Путь княгини

Глава 10

После того как полуголый инквизитор обулся и оделся, выяснилось, что на ужин мы пойдем порталом.

Александр открыл его без труда. Можно сказать – играючи. Но сомневаюсь, что это плевое дело: слишком уж отработанные у него движения. Подобная кажущаяся легкость появляется спустя долгие годы тренировок. Почему так уверена? Аналогия с профессиональными спортсменами. К примеру, лыжники пробегут десять километров и даже не запыхаются, а нетренированный человек сдохнет еще на первом.

Хотя чего удивляться? Алекс сказал, что ему сейчас двадцать четыре. Раз он попал в тело семилетнего мальчика, то в этом мире уже семнадцать лет. Вполне достаточно, чтобы научиться владеть магией. Он и жениться успел, а после потерять жену. Или она погибла там, в нашем мире?

Я всмотрелась в овал «двери», ведущей неизвестно куда. Особо ничего не разглядеть, темно. Но, похоже, пойдем на свежий воздух. Вон и силуэты деревьев просматриваются.

Внезапно мужчина поднял меня на руки. Поймав мой озадаченный взгляд, невозмутимо спросил:

– Хочешь идти сама?

Прислушалась к ощущениям в теле. Мышцы расслаблены, двигаться нет никакого желания, тем более куда-то идти. Промолчав, обняла Алекса за шею. Он понимающе усмехнулся и шагнул в портал.

Вскоре я обнаружила, что мужчина заносит меня на деревянную террасу какого-то дома. Насторожилась, но почти сразу позволила себе немного расслабиться. Уютный желтый свет лился из окон, отбрасывал причудливые тени на плетеные кресла и деревянный стол. Это место не вызывало тревоги, казалось безопасным.

Опустив на пол, Александр укутал меня с головой в плед, который взял с одного из кресел. Усадил, быстро осмотрел свою работу, предупредил:

– Отдыхай. Минут через десять вернусь, – и ушел в дом.

Я поправила мягкую ткань на еще влажных волосах и с наслаждением вытянула ноги. Запах сосны смешивался с едва уловимым ароматом каких-то ночных цветов. Где-то стрекотали сверчки.

Все это, конечно, хорошо. Но растекаться лужицей – непозволительная роскошь. Впереди сплошная неизвестность. Чего мне ожидать дальше? Что со мной будет?

Послышались тихие шаги, и в поле моего зрения появился Алекс. В руках он держал поднос, заставленный тарелками с едой. Сгрузив посуду на столешницу, мужчина опять удалился и вернулся с двумя кружками. Поставив их на стол, сел неподалеку от меня.

– Приятного, – пожелал он и с явным наслаждением вонзил зубы в аппетитно пахнущий кусок шашлыка.

Вопросов в голове крутилось много. Но надоедать расспросами голодному мужчине – так себе идея. Да и мне не помешает поужинать: желудок к спине прилип.

В молчании мы плотно поели. Отложив приборы, я вытерла пальцы салфеткой и отхлебнула горячий напиток.

Чабрец, ромашка, мед. Вкусно.

Обняв ладонями кружку, посмотрела на инквизитора. Тот, сыто откинувшись на спинку кресла, сделал большой глоток чая и сообщил:

– Мы были в Москве, в ритуальном помещении святой инквизиции. Сейчас находимся неподалеку от Краснодара. Этот дом принадлежит нам с Мишкой. Он выгуливает Наталью Лукьяненко у озера, вернутся где-то через час. Дальнейшие краткосрочные планы: вернем вас сегодня в школу, завтра-послезавтра с тобой пообщается Егор Дмитриевич.

– Егор Дмитриевич у нас кто?

– Верховный инквизитор. Не нервничай. Ничего страшного не произойдет, просто поговорите.

– О чем?

– О твоей дальнейшей жизни в новом теле и в другом мире. – Александр положил руки на столешницу и внимательно посмотрел на меня. – Чем ты занималась, пока не заболела?

У них здесь что, имеется программа адаптации и трудоустройства попаданцев? Так вроде они все инквизиторами становятся. Или есть альтернатива?

