Самая младшая из принцесс

Глава 27

Портал открылся прямо на территории дворцового парка и экипаж с шумом вырвался из тумана на дорогу, посыпанную гравием. Магия рассеялась, и я снова была сама собой, а не той безвольной куклой, которую увезли из Каслрока. Артур с наигранной бережностью продолжал придерживать меня за плечи. Марго казалась раздраженной — во время одного из кульбитов кареты, она, как, впрочем, и я, свалилась с сидения на пол, повредив высокую прическу на голове. И теперь Ее Высочество поглядывало на меня злобным взглядом, словно это я, своими собственными руками, превратила шедевр парикмахера в воронье гнездо. А затем решительно стала вынимать из волос шпильки и скоро густые волосы рассыпались по ее плечам, укрыв их словно одеялом.

Кучер тем временем направил карету в сторону дворца. Покачиваясь в салоне, водила глазами, глядя то на Маргарет, то на Эдварда Финча, сидевшего рядом с ней.

— Карету атаковал Генри? — нарушила молчание Марго.

— А ты разве не слышала, как он кричал, — Артур наконец, отпустил мои плечи. Посмотрел на сестру жестко. — Насколько я знаю Генри, он придет за ней, — кивок на меня, — и вовсе не из-за проклятья.

Маргарет повернула ко мне свое лицо. Сейчас она казалась мне отвратительной, сняв маску доброй и веселой девушки. Ведьма и есть ведьма… что с нее возьмешь!

— Он любит тебя, — сказала она, обращаясь ко мне, — а значит, нам стоит поторопиться до его прихода сюда.

— Зачем я вам? — спросила я тихо. — Из-за денег?

Маргарет рассмеялась, а Артур хмыкнул.

— Деньги просто приятное приложение к остальному! — сказал он.

— Скоро все узнаешь, если будешь молчать, — встрял в разговор Эдвард Финч.

Я бросила на него ненавидящий взгляд, что очень развеселило мужчину.

— А когда я целовал вас, дорогая Элизабет, вам, кажется, нравилось! — поддел он меня жестко.

— Вы мерзавец, Эдвард! — ответила я.

— Это не новость! — рассмеялся младший Финч.

— Действительно! — кивнула я.

Тут сложно было не согласиться. Подумать только, когда-то я жалела этого человека, считая, что его наказали слишком жестоко, заперев в подвале часовни. Сейчас мое мнение кардинально изменилось на прямо противоположное. Но я решила пока его не озвучивать. Все равно этим троим не было дела до моего мнения.

Дворец приближался. Яркие огни бросали свет на парк и террасу, на которой еще недавно мы стояли вместе с Генри и любовались фейерверком. Как давно, кажется, это было! Я подумала о старшем Финче и о словах Артура о том, что Генри придет за мной. Я мечтала об этом и боялась. Насколько поняла из рассказа опекуна, в тандеме брат и сестра Солсбури были огромной силой, а с помощью Эдварда им удастся выкачивать мою. Генри не справится против них. Но я все равно так хотела, чтобы он пришел!

Вот впереди вырос дворец, огромный, сияющий. Мне не верилось, что когда-то мой отец был здесь королем, что моя мать гуляла по аллеям этого парка в сопровождении фрейлин, улыбалась им и думала… О чем она думала? Вряд ли о том, что когда-то оставит одного из своих детей, продав в обмен на подлость, о которой я знаю только понаслышке. Но словам Генри Финча я верила, как своим собственным. Теперь верила.

Когда карета проехала мимо дворца, я не сдержала удивления. Марго заметив выражение моего лица, усмехнулась.

— Вы думали, Элиза, что мы повезем вас прямиком во дворец? — она оскалилась и стала еще больше похожа на ведьму. Словно и не молодая девушка сейчас сидела передо мной, а умудренная годами старуха с седыми клочьями волос.

— Генри примчится, конечно же, прямиком сюда, — продолжила Маргарет, — только вот нас уже здесь давно не будет. Он не найдет вас, Элиза, никогда!

