Резонанс Ци. Том 2

Глава 11

Я сразу направил Ци в ноги и рванул вперёд. Обломки ударили в пол уже за спиной. Что-то тяжёлое чиркнуло по плечу, осыпав меня бетонной крошкой, но основную массу я всё-таки успел проскочить.

Следующим прыжком вылетел из здания наружу, с металлическим скрежетом проскользил сапогами по старому асфальту и тут же развернулся лицом к угрозе. К тому, что проломило потолок.

Монстр.

Очень отдалённо можно назвать его гуманоидным. Около двух с половиной метров ростом, но из-за сгорбленной спины и длинных конечностей кажется сильно ниже. Всё его тело выглядит сухим, жилистым и пугающе функциональным, без лишней массы.

Внешний покров напоминает тёмный хитин с графитовым отливом: плотные сегменты на груди, плечах и спине сочетаются с более гибкими участками на боках и суставах. Руки длинные, с крупными пальцами и длиннющими серповидными когтями, ноги — мощные и пружинистые, явно созданы для резких рывков. Вдоль позвоночника тянутся узкие костяные наросты, а сзади извивается длинный, тонкий хвост с острым наконечником.

Голова у твари клиновидная и слегка угловатая, будто собрана из наложенных друг на друга хитиновых пластин. Верхняя часть черепа уходит назад ребристыми выступами, из-за чего силуэт выглядит хищно и необычно. Глаз почти не видно — только глубокие тёмные впадины под костяными надбровьями. Здоровенная пасть усеяна несколькими рядами длинных тонких зубов, загнутых внутрь.

Вся тварь производила впечатление не зверя, а идеально приспособленного хищника, созданного для быстрых, резких и смертельно точных атак.

Только теперь, когда я убрал сокрытие Ци и активировал обнаружение, стало ясно, почему даже Арон не засёк его заранее.

Когда тварь двигалась, то от неё исходил привычный флёр энергии. Но сейчас, стоило ей замереть на месте — Ци будто исчезла. Словно передо мной не монстр, а труп без капли силы.

Очень опасная способность.

— Таких я не знаю. — быстро сказал Арон. — Но тварь точно не слабая.

Монстр сорвался с места в ту же секунду, как Арон закончил фразу.

Причём он не побежал, а прыгнул.

Прямо с места. На огромное расстояние.

Я едва успел сгруппироваться и поднять щит. Серповидная конечность врезалась в него с такой силой, что рука отозвалась глухой болью. Меня отбросило назад метра на три. Подошвы заскрежетали по асфальту, но равновесие я всё же удержал.

Не дожидаясь следующего прыжка, сам рванул вперёд.

И почти сразу понял, что противник попался мерзкий.

Стоило мне сблизиться, как хвост твари рыбкой нырнул в сторону и ударил сбоку. Пришлось принимать его на щит, разворачивая корпус. В тот же миг правая серповидная рука монстра рубанула спереди. Её я заблокировал мечом.

Удар вышел тяжёлым. Слишком тяжёлым для такой худой твари.

А в следующее мгновение, вторая серповидная конечность вспыхнула синим и буквально вбила мой клинок вниз. По мечу пошла дрожь, запястье неприятно хрустнуло от перенапряжения, а сам я едва устоял на месте.

Резко выбросив щит вперёд, сбил темп монстра, а сам отскочил назад, разрывая дистанцию. Но у твари были иные планы. Она снова толкнулась от земли и мощным прыжком мгновенно сократила расстояние.

Пришлось встречать её атаку.

Повернув щит влево, заблокировал удар хвоста и параллельно с этим рубанул встречным ударом монстру в голову.

Тварь приняла клинок на свои когти и второй рукой ударила в ответ. Пришлось сместить корпус, чтобы была возможность блокировать щитом сразу и хвост, и первую руку. Затем снова удар хвоста, но уже под другим, более неудобным углом. Его я тоже заблокировал, но стало сложнее.

Темп боя был слишком быстрым.

