Рыжее чудо забытого принца

Попытка примирения

После привязки Аки сменил внешний вид, превратившись во вполне себе милого добермана, по внешнему виду которого ну никак не скажешь, что он является зловещим потусторонним монстром, способным порвать человека на клочки за считанные секунды.

Спать мы улеглись все на одну кровать. Меня немного беспокоило соседство адской гончей, но он ведь теперь вроде как мой фамильяр, а значит, навредить не может. Да и щенки прекратили жалобно скулить, словно чувствовали, что рядом находится отец, который не даст их в обиду.

В общем, Аки растянулся на свободной половине кровати, устроив морду возле корзины, а я постаралась как можно компактней уместиться на своей стороне. Что не помешало мне утром обнаружить себя на середине кровати, обнимающей за шею пса, да ещё и бесцеремонно закинувшей на него одну ногу.

— Прости, — смущённо пробормотала я, откатываясь обратно на свою половину.

— За что? — широко зевнув, вполне искренне удивился тот.

— Ну, тебе, наверно, было неудобно.

— Ерунда, — возразил он. — Ты совсем не тяжёлая.

Ну, на самом деле, я отнюдь не за свой вес переживала, но, ладно. Раз его всё устраивает, то мне тем более не было смысла волноваться.

— Присмотри за малышами, я попрошу прислугу принести для них молоко, — велела я псу, после чего поднялась с постели, накинула поверх ночной сорочки халат, предупредительно оставленный на спинке стула кем-то из прислуги, и вышла в гостиную.

Гарэйла в комнате не оказалось, зато на диване с крохотной фарфоровой чашечкой в здоровой руке сидел Индар, а перед ним стоял небольшой круглый столик, сервированный на одного.

— Доброе утро, Яра, — светло улыбнулся мне Индар, как ни в чём не бывало. — Как спалось?

— Прекрасно, — ответила я прохладно. — Где Гарэйл?

— Ушёл куда-то с утра пораньше вместе с Пэйотом.

— Допустим, — я скрестила руки на груди и наградила бывшего жениха колючим взглядом. — А ты здесь что забыл? В доме нет другого места для завтрака?

— Мы с братом решили, что тебе не стоит оставаться одной, — проигнорировав мой тон, всё так же радушно отозвался Индар. — Правда, я всё же надеялся, что он успеет вернуться до твоего пробуждения.

— Что ж, Гарэйл не вернулся, а я уже проснулась и не желаю видеть тебя в своих покоях, — объявила я. — Поэтому, будь добр, скройся с глаз.

— Яра, — тяжело вздохнув, укоризненно покачал головой Индар. — Не веди себя, как ребёнок.

— Я буду вести себя так, как хочу, — возразила я. — Кому не нравится, может со мной не общаться.

— Я понимаю, что ты расстроена и обижена на меня.

— Хочешь сказать, что у меня на это нет причин? — возмущённо перебила я его, даже не пытаясь сдерживать эмоции, как того предписывали правила приличий.

— Есть, — признал Индар. — Однако это не означает, что нужно вот так перечёркивать всё, что между нами было.

— Ты использовал меня как ключ к трону Конгрио, — напомнила я неприязненно. — Так что это ты первый перечеркнул всё, что между нами было.

— Моё желание стать королём Конгрио никак не влияло на мои чувства к тебе, — возразил он. — Я полюбил тебя задолго до того, как возжелал трон. И мне неприятно, что ты сомневаешься в моих чувствах.

— А мне неприятно, что твои интриги довели моего отца до плахи, а мою семью — до изгнания из страны, — парировала я.

— Салватор сам охотно поддержал меня в притязаниях на трон, — заметил Индар. — Он тоже, как и многие в стране, желает сменить власть.

Я недовольно поджала губы и отвернулась к окну — обсуждать недостатки собственного отца мне совершенно не хотелось. Нет, я знала, что Салватор тщеславен и амбициозен. Но мне всегда казалось, что ему хватало герцогского титула и того положения при королевском дворе, которое он сейчас занимает. Теперь же оказывается, что отец мечтал стать зятем короля… Весьма смелое желание, стоит признать. И крайне опасное.

— Ты должен был мне сразу рассказать о своих планах, — тихо сказала я, не глядя на Индара. — Неужели я не заслуживаю доверия?

Я не услышала приближающихся шагов, только ощутила, как на плечо легла чужая ладонь, а правого виска в мимолётном поцелуе коснулись нежные губы.

— Я люблю тебя, Яра, — твёрдо заявил Индар, и от его низкого, чувственного голоса у меня по спине пробежали мурашки. — Это ведь естественно для любого мужчины, стараться дать любимой женщине всё самое лучшее.

— И ты решил, что мне для счастья нужен трон?

— Мне для счастья нужен трон, — поправил он с упором на первое слово. — А заполучив его, я смогу сделать счастливой и тебя.