Путь княгини

Глава 22

За мной? Зачем? Ах да, он же предлагал уединиться, хорошенько подумать и составить план действий.

Перевела взгляд с мужчины на Наташу. Морально раздавленная, она сидела все в той же позе: уткнувшись лбом в столешницу и обнимая голову. Как же я ее оставлю в таком состоянии?!

Вопросительно посмотрела на эмпата.

– Алекс, а нельзя здесь поговорить?

– Можем, но лучше не надо, – отверг идею Александр. – У подъезда стоит спецавтобус, в нем – десять светлых магов в полном обмундировании. Транспорт довольно удобный, да и парни к ожиданию привычны, но, мне кажется, уместнее нам с тобой пообщаться по дороге в Большой Лог. Для разнообразия я приехал на машине. От Ростова до твоего хутора двадцать два километра. Если ехать медленно, то тридцать минут пути. Мы поедем с ветерком.

«Он куда-то спешит?» – промелькнула у меня мысль, но вслух я спросила о другом:

– Десять светлых магов? Откуда? Они твои одногруппники?

– Нет. И даже не студенты. Нас дожидается команда оперативного реагирования Ростовского отделения инквизиции, – невозмутимо пояснил Алекс. – Имеются опасения, что старосту в ближайшее время захотят устранить, поэтому мешкать с его арестом не стоит. Ну и заодно сделаем твое возвращение в хутор максимально эффектным. Появление истинной хозяйки земель в сопровождении святой инквизиции наведет шороху среди хуторян, и в дальнейшем, прежде чем перечить, а тем более пакостить юной княгине Алайской, они сто раз подумают.

Я нахмурилась. То, что Александр опять все решил за меня, категорически не нравилось. Однако обижаться, воротить нос и отказываться от такой помощи – идиотизм. Полнейший! А потому спорить я не стала, но уточнила:

– У кого имеются опасения, что старосту устранят? И, если не секрет, как ты заручился содействием местных инквизиторов?

– Опасения есть у меня, – будничным тоном ответил Алекс. – Содействие оказывает непосредственный руководитель святой инквизиции в южном регионе. Я с ним сегодня плотно пообщался. Позже расскажу то, что тебе должно быть интересно. Едем?

– Да, конечно. Спасибо тебе огромное.

Я быстро посмотрела вначале на задумчивую Ефросинью, затем на неподвижную Наташу. Что делать с ними – вопрос не стоял.

– Алекс, в твоей машине еще места найдутся?

Тот кивнул, глянул на наручные часы.

– Ефросинья, сколько вам потребуется времени на сборы?

– Десять минут. Максимум пятнадцать, – уверенно пообещала женщина.

– Договорились. Подождем вас на улице. Черный седан. Не ошибетесь.

Взяв за плечи апатичную Наташу, он аккуратно вытянул ее из щели между столом и стеной. Подвел девушку к входной двери и обернулся ко мне.

– Наш багаж сама донесу, – заверила я и поторопилась в комнату. Сумки обнаружились на полу у шкафа. Подхватив их, подошла к маме. – Тебе помочь со сборами?

– Нет, – она, усмехнувшись, покачала головой. – Собираться в спешке не впервой. Ступай. Скоро приду.

Настаивать, навязывая свою помощь, я не стала. Алекс уже вывел Наташу в подъезд, и они спускались по лестнице. Я зашагала следом. И хотя смотрела в их спины, но думала вовсе не об инквизиторе и подруге. И не о предстоящем эпичном возвращении в хутор и аресте старосты.

Мою душу впервые глодало сомнение насчет названой матери.

Как простолюдинке без денег и документов, с больным младенцем на руках, почти два десятка лет удавалось в одиночку прятаться от опытных ищеек хозяина Ростовского княжества? Ефросинья сама сказала, что много раз меняла место проживания, не задерживалась больше полугода. Каким волшебным образом она ускользала от людей князя? Почему прекратила бегство и на целых семь лет осела в Большом Логе? Что-то тут не вяжется. Еще и этот поспешный побег в Ростов…

А что если у нее была и есть помощница? Какая-нибудь горничная в особняке дражайшего дядюшки «греет уши» и предупреждает подругу? Ефросинья-то, оказывается, до того как поселиться у Алайских, работала на моего «дедушку». Хм-м, теория, конечно, стройная, но вряд ли. Очень сомневаюсь, чтобы хозяин Ростовского княжества не озадачился проблемой возможной утечки информации. Скорее всего, и прислуга, и слуги рода связаны магическими клятвами.

Под такие размышления я незаметно для себя спустилась и вышла на улицу. Теплый ветерок коснулся лица. На автомате поздоровавшись с сидящими на лавочке старушками, направилась к роскошному представительскому седану.

Пока Алекс усаживал на заднее сиденье Наташу, я пристально осмотрела черный наглухо тонированный микроавтобус. То, что именно в нем сидят инквизиторы, сомнений не вызывало. Но почему на этом спецтранспорте нет никаких опознавательных знаков?

А на что я, собственно, рассчитывала? Во весь борт надпись, типа как в рекламе: «У вас есть грязные мыслишки? Тогда мы идем к вам! Инквизиция». Или мигалки на всю крышу? Глупо, конечно. Но все же золотистый двуглавый орел на черном капоте отлично бы смотрелся.

Господи, о какой ерунде я думаю!

Александр забрал у меня сумки, положил их в багажник и предупредительно открыл переднюю пассажирскую дверцу. Усевшись, я обернулась проверить, как там хуторянка. Наташа, прижавшись виском к стойке, пустым взглядом смотрела… в никуда.

Гадство. Надо бы поговорить с ней по душам, но, как всегда, неподходящий момент.

