановил коня и велел: — Спускайся! — при этом не сделав даже попытки помочь мне выбраться из седла. Впрочем, я в его помощи особенно не нуждалась, но спрыгивая, постаралась сделать это так, чтобы не шуметь.

— Подержи! — сунув мне в руки свое оружие, Райнер открыл седельную сумку и принялся доставать нашу сменную одежду. Он взял в свои руки рубашку и разорвал ее на четыре неровные части. Я же стояла, опустив клинок острием вниз, и просто следила за тем, что делает оборотень. А его действия были странными, но вполне объяснимыми: чтобы копыта жеребца не стучали по каменной тропе, он обмотал их кусками рубашки и перевязал бечевкой, ждавшей своего часа в седельной сумке.

— Здесь опасно? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал, вот только получилось плохо.

— Я надеюсь, что мы проскочим, — уклончиво ответил мужчина. — Эти земли опасны, где бы мы не прошли и какой бы путь не выбрали. Так что, твой вопрос, принцесса, весьма несвоевременный.

— А эти пятна на камнях? — уточнила я.

— Разве ты не поняла, что они означают? — Райнер поднял на меня глаза и закончив обматывать переднее копыто нашего скакуна, поднялся с корточек, распрямившись во весь рост. После чего забрал свое оружие и велел: — Если увидишь тень, сразу же прячься под лошадиный круп.

— Что? — не поняла я.

— Они нападают с воздуха и нападут, если заметят нас, — ответил оборотень и взяв жеребца под уздцы, повел за собой вперед, а я пошла следом, вцепившись неловко в стремена и стараясь не отставать. Так как до этого я ехала верхом, то устать не успела. Вот только слова моего спутника не давали мне покоя. И я поймала себя на мысли, что то и дело верчу головой, опасаясь нападения с воздуха. Зато, немного поразмыслив, я поняла характер и происхождение странных пятен. В них не оказалось ничего особенно странного. Просто помет. Птичий, вот только птица, которая могла его оставить, должна была быть просто огромных размеров.

А тоннель тянулся вперед и, казалось, конца и края ему не будет. Я шла и удивлялась, как природа могла создать такие жуткие вещи? Не иначе, здесь когда-то приложили свою руку древние боги или маги, которых давно уже нет на свете.

«Кроме проклятого Инсана!» — вспомнила я и мгновение спустя увидела то, о чем предупреждал меня Райнер

Огромная тень упала сверху, закрывая узкую полосу солнца. Я не успела отреагировать должным образом, но оборотень ухитрился скрутить меня и почти запихнуть под живот нашего скакуна. Сам же мужчина поднял оружие, и я услышала жуткий клекот от которого душа ушла в пятки. Неожиданный порыв ветра поднял песчинки, забившиеся меж камней, и потревожил пряди моих волос, защекотав щеки и нос. От неожиданности я чихнула, а жеребец переставил копыта, заставив меня сместиться ближе к его голове, согнувшись в три погибели. Кажется, ему, как и мне, было страшно. Я же опасалась еще и того, что он понесет, а я пострадаю от копыт. Но послушная приказу оборотня, оставалась под такой ненадежной защитой.

Райнер отскочил от нас, встав в паре шагов и запрокинув голову к небу. Мне и самой не терпелось увидеть, что же там было такого, что заставило оборотня, если не запаниковать, то всерьез испугаться круживших теней. К моему удивлению тень рассыпалась на несколько, и я поняла, что птиц, или того, что должно было быть птицей, не одна, а несколько. Зато сразу стало понятным поведение Райнера. Да и боялся он, скорее всего, не за себя, а за меня. Иначе не спрятал бы под крупом, словно мешок с драгоценностями. Получалось, то я создаю ему проблемы. А ведь не должна бы! Получается, мой брат напрасно обучал меня как защищать себя от опасностей! Ведь столкнувшись с ними лицом к лицу я трусливо пряталась каждый раз за охранявшего меня мужчину, подвергая его жизнь немалому риску.

