Самая младшая из принцесс

Глава 16

Часы на каминной полке настойчиво пробили пять часов. За окном уже спускались сумерки, и было самое время садиться в карету и ехать на бал. Я была готова, несмотря на то, что сильно сомневалась в том, что сегодня попаду на этот бал. От опекуна не было вестей, и я просто сидела у окна в новом дорогом платье, с высокой прической, в пряди которой Люси умело вплела жемчужины, и ждала, глядя на ворота, словно они вот так внезапно могли распахнуться и впустить спешащего сэра Генри и как подсказывало мое, не лишенное романтики воображение, обязательно на белоснежном жеребце. Никогда еще я себе самой не казалась такой глупой, как в эти минуты бесконечного ожидания.

— Неужели он не придет? — охнула Люси, что сидела на диване у камина и нервно заламывала пальцы.

— Даже если и не придет, значит, на то были веские причины, — ответила ей, а у самой сердце заходилось от тревоги. Я вовсе не переживала по поводу бала, я думала сейчас о том, где находится лорд Финч и все ли с ним в порядке?

— Ах, Элиза! — снова вздохнула подруга. — Мы же так готовились, и ты такая прекрасная в этом наряде. Неужели все насмарку? И Бейли расстроятся! — она наконец успокоила свои руки, положив их на колени.

— Бейли переживут, — проговорила мрачно.

— Я думала, сэр Артур ждет тебя?

По моим губам тенью скользнула улыбка.

— Может быть и ждет, но только не меня одну, — ответила я.

Кажется, Люси мой ответ не поняла или сделала вид, что не понимает, а затем в комнату громко и требовательно постучали. Люси бросилась открывать двери, и я повернула голову, ожидая увидеть сэра Генри, но вместо него на пороге оказался дворецкий. Сердце упало куда-то вниз. Волна разочарования стерла, зарождающуюся было, улыбку.

— Ваше Высочество! — произнес дворецкий с достоинством. — Ваша карета сейчас будет подана. Не изволите ли спуститься вниз?

— Что? — удивилась я. — Но милорда еще нет. Я же не могу отправиться на бал сама! — это было бы верхом неприличия.

— Он скоро будет. Милорд прислал сообщение из родового имения и в нем передал, что встретит вас у входа во дворец, — с этими словами мне протянули записку, от которой еще тянулся магический шлейф, как бывает после перехода.

Открыв лист, прочитала несколько коротких быстрых строк, написанных уверенным почерком опекуна. Сомнений не было. Это его рука. И, если Финч обещал, значит, приедет.

— Я поеду с тобой, — сказала решительно Люси, — ты же не можешь ехать совершенно одна в карете ночью и без сопровождения!

— Хорошо, — кивнула я, — одевайся! — а сама положила на столик послание от опекуна.

Люси не заставила себя долго ждать и уже через пять минут стояла на пороге моей спальни, одетая для вечерней прогулки.

— Ваше Высочество! — дворецкий поклонился, пропуская нас обеих вперед.

Решительно ступая, с высоко поднятой головой, я уже для себя решила, что, если Финча не окажется на месте, то непременно отправлюсь домой. Позорится не буду, не войду одна во дворец. Только что-то внутри меня упорно твердило, что он не подведет и будет ждать, как обещал.

«Да что же такого было в том письме?» — подумала я с горечью. Было ужасно интересно, что же заставило опекуна так поспешно сорваться с места и вернуться в замок.

Разместившись в карете, мы выехали за ворота и направились мимо центра по широкой мощеной дороге прямо ко дворцу. Дорогу я помнила, хотя и не очень ясно. За эти пять лет многое изменилось. Освещенная рядами фонарей, дорога вела к возвышенности, где находился королевский дворец в окружении огромного паркового ансамбля. Когда-то я гуляла по этому парку в сопровождении гувернантки и сестры с братом. Иногда с нами гуляли и родители, но это бывало редко, чаще всего это была одна мама, отец почти всегда был занят своими государственными делами. А потому его общество для нас, детей, всегда было сродни подарку.

— А если милорд не приедет? — нарушила ход моих мыслей Люси.

Я пожала плечами.

— Тогда я просто вернусь в особняк!

— И ты не расстроишься, что не попала на бал? — кажется, Люси была удивлена. — Я бы проплакала несколько дней, если бы так вышло! — добавила она.

— Ну, уж нет! — плакать я не собиралась. Только не по этому поводу.

Карета мчалась вперед, кучер торопил наших лошадей, и фонари замелькали мимо окон чаще. В салоне стало не так комфортно, меня то и дело подбрасывало вверх. По всей видимости, мы опаздывали, иначе кучер не стал бы так подгонять коней.

— Он что, хочет, чтобы нас укачало! — возмутилась подруга, когда на одном из поворотов ее едва не сбросило на пол кареты. Я подала ей руку и помогла сесть назад.

— Мы опаздываем! — ответила я и Люси смиренно замолкла.

Вот впереди показались распахнутые кованые ворота с изображением вьющейся лозы. Привратник поклонился и пропустил карету. Под копытами лошадей заскрипел мелкий гравий. Мы проехали по парковой зоне, освещенной огнями фонарей. Полосы теней, падающих на дорогу, мелькали перед глазами, а впереди, весь в огнях, показался дворец, почти такой же, каким я помнила его еще с детских лет. И если парк изменился, деревья подросли, да и появилось несколько новых ответвлений аллей, то громада королевского дворца осталась прежней. Впрочем, думаю, он останется таким на века, даже после того, как все мы канем в бездну.

Огромный, с серыми стенами и белыми крышами, с башенками донжонов и огромными лестницами, спускающимися к террасам, ведущим в парк, с сотнями окон-глазниц, светящихся в ночной темноте и музыкой, которая лилась через раскрытые двери, еле слышная, легкая, дворец встречал нас, вырвавшись из темноты. Ослепительно яркий и прекрасный.