Эта тварь не пыталась меня задавить одной тяжёлой атакой. Она просто держала плотность ударов такой, что я не успевал нормально перейти в наступление. Максимум что я успевал — это резким ударом меча сломать траекторию одного удара и сделать ответный укол, который монстр либо уводил корпусом, либо вообще игнорировал за счёт крепчайшего хитина.

Ещё один прыжок назад — тварь тут же прыгает следом.

Я попытался подловить на этом и ответить уколом в шею, но тварь уже убрала голову с линии удара и тут же провела хвостом по низу, вынуждая меня опустить щит ниже. Серповидные руки работали не как лапы зверя. Скорее как два длинных живых клинка, которыми монстр привык вскрывать добычу сериями атак, не давая ей ни одной секунды.

Ещё один контакт — и я понял, что он отлично чувствует темп. Стоило мне где-то чуть задержать щит или сильнее вложиться в меч, как следующая атака мгновенно летела в освободившийся сектор. Эта дрянь не махала конечностями наугад. Она реально читала защиту.

Я ушёл назад.

Рано.

Тварь оказалась ближе, чем нужно, и в этот раз я физически не успел закрыть обе руки и хвост сразу. Серповидные конечности я отбил, но хвост всё же прошёл сбоку и с хлёстким ударом вспорол мне бок.

Резкая боль опалила левую сторону.

Я тут же разорвал дистанцию ещё на шаг, чувствуя, как по внутренней части брони стекает горячая влага.

Рана не смертельная, но очень не вовремя.

Левая сторона сразу заныла, движения корпуса стали чуть хуже, а скорость, которой и так едва хватало чтобы блокировать атаки — упала.

Монстр это понял мгновенно.

Тварь на секунду замерла, будто оценивая результат, а затем всё её тело окутал синий покров Ци. В следующий миг серповидная рука рухнула сверху вниз — как раз с той стороны, где горел огнём распоротый бок.

Я зашипел от боли и подставил щит.

Удар вдавил меня в землю. Сознание на секунду мигнуло от чудовищной нагрузки навалившейся на тело.

Руки дрогнули.

Асфальт под подошвами треснул.

Сила монстра выросла резко. Причём минимум вдвое. Ещё секунда такого давления — и он просто продавит защиту.

Нужно было как-то сломать рисунок боя.

Сейчас.

Я стиснул зубы и действуя на одних инстинктах, мысленно рванул лежащий позади монстра кусок арматуры.

Он дёрнулся, взмыл в воздух и резко полетел вперёд. Тварь в последний момент заметила движение и мгновенно сместилась в сторону. Арматура пролетела мимо.

Но я и не рассчитывал, что это сработает как оружие.

Даже разгони я её до скорости пули — она всё равно бы не ранила этого монстра. Но тварь дёрнулась и сломала свой темп, дав мне окно для передышки.

Монстр зашипел — коротко, зло, с каким-то мерзким металлическим звуком — и снова рванул ко мне. На этот раз он не пытался убить одним ударом, а снова вернулся к сериям быстрых, рваных ударов, ожидая, когда я снова ошибусь.

Но я успел сделать то что хотел.

Перед его прыжком достал из инвентаря второй меч. Тот, который мне подарил профессор ещё до экзамена.

Я сразу бросил в него Ци и подхватил телекинезом. Второе оружие зависло в воздухе справа от меня.

Монстр же пошёл в атаку без малейших колебаний. Его не волновало ещё одно оружие, летающее неподалёку.

Я заблокировал первую руку мечом, вторую принял на щит и одновременно заставил второй клинок подняться выше. Сначала на пару метров. Потом ещё. И ещё.

Было очень сложно одновременно сражаться и управлять полётом меча в воздухе. Ощущение, будто мозг разделился надвое и нужно контролировать каждую половину отдельно.

Десять метров.

Пятнадцать.

Двадцать.

Больше Ци в клинок.

Тридцать метров.

Меч наверху уже вибрировал так, будто ещё немного и он лопнет. Я чувствовал, как металл наполняется энергией до предела.

