Серые Волки. Книга 2.

Глава 14

Дом разительно отличался от тех, в которых я привыкла жить. Начать с того, что это было длинное строение, разделенное стенами на залы и комнаты, которых, впрочем, было не так много. Ляйсан показала мне лишь малую часть комнат и все они походили одна на другую. Просторные, с коврами на полу, с низкими столиками и подушками или циновками для сидения. Несколько горшков с цветами и огромные окна, которые на ночь закрывали чем-то наподобие ставен. Видимо, чтобы ночное дыхание пустыни не позволяло замерзнуть обитателям дома.

Я заметила рисунки на некоторых стенах. Но все они, как один, повторяли одно и тоже, изображая стаю бегущую по пустыне. С той небольшой разницей, что стая то пополнялась волками, то их становилось немного меньше. Чем это объяснялось, я не знала, да и Ляйсан не смогла пояснить мне эту особенность настенной росписи. Больше всего бросалась в глаза огромная и всегда полная луна, но изображенная почему-то не в привычном золотом цвете, а белая, поднимавшаяся над пустыней подобно второму солнцу.

— Госпожа Камиля прислана повелителем Готтеаром, чтобы управлять домом! — прощебетала девочка, пока вела меня за собой.

— Очень хочу взглянуть на нее! — сказала я.

— Я и веду вас к ней! — ответила Ляйсан.

Мы пересекли просторный зал под потолком которого зияло прямоугольное отверстие непонятного назначения. Впрочем, в этом доме, кажется, было много непонятных мне вещей. А сколько еще предстоит увидеть? Сама деревня отличалась от поселений, где жили люди. Несмотря на то, что здесь были дома, жители ведь не были людьми и мне не стоило забывать об этом.

— А ты тоже умеешь превращаться в волка? — спросила я девочку, когда мы пересекли зал и остановились у арочноообразного прохода, за которым начинался широкий коридор с множеством окон.

— Что вы, госпожа! — воскликнула Ляйсан. — Я же полукровка! — и посмотрела на меня так, будто это все объясняло. Но я лишь пожала плечами, и девочка поняла меня правильно. Вздохнула и не сбавив шаг, проговорила:

— Полукровки редко могут обернутся, госпожа! Чаще всего все, что проявляется у нас от волка, это зрение, нюх, если повезет, то еще и сила!

Признаюсь, ее слова меня удивили. Я предполагала иное. Но девочка продолжила говорить, а я слушала, не перебивая.

— Но встречаются и такие полукровки, правда очень и очень редко, кого принимает дух стаи и наделяет могуществом таким же сильным, как и у чистокровных волков, — сказала она. У двери, появившейся в самом конце коридора, мы остановились и Ляйсан повернулась ко мне, глядя прямо в глаза. — Полукровок не любят, даже когда они сильны.

— А принц Райнер, — осенило меня. — Он тоже…

— Я не могу вам рассказывать о своем хозяине! — опустила глаза девочка.

— Понятно! — не стала настаивать я. Что-то подсказало мне, что Райнер и был этим самым исключением. Который получил силу, но не признание стаи.

— Мы пришли, госпожа! — сменила тему моя спутница и подняв руку, постучала в закрытую дверь.

— Госпожа Камиля! — звонко заголосила Ляйсан. — Я привела к вам госпожу гостью!

За дверью послышались тихие шаги, а затем скрипнув едва слышно, она распахнулась, явив на пороге весьма пожилую особу с волосами, покрытыми темным шелковым платком. Кстати, ткань была весьма дорогой. Это я определила прежде чем перевела взгляд на лицо женщины, с узорами морщин возле глаз и складками у губ. Кожа госпожи Камили была смуглая, из чего я сделала вывод, что женщина очень много времени проводит вне дома на солнце. Ее наряд составлял из себя длинное платье в пол, а на поясе находилась связка ключей от тех комнат, что были закрыты от нас с Ляйсан.

Наши взгляды перекрестились, и женщина застыла, словно ожидая чего-то. Я же, приподняв брови в ответ смотрела на нее, не понимая, почему она не спешит поприветствовать меня должным образом, как госпожу.

— Вижу, своенравная попалась ашика (7) нашему принцу Райнеру!

У меня словно воздух из легких выбили одним ударом. Кажется, я даже лишилась дара речи, услышав, как назвала меня эта старуха.

— Как вы назвали меня? — уточнила я, надеясь, что меня подвел слух. Но наглая Камиля лишь улыбнулась и повторила:

— Ашика! А кто же ты еще?

