Секта Безумного Мага (ПВ-5)

Глава 25

И финальное — в чем сила? Как часто вы задумывались над ответом, подытоживающим личностное развитие. Он раскрывает то, во что человек верит и стремится.

Ньютоны, правда, хайп, репутация, любовь, неокортекс, прибавочная стоимость, добро — вероятные ответы слишком неполны, спорны или абстрактны. Девушку свою ты любишь больше собаки, но гуляешь чаще с псиной. Пара не тех слов, может разрушить репутацию в минус, а добро, бывает — убивает. Все ответы имеют изъяны, заставляя задуматься: нет ли всесильного уравнения, приводящие все частности к одному решению. Какой-то съюрективной постоянной.

Хитроумный гений, решивший эту задачу, сейчас чилит на райском острове энного уровня Мультивёрса и размышляет: то ли вечером Битву при Явине глянуть из кабины икс-Вингс Красной эскадрильи, то ли на финал Лиги Галактики по футболу сгонять.

Мне до него далеко, фиолетово, да даже думать про развлечения всемогущей Сущности противно. Просто ирония в том, что мне придется найти ответ, хотя бы частично, в чем сила.

Обернувшись назад, я увидел поехавшую белую стену на горном хребте. С каждой секундой увеличиваясь в размерах, эта волна неслась вниз. На расстоянии она еще не выглядела угрозой, но клин волны уже зловеще вздыбился многометровой позёмкой.

Да, это сход снежной лавины. Несколько сотен тысяч тонн снега, камней и воздуха. Жалкие шестиметровые стены её не удержат. Полгорода сейчас похоронит.

— К оружию! — тотчас завопил я.

Немного странный крик, зато КОМ моментально проснулся. Джиро и Дахам выступили вперед, заслонив нас щитами. Полузабытый мной Следок, бодро трусивший всю дорогу рядом с нами, взятый мной под конец в повозку и там заснувший, очнулся. Великолепным цирковым тигром, пёс выпрыгнул из неё и помчался в город трепетной ланью. Возничий, обычный мужичок из сервов, нанятый городом вместе с повозкой для транспортных услуг, тоже повернул голову назад и засмотрелся на лавину. Его кобыла оказалась поумней. Встав на дыбы, она моментально вынесла из колеи повозку. Правда, уже без хозяина: дурень свалился в злосчастную колею и там барахтался, пытаясь встать.

Самур, 902 год от И. С. «Деревня дураков», пилотный выпуск. Сейчас крип достану, и трансляцию для Оливия замучу. Демон обхохочется.

— Вера, камени кобылу.

Верлита бодро превратила бешеную копытную, мчавшуюся на нас в изящную статую. Мужичок тем временем из грязи вылез и пытался собрать из повозки какие-то вещи.

— Прячься за нас, полудурок! — рыкнул я на него в негодовании.

— Ваша милость, так винишка кувшин добрый, шкатулка дубовая с добром для женушки. — прорыдал он и начал нести околесицу, сил которую, слушать не было.

— Камени придурка. — повторно отдал я приказ Верлите.

— Риса, левитируй статуи за нас.

Аэроняша была быстра, КОМ действовал без паники, но лавина может и больше двухсот километров в час набирать. Плюс, страх сильно ускоряет восприятие. Вообще грамотно было бы сказать — дезориентирует. Но я не был настолько напуган. Выбешивало, что лошадь с возничим ставили под удар спасательную операцию. Уникальную по степени глупости: поля наших магичек не выдержат перегруза атаки сил стихии и всё. Мы все умрем.

С другой стороны, от стихии не убежать по-любому. То есть не все убегут. Кая, например, да: рванет в перпендикулярную сторону направления лавины под спринтом и успеет. Я под вопросом, хотя в беге неплох. Но кажется фронт лавины не столь широк. Шансы есть, просто наша команда собрана по принципу «один за всех и все за одного», а не «поприключенствовал и вышел в кэш».

— Я дам два каста. — выкинул всем левые мысли из головы, обратившись к команде. — За мной Риса ставит дыхание ветра, пять на двадцать.

Пять на двадцать — значило пять метров в глубину и двадцать в длину. Давление в этой зоне будет стабилизировано, а значит главный виновник всех бед от лавины — воздушный фронт, сформированный огромной массой камня и снега, потеряет силу. В теории.

— Сразу дальше Верлита, силу земли, тоже пять на двадцать. Но сначала сделай вал, но не фронтом перед нами, ребром от нас, под углом градусов десять.

Показал наглядно, ладошкой. По идее лавина будет терять скорость, выгрызая верлитин вал. Насколько эффективно непонятно. Противолавинные мероприятия вроде всегда с искусственно возводимых барьеров начинают.