Монстр снова прыгнул вперёд.

Я едва отбил правую руку.

Потом хвост.

Потом левую.

Всё это было слитно, почти в один момент. Из-за раны в боку корпус начал запаздывать всё сильнее. Я понимал, что следующую такую серию уже могу не отбить.

Ещё немного.

Совсем чуть-чуть.

Я почти физически почувствовал момент, когда бой начал окончательно уходить из рук. Рана в боку снизила скорость, телекинез съедал концентрацию и внимание, а монстр оставался свежим и быстрым, будто был не живым существом, а роботом. Ещё десять секунд такого темпа — и я где-нибудь запоздаю на долю секунды. Этого ему хватит.

Поэтому ставить всё пришлось на один удар.

Второй меч над головой поднялся уже на несколько десятков метров. Я его не видел обычным взглядом, но чувствовал через псионику. Тяжёлый, напряжённый, перегруженный Ци до самого предела.

Монстр рванул вперёд ещё раз, я снова заблокировал руки, но в тот же момент увидел, как хвост летит мне прямо в голову.

Времени на ещё один нормальный блок уже не было.

Я бросил в телекинез всё своё внимание, и направил меч вниз.

В следующий миг над головой прозвучал странный, звенящий гул.

Почти сразу за ним — свист предмета, летящего с чудовищной скоростью.

Монстр успел только начать поднимать голову, и в тот же миг меч вошёл в него сверху вниз, словно в бумагу.

Он прошил его насквозь и с такой силой ушёл глубоко в землю, что по асфальту вокруг места удара пошла короткая дрожь и зазмеилась большая трещина.

Тварь дёрнулась.

Синий покров на её теле мигнул и сразу потух.

Я замер, тяжело дыша, и несколько секунд просто смотрел на то, что случилось передо мной.

Старый меч ушёл под землю вместе с рукоятью, а монстр был практически разрублен напополам.

— Это что сейчас было⁈ — поражённо выдохнул я.

— Хороший вопрос… — так же ошеломлённо ответил Арон.

Я ещё пару секунд не мог нормально сдвинуться с места. В голове отчётливо сидела простая мысль: такой удар я не смог бы выдать обычным способом даже в лучшей форме. Ни одной рукой, ни двумя, даже с новым мечом, наполнив его Ци под завязку.

А сейчас меч прошёл сквозь тварь так, будто она вообще не была защищена прочнейшим хитином.

— Похоже, псионика не просто двигает предмет. — наконец сказал Арон. — Она ещё и увеличивает пробивную способность удара.

Я устало выдохнул.

И в этот момент сверху обрушился мощный поток сжатого воздуха.

С трудом удержавшись на ногах, я поднял голову вверх.

В двух метрах над землёй висел Данте.

Его окутывал плотный покров золотой Ци. На красной броне, которая обычно выглядела безупречно, сейчас виднелось множество царапин, тёмных полос и явных следов тяжёлого боя.

Значит, в Норвейле ему тоже пришлось не сладко. Я убрал с лица шлем и усмехнулся.

Данте плавно опустился на землю и убрал Ци. После этого несколько секунд просто смотрел на меня.

Очень серьёзно.

Настолько, что это напрягло сильнее, чем сам его неожиданный приход.

Потом он негромко спросил:

— Так ты ещё и псионик?

Я промолчал.

Отпираться смысла не было никакого. После того, что он только что увидел, это выглядело бы странно.

Поэтому я просто кивнул.

Данте ещё пару секунд смотрел мне в лицо, потом тяжело выдохнул.

— Правильно сделал, что не сказал об этом никому. — произнёс он уже ровнее. — Даже мне.

Я не ожидал такой реакции и удивлённо поднял брови.

— Что? — спросил Данте. — Ожидал другого?

— Ну да. Как-то ты спокоен. — кивнул я.

— Я бы на твоём месте поступил точно так же. — ответил он. — И на будущее, Каин, очень тебя прошу: больше не говори об этом никому. Вообще никому. Я тоже распространяться не стану. Даже перед Гином.