Люси высунула голову в окно и замерла в восхищении. Порыв ветра сорвал с ее головы шляпку, но я поймала ее, вернув хозяйке, и Люси как-то машинально приняла ее из моих рук.

— Как бы я хотела оказаться там, — произнесла она, — среди всех этих аристократов... На равных!

— Это волчья стая, Люси, — отозвалась я на ее слова, — они не принимают слабых. Здесь могут уничтожить и растоптать в одно мгновение!

Подруга повернулась ко мне.

— Откуда ты все знаешь! Бейли тоже из аристократов, и ты сама — принцесса! Вы замечательные люди и нравитесь мне. Не наговаривай, Элиза!

Я фыркнула. Сейчас я не была так уверена в том, что вышеупомянутые Бейли такие уж замечательные... Сказать Люси, что она общалась с наследным принцем и его сестрой? Пока не стоит. Это дорого обойдется ее нервам.

— Только бы твой опекун был на месте! — произнесла Люси.

К этому времени мы подъехали. Карета остановилась у длинной каменной лестницы, ведущей к распахнутым высоким дверям, из-за которых доносилась музыка и гул голосов. Дверцу распахнул лакей и я приняла его протянутую руку, выбравшись из экипажа. Спешно огляделась, выискивая взглядом Финча и почувствовала, как ледяной рукой тоска сжала сердце, когда поняла, что его нет.

Люси высунула свой любопытный нос и осмотрелась.

— Не пришел? — спросила она и я просто кивнула, не в силах ответить, но тут увидела, как наверху, в дверном проеме появился темный мужской силуэт. Он на секунду замешкался, а затем стал поспешно спускаться вниз, и мое сердце снова вздрогнуло, наполнившись надеждой. Вздрогнуло и застыло в разочаровании.

— Я удивлен! — Артур замер в шаге от меня. — Вы одна!

А я была расстроена, поскольку ожидала увидеть сейчас совсем не этого человека. Разодетый в парадный костюм Бейли не вызывал у меня восхищения. А его красота не трогала душу.

— Лорд Финч опаздывает! — сказала я с достоинством. — У него были на то причины, и я буду ждать его здесь.

Артур потянулся к моей руке и захватил ее в свой плен раньше, чем я успела спрятать ее за спину. Чисто рефлекторно.

— Вы же не будете стоять и ждать его здесь, под лестницей! Это просто невозможно, заставлять такую милую юную леди ждать под стенами дворца. А там музыка и веселье! — поцелуй Артура не затронул моих чувств, а напротив, вызвал неприязнь.

Мне и раньше-то не особо нравились его прикосновения, но сейчас стало просто противно, хотя я старалась сдержать свои чувства и не выказать этого. Кажется, удалось, поскольку Артур посмотрел на меня каким-то томным, обволакивающим взглядом, а затем, заметив в карете Люси, кивнул ей с воистину королевской небрежностью. Да, не так он прежде относился к ней. Сейчас все встало на свои места. Его истинное отношение было заметно и крайне неприятно. Неискренность исходила от наследника буквально тяжелыми волнами.

— Я провожу вас, — он не предлагал, а настаивал.

— Нет, лорд Бейли, — я продолжала обращаться к нему как обычно, делая вид, что не знаю о том, кем он является на самом деле. — Я буду ждать лорда Финча и, если он не приедет, вернусь в его дом.

— Вы суровы к себе, Элиза! — ему явно не понравился мой ответ, только вот мне было все равно. Я сказала именно то, что хотела сказать.

— Давайте я схожу за Маргарет и у вас будет компаньонка, — опомнился Артур, — никто, поверьте мне, никто не посмеет упрекнуть вас в нарушении приличий.

— Не надо отвлекать Маргарет, — попросила сдержанно, — я не двинусь с места, пока не придет мой опекун. Не уговаривайте меня, Бейли! Это напрасная трата времени. Лучше ступайте к гостям. Мне, право, неловко забирать себе одной все ваше внимание!

Взгляд Артура метнулся к Люси, которая с любопытством слушала наш разговор.

— Вы же подруга леди Элизы! — обратился он к девушке. — Скажите ей, как много она теряет, отказываясь идти со мной! — и снова посмотрел на меня.

Люси открыла было рот, чтобы, по всей видимости, поддержать Бейли, но я оглянулась на нее и так сверкнула глазами, что она поспешно спряталась в салоне кареты так не сказав ни слова.

— Элиза, вы должны быть сегодня на этом балу, — настойчиво заговорил Артур, — мне надо сказать вам так много важного и кое в чем признаться! Но это неудобно говорить прямо на улице и в присутствии посторонних, — он явно имел в виду Люси, кучера и лакея, который стоял в отдалении.

Я не знала, что сказать, понимая с уверенностью лишь одно — никуда с Артуром я не пойду, но мужчина продолжал настаивать, и мне показалось, что еще несколько минут промедления и меня потащат наверх вопреки моему желанию. В тот миг, когда я уже решила было отчаяться и попробовать вернуться в экипаж, а Артур, взяв меня за руку, ощутимо потянул за собой, намереваясь оттащить прочь от кареты, мы услышали приближающиеся шаги. Мгновение спустя, рука Артура разжалась, и перед нами предстал лорд Финч.

По всему было видно, что он спешил и хотя одет был подобающе и с иголочки, но вид у опекуна был несколько взволнованный, словно он боялся опоздать. Увидев меня рядом с Артуром Бейли, опекун нахмурился. По всему было заметно, что ему совсем не понравилось то, что принц находится рядом.

— Я опоздал, — он поклонился мне и легко кивнул Артуру, — простите, Элизабет!

С каким облегчением я метнулась в сторону Финча!

— Я ждала вас! — сказала я тихо.