Я покосилась на покрасневшую от смущения Ляйсан и снова перевела взгляд на Камилю, после чего, взяв себя в руки и усмирив с трудом вспыхнувший было гнев, ответила:

— Я — госпожа для тебя, Камиля! Если кто-то сказал обо мне иначе, то он сильно ошибается!

По губам старухи тенью протекла улыбка. И она мне очень не понравилась. Просто ладонь зачесалась стереть эту улыбку с ее лица. Кажется, Камиля не понимала с кем имеет дело! Я не была наложницей Райнера! Это он еще недавно носил рабские браслеты, одетые мной! Но что себе возомнила эта древняя старуха!

— Старая Камиля никогда не ошибается! — возразила спокойно старуха и ее взгляд, устремленный на меня, по-прежнему выражал насмешку. Я взглянула на Ляйсан, но девочка потупила глаза, явно не желая перечить старшей в доме. А, возможно, попросту, опасалась ее. Видимо, старуха имела какое-то влияние или определенный статус среди оборотней. Хотя мне показалось, что они не особенно уважали здесь женщин. Не то, чтобы их уважали во дворце моего отца. Я была исключением, а вот к рабыням и наложницам порой применяли наказание и силу.

«Неужели мы теперь поменялись местами с Райнером!» — подумала я и тут же дала себе зарок сразу переговорить с оборотнем, когда он придет в свой дом.

— Хозяин скоро будет здесь, — продолжила Камиля и наконец отвела глаза, перестав рассматривать меня, словно живой товар. — Но не думаю, что ты сейчас ему пригодишься! — и снова усмехнулась.

— Да как ты смеешь? — не удержалась я. — Когда Райнер придет я расскажу ему, как меня встречали в этом доме и, клянусь всеми богами, ты еще пожалеешь, старая, что так вела себя со мной. Я — принцесса, а ты простая… — и осеклась, не зная толком как назвать ту, что стояла передо мной и откровенно потешалась над моим гневом. Кажется, она не восприняла мои слова всерьез. Ну да, ничего. Еще узнает силу моего гнева!

— Проводи госпожу в ее комнату! — обратилась к Ляйсан старуха. — Не стоит ей бродить по дому. Вот когда принц Райнер даст свое позволение, тогда и будет совать свой нос куда пожелает. А сейчас пусть сидит в комнате.

— Да, госпожа! — поклонилась перед старухой моя маленькая спутница. А я и не знала, смеяться мне теперь над всей этой ситуацией, или плакать от злости. Решила, что первое будет уместнее, так как совсем не хотелось показывать свою слабость перед какой-то древней каргой.

— Пойдемте, принцесса Эмина! — попросила меня девочка, и я, посмеиваясь последовала за ней, отметив с внутренней радостью, что Камилю немного зацепил мой смех. Впрочем, мне могло это просто показаться. Так или иначе, лишь когда мы отдалились от старухи на приличное расстояние и между нами пролегли два пустующих зала с трепетавшими на ветру шелковыми шторами, я остановилась и взглянула на Ляйсан, вопросительно приподняв брови.

— Госпожа! — тут же ответила она. — Вы поступили мудро, когда не стали больше спорить с госпожой Камилей.

— Она оскорбила меня! — отрезала я.

— Но госпожа Камиля имеет вес в нашей деревне, — тихо проговорила девочка. — Пойдемте, я расскажу вам о ней и тогда вы, возможно, поймете, почему она ведет себя именно так.

Я усмехнулась. Не могла не удержаться.

— Разве я могу понять ее неучтивость? — спросила я, когда мы продолжили идти. — Если бы мы находились во дворце моего отца, за подобную наглость твоя Камиля, — я сделала ударение на слове «твоя», чтобы девочка поняла всю силу моего негодования и, при случае, рассказала об этом старухе. Что-то подсказывало мне, что Ляйсан именно так и сделает, когда покинет меня в моей комнате. — Так вот, твоя Камиля лишилась бы языка, если бы посмела так говорить со мной.

— Я прошу не обижаться на госпожу! — проговорила девочка просительно. — Она действительно весьма важна для стаи.

— Это почему же? Она оборотень, такая же, как и все те мужчины, которых я встретила на пути в ваше поселение? — спросила я. — И, кстати, Ляйсан, скажи мне, женщины оборотни имеют особый статус или считаются ниже по положению чем мужчины?