Вот это удивило уже всерьёз.

— Почему? — спросил я прямо. — Ты же должен понимать, что такая способность для разведки полезнее золота.

Данте усмехнулся. Но на этот раз как-то горько.

— В том-то и проблема. Полезнее золота. Если о том, что ты псионик, узнает какой-нибудь крупный клан или старейшины гильдии, то ты забудешь, что такое свобода. Тебя не просто попросят работать на них. Тебя к этому приведут любыми способами и заставят подчиняться. Уговорами, давлением, долгами, угрозами, выгодными предложениями, которые невозможно отвергнуть, или чем-то куда грязнее.

Он сделал короткую паузу и уже совсем серьёзно добавил:

— И тогда история с семьёй Вейн покажется тебе мелкой детской ссорой в песочнице.

Данте посмотрел мне в глаза и продолжил:

— Ты не понимаешь одной важной вещи. Но не из-за глупости, а скорее из-за неосведомлённости. Для нормального человека редкий талант — это повод для зависти. Для структуры вроде клана или гильдии редкий талант — это ресурс. А псионик — это ресурс исключительный. Слишком редкий. Слишком полезный. Слишком неудобный, чтобы отпускать его жить так как ему нравится.

Он посмотрел на меня очень спокойно, и от этого слова прозвучали только тяжелее:

— Если тебя попробуют взять под контроль, никто не будет делать это топорно. Тебе предложат защиту, обучение, редкие техники, доступ к ресурсам, особое положение. А если не сработает, подключат давление через семью, через долги, через закон, через гильдию, через всё что угодно. И все будут уверены, что действуют правильно. Понимаешь теперь, почему я не собираюсь ником об этом рассказывать?

Я медленно кивнул. После такой формулировки расклад становился понятен сразу.

— Как тогда лучше поступить? — спросил я.

— Есть у меня пара идей. — ответил Данте. — Но о них позже. Сначала разберёмся с тем, что уже случилось. Где группа рейдеров, что гналась за тобой? Как ты вообще сумел от них оторваться?

Я быстро пересказал всё, что произошло после нашего со Стейном и Гаем разделения. Без лишних подробностей. Только по делу: погоня, стая серебряных волков, бойня у метро, белый вожак, смерть Ричарда и мой отход оттуда.

Когда я закончил, Данте сначала ошарашенно смотрел на меня, а затем положил ладонь на плечо и уважительно кивнул.

— Изворотливости у тебя хватит на десятерых. — сказал он. — И это очень хорошо. С твоими-то секретами.

— Приятно слышать. — улыбнулся я. — Особенно в такой отвратительный день.

— Это я ещё мягко формулирую. — хмыкнул он и тут же снова посерьёзнел. — Пойдём. Хочу сам посмотреть на волков. Заодно заберём всё, что осталось после битвы.

Перед тем как идти, я достал из инвентаря аптечку и обработал рану на боку. А когда закончил, мы выдвинулись к логову волков.

Шли быстро, но Данте сильно не разгонялся. Судя по всему, он прекрасно видел, в каком я состоянии. Рана на боку ныла всё сильнее, к тому же Ци за последнее время я растратил порядочно. Но пока было терпимо.

Вскоре мы вышли к метро.

Белый волк появился почти сразу.

Он вышел из темноты спокойно, без рывка, и остановился напротив нас в нескольких десятках метров. Белая шерсть слабо светилась, а глаза смотрели исподлобья, но без привычной звериной злобы.

Я непроизвольно напрягся, но Данте поднял руку, показывая, что всё в порядке.

Шерсть на загривке волка тут же встала дыбом.

Белый вожак не скалился и не делал лишних движений. От этого его поведение выглядело ещё более странным. Он вёл себя не как зверь, готовый сорваться в слепую атаку, а как существо, которое прекрасно понимает цену собственным силам и не собирается разменивать их без причины. На фоне серебряных волков помельче, разница ощущалась почти так же ярко, как между обычным охотником и кем-то вроде Данте.