— Сура, левее рисиного дыхания ветра, ставишь свой зов огня! — протараторил я, расчехляя рельсотрон.

Кто же мне даст время на инструкции, стихия не собиралась ждать. Приходилось резко ускоряться. Белый величественный вихрь, завывая трубой Судного дня, мчался на нас, вздымаясь исполинским грибом.

— Погнали!

Я выпулил две красивые болванки, которые соприкоснувшись с лавиной, проделали в ней широкие дыры. Облако испарений картину сразу закрыло, но я не сомневался: эти дыры сразу заросли очередными массами снега и камней.

Риса поставила своё поле, за ней Верлита. Между тем правый край лавины соприкоснулся с валом земли. Полетели вверх комья земли, скрываясь под массой снега. Первые несколько метров эффекта не было заметно, но вскоре визуально обнаружилось, что верхняя часть лавины продолжала нестись с сумасшедшей скоростью, а нижняя отстала, занятая «съедением» вала.

В целом передний фронт лавины, попадая в поле нормализации давления, скидывал скорость, а врезаясь в поле перегрузки, оседал камешками и льдинами, упорно вытягиваясь к нам, под давлением следующих масс, мешаниной снега. Зов огня от Суры, этакая предтеча огненного шторма, формировал спиральную область высокой температуры, с образованием мощного восходящего потока нагретого воздуха и продуктов сгорания в центре, и приток в очаг пожара свежего воздуха со всех сторон, с высокой скоростью.

Выглядело эффектно, только мощи у нашей магини не хватило. Поле перегрузилось через несколько секунд работы. Стихии огня и льда мощно сошлись на её участке, столб пара с раскаленными камнями — гейзером ударил в небо. Было красиво, а потом всё схлопнулось. Белая масса в секунду набрала новых снежинок и камней, двинувшись дальше.

Я тем временем накинул неиспробованные ни разу кольца тьмы, чисто в испытательных целях, сверху вала земли. Лавина скрылась в области заклинания, начала обтекать поле по бокам, я даже не понял, что там происходит. Успел заметить, как понеслись сгустки тьмы, вверх и в стороны выплеснулись снежные волны и всё скрылось в пелене снега.

Немного ход лавины замедлил — уже успех. Так, мгновения и сантиметры выигрывают нам победу. И моё поле даже продолжало работа… А нет, тоже схлопнулось.

— Добавь бурю, Аиша. — попросил принцессу.

Принцесса сотворила своё заклинание и лавину над валом начало бить сверху водой.

Помнится, царь Ксеркс осерчав, приказал высечь Геллеспонт. Я конечно не царь, но могу легко впасть в самодурство и приказать отваром ромашки опрыскать всю эту белую гору. Пусть позорится на весь мир неестественно желтым цветом. КОМ, знаете ли, от сверхурочной работенки совсем не в восторге.

— Воронку пламени и дальше по откату! — прокричал Суре, в одиночку сражавшейся на своем участке.

Это просто легкий участок, самый левый край снежной лавины.

Между тем вал снега по центру, не так быстро, замедляясь и снова толкаемый чудовищными массами воды, рывками, стал опасно быстро приближаться к нам. Время выпускать Джигурду, решил бы один князь. Хорошо, что я не такой грибоед.

— Давай, Аиша! — благословил принцессу и скороговоркой пропел припев из старого трека. — Цунами, нанами, на-нами, на-нами, на-на!

Не знаю, что все подумали, услышав мое слабое подобие электронной бомбы от канадских хипстеров, лет десять назад взорвавших земные чарты. Главное не грустили. Стало заметно, что стихия ломается и наша совокупная магическая мощь выше. От сердца отлегло. Воды мы тут достаточно натопили, цунами от принцессы лавину добьет.

Воронка воды двадцатиметровой высоты поднялась над нами. Она наклонила устрашающе голову и бесстрашно накинулась на лавину.

— Вот как то так. — сказал я, впечатленный сражением двух стихий. Одной уже вялой, в стадии упадка и другой, только зародившийся. — Кто к нам с холодком, обратно с ветерком.

Столб снега вырвался из-за вала и вылепил из меня снеговичка. Очень милого, судя по смешкам всех присутствующих.

— Не прощу запачканную моську Джерка Хилла! — вскричала Кая в шутку.

Она взлетела на вал со своим ятаганом и напластовала уже остановившийся холм снега. Мечом, руками, ногами, хвостиком, а затем и жесткий, финальный удар головой, в стиле пьяной кабацкой драки ознаменовал собой полный разгром лисодевочкой, правого фронта снежных войск.