— Конечно, ниже. Но госпожа Камиля одна из почитаемых женщин нашего поселения! — сказала девочка. — Она не просто чистокровный оборотень, но, к тому же, имеет дар предсказывать будущее и умеет залечивать раны. Именно поэтому, я думаю, повелитель Готтеар прислал ее сюда.

— Так она не служанка? — поняла я.

— Что вы, госпожа! — удивилась Ляйсан. — Только принца и повелителя Камиля станет слушать. Да еще некоторых мужчин, приближенных к нашему вожаку.

Я кивнула. Кое-что начало проясняться. По крайней мере, стало понятным, почему эта старуха ведет себя так нагло. Просто знает, что ничего ей за это не будет!

Звук шагов донесся откуда-то из зала, путь к которому лежал перед нами и девочкой. Я увидела, как малышка остановилась, а затем остановила и меня, вцепившись в руку.

— Что? — спросила взволнованно.

— Хозяин! — ответила она быстро. — Принц Райнер вошел в дом.

Вот мне-то он сейчас и был нужен. Стряхнув цепкие пальцы Ляйсан, я ринулась вперед, не позволяя девочке остановить себя. Мне просто необходимо было увидеть моего оборотня и не только для того, чтобы пожаловаться на недостойное поведение госпожи Камили. Просто я поймала себя на желании увидеть собственными глазами, что с Райнером все в порядке. Когда мы расстались, выглядел он крайне плохо, что и не удивительно после ночной схватки с тварями Инсана. За всей этой суетой я забыла о преследовавшем нас принце и вот теперь тревога охватила сердце, вернувшись сторицей.

— Райнер! — крикнула я, доверяя словам Ляйсан. Наверное, девочка смогла унюхать хозяина дома, или как чувствуют в подобных случаях своих оборотни? Думаю, даже полукровки обладали определенными способностями присущими волкам. А поэтому я не сомневалась, что девочка не ошиблась, и бросилась вперед, удивленная собственной прыти. Вот уж не думала, что так буду спешить к этому оборотню. Но ведь, по сути, если рассудить верно, Райнер сейчас был единственным человеком, которому я могла доверять.

«Он уже давно стал для тебя единственным!» — двойственно подумала я.

Пробегая мимо залов спешила вместе с Ляйсан, которая была удивлена моему такому сильному желанию увидеть хозяина дома. Но девочка не смела мне перечить и указывала путь, а когда, как я догадалась, между мной и Райнером остались считанные шаги — переход из одного зала в другой, разделенным лишь полотнищем ткани, заменявшим двери, — девочка остановилась и с шумом втянула воздух. А затем перевела на меня испуганный взор.

— Пахнет кровью, госпожа! — пролепетала она.

Я, более не сдерживаясь, ринулась вперед, откинув прочь разделяющую комнаты ткань.

Райнера я увидела стоявшим в нескольких шагах от порога. На первый взгляд он выглядел вполне здоровым и находился на своих двух ногах, но стоило мне взглянуть в его побелевшее лицо, как я поняла: регенерация пока не справилась со своей задачей и мой оборотен вот-вот упадет в обморок, то ли от боли, то ли от потери крови. Потому что Ляйсан и тут не ошиблась. Я увидела расплывающееся пятно алого цвета на его одежде и подскочила к мужчине опасаясь, что он не устоит на ногах. И как они только могли его, раненого, вместо того, чтобы перевязать и вылечить, сразу потащить к своему вождю! И это так поступает отец с сыном? Или я чего-то не знаю! Но подобное вывело меня из себя.

Подоспела я вовремя. Синие глаза оборотня взглянули на меня и тут он начал валиться вперед. Я даже не раздумывая, протянула к нему руки, понимая, что не удержу такого огромного мужчину. Но и позволить ему упасть просто не могла.

— Госпожа! — раздался за спиной тонкий голосок девчушки прислужницы, но я ничего не успела ей ответить. Райнер повалился на меня и я, естественно, не устояла на ногах и стала падать назад под тяжестью его обессиленного тела. Я не знаю, как Райнеру удалось успеть выставить руки, но я не так сильно ударилась об пол, как могла бы, учитывая вес мужчины. И все же на мгновение перед глазами все потемнело, но уже спустя удар сердца, зрение восстановилось, и я почувствовала, как оборотень позволил себе расслабиться и теперь действительно придавил меня к полу. От его тела исходил жар, и я удивилась, как это он так долго держался! Видимо, делал это из последних сил, потому что просто не мог иначе. Как мужчина и воин, он не мог показать слабость перед своим отцом и его людьми, или нелюдьми?