Данте усмехнулся.

И в следующую секунду из него вырвался мощнейший поток золотой Ци.

Он окутал Данте, разошёлся вокруг примерно на два метра и взметнулся вверх плотным сияющим столбом. Воздух вокруг будто стал тяжелее. Моя собственная Ци сразу сжалась, перестав на мгновение слушаться. Даже дышать стало в несколько раз сложнее, приходилось буквально проталкивать воздух в лёгкие.

Волк отступил на шаг.

Потом ещё на один.

Он не рычал. Не скалился. Просто очень отчётливо понял, что перед ним стоит хищник другого порядка.

Убедившись, что Данте не атакует, вожак резко развернулся и исчез в темноте метро.

Золотой поток вокруг Данте сразу исчез, и он устало выдохнул.

— Почему ты не убил его? — спросил я.

Данте покосился на меня с кривой усмешкой.

— Потому что ты всё ещё наивен и мало знаешь о монстрах. Убивать всех подряд — плохая идея. Серебряные волки, когда создают себе логово, вырезают сильных тварей в огромном радиусе и тем самым захватывают территорию. Для города это скорее плюс. На людей сами они нападают крайне редко.

— Почему?

— Если бы я знал, то уже, наверное, написал бы научный труд и разбогател. — фыркнул Данте. — Некоторые виды монстров почему-то не любят убивать и жрать людей. Серебряные волки как раз из таких.

Пока я переваривал эту информацию, Данте уже занялся делом.

Он быстро подошёл к трупам рейдеров, снял с каждого подвеску с инвентарём, а потом одно за другим убрал тела вместе с оставшимся снаряжением в собственный инвентарь.

Работал быстро. Без церемоний.

Он не бросил на тела ни одного лишнего взгляда. Просто собрал всё, что представляло ценность, как человек, который слишком давно живёт за пределами города и хорошо знает цену человеческой жизни.

Я отметил это автоматически.

Данте мог шутить, мог вести себя легко, мог смотреть на Мию так, будто у него в голове нет ничего кроме флирта. Но когда дело доходило до работы, в нём не оставалось вообще ничего мягкого.

Когда он закончил, повернулся ко мне и подмигнул:

— С меня будет подарок.

— Надеюсь, хороший. — насмешливо ответил я, ни на что особо не рассчитывая.

Но Данте кивнул с серьёзным видом:

— Само собой. Ты умудрился угробить одну из сильнейших групп Белой Змеи. Причём ту, что занималась для клана самыми грязными делишками. Такое надо поощрять.

Это уже звучало интереснее.

Сразу после этого двинулись в сторону Икара.

Мы шли спокойно около часа. За это время я успел перевести дыхание, восстановить немного сил и окончательно уложить в голове всё, что случилось за последние часы.

Псионика раскрыта перед Данте.

Ричард мёртв.

Белая Змея потеряла сильный отряд.

Серебряные волки оказались не просто опасными монстрами, а ещё и странно избирательными к людям.

И вдобавок ко всему, у меня в голове теперь сидела мысль о Демоническом Ядре, которая не собиралась никуда уходить.

Слишком уж соблазнительно выглядел этот путь.

Над головой вдруг раздался громкий гул двигателя и появилась огромная тень.

Я сразу вскинул голову.

Над нами завис корабль.

Тёмный, угловатый, с крупной эмблемой клана Белой Змеи на левом борту.

— Быстро они. — вздохнул Данте, доставая из инвентаря меч.

Из нижнего люка корабля уже вылетели двое.

Двое рейдеров в полном боевом снаряжении. И судя по виду брони и оружия — крайне сильные бойцы

— Зародыш. — подтвердил мои опасения Арон. — Оба.

Похоже Белая Змея решила не мелочиться. Неужели перестали бояться гильдию? Или что-то произошло, пока меня не было в городе?

По мере приближения рейдеров, Ци вокруг Данте разгоралась всё ярче.