Бросив взор на Райнера, увидела, как он подобрался и ринулся в сторону, одновременно с этим вскинув руку с оружием для удара. В тот же миг огромная птица упала камнем с неба как раз на то место, где еще мгновение назад стоял оборотень. Она опустилась на короткие мощные лапы и раскинула крылья, заклекотав ужасающе громко. Жеребец, не обученный стоять на месте при подобных пугающих звуках, дернулся вперед и я едва успела выскользнуть из-под его крупа, когда он помчался куда-то в неизвестность гулко цокая копытами по каменной поверхности на дне природного тоннеля. Вот только птица не обратила на коня даже малейшего внимания, потому что видела перед собой только Райнера, который ощетинившись мечом, отскочил от существа с грацией хищника. Я же отпрянула к стене и буквально прилипла к ней спиной, пытаясь слиться с каменной поверхностью, чтобы те огромные тени, продолжавшие кружить в небе, не заметили меня.

Бедолага жеребец не долго проскакал, пытаясь спастись. Я услышала отчетливый звук огромных хлопающих крыльев, а затем что-то огромное упала вниз, скрыв от взгляда коня, а затем метнулось резко в воздух. Вот был конь и его не стало. И лишь крик полный боли и агонии прозвучал в напряженной тишине. Бедный жеребец кричал недолго. Я запрокинула голову и успела увидеть, как там, в небе, к птице, пытавшейся утащить тяжелую добычу, присоединилась вторая. Только вот первая не собиралась делиться, и крылатые монстры схлестнулись в воздухе, следствием чего стал оборвавшийся крик коня, разорванного напополам жуткими тварями. Вниз полетели обрывки плоти и кровь, а мой желудок сжался, предупреждая о том, что может не удержать съеденную недавно пищу. Голова закружилась и меня отчаянно замутило.

«Великие боги!» — подумала я и на мгновение закрыла глаза. А ведь оставался еще Райдер и птица, которая наступала на оборотня, оттесняя его к стене тоннеля. Пока те две, что разорвали нашего последнего скакуна, разлетелись, чтобы полакомиться добычей, третья пыталась изловчится и поймать оборотня. А я думала о том, что боги пощадили меня, раз эта тварь меня не заметила. Я была бы более легкой добычей для нее, чем мой спутник, сильный и ловкий в обеих своих ипостасях.

Вжимаясь спиной в скалу, я неотрывно следила за действиями птицы, одновременно не выпуская из вида полосу света на камнях, чтобы не упустить тот миг, если одна из этих тварей вернется и решит присоединиться к охоте на человека. Меж тем Райнер не сводил взгляда с крылатой хищницы. Лишенная перьев, она была покрыта странной и, весьма вероятно, толстой, кожей, делавшей ее еще более омерзительной и огромной. На тонкой шее качалась маленькая голова, но с удивительно мощным клювом, размером едва ли не достигавшей этой самой головы. Я разглядела маленькие глаза с толстыми веками. Моргала птица как рептилия, редко и быстро, отчего глаза затягивались на мгновение, желтой пленкой. Ее большое массивное тело стояло на коротких ногах, которые, как и тонкая шея, были покрыты чем-то похожим на пух. А вот крылья, жесткие, широкие, размах которых достигал стен тоннеля, птица подобрала и сейчас волочила за собой. Вот только я не заметила, чтобы они ей при этом мешали.

Двигалась она хищно. Рывками, заставляя оборотня уходить назад и повторять ее маневры. Мне же только оставалось следить за происходящим и молить всех богов, чтобы они смилостивились над нами и позволили Райнеру выйти победителем из этой схватки.

Птица снова заклекотала и прыгнула на оборотня с неожиданным проворством. Но Райнер, явно ожидавший такого подвоха, бросился на землю и прокатился спиной по камням, уходя от удара клювом. Я увидела, как он резко поднялся на ноги и не теряя времени, рубанул по кожистому крылу. Попал.

Птица закричала и забила крыльями, разворачиваясь к человеку. Ей было тесно в тоннеле, и это снижало маневренность хищницы. Но все равно, двигалась она слишком быстро.

Оборотень бросил взгляд в мою сторону, пытаясь убедиться, что я в порядке. На мгновение показалось, что на его лице мелькнул страх, когда он не увидел жеребца. Явно ведь слышал до этого его крик, или попросту в пылу сражения не обратил внимания на посторонние звуки? Могло быть и так. Мое собственное сердце било словно барабаны на праздник Великого Солнцестояния. Также оглушительно и страшно. Не удивлюсь, если Райнер пропустил такое зрелище, как убийство нашего бедного скакуна. Признаться, я бы, и сама была не против, если бы не увидела этого! До сих пор к горлу подступает комок, едва вспомню, как разорвали в небе жеребца эти огромные птицы.