— Ну будет тебе, Каечка. — умиротворенно сказал ей, отплевываясь от снега, подпрыгивая и отряхиваясь. — Давайте же все поскорее, дружной командой припадем к горячему источнику.

Обернувшись назад, я увидел разросшуюся в масштабах приветственную делегацию города, а краем глаза засек Джила Свакинга, вместе с другим стражником, воровато тащившим куда-то статую возничего.

— Стоять-бояться. — осадил я их. — Вы куда бедолагу потащили? Для таверны слишком рано, для борделя уже поздно. Несчастный женат.

— Так на замену, ваша милость. — преданно ответил Джил. — Не для того ли, в своей прозорливой мудрости, вы повелели его превратить в камень? Скрипа-то нашего с городу увели.

Я потряс головой. Неделю в городе не было — стража опять превратилась в полукриминальную банду. Деревянные солдатики какие-то, вечно им зловещий Урфин Джюс во главе нужен. Хрен с ней, со статуей Скрипа, с фига ли мне заставлять Верлиту из простых людей скульптуры лепить? Я минуту назад, посредством колдовства, всего лишь нерасторопного возничего от глупой смерти спасал.

— Я вам покажу мудрость. — зловеще пообещал им. — Вы у меня новый курс лекций пройдете по основам современной правовой культуры. С полной выкладкой, в горах, на лыжах. Поставить возничего на место, он через минуту от заклинания отойдет. Со всей вежливостью составите акт потери имущества, то бишь повозки, вследствие природной катастрофы. Оцените ущерб с его слов. С этим листком завтра подойдете к Вельге. Кобыле его, как расколдуется, место в моей конюшне предоставите, возможно даже рядом с Балфри.

Я поглядел с намеком на принцессу.

— Ты сдурел, Джерк! — возмутилась она.

Я сделал глазки Кота в сапогах и губки Чарминга.

— Бедная лошадка натерпелась страху. — проникновенно обратился к глупому высочеству. — Она везла весь день на своем горбу повозку с нашим отрядом. А до того, годами несла ярмо крестьянской тягловой. Неужели она не заслужила хотя бы день счастья всей своей трудовой жизнью?

— Да Балфри её раздавит. — уже не так уверенно, произнесло несмышлёное высочество. Но сломленная натиском моих шальных глаз, махнуло рукой. — Сам с ним договаривайся.

Да с чего она из своего милого жеребца Сантьяго Падонкуса воображает. Нормально всё будет.

— Всё. — строго сказал страже. — Кругом, шагом марш.

— Вельге, — обратился к своему заму. — Организуй трудовой отряд из желающих, здесь необходимо срочно вырыть ров. Вся эта куча, — я махнул рукой назад, где остановленная, подпаленная, избитая заклинаниями, метрах в ста от нас высилась гора снега, — скоро начнет таять и город неизбежно затопит. Человек сто хватит, за вечер работы каждый по пол-золотого получит. Мы отдыхать, нас не тревожить даже если начнется война с демонами. Ибо любой демон развоплотится от страха, едва завидев меня в гневе.

К сожалению или к счастью, жители Самура к демонам не относились. Весь наш путь домой пролегал в толпе из подчиненных, близких и родных. Кавайный отряд монстроубийц двигался по городу под привычные крики про спасителей и прочий пафосный шум. Благо на площади Влюбленных мы разделились: я с Дахамом направился к мэтру Лорадану. Пальцы-то нашему паладину пора обратно пришивать. Девчули и Джиро сохранили прежний курс на резиденцию наместника.

А у дома мэтра Лорадана меня почти насадили на два шпиля наслаждений. Только к крыльцу подошли, как невесть откуда выскакивает дитя порока, притворявшееся обычной горничной в мой первый день в королевском дворце.

— А вот и наша милость, всеобщий спаситель Джерк Хилл! — голосом ведущей «Жди меня» озвучила она, набивший мне оскомину факт.

Я немного стал понимать звезд, во вспышках слепой ярости, ломавших фотики папарацци. Идешь со своим больным питомцем в больничку, только от всех отделался, никого не трогаешь — нате вам! — вторая серия дорамы «Никто в этом мире не может прожить без Джерка Хилла и пяти минут» сразу, без рекламы и смс.

«Больной питомец», то есть Дахам, опомнился первым, звучно поздоровавшись.