Я стянула края пледа на груди.

– Мой муж больше десяти лет занимался малоэтажной застройкой. В основном строил одиночные дома, коттеджи. Я ему помогала: работала с рекламщиками, агентствами недвижимости, решала проблемы с администрацией, урегулировала конфликты с покупателями и недовольными гражданами, ну и по мелочи всякое-разное.

– Навыки понятны. Образование есть?

– Высшее. Красный диплом. Агроном.

– Неожиданно, – Алекс удивленно хмыкнул. – Почему ты не пошла работать по профессии? Она же тебе нравилась, я прав?

– Муж попросил о помощи, и я занималась его бизнесом.

Начиная злиться, с вызовом посмотрела на собеседника.

– Он тебя сильно обидел? – не реагируя на агрессию, произнес Александр. Инквизитор не спрашивал, а, скорее, уточнял догадку.

– В тот день, когда я умерла, мужчина, с которым мы прожили в браке шестнадцать лет, пришел ко мне в онкодиспансер с любовницей и поставил меня в известность, что подал на развод. Это малоприятное событие. Еще вопросы?

– Женщины чутко реагируют на появление соперницы. Не поверю, что ты ничего не знала об измене мужа. Почему терпела? Разве тебе было не противно целовать его, ложиться с ним в постель? Или ты из тех, кому нравится наличие второй женщины у своего мужчины?

Что?!

Кончики пальцев начало покалывать. С каждым мгновением все сильнее. Сдерживая гнев, я сцепила руки и спрятала их под стол.

– Терпела, потому что была трусливой дурой. Урок усвоен, выводы сделаны. Та жизнь кончилась. Тема закрыта.

Александр поднялся. Подошел, встал у меня за спиной. Наклонился, трогая дыханием ухо, прошептал:

– Ты же ему отомстила? Нашла себе темпераментного мальчика?

Да как он смеет?!

Ярость опалила разум. Я вскочила, с невероятной для прежней себя скоростью замахнулась и ладонью ударила инквизитора по физиономии.

Александр молча взял салфетку, вытер кровь с разбитой губы. Кинув в урну окровавленную тряпочку, улыбнулся.

– Умница. Даже в таком эмоциональном состоянии сохранила контроль над даром эмпатии. Пальцы сильно зудят от энергии?

Не поняла… Он меня специально довел?

Подняв плед, упавший на пол, Алекс снова меня укутал. Обняв одной рукой за талию, опустился вместе со мной в кресло.

– Это была проверка? – изумленно спросила я, не делая попытки слезть с его коленей.

– Разумеется. Эмпаты – единственные, кто не обязан обучаться пользоваться даром. У них все происходит интуитивно. Такие, как мы с тобой, способны убивать эмоциями. В твоем теле больше нет паразита, который мог при необходимости деактивировать эту ветвь дара. Прежде чем позволить тебе вернуться в школу, я обязан удостовериться, что ты сама способна контролировать силу и случайно, в порыве гнева, никого не лишишь жизни.

Ненормальный! А если бы и правда не кулаком, а силой его жахнула? Что тогда? Ищи дурочка Маша лопату и копай-хорони? Хотя… У этого заботливого гражданина наверняка спрятаны тузы в рукаве. Маловероятно, чтобы он страстно мечтал быть прикопанным под яблонькой.

Взяла со стола чистую салфетку, протянула побитому интригану. Благодарно улыбнувшись, Алекс прижал ткань к стремительно опухающей губе.

– Тебя в инквизиции научили так изощренно людей доводить? Или опыт допросов с пристрастием получил в прошлой жизни?

– Прямо в точку.

В его голубых глазах заплясали смешинки, но я веселье не поддержала.

– А если серьезно? Сколько тебе было лет, когда сюда попал? Где работал?

– Тридцать шесть. ФСБ. Начальник отдела по борьбе с киберпреступлениями.

Прикинула в уме возраст мужчины и про себя присвистнула. Двадцатичетырехлетнему студенту факультета инквизиторов на самом деле пятьдесят три года. И семнадцать из них он, бывший борец с хакерами, живет в чужом мире.

