Самая младшая из принцесс

Глава 15

Сразу же после завтрака я, как и собиралась накануне, отправилась в город в сопровождении Люси и слуги-охранника, приставленного ко мне опекуном. С лордом Финчем мы выехали в ворота почти одновременно. Как оказалось, у него появилось какое-то срочное дело, не требующее отлагательств, потому после утренней трапезы особняк опустел. Из окошка своей кареты я видела, как, пришпорив скакуна, сэр Генри скрылся за первым же поворотом, пока мы, трясясь в салоне, медленно выезжали из ворот.

Люси, несмотря на то, что мы ехали в центр, казалась немного печальной, и я невольно подумала, не отсутствие ли Артура Бейли послужило тому причиной, но спрашивать ее не стала. Хотелось верить, что подруга, дав обещание быть осмотрительной в отношении этого человека, сдержит свое слово. А еще отчего-то сильно радовалась тому, что сегодня смогу сама, без опеки Маргарет и ее советов, купить себе то, в чем действительно нуждаюсь.

Ранним утром на улицах было пустынно. Редкие прохожие спешили по своим делам, хотя все лавки и магазинчики уже были открыты. Как сказал мне утром за газетой лорд Финч, несмотря на то, что самый пик продаж приходится на послеобеденный период, магазины ждут своих покупателей с раннего утра, потому я и решила не тянуть и отправиться в центр пораньше, чтобы оставить себе время приготовиться к сегодняшнему балу.

— Ты должна блистать! — сказала мне Люси.

Она пыталась меня поддержать, но тон ее голоса был настолько грустным, что мне как-то даже расхотелось ехать на этот бал. А еще причиной моей ранней вылазки по магазинам служило то, что опекун попросил меня сегодня быть часам к трем пополудни дома, поскольку к нам с визитом прибудут очень нужные нам обоим люди.

— Я намереваюсь познакомить вас с некоторыми знатными кумушками. Тогда должный прием на балу вам будет обеспечен, — сказал он и добавил поспешно, — все они знали и любили вашу матушку.

Его забота меня тронула, и я согласилась.

Сейчас же, качаясь в карете, я снова и снова вспоминала прошлую ночь и тот обжигающий поцелуй, который до сих пор чувствовала на своей руке. Когда я пропустила тот момент и позволила лорду Финчу затронуть свое сердце? Что я сделала не так? Мои щеки вспыхнули и Люси, заметив это, озабоченно прикоснулась к моему лбу ладонью.

— Ты не заболела? — спросила она с тревогой в голосе.

— Нет, — качнула я головой. — Все в порядке! Не волнуйся!

Люси отняла руку и перевела взгляд в окно. Мы подъезжали к центру.

Все сегодня отличалось от дня, когда мы прогуливались по магазинчикам с Маргарет. Сейчас они были почти пусты, а на улицах царила тишина. Некоторые из магазинов только открывались. Работники раскрывали окна, украшали витрины, выставляли горшки с цветами, что так запомнились мне в последний приезд сюда. Я решила, что после того, как закончу с покупками, обязательно схожу с Люси в кафешку, спрятанную в сквере, где мы пили чай с Бейли. Мне показалось, подруге там понравилось, а я хотела сделать ей приятное, чтобы хоть немного поднять ее настроение.

Все, что было нужно, купили достаточно быстро. Я знала, что именно мне надо и скоро пакеты и свертки были уложены в салоне, а кучеру было приказано ждать нас неподалеку, пока мы с Люси посидим в кафе. Охранник все это время держался на расстоянии и сейчас, пока мы усаживались за столик под сенью огромного каштана, расположился у стены, следя за тем, как я делаю заказ.

— Люси, ты сама не своя сегодня, — не выдержала я и первая начала разговор, пока мы в молчании пили горячий чай.

— Что-то неважно себя чувствую, — ответила она и потянулась за очередным пирожным на блюде.

— Что-то болит?

— Нет, — она покачала головой, — общее состояние...

— Тогда допиваем чай и едем домой, — сказала уверенно.

Люси кивнула.

— А украшения? — вдруг опомнилась она. — Мы забыли купить тебе к платью украшения!

— Я не забыла, — ответила я тихо, — надену только золотую цепочку. Не хочу этих излишеств.