Я сжала губы.

— Куда вы меня везете? — спросила тихо.

— Благодаря вашей встрече с Генри Финчем, нам пришлось немного поменять свои планы, но мы были готовы к этому, — это уже говорил Артур.

Эдвард безучастно смотрел в окно, словно наслаждаясь пейзажем редких деревьев, что подступали к посыпанной гравием дорожке со стороны парка. Здесь он был более густым и казался неухоженным. Дикая часть, где, как я помнила, находился небольшой павильон, что так любила моя мать.

— И что вы собираетесь делать со мной? — спросила я.

Принц Артур улыбнулся.

— Сейчас вы выйдете за меня замуж, моя дорогая кузина! — порадовал он меня новостью.

Я повернула лицо к Эдварду.

— Но. — выдавила я, — я думала что.

— Надо было меньше думать, — перебила меня принцесса Марго, — а сейчас прикройте свой рот, дорогая сестра. Вы начинаете меня раздражать своими дурацкими вопросами!

В глазах девушки сверкнули странные огни, и я неожиданно увидела, как они стали совершенно черными. Не отдавая себе отчета в том, что делаю, схватилась за руку Артура. Он нагнулся ко мне и шепнул:

— Не советую злить ее. Жениться на хладном трупе мне не очень-то и хочется! — и рассмеялся, словно выдал замечательную шутку. — Хотя, кажется, придется!

«Замуж… Свадьба… Артур!» — эти слова пронеслись в моей голове, страшные, жуткие, и я понимала, как не хочу, чтобы это случилось со мной. Я должна была дожить спокойно до своего совершеннолетия и выйти замуж за сэра Генри, а не сидеть сейчас с этими безумцами и гадать, чем закончится для меня эта вынужденная прогулка.

Карета остановилась перед узкой тропой. Эдвард вышел первым, подал руку Маргарет, а следом выбрались и мы с Артуром, причем принц крепко вцепился в мои пальцы. Кольцо, спрятанное на груди, почти накалилось, но я молчала и терпела обжигающую боль, опасаясь, что выдам себя, и перстень, мое последнее связующее звено с опекуном, обнаружат. А я понимала, что этого допустить никак нельзя!

Маргарет прошла вперед. Меня толкнули в спину, чтобы следовала за ней. Шествие замыкал младший Финч, а Артур коршуном следил за мной, и я чувствовала на своей спине его прожигающий взгляд. Хотелось потянуться и почесать место между лопатками от зуда, что вызывали его синие глаза, хотя при этом понимала, что это всего лишь игра моего воображения.

Вот впереди и серый павильон, спрятанный в чаще густых ветвей какого-то высокого кустарника. Тропа заканчивалась прямо перед ступенями, ведущими внутрь дома, и Маргарет направилась именно туда.

Двери слабо скрипнули, пропуская нас внутрь. И если снаружи павильон был ухоженным, то внутри ощутимо пахло сыростью, и было ясно, что здесь редко кто показывался, а уж об уборке, кажется, не было и речи. Это показалось мне странным. При правлении отца, когда мать любила отдыхать в этом доме, павильон тогда был всегда ухожен и чист. А теперь на него было страшно взглянуть.

Эдвард закрыл за нами двери и прислонился к ним спиной, словно часовой. Марго наклонилась к полу и потянула старый круглый ковер, отодвигая его в сторону. Я не без интереса наблюдала за ее действиями, пока не увидела нарисованный под ковром ведьмовской круг. Принцесса подняла на меня взгляд и отряхнула руки от пыли.

— Удивлена? — спросила она. — А ты думала, мы позволим Генри найти нас!

Я промолчала. Я мало разбиралась в ведьмовских рисунках, но несложно было догадаться, что это своеобразный портал, ведущий неизвестно куда. И, скорее всего, портал был временный. Проследить такой трудно, а закрывшись, он исчезает и не оставляет за собой даже следа.