— Райнер! — только и прошептала я. Дышать под таким тяжелым мужчиной было трудно. Но и сбросить его с себя я не могла. Честно говоря, просто жалела, понимая, что удариться израненным телом. И все же, я не могла помочь ему, пока вот так лежу на полу придавленная оборотнем.

— Госпожа! — пропищала рядом Ляйсан и я с радостью вцепилась в ее голос, как утопающий в зыбучих песках за брошенный канат.

— Позови… — прохрипела я, — кого….нибудь! — и добавила тяжело: — Твоему…хозяину…нужен лекарь!

— Не надо лекаря! — прозвучало еще более сиплое в мое ухо. Райнер попытался привстать с моего тела и ему это удалоь после третьей попытки. Он перекатился с меня и лег рядом не открывая глаз. Дыхание его становилось все более затрудненным, а я, сев, увидела, что от Ляйсан толку никакого. Девчонка просто стояла каменным столбом и пялилась на своего господина, которого, вероятно, видела впервые.

— Что стоишь? — я села на коротчки. Быстро взглянула на лицо оборотня, а затем перевела взгляд на девочку. — Быстро, за лекарем! — приказала, но Ляйсан смотрела только на Райнера. А тот, чтоб ему было пусто! — лишь качал головой, явно запрещая ей куда бы то ни было идти.

— Я должен сам! — сказал он. — Отец не простит мне эту слабость!

— Что? — удивилась я.

— Что мне делать? — пискнула Ляйсан, а я посмотрела на Райнера и увидела на его лице гордую и такую по-мужски глупую решимость сделать по-своему, что поняла — спорить бесполезно. А потому снова обратилась к девочке.

— Где здесь в доме покои хозяина! Проводи нас, — а затем уже Райнеру, даже без тени заботы и сочувствия, — ты сможешь сам добраться до своих комнат?

Райнер открыл глаза и его взгляд, показавшийся мне замутненным, остановился на моем лице. Я неожиданно поняла, насколько тяжело ему было стоять вот там, перед домом своего отца и вожака оборотней, и делать вид, что он чувствует себя отлично, в то время, как силы были на исходе! И мое лечение исчерпало себя. Но я знала и то, что смогу помочь ему. Но не здесь и не на глазах у Ляйсан. Чтобы вылечить оборотня и его открывшиеся снова раны, мне нужна тишина и уединение рядом с этим изнеможенным мужчиной.

— Райнер? — повторила я, заметив, что его взгляд начинает ускользать от меня. Но тут раздались тяжелые шаги в и дом вошел уже знакомый мне Бродяга. Я поспешно поднялась на ноги и шагнула вперед, только после сообразив, что пыталась защитить раненого от предполагаемой угрозы. На что Бродяга лишь криво усмехнулся, а затем проговорил:

— Я так и знал, что он свалится, — а дальше явно обращаясь ко мне, хотя смотрел только на Райнера, — я помогу перетащить его туда, где ты, вероятно, захочешь помочь своему мужчине! — и на меня метнул быстрый взгляд, а я задохнулась от его наглых слов! Райнер не был моим мужчиной, но сказать об этом я не успела, потому что оборотень наклонился над раненым и подхватил его на руки, как мать поднимает свое дитя.

Если Райнер и был против, то ничего не смог сказать. От боли он скривился и снова провалился в беспамятство.

— Показывай, где комнаты твоего господина! — велел Бродяга, завидев бледную Ляйсан.

— Идите за мной, господин Тангар! — тихо ответила девочка и бросилась куда-то вперед. Мы с Бродягой последовали за ней. И если я молчала, то Тангар нет.

— Я видел, что он держится из последних сил! — пояснил он то ли мне, то ли себе самому. — Потому и пошел проводить его. А волчонок сильнее, чем я думал. До дома дошел сам на своих двоих, прежде чем свалился. И откуда только силы брал. Со мной разговаривал, стоял, будто ни в чем не бывало. Но я-то знаю, что такие раны быстро не заживают!

А Ляйсан знай себе бежит впереди. Я же стараюсь не отставать.

— Почему нельзя послать за лекарем? — спросила я тихо, когда мы остановились перед входом в какую-то комнату. Видимо, тут и находились покои хозяина дома, потому что Ляйсан указала на них рукой и даже подняла полог из плотной ткани, чтобы Бродяга занес Райнера в помещение.