Я не сказала Люси, что на этой цепочке будет перстень Финча, посчитав, что не стоит ей знать об этом обереге. Не то чтобы я не доверяла подруге, но какое-то чувство внутри меня категорически запретило рассказывать девушке про кольцо.

— Я не понимаю тебя, — произнесла она, — ты можешь позволить себе любые украшения, и так равнодушна к этому!

Моя улыбка была ответом мисс Брадшо, и она поняла, что продолжать и дальше этот разговор просто бессмысленно. Я никогда не была жадной к дорогим безделушкам, даже теперь, когда имела возможность покупать все, что душе заблагорассудится. Видимо, Люси была иного мнения.

— Пойдем тогда, — я встала из-за стола и, оставив деньги по счету, направилась в ту сторону, где осталась наша карета.

Люси пошла следом, и наш охранник тоже, стараясь держаться как можно ближе к нам обеим.

Людей стало заметно больше. Утро сменилось теплым днем и солнце светило радостно и весело, предвещая славный день для прогулок и… приготовлений к приближающемуся балу.

Когда мы приехали в особняк, оказалось, что лорд Финч еще не вернулся, и мы с Люси поспешили в мои комнаты, чтобы посмотреть покупки, среди которых были и вещи для камеристки — небольшой подарок ей. Несколько платьев для дома и нижнее белье, кружевное, при виде которого ее глазки снова разгорелись с почти прежним лукавством.

— Какая красота! — воскликнула она? — Право, ты меня балуешь!

— Я просто хотела сделать тебе приятное, — ответила я.

Люси приложила одно из платьев к телу и закружилась перед зеркалом, похожая на забавную девчонку. Она так и светилась от счастья. Было понятно, что подарки и украшения для подруги значат гораздо больше, чем для меня. Возможно, дело было в том, что я в детстве не была обделена подобным и ценила совсем другие вещи. А Люси… Люси не видела ничего хорошего. Отец и тот не признал ее. Полагаю, при жизни своей матери, девушка видела мало хорошего и ее вряд ли баловали подарками.

— Люси! — улыбнулась я.

— Мне ведь идет? — спросила девушка и, обернувшись, посмотрела на меня.

— Да. Золотой цвет — твой.

Люси улыбнулась в ответ, когда в двери тихо постучали. Я разрешила войти и повернула лицо к входу.

Миссис Баттон застыла на пороге, оглядывая Люси, замершую с платьем в руках. Мне показалось, или я заметила толику неодобрения в глазах экономки? Видимо, она осуждала меня за то, что я балую свою камеристку. Впрочем, ее это совершенно не касалось.

— Сэр Генри только что вернулся и просил передать вам, Ваше Высочество, что к обеду будут гости, — сказала она.

— Спасибо, — кивнула я в ответ, — передайте лорду Финчу, что я буду вовремя!

Миссис Баттон бросила еще один недовольный взгляд на Люси, после чего поджала губы и вышла.

— Я ей не нравлюсь, — произнесла моя подруга.

— Глупости! — пожав плечами, шагнула к шкафу, чтобы выбрать подходящий для обеда наряд.

Опекун говорил, что сегодня приедут нужные нам дамы, знакомства с которыми мне не избежать. Что ж, тогда стоит предстать перед ними во всей красе, одетой скромно, но подобающе моему положению.

— Люси, помоги мне переодеться, — сказала подруге. Мисс Брадшо спешно отложила свои подарки и приблизилась ко мне.

— Что хочешь надеть? — спросила она.

— Наверное, это голубое платье, которое прислала мне модистка, — сказала я, рассматривая свой обновившийся гардероб.

— Прекрасный выбор, — Люси кивнула и достала платье, разложив его на кровати. — Скромно и со вкусом.

— Тогда приступим, — добавила решительно и стала с помощью подруги-камеристки стаскивать с себя утренний наряд.

Все три дамы уже сидели за столом, когда я вошла в обеденный зал. И все трое одновременно обернулись на звук моих шагов, а лорд Финч, едва заметив меня, тотчас же поднялся из-за стола и улыбнулся, глядя на меня. Я же окинула гостей взглядом, про себя обозвав их кумушками — именно такое определение, данное им еще Финчем, отчего-то появилось у меня в голове, когда я увидела их почти одинаковые лица. Точнее, лица был разные, а вот их выражение...