— Куда вы меня хотите отвести? — спросила я и повернулась к Артуру. — Если вам нужны деньги, я отдам все, что у меня есть. Не надо для этого совершать преступление!

Артур замялся, но тут заговорила Марго.

— Ты и так отдашь нам все, что мы попросим. Не унижайся, Элиза, — выплюнула она зло, — просто прими свою судьбу, как полагается. Ты выйдешь замуж за Артура...

— Вы убьете меня? — удалось произнести спокойно.

— А ты как думала? — язвительно поинтересовалась девушка. — Нет, мы посадим тебя на трон править страной рядом с моим братом, — пошутила она.

Разговаривать с королевской дочерью не было смысла. Я, правда, не совсем понимала, как Артур объяснит впоследствии мою смерть, но сейчас меня это мало волновало. Я просто хотела выжить, а для этого мне надо было лишь протянуть время, ведь Финч определенно уже был в столице. Он не мог оставить меня, и сердце подсказывало, что я права.

Маргарет тем временем встала в центр круга. Раскинула руки в стороны и, запрокинув голову вверх, закрыла глаза, начав бормотать какие-то непонятные мне слова. Через минуту помещение наполнилось ледяным воздухом. Казалось, слова ведьмы зазвенели, словно замерзшие листья на ветру, забывшие опасть до первых заморозков. А в моей голове стучало только одно — надо помешать Марго открыть портал. Но как это сделать?

Чувствуя себя отважной и оттого крайне глупой, я, воспользовавшись тем, что Артур и Эдвард следят за действиями ведьмы, ринулась на принцессу. Мне удалось сбить ее с ног, и мы вместе повалились на пол. Ведьма вздрогнула и отчего-то закричала, словно я причинила ей боль, а затем меня рывком подняли на ноги, стащив с тела девушки. Я успела увидеть жуткие белки ее глаз — кажется, Марго закатила глаза — зрелище было неприятным.

Артур отшвырнул меня в руки Эдварда, а сам бросился к сестре, помог ей сесть.

Марго снова вздрогнула и закрыла глаза. Когда она открыла их вновь, я увидела, что они стали обычными, только вот кожа ведьмы стала непонятного желтого цвета.

— Ты идиот, Артур! — прошипела Маргарет. — Я же предупреждала тебя, чтобы никто не мешал ритуалу.

— Прости, — он поднял ее на ноги.

Сестра оттолкнула его руки и снова встала в центр круга. Бросила на меня злой взгляд.

— Держите ее! — приказала мужчинам и запрокинула голову, как и в первый раз.

И снова полились невнятные звуки. Бормотание нарастало.

Артур приблизился ко мне, глядя зло и жестко.

— Больше без фокусов, — предупредил он и добавил, — я думал, вы благопристойная девушка, кузина, а вы вытворяете подобные вещи! Этому вас научили в пансионе?

— его рот скривился в усмешке.

— А вы считаете, я должна стоять и как баран смотреть и ждать, пока меня посадят на нож? — парировала дерзко.

— Тихо вы двое! — зашипел на нас младший Финч. У него получилось не хуже, чем у принцессы Марго.

Тем временем круг под ногами девушки стал светиться. Сперва слабо, словно свет пробивался из-под земли, а затем, набирая силу и яркость. Голос Марго становился громче, золотой свет ярче. Он уже почти резал глаза, вынуждая прикрыться ладонью. В помещении словно поднялся ветер, и я почувствовала, как мои волосы шевелит ледяное дуновение, а перстень на груди все горел. В какой-то миг показалось, что он прожжет мою кожу, словно клеймо. А затем все стихло. Пропал ветер, Марго замолчала и ее глаза стали прежними. Она опустила голову и посмотрела на нас, а затем обернулась к черному провалу, появившемуся за ее спиной. Нам предстояло идти туда. Я не видела, что ждет на другой стороне прохода, но всей душой и всеми силами не желала идти туда, но никто слушать меня не стал. Артур снова взял инициативу в свои руки и, схватив меня под локоть, потащил вперед.

