Секта Безумного Мага (ПВ-5)

Глава 29

— Мягко плавая в тумане, — с выражением прочитал я вслух, — раздвигая камыши, грациозные как лани, шли по полю алкаши.

Моя словесная эскапада относилась к окружающей действительности. Проплыв еще несколько часов мы миновали столичный порт. В целях предосторожности королевский штандарт я снял. Нечего давать понять, что с нами плывет принцесса. Все, итак, на корабль пялились, а таможенная стража даже снарядила за нами в погоню смешную лодочку. Все — в смысле эти чуваки на шнеках, ладьях, грузовых баржах. Купчины, ремесленники портовые, моряки, грузчики и просто любопытные.

Поскольку закон со вторым вымпелом был злостно нарушен, обуянные жаждой наживы, люди с мечом и якорем на фабулах бросились в погоню. Почему на лодочке — думаю парусник в погоню моментально не отправить. Для подобного надо команду наготове держать с капитаном. Просто так даже якорь не вытравить, не говоря уже о постановке парусов.

Это капитан Джерк Водолей на бригантине с магическим управлением, благодаря отобранной бейсболке «Сила принцессы», через интерфейс приказы раздает. Других таких гениев нетути.

Лодочка с таможенниками еще лавировала между судами, когда Жемчужина уже догоняла закатное солнце. Эрайн закончился, мы шли по реке Гирайн: она простиралась на северо-восток, к югу превращаясь в Лайн, тот, что огибал столицу полукольцом, отсекая от Жутколесья. Но наш путь лежал к замку Сентенты, расположенный по левому берегу Гирайна за деревушкой под названием Мормышки.

За время пути, не сходя с бригантины, я развалил с рельсотрона данж кровавых водомерок. Земной вид принадлежит к клопам, но нестийскому виду, согласно справочнику, классификацию выдали как бинарному классу рептонасекомых. Небольшого роста: от метра до полутора, короткие крылья, позволяющие подлетать метров на пять и обрушиваться сверху на жертву. Жрали кровавые водомерки домашний скот, часто по утрам подкрадывались к сонным рыбакам и вонзали свой метровый хобот в беззащитную спину. Так то сражений один на один с человеком они обычно избегали. Дадут веслом по харе, хрупкий хобот переломится и конец сасамбе. В общем мрази еще те: коварные и кровососущие. Всадил в их нору болванку, обрушив частично линию высокого берега, я с особенным удовольствием — это и за всех, задолбавших человечество комаров, ответочка.

— Где-то здесь. — решил я, завидев берег с глубоким дном, открытый, хотя дальше виднелась небольшая опушка леса. — За лесом будет тракт через Мормышки к замку.

Мы причалили, выгрузили лошадок, отозвали Жемчужину, я сдал принцессе бейсболку, клятвенно пообещав в следующий раз дать ей погонять кораблик самолично. Двинулись навстречу нашей паралитичке.

Увы, после редкого леса появилась болотная низина, туман, а солнце окончательно покинуло наш меридиан. Хотя я был спокоен за обнаружение от Каи, сама лисодевочка не показывала признаков беспокойства, принцесса в условиях отсутствия видимости была на взводе. Джиро тоже не совсем был в порядке, подвесив щит на спину, танк беспокойно озирался. Шар света над нами я счародействовал, но свет тонул в белесой мгле, а темнота через пару метров, снова скрадывала любую видимость. Плелись, одной рукой придерживая за уздечку коня. Другой, вцепившись в руку соседа. Темнота, страшнота, неизведанность.

Шли по внутреннему компасу лисодевочки. Ну идеальное же место и время для внезапной атаки. Вот тогда я принялся за стихи.

— Джерк, — возмутилась Кая со смешком, — ладно мы, но как ты про её высочество выражаешься!

— Не поняла тебя, Джерк. — поддержала Аиша. — С каких пор ты перестал называть меня солнцем? Я пропустила конец света?

— Мальчишки и девчонки, пара-пара-пам. — протараторил в стиле Ералаша. — А также их родители, пара-пара-пам. Всеобщий Апокалипсис, увидеть не хотите ли? Всеобщий Апокалипсис размажет тебя в фарш! Людской цивилизации, тотальный демонтаж, пара-пара-пам, фиу!

Криповая переделка детского киножурнала повернула беспокойство в другую сторону. Принцесска ударила себя в грудь и сказала, что никакого Апокалипсиса не допустит. Не в её смену. С такими словами она вздела волшебную палочку, собрав заклинанием всю воду из окружающего пространства и закастовала цунами назад. На ту опушку леса, что мы прошли. С плеском и шорохом волна умчалась, со страшным треском выломав все деревья позади и с грохотом войдя в Гирайн. Лошадки вздрогнули, всхрапнули жалобно. Кроме практичного Балфри. Пользуясь тем, что Аиша отвлеклась на заклинание, сняв руку с уздечки, и повернулась в сторону, коняша осторожно дернул завязки её рюкзака и влез в него по самые уши.