Артур весь подобрался, стараясь выглядеть равнодушным и важным. Скользнул рассеянным взглядом по Люси, выглядывающей из кареты, затем снова посмотрел на меня.

— Я хотел провести леди Элизабет во дворец, — произнес он, обращаясь к сэру Генри. — Вы опоздали и заставили леди ждать!

Финч промолчал и только протянул мне руку, за которую я вцепилась, словно утопающий за соломинку. Крепко, будто от этого зависела моя жизнь. Бейли это оценил и усмехнулся.

— Ваш дражайший опекун прибыл, леди, и вы напрасно волновались! — он кивнул на длинные каменные ступени, ведущие наверх. — Быть может, тогда пойдем? Скоро все начнется!

Что означало слово – «ВСЕ» — я пока не понимала. Видимо, в этом и заключался обещанный ранее, еще в Каслроке, сюрприз, которого я уже не хотела и который давно разгадала. Если Бейли думает, что покорит меня признанием своей принадлежности к правящей династии, то его ждет разочарование. Вот совсем не манит власть и престол. Слишком там много грязи и боли.

Артур стал подниматься первым, мы следом за ним. Я напоследок обернулась и посмотрела на карету, из которой вышла Люси. Сейчас она стояла, глядя мне во след. Выражение ее лица я не разглядела и лишь, подняв руку, помахала ей на прощание.

— Прошу прощения, что опоздал, — шепнул мне Финч, склонившись к самому лицу. Его дыхание пошевелило завитки уложенных локонов и вызвало странную дрожь по всему телу.

— Где вы пропадали? — также тихо спросила я. — Я волновалась!

— Смею надеяться, из-за меня? — спросил он и замер.

Мы остановились на ступеньках, прямо посередине лестницы и Финч остался стоять чуть ниже, поскольку я сделала несколько шагов вперед и теперь возвышалась над ним, глядя в бездонные, цвета стали глаза, который когда-то казались мне жестокими и равнодушными. Теперь же в этих глазах появилось что-то новое, по-человечески живое и притягательное!

Я молчала, глядя на опекуна, он тоже молчал, и только смотрел, пронзительно, словно искал что-то в моих глазах.

— Генри? — раздался голос сверху. Это был Бейли, который уже стоял у раскрытых дверей и с ожиданием смотрел на нас двоих.

— Мы сейчас идем! — крикнул ему лорд Финч, а затем обратился ко мне. — У меня есть для вас одна вещь, Элизабет.

Мои брови взлетели вверх, а опекун достал из кармана своего пиджака какую-то бархатную коробочку, которую и вложил мне в руки.

— Это вам, — сказал он, — и если вы позволите...

Я уже открывала коробку, мечтая узнать, что в ней. Коробка была квадратная, довольно большая для кольца или какой-то ювелирной мелочи, а когда я открыла ее, то ахнула от удивления. Я не могла понять, когда он успел заказать подобную красоту!

На бархатной подушечке лежало колье из изумрудов с огромным камнем в середине, и серьги в комплект, похожие на зеленые слезы, и я ни на секунду не сомневалась в том, что цвет огромного камня будет под цвет моих глаз.

— Вы позволите? — спросил Финч и я кивнула.

Он достал украшение и зашел ко мне за спину. Холодные камни обвили шею, горячие пальцы справились с застежкой и, словно бы ненароком, задержались на моей коже, обожгли до мурашек. На секунду забыла, как дышать, погруженная в ощущения чего-то нового, сводившего с ума. Затем опекун забрал у меня коробочку, и я надела серьги.

— А теперь, пойдемте наверх! — он снова предложил мне руку.

Артур, следивший за нами сверху, не скрывал своего разочарования. Мне же было все равно. Я никогда не выказывала ему предпочтение, да и сам Артур не делал намеков, что имеет на меня какие-то виды, так что обид между нами двоими быть не могло.

Мы прошли в раскрытые двери, ворвались в яркий свет из темноты. Насколько я поняла, мы с лордом Финчем прибыли последними на бал, который, впрочем, пока еще не начался.

Огромный зал был заполнен разодетыми дамами и кавалерами. В этом никаких изменений я не заметила. Высокие колонны с золотыми узорами, спиралью поднимающимися вверх, подпирали свод, расписанный белоснежными облаками. Повсюду горели свечи, под потолком огромная люстра с магическим светом сияла бриллиантами капелек-подвесок. Аромат цветов, корзины с которыми были расставлены по углам зала, наполняли воздух сладкими запахами. Многочисленные окна в человеческий рост были расшторены и ночь смотрела в зал своими черными глазами. Где-то вдалеке играл оркестр, но я не видела его. Всюду шуршали платья, раздавался звон бокалов, частый смех и гул голосов. Изменилось до ничтожного мало с тех самых пор, когда я маленькой девочкой была на таком бале, всего-то час, больше мама не разрешала нам здесь находиться.

Артур оставил нас и растворился в толпе, а Финч отчего-то взял меня за руку и переплел наши пальцы, а затем чуть сдавил их. Не больно, но ощутимо.

— Мне надо переговорить с вами, Элиза, после бала. Это срочно!

Я улыбнулась. Еще один хочет поговорить со мной и тоже срочно! Чудеса, да и только! И если от принца я могла ожидать чего-то предсказуемого, как признание в любви, которой нет, то о том, что собирался мне сообщить опекун, я понятия не имела.

— Где вы были? — спросила я тихо, пока мы пробирались мимо разряженных дам, обсуждающих какую-то шляпку и модистку.

Одна из них с интересом посмотрела в мою сторону, затем присела в книксене перед сэром Генри, и он ответил кивком. Вторая дама, более молодая, тоже поприветствовала нас, но все ее внимание было отдано моему спутнику, меня же наградили пренебрежительным взглядом. Юную леди я не интересовала.

— Я был вынужден отправиться в Каслрок, — ответил опекун.