Первой в портал шагнула Марго. Тьма охватила ее, обтянула, словно вторая кожа, и девушка пропала из виду, растворившись в ней. Артур смело направился за сестрой и потянул меня следом. Я уперлась, сделала очередную попытку вырваться, но тут же почувствовала, как горло сдавил странный спазм, и стало тяжело дышать, а затем перед глазами все почернело, и я провалилась в липкую темноту, чувствуя, что падаю, как в моем сне, том самом, что снился мне в последние дни в Каслроке.

Только теперь мне предстояло узнать, куда именно я падаю… хотя я была уверенна, что это мне совсем не понравится.

На удивление, приземление оказалось мягким. Я упала на какие-то шкуры или ткань, вонявшие сыростью и крысами. Перекатилась набок и вовремя, поскольку сразу же следом за мной из портала вывалился Эдвард, упав прямо на то место, где мгновение назад находилась я. Артур помог мне встать, дернул на себя. Обхватив левой рукой, принц прижал меня к своему телу, по-хозяйски, нисколько не сомневаясь в своих правах на чужую невесту. Это вызвало неприятную дрожь, но я стерпела. Пока.

— Где мы? — бегло огляделась.

Помещение, в котором мы оказались, я видела впервые. Это была огромная комната с серыми стенами, темная, словно за окнами стояла ночь. Судя по затхлому запаху, оно находилось глубоко под землей. Возможно, это был подвал королевского дворца, но я отчего-то сильно сомневалась в этом. Вряд ли Солсбури стали бы прятать меня так близко, зная, что Генри бросит все силы на мои поиски. Нет, я была просто уверена, что портал выкинул нас куда-то очень далеко, но куда именно могла лишь догадываться.

Я рассмотрела факел, что горел вдали, закрепленный на стене, и какую-то фигуру, склоненную над огромным дубовым столом в самом конце комнаты. Факел освещал ряды полок с какими-то книгами, алхимический стол, на котором громоздились колбы, и небольшой котел с магическим пламенем. Маргарет быстрым шагом направилась к незнакомцу, который склонился над столом и что-то делал. Артур поспешил за ней, не отпуская меня от себя ни на шаг. Эдвард отчего-то продолжал валяться на шкурах, и я, изловчившись, оглянулась и увидела, что Финч весь сжался на тряпках. Вид при этом у мужчины был крайне болезненным, что не могло не порадовать меня. Никогда не могла подумать, что буду счастлива, когда увижу чужую боль, но оказалось, что вид побелевшего Эдварда приносил мне небольшое, но все-таки удовлетворение.

Принц заметил мое движение в сторону и, остановившись, бросил взгляд назад.

— Что с тобой? — спросил он громко, обращаясь к Эдварду.

Маргарет, идущая впереди, не замедлила шаг, продолжая отдаляться от нас. Кажется, происходящее мало ее волновало. Она шла к своей цели, не обращая внимания даже на собственного брата, ибо была полностью уверена в том, что мы находимся в полной безопасности.

— Что с тобой? — повторил свой вопрос Артур, и Эдвард сипло прохрипел:

— Магия возвращается! — судя по тому, как выглядел при этом Финч, это было крайне болезненно.

Артур отвернулся и посмотрел на меня.

— Боитесь, кузина? — зачем-то спросил он.

— А должна? — я продолжала храбриться, хотя мне уже не раз говорили о том, что спасения можно не ждать.

У меня оставался мой дар, но я пока боялась использовать его. Если придется схлестнуться с Марго, мне это будет стоить многих лет жизни, если не всей. А еще... я очень верила и надеялась, что Генри придет сюда за мной. Он был слишком сильным магом, чтобы не попытаться найти меня, а кольцо, что продолжало обжигать кожу на груди, было залогом успеха и вселяло надежду. Я думала, что оно может послужить своеобразным маячком своему хозяину. Ведь не зря Финч дал мне его! Артур словно не заметил моих размышлений и продолжил:

— Должна! — принц взял меня за руку, перестав обнимать, чему я только порадовалась. — Пойдемте, — сказал он повелительно, — скоро вы станете моей.