— Ваше Высочество! — первой подскочила со своего места полная дама слегка за сорок. — Как вы изменились, как подросли!

— И как похорошели! — это уже произнесла вторая дама, черты лица которой мне были смутно знакомы. Кажется, моя мать принимала ее у нас в замке, но, видимо, не так часто, раз я едва помнила эту женщину.

— Ах, как похожа на мать-покойницу! — добавила первая и направилась ко мне, застывшей в нескольких шагах от стола.

— Такая же красавица и глаза, как у Кэролайн, зеленые, словно изумруды! — снова подхватила вторая, и я уже было подумала, что мне предстоит веселенький обед, когда раздался голос третьей гостьи.

— Перестаньте нести чепуху, — женщина с черными волосами, едва тронутыми сединой, посмотрела на подруг и те как-то разом присмирели, а я заметила, как сэр Генри старательно отводит глаза, пряча улыбку.

Черноволосая поднялась из-за стола, с царственным видом подошла ко мне и обратилась к моему опекуну:

— Что вы застыли, Финч, — голос был резок, — представьте нас принцессе! — и посмотрела мне в глаза пронзительным карим взглядом.

— Ваше Высочество, принцесса Элизабет! — произнес опекун. Стоило отдать ему должное, перед строгим голосом незнакомки он не спасовал. — Позвольте представить вам этих замечательных леди. Баронесса Эмма Чилтон, — первая дама с глубоким декольте и взглядом огромных, не по возрасту детских голубых глаз, присела в книксене. Я поспешно присела в ответ.

— Леди Аделия Фитцджеральд, — мы обменялись любезностями со второй дамой, обладательницей роскошных каштановых волос и раскосых глаз.

— И наконец, леди Лидия Аштон, — черноволосая дама смерила меня пронзительным взглядом и произнесла:

— Не верьте этим сплетницам, Ваше Высочество. Вы не похожи на свою мать, разве что только глаза, — она улыбнулась и удивительным образом похорошела. — Хотя не могу не признать, в детстве вы были на нее похожи, но, видимо, переросли.

— Вы знали мою мать? — спросила я.

— Не так близко, как вы могли подумать, — последовал ответ, и мы все сели за стол.

Лакей подвинул мне стул, и я присела, поглядывая на кумушек. То, что они знали мою семью, было любопытно, а еще показалось, что леди Аштон совсем не испытывала к моей матери дружеские чувства. Я поняла это по тому, каким тоном она говорила, упоминая ее.

Первое время, пока мы ели, все молчали, но я чувствовала на себе взгляды кумушек, которые бесцеремонно и с явным интересом рассматривали меня. А затем самая прыткая из них — баронесса Чилтон — решила начать разговор.

— Я слышала, вы пять лет обучались в пансионе, Ваше Высочество? — спросила она.

— Да, миледи, в «Кавендише», — ответила я.

— О! Как далеко от столицы! — подхватила леди Аделия и тут же добавила. — Зато у этого пансиона хоть и очень, как говорят, строгие правила, но «Кавендиш» по праву считается одним из лучших образовательных заведений для юных леди! — она улыбнулась мне. — Вам нравилось там, дорогая Элизабет?

— Нет, — и это было честно.

— О! — воскликнула леди Эмма.

— Но тогда вы, по всей вероятности, знакомы с леди Эллингтон, что обучалась в «Кавендише».

— Нора? — уточнила я и вспомнила нашу встречу в театре. Ну надо же! Как тесен мир.

— Именно она, — кивнула баронесса.

— Новая фаворитка принца, — хихикнула леди Аделия. — Она является ею вот уже как две недели!

— Для нашего принца это значительный срок! — подхватила Эмма, и следом за ее высказыванием последовал строгий окрик леди Аштон.

— Перестаньте разносить сплетни, — она холодно посмотрела на своих подруг.

Я нахмурилась. Теперь у меня не оставалось и толики сомнений в том, что именно Артур являлся наследным принцем. Но я не поняла одного, почему он и Маргарет так старательно скрывали от меня Элеонору? Я считала, что это совсем не мое дело с кем и когда знается принц. Ведь можно было просто ее представить нам с лордом Финчем, или влюбленные в ссоре?

— Насколько я знаю, вы сейчас живете в Каслроке, у сэра Генри! — заговорила леди Аштон, и я повернула в ее сторону голову.