— Но почему? И так внезапно! — я была настойчива.

— Давайте отойдем в сторону, — Финч потянул меня за собой.

Я не знала, сколько времени у нас осталось до прихода короля и его наследника, только после этого должен был начаться бал. По закону его всегда начинал правитель, но, кажется, король Август задерживался.

Сэр Генри здоровался, извинялся перед кем-то из гостей и вел меня за собой, при этом стараясь сделать вид, что все идет так, как надо, и мы не торопимся уединиться от остальных. Изумрудное колье холодило кожу, а кольцо Финча, спрятанное на груди, стало нагреваться. Я поняла, что опекун нервничает.

Наконец он подвел меня к окну и отпустил мою руку.

— Сегодня я кое-что узнал от Отиса, — произнес лорд Финч.

Я закусила губу, решив, что дворецкий рассказал опекуну о том, что я проникла, хотя и не по своей воле, в часовню, куда вход мне был запрещен. Но решила пока молчать. Если Финчу надо, сам расскажет, подумала я.

— Я был сильно разочарован в вас, Элиза, — тихо сказал опекун.

Мои брови взлетели вверх. Разочарован и, несмотря на это, подарил мне такой дорогой подарок? Это было более чем странно.

— В чем я провинилась? — спросила я.

— Вы солгали мне, — ответил Финч, но его взгляд, устремленный на мое лицо, не изменил своего мягкого выражения, словно моя раскрывшаяся ложь его порадовала.

— Я не понимаю! — пробормотала тихо и ведь действительно, не понимала своей вины. Видимо, все же, дело в часовне. Опекун узнал, что я видела его брата? Или...

— Мы поговорим с вами после бала, — твердо произнес мужчина, но я хотела знать все немедленно, о чем и поспешила сообщить опекуну.

— Нет, — он улыбнулся, — я долго ждал, а теперь подождете вы, моя дорогая!

И от этого обращения, мои щеки вспыхнули алыми розами. Я опустила голову и в тот же миг услышала, как всюду стихла музыка и смолкли голоса. Наступила такая давящая тишина, что мне отчего-то захотелось нарушить ее громким криком, чего я не стала делать. И теперь, конечно же, разговаривать мы не сможем. Судя по всему, Его Величество соизволили прибыть на праздник. А значит, разговор, действительно придется отложить. Хотя мне просто не терпится узнать причину отсутствия опекуна. А он явно решил поиздеваться надо мной.

Финч посмотрел в сторону центра зала, и я проследила за ним взглядом, когда громкий голос герольда оповестил всех приглашенных о том, что король с супругой, его наследник и свита вошли в тронный зал. Услышав это, даже приподнялась на цыпочки, чтобы удостовериться в своем предположении, и не ошиблась. Высокий мужчина в короне и мантии прошествовал к возвышению и занял свое место на троне, а рядом с ним на резные стулья опустились мои знакомые, так называемые брат и сестра Бейли и королева.

— Его Величество король объединенного королевства Август с женой, королевой Ивонн, наследником принцем Артуром и дочерью Маргарет! — прозвенело в моих ушах. Придворные склонили головы перед своим правителем. Я присела в реверансе, разглядывая пол под своими ногами.

— Вы же знали! — шепнул мне Финч.

— Знала, — кивнула я, но все равно было неприятно. Обман, как его не преподнеси, все равно остается обманом.

— Сейчас начнут представлять гостей, — опекун посмотрел мне в глаза, — дайте свою руку, Элизабет! Мы идем в паре, поскольку я являюсь вашим опекуном.

Я послушно вложила свои пальцы в его широкую ладонь, понимая, что сейчас взгляну в глаза преемнику моего отца и Артуру с Маргарет. Я почти ждала этого момента, понимая, что как принцесса, пусть и бывшая, буду первой, кого представят королю. И мои предположения только подтвердились, когда лорд Финч потянул меня в сторону трона, а наряженная толпа придворных склоняя передо мной свои головы и, опускаясь в глубоких реверансах, пропускала нас, расступаясь в стороны.

— Принцесса Элизабет Каррингтон, последняя из рода Каррингтон и ее опекун, лорд Генри Джеральд Финч! — оповестил герольд, когда мы вышли и встали перед королем.

И снова реверанс, а затем я подняла голову и пристально посмотрела на короля с королевой и на его детей. Маргарет улыбалась мне сестринской улыбкой, а на лице Артура застыло какое-то ожидание. Он следил за моей реакцией на его титул, но, кажется, мое спокойное лицо его разочаровало. Видимо, Его Высочество хотели увидеть недоумение в моих глазах? Или радость и глубокий обморок от осознания того, кем является этот обманщик?

— Элизабет! — произнес король и даже встал с трона, а затем спустился по ступенькам и подошел ко мне. — Как долго я не видел вас, принцесса. Вы стали настоящей красавицей!

«Просто вылитая мать», — подумала я, и король тут же озвучил мои мысли, когда произнес именно эту фразу. Мне захотелось рассмеяться, но вместо этого я мило улыбнулась.

Я смотрела на Августа Солсбури, моего родственника, про которого отец когда-то говорил — седьмая вода на киселе. И вот теперь эта вода с киселем сидела на его троне и правила его страной. Отчего-то на мгновение стало горько и обидно.

Король Август рассматривал меня с неподдельным интересом. Я, в свою очередь, разглядывала его. Мужчина за пятьдесят, с седеющими черными волосами, которые когда-то были такими же, как сейчас, у его сына Артура. Довольно приятное лицо, почти без морщин, прямой нос и синие глаза. Вот только губы слишком тонкие и подбородок маленький, какие обычно бывают у нерешительных или подлых людишек… или мне так просто казалось? Я чувствовала, что настроена негативно к этой семье, но несмотря на это, улыбалась во весь рот, отвечая на приветливые слова короля. Признаться, помнила я его плохо. Не так уж близко общались наши семьи.