— А что потом? — спросила я, когда мы двинулись с места. — Вы убьете меня, но это же глупо! Зачем я вам мертвая? Насколько я знаю, в народе и так много недовольных. Власть вашего отца шатка.

— А как вы думаете, Элизабет, для чего нам здесь понадобился младший Финч? — меня передернуло от страшной догадки.

— Да вы побледнели, моя дорогая кузина, — продолжил Артур, — все просто. Я возьму вас в жены, затем Марго, с помощью все того же Эдварда, заберет вашу силу, и вы оставите нас, правда, ненадолго. Эдвард некромант и вы вернетесь, но вернетесь такой, какой я хотел бы увидеть вас рядом со мной. Безвольной куклой, моей рабыней, готовой на все ради одного моего слова.

— Вы сумасшедший! — я рванулась в сторону, но рука Артура крепко держала мою, сжимала до боли.

Он продолжил говорить, почти не обращая внимания на мои попытки вырваться.

— А через месяц с вашим телом случится несчастье. Вы погибнете окончательно, присоединитесь к своей семье, и это будет для меня сокрушающим ударом, но… — он зло улыбнулся. — Вы не переживайте, Элизабет, я постараюсь долго не страдать.

— Почему вы это делаете? — спросила я.

— Скоро узнаете, — мы подошли наконец к столу, у которого сидел отец семейства. Не сразу, но узнала его. Август Солсбури, собственной персоной. И почему я не была удивлена, увидев его здесь?

Король был одет в длинный черный балахон. Синие глаза пожилого мужчины блестели, отражая свет свечи, горящей в подсвечнике прямо перед его лицом. Август повернулся ко мне и расплылся в улыбке, явно искренне радуясь моему появлению.

— Моя дорогая, принцесса Элизабет! — он протянул руки, словно собирался обнять.

Я шарахнулась в сторону, наткнувшись на Маргарет, которая зашла мне за спину, а теперь скалилась, все больше напоминая ведьму, о которых моя мама когда-то рассказывала мне в своих сказках. Она даже стала старше и уродливее.

Король рассмеялся.

— Не бойтесь! — произнес он. — Я сделаю так, что больно вам не будет. Вы, главное, не сопротивляйтесь, принцесса.

Где-то в другом углу комнаты встал на ноги Эдвард. Я слышала, как он медленно идет в нашу сторону. Шаги странные и шаркающие, словно у древнего старца. Но никто не обратил на младшего Финча внимания.

— Это вы убили мою семью? — спросила я, обращаясь к королю.

Август коротко кивнул.

— И знаете, почему? — спросил он.

Я не знала. Откуда я могла знать, если на момент их смерти мне было всего двенадцать лет. Никто из моей семьи никогда ни единым словом не упоминал про родственников. Они были у нас всего несколько раз, и я смутно помнила эти визиты, да и будучи тогда совсем малышкой, не обращала внимания на странных взрослых и на их отношения между собой. Кузены относились ко мне хорошо, мы играли вместе. Кто мог подумать, что спустя столько лет они захотят избавиться от меня, что я помешаю каким-то планам, о которых ведать не ведала.

«Генри, где ты?» — простучало сердце, пока губы, сжатые в тонкую полоску, хранили молчание и слушали рассказ короля.

— Они смеялись надо мной, всегда смеялись. Кем был я? Бедный родственник, у которого, кроме его титула и чести не было ничего. Мой замок обветшал, под его стенами гулял ветер, а дождь заливал те последние жилые комнаты, где мы ютились с женой и детьми, — начал Август опершись о стол бедром. Сложив на груди крепкие руки, он впился в меня взглядом синих глаз, точно таких же, как у Артура, его сына.

— Ваш отец, Элизабет, был крайне заносчив. Престол никогда не был его уделом. Только я понимал это, потому что знал, что трон предназначен мне и лишь какая-то глупость, как наследование, стояло на моем пути к власти. А я всегда был расчетливым. Я знал, что я тот человек, что нужен этой стране.