Леди Лидия сидела на одной со мной стороне стола, но между нами оставались три пустующих стула.

— Да! — ответила я.

— И как вы находите замок? — спросила она, глядя на меня своими пронзительными карими глазами.

— Мрачновато, но я уже привыкла.

— Неужели Каслрок вам понравился больше чем этот прелестный особняк? — удивилась леди Эмма.

— Я не могу их сравнивать, — ответила я, — слишком разные и в каждом своя прелесть. Но уверяю вас, три дня жизни в столице убедили меня, что моя мать была права, когда держала нас в отдалении от столичных развлечений и суеты.

— Простите меня, лорд Финч, — повернулась к опекуну леди Аделия, — но найти прелесть в вашем Каслроке могла только такая наивная душа, как наша дорогая принцесса!

«Вот я уже и стала нашей!» — подумалось мне. Быстро эти дамы приняли меня, явно с легкой руки и по просьбе сэра Генри. В том, что он поддерживал добрые отношения с тремя кумушками, у меня не было ни малейшего сомнения. Только что могло связывать его с этими женщинами? Дальнее родство или что еще?

Когда обед начал подходить к концу, а разговоры плавно перешли от Каслрока и принца на предстоящий бал, в обеденный зал явился лакей и с поклоном поднес на серебряном подносе какое-то письмо сэру Генри, увидев которое тот поспешно извинился и оставил нас. Я проводила его взглядом и неожиданно заметила, что одна из кумушек, леди Аштон, которую я считала самой сообразительной дамой в этой компании, следит за мной своими карими глазами, чуть прищуренными и настороженными. Обед был окончен и, на правах своеобразной хозяйки дома, решив быть до конца любезной, я пригласила гостей пройти в гостиную, куда приказала подать чай. Мы чинно прошествовали из обеденного зала. Кумушки обступили меня со всех сторон, рассматривая как какую-то дивную игрушку, но по-доброму.

— Куда это так поспешно ушел сэр Генри? — спросила леди Эмма, когда мы расселись на диване. Только леди Аштон отделилась от нас и предпочла кресло у камина.

— Я право, не знаю, — ответила тихо, хотя мне и самой было любопытно, почему Финч нас покинул, ничего не объяснив. Что-то говорило мне, что новости, полученные им в письме, были неприятными, и внутри меня стало расползаться какое-то тревожное ощущение. Видимо, гостьи это заметили, поскольку возобновили свою болтовню.

— Сегодня на балу вас представят, как последнюю принцессу из рода Каррингтон, — сказала мне леди Аштон.

Я этого не знала.

— Готовьтесь выйти в свет со всеми последствиями, — добавила она.

— Не пугай Ее Высочество такими словами! — возмутилась леди Аделия.

— Я просто хочу, чтобы она знала правду, — последовал ответ, — пока Генри нет, я могу сказать Элизабет то, за чем, в принципе и пришла сюда, — добавила она и перевела взгляд на меня.

— Буду откровенна, поскольку имею право сказать вам то, что думаю и считаю нужным. Меня часто упрекают в прямоте, но я считаю, что юлить и обманывать это мерзко и низко!

Я полностью разделяла ее мнение, но молчала, ожидая продолжения, и леди Аштон не заставила себя просить дважды.

— Просто решила воспользоваться случаем и приглашением лорда Финча, чтобы предупредить вас, принцесса, чтобы сегодня на балу вы были предельно осторожны со своими родственниками. Не обольщайтесь их манерами и приветливыми улыбками, которые будут иметь место. Вы долго были вне общества и не знаете, как шатко сейчас положение короля. Его всегда сравнивали и сравнивают с вашим отцом и поверьте, не в пользу рода Солсбури, так что, я опасаюсь, что на вас окажут давление. Вы — самая младшая из принцесс, последняя в своей династии и несете, кроме имени и титула, огромное наследство. И дело тут совсем не в титуле. Его вы потеряли и принцессой считаетесь скорее номинально.

— Что вы имеете в виду? — спросила я.

А разговор с этими дамами оказался на деле не таким уж глупым и скучным. В отсутствие опекуна, леди Аштон говорила откровенно, хотя, мне кажется, она и при нем не стала бы сдерживаться. Хотя я знала ее первый день, но подобный характер сразу видно. Открытая, в чем-то жесткая, она тем не менее, начала мне нравиться.