— Мы так рады, что вы посетили столицу и приняли приглашение! — король явно переигрывал с любезностями, решила я, но продолжала улыбаться.

— А вы, лорд Финч, еще не надумали вернуться на старую службу? — обратился к моему опекуну Август, затем снова заговорил со мной, не дожидаясь ответа сэра Генри. — Если вы уговорите Финча занять прежнюю должность, Ваше Высочество, то я буду вам за это весьма признателен, а признательность короля значит многое!

— Боюсь, Ваше Величество, я не имею такого влияния на лорда Финча, — ответила я.

Король посмотрел сперва на меня, затем на сэра Генри и взгляд его внезапно заледенел, всего на короткую долю секунды, но я заметила и убедилась в том, что вряд ли найду общий язык с этим человеком.

— Жаль, жаль, — сказал он и взмахом руки отпустил нас уже явно жалея, что потратил слишком много внимания и любезности.

Я взяла опекуна под руку, и мы шагнули назад, освобождая место для следующих гостей, которых не промедлил объявить герольд. Хотя я, право, не расслышала их титулов и имен, поскольку увидела, каким взглядом провожает меня принц Артур. Этот взгляд обещал мне неприятности. Так некстати вспомнилось мне и обещание двух первых танцев, и от этой мысли едва сдержала горестный вздох. Бал, обещавший стать для меня самым первым и самым замечательным событием, какое бывает в жизни любой девушки высокого сословия, сейчас казался сущей пыткой! А ведь все еще только началось!

Пока объявляли гостей, мы с сэром Генри отошли в сторону, наблюдая за аристократами, что склоняли головы перед своим королем. В толпе, ожидающей своей очереди, я заметила и своих знакомых, круг которых, благодаря опекуну, вырос до количества трех кумушек, это не считая Элеоноры, чье яркое платье и, ну очень уж глубокий вырез на груди, я разглядела в первых рядах знатных дам и леди Гарвуд. Женщина, в свою очередь, тоже заметила нас с Финчем и соизволила кивнуть и даже улыбнуться. Кроме этих дам, на нас косились. Кто просто с интересом, кто с какой-то неприязнью.

— Вы открываете бал с принцем, — сказал мне опекун, — интерес к вам вырастет во сто крат. Половина девушек в этом зале от пятнадцати и до бесконечности, мечтают выйти за него замуж! А вы — соперница.

— Почему? — спросила я.

— Мне кажется, этот вопрос неуместен, поскольку и на него вы явно знаете ответ! — сказал Финч и я поняла, что кумушки были подосланы неспроста, хотя и раньше подозревала это. — В общем, будьте аккуратны! А я постараюсь приглядеть.

Вот в этом я почти не сомневалась.

Представление гостей Его Величеству заняло достаточно много времени, а затем король Август поднялся и призвал присутствующих к тишине.

— Прежде чем начнется бал, я хотел бы поблагодарить всех собравшихся здесь...

Дальше он говорил о том, что, несмотря на то, что для нашей страны наступили тяжелые времена, он рад, что бал, как и прежде, состоялся, хотя раздумывал о том, проводить его или нет. Как оказалось, на празднике настояла Маргарет, его дочь, которая считала, что ни за что на свете нельзя нарушать традицию и даже трудности не сломят династию и не поставят ее на колени перед невзгодами. В общем, говорили долго, красиво и пафосно до оскомины на зубах. Но приглашенные внимали, глядя на своего монарха. А вот я откровенно скучала. Речь не произвела на меня должного впечатления. Хотя появились некоторые вопросы.

— Что еще за трудности? — шепнула я, обращаясь к опекуну.

— Дело в том, леди Элизабет, что наш король и его дети не совсем сдержаны в своих тратах, а деньги в казну поступают, как и в любом приличном королевстве, из налогов, которые выплачивают землевладельцы. Им, в свою очередь, платят крестьяне. Последние два года были неурожайными, казна значительно опустела, доходы не льются в нее, как прежде, рекой.

— И, несмотря на это, они все же устроили бал?

Финч усмехнулся.

Король тем временем закончил свою пламенную речь и возвестил, что бал откроет его сын и наследник — принц Артур. Я заметила, как оживились дамы, в числе которых была и Элеонора. Она гордо вышла вперед, подняв голову, не сомневаясь в том, что пригласят именно ее. Я же, в свою очередь, осталась стоять рядом с опекуном, мечтая о том, чтобы принц передумал и пригласил не меня, а еще лучше, чтобы забыл о том глупом обещании.

Все голоса стихли, когда Его Высочество принц спустился с возвышения в зал и обвел важным взглядом присутствующих. Женщины, все как одна, и молодые и не очень, присели в реверансах, ожидая выбора наследника престола, и он выбрал.

Когда Артур прошел мимо Норы, я увидела, как вспыхнуло ее лицо, и девушка отпрянула назад, толкнув стоявшую рядом даму с высоким пером в волосах. Фаворитка опомнилась быстро. Ее взгляд, обжигающий и почти ненавидящий, метнулся в мою сторону, словно она знала, что принц выберет именно меня. А я подавила в себе желание убежать, или еще лучше ответить отказом липовому Бейли, но понимала, что нельзя. По всем правилам этикета, нельзя.

— Вы позволите, кузина? — я посмотрела на протянутую ко мне руку и с тяжелым сердцем приняла ее. Пальцы Артура обхватили мои с силой, словно он боялся, что я передумаю.

Принц вывел меня на середину зала, и воцарилась тишина, в которой я слышала только шелест собственного дыхания и биение сердца под тканью платья.

— Вы так прекрасны сегодня, Элиза, — шепнул он еле слышно, но мне кажется, каждый уголок зала подхватил эхом его слова.