Вздохнув, я села прямо, пристегнула ремень безопасности. В голове роились сотни мыслей. Откинув ненужные, я сцепила руки в замок, положила на них подбородок и сосредоточилась на главном: на том, что меня ожидает в хуторе.

Глухо хлопнула задняя дверца, тут же Алекс сел за руль и закрыл свою дверь. Мимолетно мне улыбнувшись, он завел двигатель. Автомобиль тронулся с места и поехал вдоль длинной пятиэтажки.

Я повернула голову.

– Мам, все в порядке?

– Да. Вещи собрала. Ключи и квартиру сдала, – не повышая голоса, отозвалась Ефросинья.

Вот это скорость! Любопытно, где она успела найти хозяина или хозяйку квартиры? Впрочем, нет, без разницы.

Вырулив со двора, Александр влился в плотный городской поток. Он вел уверенно, ловко и на приличной скорости обгонял попутные машины. При этом, похоже, ни капли не волновался, что автобус с инквизиторами нас потеряет.

– Мы дождемся их на въезде в хутор, – сообщил Алекс, словно прочитав мои мысли.

Выехав на трассу, он утопил педаль в пол. За окошком замелькали деревья, кусты. Меня, без преувеличения, вдавило в кресло. Я даже не поняла, когда схватилась за ручку над дверью. Какой-то иррациональный страх не позволял отвести глаза от дороги.

Впереди замаячила стела с надписью: «Большой Лог». Плавно сбросив скорость, Александр остановил машину.

– У нас есть восемь минут. Пойдем подышим, – предложил мне и покинул салон.

Хочет что-то сказать без лишних ушей?

Выбравшись на свежий воздух, я подошла к Алексу, стоящему рядом с капотом.

– План действий такой. Сразу едем к твоему дому, как проехать, я знаю. Ребята упакуют старосту, помогут выселить его семью и не уедут до тех пор, пока в этом не отпадет необходимость. Держи. – Он достал из кармана солидное кольцо-печатку и вручил мне. – Надень на средний палец правой руки.

Я без возражений выполнила просьбу. Севшее плотно кольцо было, бесспорно, красивым. И выглядело отнюдь не дешево. Но об этом поговорю с Алексом позже.

Почему он не сказал, кто и где будет общаться с арестованным старостой? Посчитал, что это не женское дело? Ну, тут он прав. Присутствовать при допросе я не горю желанием. Нет, предложат – разумеется, не откажусь, но сама навязываться не стану. Мне эта «беседа» точно не доставит удовольствия. А если уж совсем начистоту, то интуиция нашептывает, что все это бесполезно.

Но посоветоваться кое в чем с Александром не помешает.

– В господском доме, кроме взрослых, живут трое маленьких детей, младшему – полтора года. Я хочу дать семье старосты время на выезд. Наташа договорилась со своим другом Степаном, у него пустует отличный дом. Степан готов предоставить нам свои хоромы на длительный срок. Что скажешь?

– Здравая идея. Одобряю, – кивнул инквизитор. Посмотрев куда-то поверх моей головы, он засунул руки в карманы. – А теперь важная новость. Тебе не показалось странным, что князь Ростов все эти годы был равнодушен к имуществу, которое желал унаследовать?

– Показалось. Ты знаешь причину?

– Уже знаю. И эта причина более чем веская. Одновременно с информацией о наложении вето на наследную массу Алайских твоему дяде предельно четко дали понять, что ему не стоит проявлять даже самый малый интерес к наследству до получения на него права собственности. В противном случае он неминуемо впадет в немилость императора.

– Нифигасики, – пробормотала я ошарашенно. – С чего вдруг такой запрет? Сомневаюсь, что это стандартная практика.

– Правильно делаешь, – согласился Александр. – И само вето, и персонифицированный запрет для князя – события из ряда вон выходящие. Почему государь так поступил, знает лишь он сам и приближенные к нему люди. Мы же с тобой можем пока только гадать.

– Алекс, неужели властям было плевать на фактически бесхозяйные земли? Та же инквизиция разве не знала о махинациях старосты? Не верю!

Александр бросил на меня нечитаемый взгляд.

– Я тебя очень прошу, будь максимально осторожна. И сейчас, и вообще. А теперь садись в машину: ребята нас нагнали. Позже обязательно обо всем поговорим.

Вернувшись в салон, он глянул в боковое зеркало, и потом мы вновь не поехали, а полетели по трассе. Минуты через три показались первые дома хутора. Я смотрела на них, но, честно признаться, не видела. Все мои мысли занимало недавно услышанное.

Без сомнений, инквизиция в курсе темных делишек деда Артемия. Почему никак не реагировала? Еще один приказ императора? Что же изменилось, если она решила помогать? Чисто из симпатии к князю Меньшикову? Да ну.

Алекс легонько дотронулся до моего локтя, и я с удивлением обнаружила, что впереди стоит толпа. Хуторяне сгрудились у распахнутых ворот перед каким-то домом, частично преграждая дорогу. Мужчины хмурились, женщины вскидывали руки и рыдали.

Что, черт возьми, тут происходит?!

– Машенька, это твой дом, – раздался позади меня голос Ефросиньи. Столько народу… Неужто в семье старосты беда какая стряслась?

Подъехав поближе, Алекс припарковался у обочины. Заглушил двигатель и распорядился:

– Ефросинья, вы с Натальей остаетесь в машине. Маша, идем.

Он выбрался из салона. Я отстегнула ремень безопасности и тоже вышла. А едва оказалась на улице, как по ушам резанул плач убитой горем женщины:

– Артемьюшка-а-а-а! На кого ж ты меня покину-у-у-ул! Как же мы без тебя-я-я!

– Не успели, – выдохнул Алекс и ругнулся на грани слышимости.