— У нас есть свои законы, маленькая принцесса! — не глядя на меня заявил оборотень, а затем пригнулся и с Райнером на руках, прошел вперед. Я — за ним.

Оказавшись в просторной комнате, я огляделась, заметив, что обстановка в ней очень скромная и совсем не соответствует предполагаемому статусу Райнера в стае. На полу лежал простой ковер. В углу, напротив огромного окна, в котором трепетали на сквозняке шелковые шторы, находилась постель — несколько шкур и подушки, расшитые яркими нитями, разбросанные по поверхности этого ложа. Совсем не то, что во дворце моего отца. Видимо, Райнера не ждали, так как у меня появилось ощущение, что все эти вещи принесли относительно недавно. Как только мы вошли в поселение волков. И, скорее всего, я не ошибалась.

— Так что же ему делать? — спросила я, глядя, как Бродяга укладывает огромного, но такого слабого сейчас оборотня на ложе.

— Ничего! — просто ответил Тангар распрямив спину. — Мы оборотни народ сильный. Райнеру стоит самому залечить свои раны без помощи лекаря, маленькая принцесса! — на меня обратили взгляд, и я невольно поежилась, настолько колючим он был. — Так надо, поверь.

Я посмотрела на Райнера, лицо которого покрыла испарина пота, и подумала о том, что как раз в этом случае принцу очень нужна помощь. Вот только спорить с оборотнями на их территории я не имела права. Да и не послушают меня все равно. Только настрою против себя на первый взгляд дружественного Бродягу. Если сначала Тангар показался мне холодным и равнодушным, то теперь я поняла, что возможно, он единственный во всем поселении, кто не желает зла вернувшемуся принцу Райнеру.

— Но он не может обратиться в зверя! — все же не удержалась я от вопроса. — А, насколько я поняла, регенерируете вы только в облике волка…

— Не совсем так! — Бродяга подошел ко мне и жестом велел Ляйсан укутать хозяина дома в плед, а сам взглянул мне в глаза и продолжил: — Я вижу, ты ничего не знаешь о нашем племени.

— Как-то не довелось сталкиваться с подобными вам! — ответила я. — Там, где я жила раньше полагали, что вы уже вымерли, как и маги…

— Надеюсь, ты теперь понимаешь, что это совсем не так, принцесса? — приподняв брови, уточнил мужчина. — Маги, знаешь ли, они тоже вымерли не все. И глядя на тебя я вижу подтверждение своим словам!

Я не знала, что ответить на подобное заявление, а потому решила сменить тему, да и мой оборотень меня волновал и очень сильно.

— Так что мне прикажешь делать? — уточнила я, пока Ляйсан, выполнив приказ Тангара, топталась на месте подле раненого хозяина.

— То же, что сделала и там, в пустыне после схватки, — тихо подсказал мне мужчина и улыбнулся, как мне показалось, вполне искренне. — Только сделай это сама, ей, — он кивнул на застывшую в ожидании приказания служанку, — не стоит видеть и знать.

Я понимающе кивнула. Плохо, что Бродяга узнал мою тайну, но он прав, давая мне совет. Мне нужен Райнер. Я раньше даже не понимала, насколько этот оборотень стал важен для меня и сейчас просто не могла позволить ему погибнуть. И, думаю, причина была не только в принце Инсане, который преследовал меня.

— Спасибо за совет, мудрый Тангар! — сказала я и даже поклонилась, чем удивила не только оборотня, но и себя саму. Но, что самое странное, оказывается, если я кому-то кланяюсь, при этом моя шея не ломается и я продолжаю жить. И мне совсем не стыдно! Ну ни капельки!

— И тебе спасибо, принцесса. А я пойду и, наверное, заберу с собой Ляйсан. Пусть проводит меня к выходу, как и положено доброй прислуге!

Он взглянул на девочку и кивком указал ей на дверь из полога. Она сразу же все поняла и лишь поклонилась, а затем бросила взгляд на меня. Но я лишь подтвердила приказ Тангара, потому что мне следовало как можно скорее заняться раненым Райнером.

Едва за ушедшими опустился полог, я развернулась к оборотню и промедлив мгновение, подошла и опустилась рядом с ним на колени. Взглянула в лицо Райнера и поняла, насколько плохо ему сейчас. И как только упрямец раньше держался? Я ведь была рядом с ним, когда прибыли в поселение. А ведь не поняла, что мой спутник из последних сил старается не выказать слабости и боли.