И тут грянула музыка. Я услышала звуки вальса, и Артур уверенно положил руку на мою талию, повел меня в танце, кружа по залу. Гости расступались, открывая нам больше пространства, а я почему-то подумала о том, что впервые танцую с мужчиной — в пансионе мы тренировались друг на друге, а девочки ведут в паре несколько иначе. В движениях Артура было много уверенности и грации, и я не могла не признать, что двигался он отменно и танцевать с ним было легко, но… Но все же я предпочла бы, чтобы сейчас меня в танце вел и вот так прикасался руками совсем другой мужчина.

— Я, наверное, должен извиниться? — успел шепнуть Артур, склонившись ко мне.

— Вы? — ответила я наигранно удивленно. — За что?

— За тот нечаянный обман! — музыка нарастала, но я слышала перешептывания.

— Идеальная пара! — сказал кто-то.

— Вот и невеста для нашего наследника! — подхватила какая-то дама. Артур тоже расслышал эту фразу, и его губы тронула улыбка.

— Красивое колье! — неожиданно заметил он, продолжая кружить меня, и я уже стала мечтать, чтобы музыка остановилась, а она, как на зло, звучала и звучала, бесконечная и раздражающая.

— Я видел Генри у королевского ювелира и теперь понимаю, зачем он к нему ходил, — Артур снова улыбнулся, — дорогой подарок. Вы что-то значите для него, Элизабет! Кто бы мог подумать!

Прежде чем я успела возмутиться и что-то ответить, произошло то, чего я так ждала — музыка смолкла, и гости неожиданно зааплодировали нам, отчего мои щеки вспыхнули румянцем.

— Второй танец тоже за мной, вы же помните? — сказал принц. — А затем я бы хотел поговорить с вами, леди Элизабет.

Я огляделась. На нас продолжали смотреть сотни любопытных глаз, среди которых я выделила горящие завистью и ненавистью глаза Элеоноры и взгляд Финча, который стоял в отдалении. Я нашла его почти сразу же, едва повернула лицо. Что выражал этот взгляд, толком понять не смогла, когда моим вниманием снова завладел наследник.

— Так мы поговорим? — спросил Артур настойчиво.

— О чем нам с вами разговаривать? — я попыталась отойти прочь от принца, пока не заиграла музыка, и мне не пришлось снова танцевать с ним. Я не хотела. Артур вызывал во мне неприятные ощущения.

— Вы не пожалеете, кузина! — сказал «липовый» лорд и, схватив мои руки, потянул меня в зал, где уже танцевали гости.

Передо мной мелькнуло лицо Маргарет, которая улыбалась мне почти сестринской улыбкой. Ее кавалер был седым, но довольно стройным мужчиной, а затем я увидела и Элеонору. Она косилась на нас с принцем недобрым взглядом и старалась держаться поближе вместе со своим партнером, каким-то молодым лордом с копной светлых вьющихся волос, а затем увидела и опекуна, который вел в танце леди Гарвуд. И отчего-то мне совсем не понравилось то, как держалась за плечо лорда Финча эта дама. А ее взгляд... Ее взгляд говорил о многом. Так женщина смотрит на мужчину, когда может ему предложить многое… И уж точно больше чем я, молодая и неопытная!

Сердце сжалось от боли, и я попыталась увидеть, как смотрит в ответ на свою партнершу мой опекун. Мне отчего-то стало важно увидеть его глаза... но не успела. Другая танцующая пара закрыла собой Финча и его партнершу.

— Так мы сможем поговорить? — уточнил принц.

Никакого желания разговаривать с ним не было, но я не могла не дать ему возможность объяснить свое поведение и этот фарс.

— Хорошо! — согласилась я.

Танец еще не закончился, когда Артур Солсбури увлек меня прочь из зала, мимо лакеев, стоявших с каменными лицами у выхода. Мы оказались в пустой комнате, благо двери были сняты, и я все еще могла видеть танцующие пары и спины лакеев, вытянувшихся словно струны.

— Куда вы меня ведете? — воспротивилась я и остановилась, вырвав руку из его сильной ладони. Артур обернулся. Синие глаза принца сверкнули.

— Вы можете не бояться за свою честь рядом со мной, тем более, мы в какой-то степени с вами родственники, хотя и дальние, что, впрочем, дает мне право называть вас кузиной.

— Давайте поговорим здесь! — упрямо сказала я. — Музыка мне совершенно не мешает! Я хочу, чтобы мы оставались на виду, несмотря на наше родство!

Артур некоторое время молчал, раздумывая, затем согласился:

— Только отойдем к окну, — попросил он, и мы встали друг против друга.

Я встала рядом с подоконником и посмотрела на Его Высочество, ожидая, что он мне скажет. Но он почему-то молчал и только смотрел на меня так, словно я была всем миром для него. Даже стало смешно! Неужели принц всерьез думает, что меня покорит его взгляд? Особенно, после того как он отрепетировал его на Люси?

— Перестаньте! — попросила, стараясь сдержать раздражение. — Вам не идет, Ваше Высочество!

— Что? — он вскинул брови.

— Не надо на меня так смотреть! Я не одна из череды ваших поклонниц. К тому же вижу, что в вас искренности ни на грамм! — сказала и сложила руки на груди.

— Так заметно? — его лицо переменилось. В глазах сверкнуло веселье.

— Очень, — кивнула я, — говорите, что собирались, иначе я сейчас же уйду.

Он нахмурился, но как мне показалось, скорее в шутку.

— Кто же так разговаривает с принцем? — спросил он.

— Если вы позабыли, то поспешу вам напомнить, — я вскинула подбородок, — мой род старше вашего и мой титул позволяет мне говорить с вами наравне. Вы сами дали мне это понять, когда перед всем двором представили как принцессу, пусть и бывшую.

— Прошу прощения, кузина, — Артур шутливо поклонился. — Вы правы.