Мне стало тошно. Я смотрела на этого мужчину, что стоял передо мной, и испытывала ненависть, смешанную с жалостью. Он убил своего единственного родственника ради трона, на котором теперь не может удержаться. Как смешно! И после этого, осмеливается говорить, что трон предназначался ему! А за прошедшие пять с лишним лет так и не сделал ничего хорошего для своего народа, более того, он виноват в нищете подданных, не тех, кто жирует на пирах, а тех, кто в деревнях и маленьких городишках едва сводит концы с концами и не может толком прокормить свою семью, выплачивая налоги. Я помнила те разговоры, что подслушала, находясь в столице. Так о каком благе он сейчас говорит?

Но я молчала и слушала, не решаясь возразить. А король продолжал дальше.

— Каждый раз приезжая в замок Каррингтонов, я убеждался в том, что был прав в своих суждениях. Король купался в золоте и богатстве. Замок был наполнен дорогими вещами, предметами искусства. У вас было много слуг, конюшни... Да что там говорить. Весь мир у ног рода Каррингтон. Это не могло не злить. В то время как я выживал, вы процветали. Ваша семья, мать и отец, мой двоюродный брат, относились к моей семье так, словно мы были попрошайками без имени и средств к существованию. А я всего лишь хотел попросить себе должность при дворе, а Чарльз отказал. И знаете почему?

Я покачала головой.

— Ваша мать убедила его сделать это. Она видела во мне соперника и претендента на трон, а леди Кэролайн была из тех женщин, кто вырвет свое из любого горла. Она заставила Чарльза отказать мне.

— Моя мать видела вас насквозь, — вырвалось у меня, — вы говорите о нищете, что же изменилось для вашего народа, с тех пор как вы пришли к власти?

Август улыбнулся. Он казался мне сумасшедшим, надевшим маску обычного человека, но блеск в его глазах выдавал таящееся в глубине безумие, и оно пугало меня.

— Вы не понимаете, принцесса, — вздохнул король.

— Может быть, и не понимаю, — ответила спокойно. Одни боги видят, как тяжело мне давалось не поддаться панике. Стоять вот так, держа себя в руках, перед этими негодяями. А внутри копилась злость. Капля за каплей порождающая ненависть и боль. — Я знаю только то, что вы убили мою семью и заняли трон отца, который по праву не может принадлежать вам, только потому, что вы — убийца!

— Следи за своим языком, — Маргарет зло толкнула меня в спину, — ты забываешься, с кем разговариваешь!

Август покосился на дочь и покачал головой.

— Не надо, Марго, — сказал он девушке, — пусть выскажется. У нас еще есть время до прихода мессира.

— Я не понимаю одного, — продолжила, вдохновленная призрачной защитой.

Пока убивать меня не собирались. Все произойдет после свадьбы. Короткое венчание и ведьма выпьет из меня жизнь… если я позволю ей сделать это. А я уже твердо решила, что нет. Не позволю, особенно теперь, когда узнала кто истинный виновник гибели моей семьи. Пусть лучше умру, но не дам ей отнять у меня единственное, что у меня осталось.

— Так вот, я не понимаю, чем вам мешаю я! — продолжила тихо. — Власть у вас, трон у вас, — перевела взгляд на Артура. — У вас есть наследник, так зачем вам я? Почему не оставить мне жизнь? На власть я не претендую по той одной причине, что являюсь женщиной и не могу наследовать престол по закону. Значит, это деньги? И это правда, что казна пуста?

— Это не деньги, — ответил король, — хотя, от них мы отказываться не станем.

— Тогда что?

— Вам стоило согласиться на мое предложение тогда на балу, — шепнул мне на ухо Артур, — скольких проблем мы все избежали бы, а так.

— Идите к черту! — выругалась я и тут же прикусила язык. А король рассмеялся.