— Я имею в виду то, что если наследник престола женится на наследнице угасающего рода, то это придется по нраву народу, который любил предыдущего правителя. Вашего отца любили. Делайте выводы. Вы не кажетесь мне глупой.

Я застыла. Эти слова заставили меня задуматься, и поведение Артура Бейли и его сестры стало открываться с иной стороны.

— Спасибо за предупреждение! — сказала тихо и искренне. Леди Аштон усмехнулась.

— Мне нравится ваше спокойствие, — заявила она и встала с кресла, — хотя я вижу, что ваши мысли сейчас находятся в небольшом смятении, — она поманила своих подруг, и кумушки быстро встали с дивана.

— Мы закончим наш визит, и, я надеюсь, что первый бал для вас пройдет успешно. В любом случае мы еще увидимся там сегодня! — она направилась к двери, дамы потянулись за ней следом, а я, встав с дивана, поспешила их проводить.

У дверей кликнула лакея, и тот принес верхнюю одежду дам. Они одевались медленно. Леди Аштон бросила на меня последний взгляд и улыбнулась почти искренней улыбкой.

— Вы понравились мне, принцесса. И вы совсем не похожи на свою мать, что меня очень обрадовало, — она была прямолинейна. Редкость для светской дамы. Но мне не понравилось, что она снова выказала свое пренебрежение моей матерью.

Я решила промолчать, поскольку, в принципе, ничего обидного леди Аштон не сказала, но неприятный осадок остался. Я решила, что, если представится случай, расспрошу эту леди о своей матери. Пока же я распрощалась с гостьями за себя и за лорда Финча, который так и не появился, хотя прошло уже прилично времени, и даже вышла во двор, чтобы проследить за тем, как все три кумушки уселись в свою карету и покатили прочь со двора.

Вернувшись в дом и все еще размышляя над словами леди Аштон, спросила у лакея, где сейчас находится лорд Финч, на что получила весьма странный ответ.

— Сэр Генри срочным порядком отправился в Каслрок, — произнес лакей и поклонился.

— Что? — я была удивлена. — Но зачем?

— Не имею права знать, Ваше Высочество, — последовал ответ.

Конечно же, кто станет объясняться перед прислугой? Уж точно не опекун. Поблагодарив слугу, поспешила вернуться в свою комнату, чтобы начать приготовление к балу, а заодно и подумать. Но все мысли теперь сосредоточились на отъезде сэра Генри. Что такого могло произойти в замке, раз он так спешно, бросив все, отправился туда. Явно что-то нехорошее и серьезное! И мне ничего не сказал... не доверяет, видимо, или не хотел расстраивать!

Едва я вошла в свою комнату, как услышала слабый стук.

— Да? — ответила чуть рассеянно.

Двери приоткрылись, и золотоволосая головка Люси появилась в проеме. Она улыбалась мне, но, заметив мое задумчивое и невеселое лицо, быстро заскочила в комнату.

— Что случилось? — спросила она. Улыбка на ее губах погасла.

— Ничего особенного, Люси, — ответила я, — просто у лорда Финча появились срочные дела, и он уехал!

— Так что, ты не поедешь на бал? — удивилась подруга. — Ты ведь не сможешь появиться там без сопровождения?

Я задумалась. Ведь действительно, я об этом как-то и не подумала. Бал сейчас интересовал меня в последнюю очередь. Слишком многое открылось и слишком многое еще оставалось тайным для меня.

— Я не знаю, — ответила честно.

— Но это так несправедливо! — возмутилась Люси.

— Нет, я уверена, что сэр Генри вернется, — сказала я, хотя, уверенности почти не было, — мы будем готовиться как ни в чем не бывало.

Люси кивнула, но в ее глазах я увидела сомнение в моих словах.

— Хорошо, — она посмотрела на часы, стоявшие на каминной полке, — у нас осталось четыре часа до отъезда, потому не будем тянуть время. Сейчас же прикажу приготовить тебе ванну с ароматной пеной, а пока ты будешь купаться, займусь платьем.

Я кивнула, благодарная подруге за заботу и вызвала миссис Баттон, решив для себя, что даже, если опекун не вернется к положенному часу, я не буду расстраиваться, а приму все как должное, тем более что мне не хотелось видеть Артура и Маргарет в новой, непривычной роли — наследников короля Августа.