Зрелище комичное и уморительное. Аиша начала поворачиваться, Балфри вынырнул из рюкзака, сжимая в зубах яблоко, хрустнул им и уставился прямо в лицо Аиши, сжав челюсти.

— Ты че кашляешь, Бал? — подозрительно спросила принцесса. — Неужели тоже испугался?

Звука подать он не мог, сглотнуть тоже боялся. Поэтому просто тупо и преданно пялился на неё. Леда осуждающе замурлыкала на своем водяном языке, браня жеребца. Кая и Джиро, успокаивающие своих лошадей, эпичную сцену кражи не заметили.

— У тебя рюкзак развязался. — поспешил я на помощь воришке, отвлекая Аишу. — Давай помогу завязать.

Пока возился с завязками, ударил колючий, зимний ветер. Может из-за заклинания, которое сместило область давления, убрав туман, но в лицо нам ударил пробирающий до костей, шквал холодины. Впору палатки ставить и пережидать непогоду.

Однако вместе с порывом ветра до нас донеслись звуки. Первой их идентифицировала лисодевочка.

— Впереди схватка. — уверенно сказала Кая, подняв кулак.

Низина перешла в поле. Хорошо, что земля была промерзшей. Высоко поднимая ноги, с отваливающимися неохотно комьями земли, мы торопливо направлялись к источнику шума. Неужели нас кто-то опередил, убирая наследницу Сентенты? Нехорошо получилось бы.

— Три группы, тридцать семь целей, двое погибших, двое раненых. — перечисляла детали по мере приближения к месту Кая. — Раненых уже четверо.

Поле закончилось лентой утоптанного тракта. Схватка уже была видна визуально. Там, где начинался лес были видны вспышки заклинаний, слышался лязг железа и крики. Оставался щекотливый момент: как врубаться в эти непонятки. Езда на лошадях ночью тот еще экстрим, не всякая коняша на такое подпишется. Мы своих с шаром света, за узду вели через пролесок и топь. Нет, я думаю Балфри сомнений не знает: за собой увлечет остальных, тем более тракт все же — не поле. Проблема в том, что остальные не Балфри. Это конь принцессы, заточенный на схватки, не испытывает растерянности. Балфри со сломанными ногами в бой поползет, другие наши лошади демонстрируют неуверенность в темноте на незнакомой местности.

Спросил совета у Аиши.

— Конечно привязать надо и оставить. — выдала она свой вердикт. — На не боевых, кто в своем уме в бой скачет? Тем более ночью. Боевые кони специальные тренировки проходят на передвижение в темноте, не всегда успешно. Ночных конных атак не бывает.

Высказав свое высокое экспертное мнение, Аиша сказала, что Бала не привяжет, оставит охранять остальных. Пока мы привязывали к какому-то чахлому одинокому деревцу свои транспортные средства, повторила эту мысль для своего черного иноходца.

Балфри морду скривил, но получив пару яблок, успокоился. А мы бросились к месту схватки, подобравшись почти вплотную незамеченными. Финал борьбы был очевиден. Практически одинаковые, в своих тёмных накидках без опознавательных знаков, две группы людей добивали магией и оружием третью.

— Четыре лучника за деревьями, нас сейчас заметят. — быстро выговорила Кая.

— Лучники на тебе, затем по ситуации. — принял я решение, и лисодевочка врубив стелс и ускорение, забрала вправо, забегая в лес.

— Именем короля! — заорал я, выпуская холостой выстрел магии из рельсотрона верх, не добежав метров двадцать и завидев, как нас разглядели, но никаких мер еще не предприняли. — Остановитесь!

Шар плазмы, взмывший вверх над нами, придал моим словам необходимую вескость. И сделал меня мишенью.

— Бей мага! — заорал здоровенный, бородатый детина в кольчуге, круглом шлеме, с топором. На конце древка топора был шип, а древко оковано полосками стали. Из чего я сделал вывод, что это был полэкс.

В меня полетело копье, фаербол и две стрелы. Всех их принял на свой щит Джиро. Он закрыл меня своей широкой фигурой и немедленно скастовал всеобщую ненависть.

Аболютно все присутствующие заагрились на Джиро. Даже стоящие к нам спиной члены третьей группы, отбивающиеся от остальных, развернулись, но атаковать не стали. Наоборот, в их глазах засветилось облегчение и радость.

— Ваше высочество! — беззвучно зашептали их губы, обращаясь к принцессе.