— Как неприлично благородной леди, принцессе крови, выражаться подобным образом! — заметил он язвительно, — но даже несмотря на вашу дерзость, я расскажу вам, что послужило истинной причиной, по которой мы решили избавиться от вас.

Я ждала следующих слов короля. Видимо, Августу не терпелось поделиться своими планами даже со мной, или просто решил рассказать мне о том, что ждет впереди? Впрочем, теперь скрывать королю было нечего. Скоро я должна была умереть, а мертвые не выдают тайн.

— Признаюсь, сначала мы надеялись, что Артуру удастся обольстить вас, Элиза, и влюбить в себя, — сказал Август и посмотрел на сына, — парень он у меня красивый и я не думал, что возникнут проблемы. Мы знали, что Генри Финч возлагал на вас какие-то свои планы, но как позже он признался, вы ему не подошли. В чем именно я уточнять не стал, хотя это не было бы помехой в любом случае, — король сел на стул, вытянул вперед длинные ноги, и посмотрел на меня. — Вы правы, Элизабет. Моя власть в королевстве немного пошатнулась. Люди помнят вашего отца и, к моему сожалению, глупо полагают, что он был лучшим правителем, чем я. Впрочем, что взять с этих дураков? Что они вообще могут понимать в правлении и власти? Но иногда приходится подстраиваться даже под толпу крестьян и простого люда. Союз моего наследника с последней из рода Каррингтон должен понравиться народу и на время заставит недовольных замолчать. Я же времени терять не буду, но это другая история и вам вряд ли будут интересны мои далеко идущие планы. А потому возвращаюсь к тому, что касается лично вас!

Я заметила, как Марго нервно вышагивает за моей спиной. Август перевел взгляд на дочь.

— Где мессир? — спросила она. — Нам стоит поскорее обвенчать Артура и Элизу! Какая глупость, что мы не можем провести обряд без церковника! — ожидание сделало принцессу нервной.

— Скоро будет, дорогая, — ответил ей отец, — видимо, где-то задерживается. Не переживай так, нам ничто не сможет помешать.

— А как же Финч? — произнесла принцесса. — Я беспокоюсь из-за него.

— Он не сможет нас найти, — быстро сказал Артур, — ты же сама говорила, что это невозможно.

Маргарет покачала головой.

— Я думала, что поменяю братьев местами навсегда и, как видишь, ошиблась! Как-то мне неспокойно.

Я вздохнула. Король словно забыл о том, что хотел мне рассказать, и я прокашлялась, привлекая к себе внимание.

— Я бы хотела узнать перед смертью о том, чем помешала Вашему Величеству! — напомнила я.

— Не говори ей, — зачем-то крикнула Марго, — пусть сдохнет в неведении!

— Но почему? — усмехнулся король. — Она имеет право узнать правду. К тому же у каждого приговоренного к смерти есть последнее желание, разве я могу отказать нашей милой родственнице в этом? Все равно ее участь уже предрешена. Все, что Элиза узнает, она унесет с собой в могилу.

Я внутренне возликовала. «Говори, говори!» — хотелось выкрикнуть в лицо убийце моей семьи. И словно услышав мои мысли, Август продолжил:

— Итак, вы ответили отказом моему сыну, — сказал он, — а после оказалось, что ваша мать ухитрилась заключить брачный договор о союзе своей младшей дочери и сэра Генри Финча. Она всегда была слишком умна и подозревала меня. Вот так я понял, что прежде всего нам надо избавиться от вашего опекуна, который так некстати, изменил свое мнение по поводу вашего союза. Насколько я понимаю, дело здесь уже было даже не в договоре. Не думал, что Лорд-Дознаватель сможет впустить кого-то в свое сердце. Но надо отдать сэру Генри должное. Он более не искал в вас выгоды. Любовь делает людей глупыми. Но я немного отвлекся. Вернемся к нашим планам в отношении устранения лорда Финча с нашего пути. В этом мне помогла Марго и Эдвард Финч, так кстати явившийся во дворец с предложением своей помощи. В обмен он просил только одно — получить Каслрок и титул своего старшего брата.