— Перестаньте гримасничать и наконец скажите прямо, что вам от меня надо! — не выдержала я, а затем бросила взгляд в зал, где танцующиеся уже разбились на пары и под мелодичную легкую музыку выполняли замысловатые фигуры. Бал продолжался, и не то чтобы мне очень уж хотелось танцевать, но разговаривать с Артуром пока тоже не имело смысла. А еще… Еще я поймала себя на мысли, что высматриваю опекуна, с горечью думая о том, что он ведь обещал присмотреть за мной, а сам.

— Хорошо, — мои мысли прервал голос принца, — я не буду ходить вокруг да около и скажу то, что намеревался. Но в первую очередь, я хочу извиниться перед вами, Ваше Высочество, за мой глупый обман.

Я прищурила глаза, подозревая Артура в неискренности, он же продолжал говорить:

— Когда я узнал, что Генри забрал вас, свою воспитанницу и мою родственницу из пансиона, нас с Маргарет охватило любопытство. Мы захотели познакомиться с вами, но не стали открывать своего положения, представившись по фамилии нашей матушки, урожденной Бейли. Мы поступили так, чтобы узнать истинную вас. Понимаете, некоторые леди, узнав про мой титул, меняют свою линию поведения!

Я усмехнулась. Для меня это было дико, а вот для такой, как Элеонора вполне естественно. Надеюсь, теперь Артур понял, что для меня он одинаков, кем бы ни был, принцем или нищим.

— Ну и для чего вам это было нужно? — спросила я.

— Все очень просто, — «липовый» лорд Бейли сверкнул улыбкой, — я хотел присмотреться к вам и попросил сестру мне помочь.

— Я даже догадываюсь зачем, — выдала я.

Артур чуть склонился ко мне.

— Для вашего юного возраста, вы весьма проницательная девушка, Элизабет, — и добавил, — вы именно та, что нужна мне!

— Это предложение? — я была разочарована, хотя и ожидала подобного.

Нет, я понимала прекрасно, что с таким характером, как у него и с его любовью к женщинам, он не был влюблен в меня. Я не глупа, чтобы понять — от меня Артуру нужны деньги и, как сказала мне леди Аштон — я — способ закрыть рты недовольным властью короля Августа.

— Зачем же так прямолинейно, — он покачал головой, — леди не пристало заговаривать о подобном первой.

— Это в том случае, если леди не собирается ответить: «Да!» — парировала я.

— То есть, вы отказываете мне, хотя я даже еще не сказал ни слова о браке! — возмутился он. Привычная улыбка сползла с губ принца. — Вы хотя бы выслушали меня, а затем уже дали ответ. Не ожидал подобной горячности от вас, принцесса!

— А все потому, что вы меня не знаете! — ответила я, и сделала было шаг в сторону зала, но Артур перехватил меня, удержал, заставил остаться на месте.

— Вы меня выслушаете, — настаивал он, — а уже после, когда подумаете.

Я повела плечами и отпрянула назад.

— Хорошо. Говорите! Но мое мнение по этому вопросу вряд ли изменится, — тон получился приказной, и от Артура это не ускользнуло, но он решил не акцентировать на этом внимание.

— Я предлагаю вам брак по расчету, — проговорил он, — от вас мне будет нужен только сын, а лучше не один, но только чтобы я был уверен, что они от меня!

Вот тут уже моя ладонь зачесалась, а рука дернулась было влепить пощечину этому наглецу, но я удержала ее и продолжила слушать, сохраняя внешнее спокойствие.

— Я хочу жениться на вас и это нужно больше не мне, а нашей стране. Из вас, Элизабет, выйдет прекрасная королева и моя верная помощница в делах королевства. Я, в свою очередь, обещаю ни в чем вам не чинить препятствий, а когда вы родите мне наследников, то сможете обзавестись любовником, или даже дюжиной таковых, но, конечно же, тайных, — он запустил пальцы в волосы, и я поняла, что Артур немного нервничает.

Мне же претило его предложение. Более того, оно было мне противно!

— Подумайте о своем народе. Ваша мать и ваш отец хотели бы, чтобы их дочь, их кровь продолжила род правителей, и я предлагаю вам возвыситься, а не быть просто самой младшей из принцесс, да еще и бывшей. Девушкой, у которой, кроме титула, нет ничего. Ваш сын сможет вернуть вам престол! Разве этого мало?

— У меня есть деньги и земли, — возразила я.

— У вас нет власти!

— А если я скажу вам, что не хочу этой власти? Что политика не для меня...

— То есть, вы не хотите помочь своему народу? — удивился он притворно.

Мои глаза расширились.

— Да как вы можете! — воскликнула я. — При чем здесь народ? Сейчас я вижу перед собой только вас, человека, который желает меня использовать и ради своей цели готов даже надавить на мою ответственность.

— Готов! — ответил Артур твердо. — Готов и хочу, потому подумайте дважды, прежде чем дать мне ответ. Ваша мать хотела бы этого! Она всегда держалась за власть, мечтала, чтобы ее кровь, ее дети, наследовали трон и передавали его из поколения в поколение, она хотела.

— Ее мать этого не хотела, — голос опекуна раздался так близко, что я едва не подпрыгнула на месте, настолько громким и звучным он мне показался.

Лорд Финч шел к нам, но при этом смотрел только на меня, и взгляд мужчины ничего хорошего не предвещал.

— Генри, ты нам мешаешь! — зло процедил Артур.

— Увы, — отмахнулся от него Финч, — я пришел вовремя, чтобы не дать принцессе Элизабет нарушить волю покойной матери!

— Что? — Артур был удивлен, и я не меньше.

— Что ты имеешь в виду? — спросил наследный принц.

— Я слышал о твоем предложении принцессе и вмешался, поскольку считаю нужным предупредить вас обоих, что брак леди Каррингтон с тобой, Артур, невозможен.