— Здрасьте, шанья Глория. Вы сегодня необыкновенно прекрасно выглядите. Так-то вы выглядите всегда, словно воздушное пирожное, но сегодня в немного другой начинке, будто глазурный тортик. Глазурный оттого, что хочется глазеть и смаковать каждый слой…

Я понял — надо Дахама спасать. Он вот прямо сейчас на ней женится. То, что там вся тайная служба королевы прицепом к шанье Глории идет, его совсем не остановит. Чувака понять можно: пусть Глория в утилитарно-боевой одежде из кожаных брючек и рокерцкой куртяхи с перевязью короткого меча у бедер и вроде ничего сексуального в описании нет. Но девчуля успела по Самуру пошариться и закупила свитерок с кливиджем. Который Камия Тайлид изобрела.

Поскольку и на лицо она симпатуля, этакая Асуна Ичиносе из Blue Archive, то два боевых полумесяца, нагло высовывающиеся в декольте, легко вводят неискушенного мужчину в косноязычие и глупые фантазии.

— Вот. — сказал я, приобнимая Дахама за плечи, разворачивая и под прикрытием наших тел, всовывая ему прямо в латные перчатки бруски льда с его пальцами. — Твоя жена так долго ждет у мэтра Лорадана эти креветки, поди уже весь кабинет слезами залила.

— Моя жена? — с недоумением и некоторым испугом переспросил Дахам.

— Твоя. — решительно подтвердил я. — Которая родить не может без порции творожных рулетиков с креветками. Ну всё, я тебя здесь подожду.

Открыл калитку и втолкал недоумевающего Дахама внутрь. Мысленно вытер пот со лба. Обернулся и хотел поздороваться, но Глория меня перебила.

— У шана Дахама есть жена? Из столицы он выезжал холостым.

— А то. — начал важничать я. — В нашем отряде есть традиция: в него вступают либо дети, либо женатые мужчины. Свою жену шан Дахам честно добыл в бою, выдрав красивую девчулю прямо из пасти лесного дракона. Только так мы индоктринируем для Шайна новых, бесстрашных авантюристов!

— Уже беременной выдрал? — ехидно спросила она, не обратив внимания на поэтический пафос моего мессаджа. — Очень замечательная девушка, такой палец в рот не клади.

Глаз у неё наметанный, успела заметить прорехи в латных перчатках. Мне и самому стало смешно, при том, что прозвучали эти слова довольно пошло из её уст.

— Это была суньукунская принцесса*. — отбрил я её нападки. — В её народе вообще всё просто, водички испила некипячёной, забеременела. Вы здесь по приказу её величества, полагаю?

— А что мы всё на вы, — обиделась Глория, — начни мне уже тыкать.

— Ему есть кому тыкать. — материализовалась перед ней свирепая Кая.

— Брэк! — бросил я волшебное слово, разводя между собой боевых девчуль своим телом. — Что вы как бабки в очереди за последней курицей. Мы здесь все друзья их величеств, да что там, почти родные. Кая, Глория здесь по тайному делу. Глория, это Кая, она угрохала босса Заболотного леса с одного укольчика. Познакомились, обнялись, поцеловались. «Мне всё равно штаны менять, ха-ха-ха», — продолжил за меня предложение дебильный внутренний голос.

Они постояли пару секунд, сверля глазами друг дружку, но я сделал недовольное лицо и сказал, что через пять минут простужусь в мокрой одежде, заболею и умру. А то, что Глория такая су… своеобразная — это профдеформация. Мы её с собой в лес как-нибудь возьмем. Там на лоне природы, посреди первобытного буйства беспощадной злобы и ярости, шанья Глория скоренько поймет, что люди бывают разные. Открытые и простые как я, но ценящие чужое личное пространство.

— Открытый и простой. — фыркнула Глория и сыронизировала. — Звучит как приглашение на работу опытного наёмного самоубийцы.

Устав шутить, я просто нахмурился, пронзив её взглядом Ганнибала Лектера на глупенькую стажерку из «Молчания ягнят». Минуты дурачеств перед зеркалом из прошлой жизни не пропали даром. Глории хватило нескольких мгновений. Непомерная тяжесть культурного веса земной кинематографии раздавили непокорную фрейлину.

— Чмок! Сеструля, так рада с тобой наконец познакомиться! — защебетала она, схватив Каю в объятия. — Делает ли её высочество ночную маску из петрушки и желтка, как рекомендовали их величество? Не забывает менять одежду три раза в день перед приёмом пиши?

Немного не так я себе представлял финал, но никому не было больно и ладно. Тут из окна особняка мэтра Лорадана раздался тоскливый, болезненный крик Дахама, и я поежился. Да что такое — ему там без анестезии зашивают что ли?

Всё, прочь сомнения, тревоги, гадания — дом, родной дом, встречай нас скорей!

*По имени главного героя из классического китайского эпоса конца 16 века «Путешествие на Запад».