Та уже «окинула» поле боя мерзлым взглядом. Половина нападающих превратилась в ледяные скульптуры. Другая половина в страхе стояла столбом.

Двое бойцов, стоявших за детиной, оседали на землю с болтами в глазницах. Детина заслонился топором, и болт бессильно разбился об магическое оружие. Леда, впервые обнаружившая достойного противника, побежала в атаку, меняя на ходу трезубец в рунку, эспантон, алебарду и что-то еще из древкового оружия, видимо дезориентируя противника, не представлявшего, какой прием ожидать от обладателя такого странного оружия.

— Вали девку! — по-прежнему буйствовал детина, не заметивший, что половина нападающих сзади покрылась льдом. — Килдрас Светокрылый!

Он обернулся и, завидев растерянные лица и ледяные фигуры, мгновенно сориентировался, бросившись в лес. Я бросил массовое исцеление, флегматично размышляя, насколько же неправильное направление, детина выбрал для побега. Не пробежав и пяти метров, бородач исполнил акробатический номер, перевернувшись в воздухе несколько раз, получив жесткий пинок в грудак. Из кустов вышла Кая, одной рукой волоча за собой полузадушенного эльфа на шарфе.

— Он назвал меня девкой? — неверяще спросила Аиша. — Вот этот земляной червь так мне и сказал?

Леда подцепила шипом глефы за звено кольчуги детину и притащила к нам. Столкнувшись с неприятной реальностью, контуженный ударом головы об землю, тот мало что соображал. Мычал невнятно, обхватив голову, сидел на корточках и блевал.

— Хряк!

Лёд на одной из фигур треснул, начиная разламываться. Мерзлый взгляд, в отличие от формации льда, не убивал. По крайней мере не сразу. Заклинание было контролящим, цель жила, хотя приятного в нём конечно было мало, для попавшего под чары.

Все нападавшие уже выбросили оружие и стояли на коленях. Как я им порекомендовал по доброте душевной, сразу после демонстрации магической мощи от принцессы.

— Да они совсем одичалые тут, ваше высочество. — поддакнул я специально для принцессы. — Не ведают, что несут. Но чисто теоретически, он мог это про Леду сказать.

Услышав это, Леда немедленно тупым концом трезубца шарахнула детину по кумполу. Тот осел раздавленной лягушкой в лужу своей же блевотины.

Кая дотащила эльфа до нас и кинула мешком к ногам Аиши.

— Остальных прикопала что ли? — поинтересовался у неё. Что-то слишком много фрагов ушастых на ней висит.

— Что я зверь какой? — обиделась лисодевочка. — В оглушении валяются. Джиро пойдем, поможешь донести.

— Ваше высочество! — свалился к ногам Аиши в свою очередь, главный из группы защищавшихся. — Нет слов, чтобы выразить вам искреннюю признательность за наше спасение. Мы уже воззвали к Ангелу Тачибана собираясь дороже продать наши…

— Шан Ханилен, — устало вздохнула принцесса, — встаньте и доложите по форме, что здесь, во имя всех творцов, происходит? Но сначала отправьте троих бойцов за нашими лошадями в ста метрах отсюда по дороге.

Понимаю, мужчинкопад у ног на подиуме хорош, в реальной жизни, когда надо быстро все порешать, утомляет. Служивого принцесса знает, значит мы на правильной стороне.

Шан Ханилен повиновался, показав скорость умелого чиновника: раздал приказы и приступил к докладу. Но не один: с помощью доброго слова и световых разрядов, я нашел главного эльфа. Он как раз оттаял к тому времени. Немного подлечил бородатого детину, сказал им что лисодевочка любит пинфингер поиграть перед сном, это так успокаивает. Разумеется, с чужими пальцами. Потому в меру разумения доклад королевского сборщика налогов — а именно им оказался шан Ханилен — им следует дополнить своими репликами.

Из компиляции бодрых и точных ответов королевского мытаря, жалобного блеяния потерявшего боевой дух детины и вежливо-пафосных замечаний эльфа, временами переходивших в слезливые вскрики, выяснилось следующее.

Графа Сентенту искали упорно и настойчиво. Не только король, но вот эти ушастые живчики у ног принцессы и бородатый детина, который оказался сыном барона Кидана Эделина. А Эделин — тот самый двоюродный дядя графа Сентенты, которого последний так опасался. Значит, понаезжав в замок, который естественно ворота не открывал никому, кроме посланников короля, барон Эделин установил наблюдение за гнездом Сентенты, отправив для этих целей сына. Бородатый детина, которого зовут Арналд, со своей шайкой обосновался на тракте. Бухая в местной таверне, Арналд встретил благородных эльфов-наёмников. Закорешился с ними, встроив в свой отряд. Они ему помогли замок Сентенты взять под контроль, ночью пришив стражу.