— Что же ты за человек такой! — проговорила я тихо и протянув руку, коснулась лба мужчины. Ладонь моя, прохладная и маленькая, заставила мужчину застонать, и я невольно отдернула пальцы, после чего вздохнула и откинула с тела оборотня одеяло, в которое его укутала прилежная Ляйсан.

— Я помогу! — пообещала больше себе, чем ему. Кажется, Райнеру сейчас было совсем не до меня. И я начала действовать.

— Ты нужен мне, оборотень! — осторожно касаясь руками груди мужчины скрытой под одеждой, я мысленно призывала его боль, чтобы унять ее и прогнать прочь. Давно я не делала этого. Та страшная ночь в пустыне, когда мы едва не попали в руки Инсана, была первой попыткой помочь человеку спустя долгие годы. И да… Бродяга был прав, когда говорил, что не только оборотни перестали быть сказкой. Частичка магии, которую пытались прогнать, искоренить из этой земли и населявших ее людей, осталась во мне. Как и почему это произошло, я не знала. Вот только трогая Райнера, воскресила в памяти свое прошлое, и свое детство, когда впервые поняла, что могу исцелять. Именно поэтому моя кровь оказалась так ценна для наследника Фатра и его умирающего отца.

Я некоторое время медлила, рассматривая оборотня. На его лице отразилась гримасой мука и мужчина тихо застонал, будто почувствовав, что рядом нет никого, кто мог бы усомниться в его мужестве. Странные обычаи у Серых волков. Странные и непонятные мне. Чтоб отец не позволял лекарю излечить своего родного сына, пусть даже и не законнорожденного! И все же, они были едины по крови! Жестокие обычаи. 19f5c6c

Взглядом пробежала по раненому, а затем принялась действовать, понимая, что чем быстрее я вмешаюсь, тем скорее Райнер сможет встать на ноги. И что-то подсказывало мне, что Тангар не проговорится о том, что именно я была той, кто помогает Райнеру.

Протянув руки над ранами мужчины, прикрыла глаза, пытаясь в своем воображении нарисовать картину, в которой я своими руками стягиваю раны, прижимаю их края, заживляя и заставляя срастись. Сейчас у меня было время, чтобы позволить себе более тщательную подготовку и оказание помощи. Моя магия просыпалась. Скрытая и недоступная для постореннего взора, она сейчас оживала, как оживает цветок, политый долгожданным дождем. Поднимала голову, распускала лепестки.

«Все будет хорошо! — подумала я, мысленно обращаясь к Райнеру. — Я не позволю тебе страдать!».

И снова перед глазами картина, в которой я уже ярко представила, как раны оборотня начинают заживать и вместе с тем из тела начала уходить сила. Она изливалась через мои ладони прямо в тело принца. Я отдавала свою магию ему и, вместе с силой, к мужчине переходила частичка меня самой, моего здоровья и тепла. Но я не жалела об этом, потому что он стал важной частью моей жизни. И это стоило признать.

Не знаю, сколько я вот так просидела над оборотнем, но скоро ощутила слабость и открыв глаза, опустила взор на тело Райнера. Его затянувшиеся, на этот раз до состояния заживающих шрамов, раны, меня приободрили, и я поняла, что теперь могу отдохнуть.

Руки упали вниз. Встать я не смогла. Ноги отказывались мне повиноваться, и я не нашла ничего лучше для себя, как лечь рядом со спящим принцем, слушая, как его дыхание, их жаркого, хриплого и прерывистого, становится спокойным. Кожа мужчины больше не горела, не обжигала. Я опустилась рядом с ним и прижавшись невольно к сильному боку, снова закрыла глаза, ощущая, как усталость берет свое.

В комнате было удивительно тихо и даже прохладно. Через раскрытые окна, прикрытые лишь тонкими шелковыми шторами, залетал ветер. Воздух стал прохладным, будто в этой, забытой богами пустыне, прошел дождь или это я мерзла, обессилев?

Так или иначе, сил раздумывать просто не было. Я положила под щеку ладонь и выдохнула, устраиваясь поудобнее рядом с Райнером. Он спал и дышал так, как дышит просто спящий человек. Но что самое удивительное — звук его дыхания успокаивал меня и действовал убаюкивающее, будто песня няни, оставшаяся где-то там, в далеком детстве. Незаметно для себя я уснула. Просто провалилась в тишину и покой, впервые за столько дней побега из Фатра ощутив себя в странной защищенности, даже несмотря на то, что у меня в этом не было такой уверенности. Но, возможно, ее дарил мужчина, спавший рядом?