– Ты спрашивал, как умерла. Думаю, уже догадался, что в больнице, после визита мужа с любовницей. – Я кривовато улыбнулась. – А что случилось с тобой?

Лицо мужчины окаменело. Повисла гнетущая тишина. Даже сверчки замолкли.

Спустя долгую паузу Алекс сухо сказал:

– Возвращались с семейного торжества на такси. Мы с супругой и ее двоюродный брат. Автомобильная авария. Что с водителем фуры и таксистом – не знаю. Моя беременная жена скончалась у меня на глазах. Я лежал рядом и не мог сделать ничего. – На скулах мужчины заходили желваки. – Мы с Филей очнулись одновременно, в телах мальчишек-братьев, которых вытаскивали из обгоревшего остова джипа.

Не сказав ни слова, я прильнула щекой к мужской груди и закрыла глаза. Алекс обнял крепче, глубоко вздохнул. Я слушала ровное биение его сердца и успокаивалась. Но как-то чересчур быстро. Словно залпом выпила литра три валерьянки и закусила пустырником.

– Это делаешь ты? – спросила, не открывая глаз.

– Угу, – не стал отпираться Алекс.

– А сама себя я могу успокоить?

– Конечно. Медитацией.

– А эмпатией?

– Можно, но чревато последствиями и сильным откатом. Оно того не стоит.

Заинтересовавшись, отстранилась от мужчины.

И тут на меня вихрем налетела Наталья, стянув с коленей инквизитора и едва не задушив в объятиях.

– Машка, как же я за тебя переживала!

– Потом наобнимаетесь. Уже поздно, вам пора в общежитие, – довольно холодно заявил Михаил.

– Согласен, – поддержал Алекс.

Он встал с кресла, вопросительно посмотрел на «брата». Тот кивнул и чему-то загадочно улыбнулся.

***

Александр Меньшиков

Вытянув ноги, Александр полулежал в кресле на террасе. Лед приятно холодил разбитую губу.

От возможного воздействия эмпатией он тогда закрылся наглухо, а вот удар пропустил. И нет, не для того, чтобы разъяренная девушка, что называется, выпустила пар. Отлично тренированный воин банально не заметил, как она вскочила! Этому было лишь одно объяснение: у «Маши Ивановой» спонтанно активировалась ветвь управления временем.

Алекс поправил съехавший пакет со льдом.

Откуда же у сельской дурочки-самородка такой магический потенциал? Вариант, что тело крестьянки могло настолько измениться из-за опытов барона, инквизитор отмел сразу.

В этом мире совсем несложно вырастить утраченную конечность, поменять износившийся внутренний орган на новый, созданный искусственно. Это из разряда «были бы деньги и желание». Оккультисты постоянно пытаются вывести нечто идеальное, по их мнению. Алекс сам видел, что в итоге получается. Один из таких съехавших кукухой экспериментаторов создал гиганта с тремя головами, шестью руками и пятью сердцами. Причем сердца располагались не внутри, а снаружи грудной клетки. То еще зрелище. Однако вырастить магическую ветвь, которой раньше не было, – невозможно. Это непреложный факт.

Появление женской психеи вообще оказалось сюрпризом, в том числе и для верховного инквизитора. И сюрпризом не единственным. У простолюдинки Маши Ивановой, в тело которой вселилась иномирная душа, никак не могло быть дара светлого мага. Эта способность проявляется исключительно у потомственных аристократов, и души погибших мужчин вселяются только в такие тела. Бонусом идет родовая способность: какое-либо из направлений магии. Про эмпатию – отдельная тема. Этот дар завязан не на физическую оболочку, а на психею.

Дальше. У Маши Ивановой сканирование выявило два дара: развитую ветвь земли, зачаточную – защиты. Скорее всего, обе ветви сформированы одинаково хорошо, в противном случае паразит не смог бы установить защитный купол повышенной сложности. Эмпатию и способность управления временем определил сам Алекс. Плюс дар светлого мага. А он, безусловно, есть, иначе тварь не сумела бы взять под контроль тело. В итоге – пять ветвей дара у простолюдинки. Это нонсенс.