— Как подло! — проговорила я.

— Ну, не будьте так суровы, — рассмеялся король. — Я прекрасно понимаю Эдварда. Тяжело быть вторым. Тем, у кого ничего нет, и никогда не будет из-за родственника, владеющего всем, о чем так мечтаешь!

— Что же дальше! — попросила я. — Говорите.

— Вы нетерпеливы! — ответил Август, и я услышала, как где-то далеко раздался скрежет, словно открыли давно не смазывавшуюся дверь. Я услышала долетевший звук шагов. Кто-то направлялся сюда, в эту комнату, и я подозревала, что это мессир, что спешит обвенчать нас с Артуром.

— Бумаги, отец! — Маргарет подошла к столу и открыла верхний шкафчик. Извлекла оттуда какой-то лист, исписанный до середины, и печать. Положила перед королем.

— Брачный договор! — пояснила в ответ на мой вопросительный взгляд.

— Видите ли, Элизабет, — продолжил Август, — мой сын будет наследником королевства, но, чтобы передать нашему роду трон, он должен иметь сына.

Я вскинула брови. Кажется, я начала что-то понимать, но ждала, пока король закончит.

— Если у него не родится мальчик, то наш род потеряет престол. А вот если у вас родится сын то в таком случае ему достанется все. Магия Эдварда воскресит вас достаточно быстро, чтобы сохранить тело с детородной функцией. Умрет только разум. Ваш разум.

— Я не понимаю, а как же Марго? — я посмотрела на лицо принцессы. Она помрачнела.

— За черную магию надо платить, — ответил мне за сестру Артур, — Маргарет не может иметь детей. И она всего-навсего женщина.

— Значит так! Справедливость все же существует! — я усмехнулась зло и, кажется, моей кузине это совсем не понравилось. Она вскинула руку с явным намерением влепить мне пощечину, но король перехватил ладонь дочери и, прикрикнув на нее, обратился ко мне с извинениями.

— Простите Марго, Элиза. Для нее это больная тема, — тон его голоса был словно у доброго дядюшки и уж никак не у человека, что собирался лишить меня жизни, пусть и не своими руками.

— Я надеюсь, вы все сгорите в аду! — произнесла я.

— Ты там окажешься раньше нас, — Марго все же не сдержалась и толкнула меня руками в грудь. Я почувствовала острую боль и, пошатнувшись, упала на руки Артура. Принц вскинул на сестру взгляд и покачал головой.

— Прекрати, — попросил он.

Девушка отвернулась и отошла от нас, встав у полок с книгами.

— Больно? — спросил принц, а я первым делом оттолкнула его руки. Посмотрела с ненавистью в синие глаза.

— Ваша сестра более искренна в своем отношении ко мне, чем вы оба, — и постаралась вложить все свое презрение в долгий взгляд, которым наградила обоих мужчин. Только их это, кажется, совсем не задело.

К нам подошел Эдвард. Он выглядел уже лучше. На щеках снова играл румянец или это были отблески пламени свечи? А еще я заметила нечто странное — волосы мнимого сэра Генри стали черными.

Эдвард возвращался в свое тело.

Когда в темноте скрипнула дверь, я невольно вздрогнула и подняла глаза на вновь прибывшего.

Это был высокий мужчина в черном плаще. Его лицо скрывал капюшон. Походка была быстрой и уверенной. Полы плаща разлетались от его стремительного шага, пока мессир приближался к столу.

— Наконец-то, — проговорила Ее Высочество и шагнула к священнику.

Я прикрыла глаза, понимая, что времени у меня осталось слишком мало.

Генри не успеет. Я должна действовать сама.

— Последний вопрос, Ваше Величество, — обратилась я к Августу, — как вы убили моих родителей?

Король усмехнулся.

— Все было слишком просто и банально, — ответил он, — ваша мать опасалась магии, а я подложил в карету бомбу. Простую бомбу!