— Это почему же? — принц прищурил синие глаза.

Его взгляд, устремленный на сэра Генри, не предвещал второму ничего хорошего. А я внезапно поняла, что Финч не слышал всего разговора и не знает, что я уже отказала Артуру. Весь вид опекуна был какой-то напряженный и встревоженный, хотя он и старался казаться спокойным и равнодушным. С чего бы это? Опасался, что Артур обидит меня? Или боялся, что я соглашусь на предложение Его Высочества?

— Я хочу знать причину того, почему брак между мной и леди Элизабет невозможен, — настаивал Артур.

Сэр Генри достал из внутреннего кармана какую-то бумагу, сложенную вчетверо, и протянул ее принцу.

— Что это? — мы с Артуром произнесли фразу почти одновременно.

— Читайте, Ваше Высочество, — снова вернулся к формальному обращению опекун. Мне тоже стало до жути интересно, что написано там, на этой бумаге.

Артур развернул ее и стал читать. Я же следила за выражением его лица, отметив, как оно меняется по мере прочтения. Сперва на нем отразилось неверие, затем злость и гнев. Он закончил читать и поднял на лорда Финча негодующий взгляд, а затем смял бумагу и, швырнув на пол, опустил на белый комок каблук своей туфли.

— Это копия! — усмехнулся Финч.

— Ты с самого начала все знал, Генри!

— Конечно, — произнес лорд Финч.

Я смотрела на мужчин, стоявших друг против друга. Один был взбешен, второй наигранно спокоен. Опекун щелкнул пальцами, и бумага на полу занялась пламенем, и уже через пару секунд от нее остался лишь пепел. А я разочарованно подумала о том, что так и не узнала, что было написано в этом документе.

— Я решил, что ты передумал… — начал было наследник престола, но сэр Генри только покачал головой. — Она не знает! — уверенно протянул Артур после чего улыбнулся и посмотрел на меня, да так пристально и злорадно, что я невольно отшатнулась назад.

О чем они говорят? Чего я не знаю, и что здесь происходит? Меня окружали сплошные тайны, и это начинало раздражать.

— Милорд! — обратилась к Финчу. Голос прозвучал слишком резко.

Опекун посмотрел на меня и понял мое состояние.

— Я все расскажу вам после бала, Элизабет. Я обещаю.

— А я могу сделать это прямо сейчас! — выплюнул зло принц, и в тот же миг я услышала женские голоса.

— Вот вы где, милочка! — голос принадлежал леди Аштон, а затем, обернувшись, я увидела и ее саму, в сопровождении кумушек.

Три женщины направлялись к нам и усилено делали вид, что не замечают того, что послужили причиной прекращения важного разговора. Но как же я рада была их видеть!

— Дорогая наша, — леди Эмма протянула ко мне руки и уже через несколько секунд тащила прочь от спорящих мужчин, — мы вас потеряли, а хотелось расспросить о вашей жизни в пансионе!

Простая отговорка, чтобы только увести меня отсюда, поняла я и успела заметить, как леди Аштон подмигнула Финчу и присоединилась к подругам. Уже через минуту мы вернулись в тронный зал, где продолжались танцы, и звучала музыка и смех.

— Хотите чего-нибудь выпить? — спросила меня леди Аделия.

Меньше всего меня сейчас заботила еда и напитки. Я хотела вернуться к опекуну и его разговору с Артуром. Я хотела знать правду, и меньше всего меня заботил бал и увеселения. Но кумушки словно и не замечали этого. Они затарахтели наперебой, обсуждая наряды танцующих дам и пытались вовлечь меня в этот глупый разговор.

— Не злитесь, Элизабет, — леди Аштон встала рядом со мной, — вы должны доверять своему опекуну. Лорд Финч крайне ответственный и честный человек. Я думаю, вы узнаете все, что хотите, когда придет свое время. Вы ведь тоже не так честны со своим опекуном? — и посмотрела на меня так, словно знала все мои мысли.

— Я не злюсь, — это была почти правда. — Я просто думала, что могу рассчитывать на честность, а меня все обманывают. Сперва принц Артур, представившись лордом Бейли, и его сестра Маргарет, теперь вот и сэр Генри что-то скрывает и… — сказала и осеклась, не зная, стоит ли говорить леди Аштон про неизвестную бумагу, что так вывела из себя наследника престола.

— Попробуйте насладиться балом! — посоветовала женщина и две кумушки торжественно закивали, соглашаясь с ней.

— Я никого здесь не знаю! — ответила я.

Как я могла наслаждаться танцами и веселиться, если стояла на пороге открытия какой-то важной тайны, касающейся лично меня. Меня и моей матушки!

— А для чего тогда здесь мы? — спросила леди Эмма и усиленно замахала кому-то рукой.

Уже через несколько минут рядом с нами стоял красивый молодой мужчина, и леди Эмма представила его как своего племянника Роберта Честертона. После обмена любезностями он пригласил меня на следующий танец, и я вынуждена была согласиться, хотя сама то и дело бросала взгляды в сторону коридора, где остались Финч и Артур. Но мужчины так пока и не вернулись, и мне оставалось надеяться, что между ними не возникнет ссоры. Ведь все-таки Артур наследный принц, а оскорбить королевского отпрыска крайне чревато и опасно.

— Ваше Высочество! — я и не заметила, как Роберт протянул ко мне руку, приглашая присоединиться к парам, что уже спешно выстраивались в центре зала для следующего танца.

Кумушки заулыбались, едва не подталкивая меня в спину. В числе дам я заметила Маргарет и Элеонору и обе девушки смотрели на меня. Одна с настороженной улыбкой, а вторая, не скрывая своей ненависти. Затем оркестр заиграл, полилась музыка, и я заскользила вперед по полу, навстречу своему партнеру.