Какой вывод? С ее родословной дело нечисто.

– Лови, – выдернул его из размышлений голос Михаила.

Вбитые рефлексы сработали, и Алекс ловко поймал брошенный ему лечебный артефакт.

– Ух ты, реакция, оказывается, все-таки есть! – съязвил «младший» Меньшиков, усаживаясь в кресло. – Братишка, открой тайну. Какого хрена подставился? Решил, что шрам под носом повысит рейтинг в глазах юных красоток? Так ты и без того не обделен их вниманием, сам от них бегаешь.

Приложив артефакт к ране на губе, Александр подержал его несколько секунд, затем убрал в карман.

– Юные красотки в нашем с тобой почтенном возрасте – не комильфо. – Он усмехнулся. – А малышка оказалась нереально шустрой.

– Хочешь сказать, у нее еще и дар управления временем? – не поверил Михаил.

– Угу, – задумчиво протянул Алекс.

– Егору Дмитриевичу скажешь?

– Зачем? Сам узнает. Завтра отведу к нему Машу.

– Что, думаешь, с ней будет?

– То же, что и со всеми. Либо работа на инквизицию, либо блокировка дара и свободное плавание. Нетрудно догадаться, что она предпочтет.

– Слушай, мне кажется или ты реально жалеешь, что сделал выбор в пользу инквизиции? – с удивлением подметил Михаил.

– Как бы там ни было, уже поздно что-то менять. Да и нет в этом смысла. – Александр заложил ногу за ногу и сменил тему: – Наташа Лукьяненко после вашей прогулки весьма характерно смущена. Скажи мне, Филя, ты зачем этой восемнадцатилетней девочке мозги пудришь? Седина в бороду – бес в ребро?

– Какая седина?! – возмутился Миша. – Мне всего двадцать три!

– Ага. Плюс еще двадцать семь, – рассмеялся Алекс. – Ей-богу, не пойму, как тебе со студентками не скучно?

– Так я с ними и не разговариваю, – статный брюнет многозначительно пошевелил бровями. – Красивые девушки – как нежные, едва распустившиеся бутоны. Вкушая их нектар, я слышу изумительную, ни с чем не сравнимую мелодию любви.

– Когда-нибудь тебе крылышки повыдергают, неутомимая пчела-меломан, – иронично фыркнул Алекс. – Как девочки отреагировали на подарок?

– Наша с тобой одномирянка заглянула в пакеты. За чай, кофе, печенье поблагодарила, от денег не отказалась, но и не взяла. Сказала, что надо подумать, и гордо удалилась в твоем пледе в туман. То бишь в ванную комнату. У женщин это место всегда способствует мыслительному процессу, – пояснил Михаил тоном знатока. – Наташа краснела, отнекивалась от денег, но против моего врожденного обаяния не устояла. Завтра идет по магазинам, покупать одежду. Естественно, в моем сопровождении.

– Филя, – в голосе Алекса отчетливо слышалось предупреждение.

Михаил развел руками.

– Обещать ничего не могу. Уж как пойдет.

Их разговор прервала бодрая музыка. Достав из кармана штанов мобильный, Михаил принял звонок и проворковал:

– Я не забыл, моя сладкая. Три минуты, и у тебя. – Нажав на отбой, он напустил на себя строгий вид. – Братишка, срочные дела. Завтра в девять встречаемся в общаге.

Быстро открыв портал, Михаил ушел. Алекс, проводив его взглядом, поморщился. Поиграется Филя с Наташей Лукьяненко и забудет. Впрочем, ей не пять лет. Должна понимать, что связь аристократа с простолюдинкой ничем хорошим не закончится. Если есть голова на плечах, то все останется на уровне легкого флирта. А если нет, то будет ночами реветь в подушку. Тут уж действительно как пойдет.

Закрыв глаза, инквизитор переплел руки на животе и расслабился. Вымотался он сегодня по полной.