Обосновавшись в замке, Арналд стал склонять дочку-паралитичку графа к свадьбе, насилуя местную обслугу и таская понравившиеся вещи телегами. Король же, или вернее королева, тем временем, решила сменить тактику, выслав в замок не обычных порученцев, но королевского мытаря под предлогом изменения формы налогообложения графских земель.

Тут надо сказать, что налог с аристократии взымался лояльностью и воинской силой. Но Ариша Шторморожденная придумала день королевской фамилии, где аристо скидывались золотишком в честь семьи. Затем безымянный мытарь придумал схему, по которой мелкие барончики и захудалые графья могли платить частью своего налога, взымаемого с простых сервов. Да и правда, вот ты барон с захудалой деревенькой в сто рыл. Много ты на смотр «конно и оружно» воинов приведешь? Себя если только.

Выдавая титулы, король старался свой схематоз протолкнуть. Успешно или нет, не знаю. Только если граф Сентента про такое услышал бы, будь живым сразу на уши встал бы. Обозначил себя. Как то так подумала королева, и послала шана Ханилена с поручением для пересмотра повинностей графа.

Шан Ханилен прибыл, осмотрелся, видит — беспредел в замке чинится. Если граф Сентента изменник, то Арналд будущее королевское имущество таскает. Если он убит, то король до замужества дочки Сентенты — опекун графства. Ну или за мзду, определенные договоренности опекунство барону Эделину, как ближайшему родственнику, мог бы уступить. Но до них, барон по-любому, таскает потенциальное королевского хозяйство.

Потому по всем понятиям, барон Эделин творил полную херню. Может не лично, но через сына. Женить сына барон захотел — где, блджд, доля короля⁈

Шан Ханилен так и спросил, поймав Арналда с телегой добра, вывозимого из замка. В ответ получил топором по нащёчнику шлема с криком «я новый граф Эделин!».

На этом моменте принцесса потребовала у Арналда запись супружества. Таковой документ подписывают, вступая в брак. В Самуре, например есть «Книга супружества», где вписаны горожане, состоящие в браке. Среди аристо составляют документ, который кроме женатиков, подписывают три знатных соседа и везут документ в столицу, где его прикладывают в национальный сборник супружеств. И конечно дают немного денежек королю. Если не особо из себя чего представляют. В браках между реально крутыми аристо и по соточке золотых за благословение короля и его подпись в записи отваливают.

Из сумки бородача люди шана Ханилена достали лист, на котором красовались три подписи. Одна — Арналда, а вот вторая была каракулями пьяного извозчика. Третья была подписью барона Эделина. Ну так тоже можно было, но двух еще не хватает, даже если подпись дочки Сентенты истинная.

Уяснив детали, принцесса немигающим взором окинула эльфов.

— Наёмники, застрелившие людей королевского мытаря. — зловеще произнесла она.

Во время схватки у шана Ханилена погибло двое стражей. В черепе каждого обнаружились эльфийские стрелы. Это вообще чудо, что убитых было только двое. То ли эльфы не собирались всех убивать, желая оставить на Арналде кровь и свидетелей. То ли люди шана Ханилена так умело защищались. Магов в схватке было двое: огня у Арналда и воздуха у Ханилена. Они как схватились между собой, так и пытались задамажить друг друга, оставив остальных разбираться между собой. А в тяжелом вооружении и броне человека сразу так не убить.

Главный эльф, он же Килдрас Светокрылый, задергался.

— Мы обычные наёмники. — попытался отмазаться он. — Схватка развернулась для нас на расстоянии. Двое убитых были уничтожены до крика шана Ханилена, что он королевский мытарь. В дальнейшем мы пытались только ранить королевских служащих, не убивая. Я лично покинул лес и просил его милость перестать атаковать и дать всем возможность покинуть место боя.

— Трус! — выплюнул Арналд ему оскорбление.

Но логика в словах эльфа присутствовала. Она объясняла, почему элитная пятерка эльфийского спецназа не ушатала в пять секунд весь отряд шана Ханилена. В том, что это непростые эльфы, у меня никакого сомнения не было. Ранены стрелами и истекали кровью, почти все стражи.

К такому же примерно выводу пришла принцесса.

— Король разберется. — мрачно пообещала она эльфам. — Возможно вы никогда не услышите больше крик совы.

Это такая страшилка была для эльфов. Они, по слухам, женятся только после получения, выращивания участка леса и подарка семейной совы от их Совета.

— Имущество выгрузить, раненых в повозку. — отдала приказ Аиша. — Установить временный караул числом в пять наиболее здоровых стражей. Мы выдвигаемся в замок графа Сентенты.